Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XXX Международной научно-практической конференции «В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии» (Россия, г. Новосибирск, 25 ноября 2013 г.)

Наука: Филология

Секция: Русский язык. Языки народов Российской Федерации

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
РАЗГОВОРНАЯ ФОРМА ИМЕНИ ИВАН В ПОСЛОВИЦАХ И ПОГОВОРКАХ // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: сб. ст. по матер. XXX междунар. науч.-практ. конф. № 11(30). – Новосибирск: СибАК, 2013.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов
Статья опубликована в рамках:
 
Выходные данные сборника:

 

РАЗГОВОРНАЯ  ФОРМА  ИМЕНИ  ИВАН  В  ПОСЛОВИЦАХ  И  ПОГОВОРКАХ

Татарникова  Оксана  Николаевна

аспирант  Алтайского  государственного  университета,  РФ,  г.  Барнаул

E-mail: 

 

COLLOQUIAL  FORM  OF  THE  NAME  IVAN  IN  PROVERBS

Tatarnikova  Oksana  Nikolaevna

graduate  student,  Altai  State  University,  Russia,  Barnaul

 

АННОТАЦИЯ

В  статье  сравниваются  формы  имени  Иван,  характерные  для  русского  литературного  и  разговорного  языка.  Пословица  —  жанр  устного  народного  творчества.  В  ней  используются  формы  имени  Иван,  характерные  для  разговорного  языка.

ABSTRACT

In  the  article  an  author  compares  the  forms  of  the  name  Ivan,  characteristic  for  literary  and  colloquial  Russian.  A  proverb  is  a  genre  of  verbal  folk  creation.  In  it  the  forms  of  natural  language  of  the  name  are  used  own,  in  particular  to  the  name  Ivan.

 

Ключевые  слова:  имя;  Иван;  русский  литературный  язык;  разговорный  язык;  пословица;  форма  имени

Keywords:  name;  Ivan;  literary  Russian;  natural  language;  proverb;  form  of  the  name

 

Антропонимы  в  системе  языка  занимают  особое  положение:  с  одной  стороны,  они  включены  в  пласт  общенациональной  лексики,  имеющей  свои  родо-видовые  признаки,  а  с  другой  —  имеют  свое  прагматическое  значение,  а  также  «обретают  в  нем  <в  языке>  уникальные  коннотации,  что  связано  с  историей  народа,  с  его  фольклором,  традициями,  культурой  в  целом»  [4,  с.  251].  В  то  же  время  антропонимы,  или  имена  собственные,  являясь  единицей  языка,  подчиняются  его  законам. 

Основным  признаком  развитого  национального  языка  является  формирование  устойчивых  норм  как  письменной,  так  и  устной  разновидности  языка.

Литературный  язык  более  кодифицирован,  требует  строгости  соблюдения  норм  и  правил.  Разговорный  язык  приближен  к  свободному  употреблению  носителями  языка,  в  нем  возможны  отхождения  от  правил.  Носители  языка,  общаясь  с  помощью  разговорного  языка,  чувствуют  себя  более  раскрепощенными,  это  неформальный  стиль  общения,  при  котором  автор  делится  с  окружающими  своими  чувствами,  мыслями. 

Так,  при  рассмотрении  русской  литературы  и  русской  культуры  Н.И.  Толстой  выделяет  определенный  набор  признаков,  «из  коих  четыре  являются  определяющими:  1.  нормированность/ненормированность,  2.  наддиалектность  (надтерриториальность)/диалектность  (территориальная  расчлененность),  3.  открытость  /закрытость  (сферы,  системы),  4.  стабильность/нестабильность.  Каждый  отдельный  языковой,  литературный  и  культурный  уровень…  характеризуется  определенным  сочетанием  этих  признаков.  Так,  для  литературного  языка  характерна  нормированность,  наддиалектность,  открытость,  стабильность.  Каждый  дельнейший  уровень  отличается  ослаблением  этих  признаков…»  [5,  с.  17]. 

В  пословицах  и  поговорках  обе  формы  языка  тесно  переплетаются,  вследствие  чего  происходит  нарушение  кодификации.  Так  как  пословицы  и  поговорки  —  это  жанр  устного  народного  творчества,  в  основном  он  представляет  разговорный  язык.  В  этом  плане  показательно  употребление  имени  собственного,  в  частности  личного  имени  Иван

Свойственная  русской  языковой  картине  мира  трехкомпонентная  форма  имеет  черты  литературного  языка,  употребляется  в  официальной  речи.  В  пословицах  и  поговорках  представлено  имя  собственное  в  кратких  формах,  как  правило,  не  употребляется  трехкомпонентная  форма  «фамилия+имя+отчество»  (применяется  в  виде  исключения  в  форме  заговора).  Однако  встречается  каноническое  имя  старославянской  (церковной)  формы  Иоанн,  которая  также  является  показателем  литературной  нормы.  Иоанн  —  старославянская  форма  имени,  используется  в  религиозном  дискурсе.  Имя  встречается  в  заговорах  от  зубной  боли.  С  одной  стороны,  заговор  —  народный  жанр,  с  другой  —  в  нем  присутствуют  церковные  клише  (раб  N,  проповедовал  Иоанн).  В  данном  случае  наблюдается  смешение  стилей  (Проповедовал  Иоанн  истину  в  сухом  древе  и  воде;  был  я  в  поле,  видел  мертвых:  у  мертвых  зубы  болят;  так  и  у  раба  бы  N  не  болели  [2,  с.  185]). 

Известно,  что  имена  являются  определителями,  обосновывающими  отношения  между  людьми  как  в  социальном,  так  и  в  экспрессивном  ракурсе.  Употребляя  определенную  форму  имени,  называющий  выражает  свое  отношение  к  называемому  и  с  точки  зрения  социальной  иерархии,  и  своего  индивидуального  чувства.  Именно  с  помощью  антропонимических  единиц  (имя,  отчество,  фамилия,  прозвище)  носители  русского  языка  прибегают  к  различным  видам  персонифицирующего  именования  в  различных  ситуациях  и  условиях  общения. 

Имя  Иван  в  пословицах  имеет  нейтральную  коннотацию.  Само  по  себе  оно  обозначает  абстрактного  человека,  указывает  на  то,  что  речь  идет  о  русском  человеке  (Добрый  Иван  —  и  людям,  и  нам;  худой  Иван  —  ни  людям,  ни  нам).  Как  отмечает  в  своей  работе  Ю.А.  Рылов,  «наиболее  часто  в  «неантропонимической»  функции  выступает  имя  Иван.  Оно  может  означать  "русский  человек,  человек  из  простонародья,  простак"»  [4,  с.  259].  В  процессе  анализа  нами  были  выявлены  следующие  характеристики: 

·     бесхарактерность  (Как  Иван  Васин  —  на  все  согласен); 

·     непостоянство  (Дядя  Иван  —  и  людям,  и  нам); 

·     сила,  мощь  (Не  всяк  таков,  как  Иван  Токмачев:  седши  на  конь,  да  и  поехал  в  огонь); 

·     бродяга,  перекати-поле  (Иван  непомнящий); 

Краткая  форма  имени  представлена  такими  вариантами,  как  Ваня,  Ванечка,  Ванька,  Ивашка.  Формообразующие  суффиксы  (-ечк-,  -к-,  -шк-)  указывают  на  принадлежность  к  разговорному  стилю.  «Для  русского  неформального  общения  чрезвычайно  характерно  использование  разнообразных  диминутивных  форм,  обладающих  огромным  эмоциональным  потенциалом,  часто  неуловимыми  нюансами,  передающими  разнообразие  человеческих  отношений»  [4,  с.  212].  Проведенный  анализ  позволяет  утверждать,  что  в  пословицах  Иван  из  простого  народа,  он  не  занимает  высокого  социального  положения. 

Как  отмечает  Ю.А.  Рылов,  «в  форме  русских  диминутивных  дериватов  фиксируются  не  только  эмоции  говорящего  по  отношению  к  носителю  имени,  но  и  содержится  определенная  характеристика  говорящего»  [4,  с.  214]. 

Значение  имени  Ваня  —  простой,  бесхитростный  человек  (Вятичи  —  толоконники,  Вани)  [2,  с.  266].  Данная  форма  имени,  как  правило,  присуща  детям,  это  простой  человек,  как  ребенок  (Ваня,  Ваня  —  простота,  сел  на  лошадь  без  хвоста,  сел  задом  наперед  и  поехал  в  огород). 

Ванька  —  это,  с  одной  стороны,  недобрый  человек,  а  с  другой  —  его  не  обманешь,  он  сам  вывернется  (Ванька  Каин  —  окаянный  грабитель  [2,  с.  270],  Поп  Ваньку  не  обманет,  а  Ванька  попу  правды  не  скажет  [2,  с.  372]).  В  традициях  русского  народа  хитрость  не  несет  положительной  коннотации.  В  данном  примере  тем  самым  высмеивается  поп,  у  народа  далеко  не  однозначные  отношения  с  религией.  С  одной  стороны,  русские  —  глубоко  религиозная  нация,  которой  присущ  аскетизм,  с  другой  —  в  фольклорных  жанрах  постоянно  противопоставляются  лица  религиозного  сословия  и  простой  народ.  Ванька  —  это  фамильярная  форма  имени,  несколько  грубоватая.  Часто  такой  формой  может  передаваться  недовольство,  раздражение,  особенно  у  взрослых.  Словоформа  образована  с  помощью  суффикса  -к-,  который  является  стилистически  модифицированным,  образует  разговорные  или  просторечные  синонимы  мотивирующих  личных  имен  со  значением  лица.  Так,  Ю.А.  Рылов  в  своих  исследованиях  пришел  к  выводу,  что  имена  с  суффиксом  -к-  «остались  лишь  в  детской  речи  и,  по  всей  видимости,  в  некоторых  регионах  в  речи  взрослых  как  просторечное,  народное  явление…  по  отношению  к  взрослому  человеку  этот  суффикс  маркирует  низкий  социальный  статус»  [4,  с.  214—215].

Имя  Ивашка  говорит  о  празднике,  безделье,  образовано  с  помощью  фамильярного  суффикса  -шк-.  В  значении  присутствует  такая  характеристика,  как:  любящий  наряжаться,  нарядно  одетый  (Щеголь  Ивашка:  что  ни  год,  то  рубашка);  беспечность  (Когда  у  Ивашки  белая  рубашка,  тогда  у  Ивашки  и  праздник,  Иван  в  дуду  играет,  а  Марья  с  голоду  умирает). 

Такую  характеристику,  как  милый  окружающим,  находим  в  форме  имени  Ванечка,  образованной  с  помощью  уменьшительно-ласкательного  суффикса  -ечк-  (Для  милого  Ванечки  —  пельмени  да  шанежки,  а  для  постылого  Мишки  —  ухват  да  шишки). 

В  пословицах  умственные  способности  человека  характеризуются  тождественными  компонентами  болван  и  дурак,  которые  говорят  о  носителе  имени  как  о  неумном  человеке:  Ростом  с  Ивана,  а  умом  с  болвана;  Был  Иван,  а  стал  болван,  а  все  винцо  виновато.  Такая  характеристика,  как  «болван»  представлена,  как  правило,  в  пословицах,  а  «дурак»  —  в  сказках. 

Т.А.  Гридина  рассматривает  скороговорки,  близкие  по  жанру  пословицам.  Так,  в  одной  из  своих  работ  она  дает  одну  из  характеристик  антропонима  Иван:  «"Иван-болван  молоко  болтал,  да  не  выболтал,  распростоквасилося",  <здесь>  представлен  прием  обыгрывания  антропонима  путем  акцентирования  коннотаций,  выраженных  не  внутренней  формой  имени,  а  характерологическим  устойчивым  приложением  (Иван-болван).  Звукоряд  скороговорочного  текста  задает  ассоциативную  связь  между  болван  и  болтал,  не  выболтал,  которая  вызывает  в  данном  случае  представление  о  ситуации  безрезультативного  действия»  [1]. 

Однако  в  пословицах  мы  находим  и  противоположную  характеристику  (Иван  не  болван:  не  всяк  на  нем  исправливал  шапки).  Данный  контекст,  в  отличие  от  рассматриваемых  ранее,  дает  положительную  оценку  Ивану. 

В  пословицах  при  характеристике  носителя  рассматриваемого  имени  отсутствует  такая  лексема,  как  «дурак»  в  значении  неумный  человек,  она  присуща  носителю  имени  Емеля  (Ему  говоришь  про  попа,  а  он  про  Емелю  дурака). 

Такая  форма  антропонима,  как  «имя+отчество»,  встречающаяся  в  пословицах  и  поговорках,  коннотативно  нейтральна,  она  указывает  на  строго  выдержанную  норму  кодифицированного  литературного  языка.  Так,  с  одной  стороны,  используется  литературная  форма  Иван  Иванович  при  обозначении  человека  другой  национальности  (например,  калмыка),  а  с  другой  —  вкладывается  далеко  не  нейтральное  значение:  таким  образом  дразнят  калмыков,  к  которым  у  русских  сложилось  пренебрежительное  отношение.  Они  высмеиваются.  Культура  смеха  значима  в  традиции  русского  народа.  Происходит  смешение  стилей:  литературного  (на  что  указывает  форма  Иван  Иванович)  и  разговорного. 

Антропоним  в  пословицах  является  центром  ситуации,  его  характеризуют  какие-либо  оценочные  коннотации,  вытекающие  из  контекста,  вследствие  чего  антропоним  становится  ярлыком  соответствующей  ситуации  (например,  Дядя  Иван  —  и  людям  и  нам:  ситуация  непостоянства).  В  сознании  носителя  языка  антропоним  соотносится  с  определенной  оценочной  препозицией,  в  которой  он  предстает  номинируемым  представителем  действия. 

Все  Иванычи  Ивановы  детки  —  в  данной  пословице  представлена  форма  имени  собственного,  присущая  народно-разговорной  традиции  употребления  отчества  вместо  имени  при  указании  на  неофициальные  отношения  между  говорящими.  Помимо  усечения  формы  имени,  наблюдаем  и  изменение  самого  отчества,  которое  «…  подвергается  сокращению  слогов,  результатом  которых  являются  так  называемые  аллегровы  формы»  [4,  с.  218].  В  пословицах  контекст  определяет  для  антропонима  ситуативно  значимую  или  типологическую  оценочную  характеристику. 

Итак,  в  силу  того  что  пословицы  и  поговорки  принадлежат  разговорной  форме  языка,  в  них  используются  соответствующие  языковые  средства.  Иван  в  пословицах  и  поговорках  в  большинстве  своем  представлен  как  русский  человек,  сочетающий  в  себе  черты  русского  народа.  Носители  языка  осмысливают  оним  Иван  в  рамках  ментального  пространства,  поэтому  Иван  —  «безалаберный»,  «простоватый»,  не  умеющий  или  не  желающий  довести  до  конца  начатое,  даже  самое  простое. 

Антропоним  в  фольклорных  жанрах  отягощен  национально-культурной  коннотацией.  Итак,  спектр  характеристик,  относящихся  к  русскому  человеку,  варьируется  от  отрицательных  к  положительным  в  весьма  широких  пределах. 

 

Список  литературы: 

1.Гридина  Т.А.  Ментальные  ориентиры  ономастической  игры  в  малых  фольклорных  жанрах  //  Известия  Уральского  государственного  университета.  2001.  №  20.

2.Даль  В.И.  Пословицы  русского  народа:  сборник:  в  2  т.  М.:  Худож.  лит.,  —  1984.  —  Т.  1.  —  383  с.,  ил.

3.Ефремова  Т.В.  Толковый  словарь  словообразовательных  единиц  русского  языка:  около  1900  словообразовательных  единиц.  2-е  изд.,  испр.  М.:  АСТ:  Астрель,  2005.  —  636  с.

4.Рылов  Ю.А.  Имена  собственные  в  европейских  языках.  Романская  и  русская  антропонимика:  Курс  лекций  по  межкультурной  коммуникации.  М.:  АСТ:  Восток-Запад,  2006.  —  311  с. 

5.Толстой  Н.И.  Избранные  труды.  Т.  II:  Славянская  литературно-языковая  ситуация.  М.:  Языки  русской  культуры,  1998.  

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий