Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XI Международной научно-практической конференции «В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии» (Россия, г. Новосибирск, 14 мая 2012 г.)

Наука: Филология

Секция: Русский язык. Языки народов Российской Федерации

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции, Сборник статей конференции часть II

Библиографическое описание:
Попова Е.В. СПЕЦИФИКА ЗАИМСТВОВАННОЙ ЛЕКСИКИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ XVIII ВЕКА // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: сб. ст. по матер. XI междунар. науч.-практ. конф. Часть I. – Новосибирск: СибАК, 2012.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

СПЕЦИФИКА ЗАИМСТВОВАННОЙ ЛЕКСИКИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ XVIII ВЕКА

Попова Екатерина Викторовна

преподаватель БГПУ им. М. Акмуллы, г. Уфа

Е-mail: peva2010@yandex.ru

 

Особенностью русского языка XVIII века является активный процесс заимствования слов. При этом меняется соотношение источников пополнения словарного состава языка. Если в лексике предыдущего столетия заметную роль играют полонизмы и латинизмы [2, с. 37—40; 3, с. 130], то в рассматриваемый период на первое место постепенно выходят западноевропейские заимствования. Это обусловлено общим процессом европеизации русской культуры. На протяжении XVIII века расширяются контакты России и стран Западной Европы в области внешней политики (дипломатические, торговые, военные и т. п.), образования, искусства, быта.

К основным путям словарных заимствований в XVIII веке относят проникновение иноязычных слов из 1) переводных книг; 2) речи специалистов-иностранцев (инженеров, мастеров, офицеров и т.д.), служивших в России; 3) речи русских людей, которые учились или работали за границей [3].

Наиболее интенсивные заимствования (52 % иноязычных слов) происходят в Петровскую эпоху (90-е гг. XII в. — 30-е гг. XVIII в.), для которой характерна многоконтактность, т. е. наличие живых связей с рядом европейских, славянских (белорусским, польским, чешским, украинским,) языков и сильное воздействие классических языков [1]. В этот время преобладают переводы с латинского языка, что соответствует основной тенденции обогащения русского лексикона с XVII века и нередко обусловлено деятельностью Славяно-Греко-Латинской Академии. В конце периода в связи с царствованием Анны Иоанновны возрастает роль немецкого языка. На третьем месте по интенсивности перевода находится французская книга. Меньшим количеством представлены переводы с итальянского, греческого, голландского, шведского, английского и датского языков. Изменяется значение польского языка в переводных книгах: уже к 1820-м годам «польское влияние начинает уступать в силе влиянию немец­кому» [2, с. 56]. Исследователи отмечают, что перевод научной и технической литературы в эту эпоху нередко сопрягается с большими трудностями: в русском языке не хватает семантических форм для передачи новых понятий [2, с. 58].

Наибольшее число иноязычной лексики первой трети XVIII века связано с идеографическими сферами «Армия и флот», «Государство», «Обществоведение, культура, искусство» [1]. Так, в этот период складывается ядро военного лексикона и терминологии парусного флота (армия, батальон, гарнизон, корпус, легион, шхуна; каюта, кубрик, мачта, трюм и др.), формируется административный словарь (адвокат, губерния, прокурор, фискал, штейгер, юстиция и др.), заимствуются ключевые лексемы в области обществоведения, филологии, литературы и искусства (балет, драма, картина, критика, опера, оркестр, симфония, статуя, театр и др.). Значительное место занимают также слова, относящиеся к сферам «Природа», «Хозяйство», «Быт», «Человек».

В Петровскую эпоху наблюдаются колебания в написании иноязычных слов (лак — лакк, политра — палитра и др.) и их фонетическом облике (зала — сала, штукатурка — стукатурка, цемент — семент и др.). Широко варьируются также русские и иноязычные финали у некоторых заимствованных лексем: лаборатория — лабораторий; музей — музеум — музеа; привиллегия — привиллегиум — привилегий; трофей — трофеум — трофея и т. п. Многие заимствования имеют словообразовательные варианты, в частности, это относится к глаголам с суффиксами -ова(ть) / -ирова(ть): бальзамовать бальзамировать; блоковать — блокировать, гарантовать — гарантировать; диктовать — диктировать и др.

Заимствования Петровской эпохи — важное средство формирования синонимии, которая становится характерной чертой лексики того времени. Так, иноязычная лексика пополняет синонимические ряды слов русского и славянского происхождении (баталия — бой — битва; место — местность — положение — ситуация и т. д.) либо образует самостоятельные ряды синонимов (госпиталь — контомация — лазарет; провиант — провизия — субсистенция; ландшафт — пейзаж; навигатор — насклир и др.).

Исследователи отмечают, в данный период западноевропейские слова имеют «особый стилистический отпечаток новшества» и привлекаются «как мода», как ненужные варваризмы [2, с. 68]. В связи с этим особенностью деловых и публицистических текстов Петровской эпохи является приём дублирования слов: рядом с иноязычным словом стоит его русский синоним («некоторые акциденции (или доходы) получать»; «аркибузирован (расстрелен)»; «визитацию (или осмотрение) учинить» и т. п.).

В условиях многоконтактности существует тенденция к заимствованию слов из языков, наиболее влиятельных в той или иной области. К примеру, словарь архитектуры, изобразительных искусств, музыки — итальянского и французского происхождения, военная лексика — французского и итальянского и т. п. Примечательно, что многие заимствования (слова или их отдельные значения) Петровской эпохи выходят из живого употребления к середине или к концу века: анкуражемент «возбуждение», арканум «тайна», аркебузировать «расстрелять», драбант «телохранитель»,шрейбер «писарь», экскузо­ваться «извиняться»; ассистенция в значении «свита», увертюра в значении «предложение» формула в значении «рецепт» и др.

На 1740-60-е гг. приходится 27»% заимствований. В это время ведущим языком перевода становится французский. Особенно возрастает французское влияние с 60-х годов XVIII столетия, о чём свидетельствует появление новых вариантов у слов, заимствованных в петровскую эпоху и имеющих латино-немецкое оформление: авантюра, актер, жест, миниатюра, миссионер, нувель шифры и др. (ср. до 60-х годов: авантура, актор, гест, миниатура, миссионар, новелла, цифры). На втором и третьем местах соответственно находятся немецкие и латинские тексты. Значительно меньшим количеством представлены переводы с итальянского, греческого, английского, шведского, польского, испанского и португальского языков [1, с. 54]. Наибольший вес в данный период имеет иноязычная лексика, принадлежащая к идеографическим сферам «Общество­ведение, культура, искусство», «Природа», «Быт». Интенсивные заимствования связаны также с областями «Государство» и «Человек». Отметим, что в 1740-60-е гг. во всех функциональных сферах наблюдаются прямые заимствования из немецкого языка (исключением является скульптура и изобразительное искусство), флотскую терминологию и бытовую лексику пополняют англизмы (воксал, клуб, пикник и др.) [1, с. 176—177].

В последнюю треть XVIII века активность процесса заимство­вания несколько снижается (21 % иноязычных слов). При этом наиболее многочисленными остаются переводные книги с французс­кого и немецкого языков (47 % и 23 % всей переводной продукции соответственно), выступающих нередко посредниками при переводе английских, итальянских, испанских и других иноязычных произведений. Третье место в качестве языка переводных книг сохраняет латинский. Как и в предыдущий период, заимствования пополняют преимущественно функциональные сферы «Общество­ведение, культура, искусство» и «Быт». Лексика природы уступает в количественном отношении словам, связанным с темой «Человек». Меняется также состав лексем, входящих в последнюю сферу. Если в первые два периода заимствуются в основном термины анатомии, физиологии, медицины (мускул, нерв, скелет, темперамент и др.), то в 1770—1800-х гг. — слова, служащие для обозначения внутренних состояний человека, его чувств (амур, апатия, индиферентный и др.) [1, с. 172]. В конце XVIII века наблюдается приток итальянской музыкальной терминологии через посредство французского, немец­кого и английского языков. Во время второго и третьего (1740—60-е гг., 1770—1800 гг.) периодов происходит заимствование ряда экзотиз­мов из латиноамериканских и испанского языков (посредниками в этом также выступают французский и немецкий языки): аллигатор, банан, кокос, колибри, маис, тореадор и др.

Таким образом, для русского языка XVIII века на всех временных этапах характерны многочисленные заимствования иноязычных слов. Особенно активизируется этот процесс в Петровскую эпоху, когда на русский язык оказывают влияние английский, белорусский, голландс­кий, датский, итальянский, немецкий, польский, украинский, фран­цузский, чешский, шведский и классические языки. С 1740-х гг. происходит постепенный переход от многоконтактности к ограниче­нию «языковых отношений сферой двух языков — французского и немецкого: они являются главными источниками заимствований и языками-посредниками» [1, с. 176]. Иноязычные слова обогащают разнообразные функциональные сферы. Ведущими среди них стано­вятся «Армия и флот», «Государство», «Обществоведение, культура, искусство», «Природа», «Быт», «Человек».

 

Список литературы:

  1. Биржакова Е. Э., Войнова Л. А., Кутина Л. Л. Очерки по исторической лексикологии русского языка XVIII века. Языковые контакты и заимствования. — Л.: Наука, 1972. — 432 с.
  2. Виноградов В. В. Очерки по истории русского литературного языка ХVІІ—ХІХ вв. — М.: Высшая школа, 1982. — 528 с.
  3. Мещерский Н. А. История русского литературного языка. — Л.: Изд-во Ленинградского университета, 1981. — 279 с.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Комментарии (1)

# Василий 13.10.2019 16:29
Спасибо!

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом