Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: V Международной научно-практической конференции «В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии» (Россия, г. Новосибирск, 09 ноября 2011 г.)

Наука: Искусствоведение

Секция: Музыкальное искусство

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Карданова Б.Б. ФОРМИРОВАНИЕ ЖАНРОВ И СТИЛЕВЫХ НОРМ НОГАЙСКИХ НАРОДНЫХ ПЕСЕН В XIX-XXСТОЛЕТИЯХ // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: сб. ст. по матер. V междунар. науч.-практ. конф. – Новосибирск: СибАК, 2011.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ФОРМИРОВАНИЕ ЖАНРОВ И СТИЛЕВЫХ НОРМ НОГАЙСКИХ НАРОДНЫХ ПЕСЕН В XIX-XXСТОЛЕТИЯХ

Карданова Бэла Баубековна

канд.  искусствоведения, доцент КЧГУ, г. Карачаевск

Е-mail: Beka-09@yandex.ru

 

Статья опубликована при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (проект № 11-14-09009 а/ю).

 

Ногайцы – тюркоязычная народность, проживающая дисперсно в разных регионах России и за ее пределами, - создали богатый и уникальный музыкальный фольклор. Для прослеживания эволюции жанров и стилевых норм ногайских народных песен, в рамках научного проекта РГНФ «Народно-песенное искусство ногайцев: генезис и системно-структурная организация», в 2011 году проводились фольклорные экспедиции в места компактного проживания ногайцев.

Возможность проследить историческую эволюцию жанров и стилей народных песен обусловлена способностью народной музыки сохранять «социальную память» предшествующих поколений, нести в себе «генетические заряды» всего временного пути развития этноса – не только художественного,  но и биологического» [1, с. 30].

Весь эволюционный путь развития музыкальной культуры ногайцев мы условно делим на три основных стилевых пласта: 1-й пласт (древний – по И.И. Земцовскому, ранний – по А.В. Рудневой) – до XIVв.; 2-й пласт (классический – по И.И. Земцовскому, средний – по А.В. Рудневой)  - от XV в. до XVIв.; 3-й пласт (поздний – по А.В. Рудневой, современный, новый и новейший – по И.И. Земцовскому) – от XVIIIдо начала XXI вв.

Объектом нашего рассмотрения, в рамках обозначенной проблемы, выбран третий  стилевой пласт, начальный этап которого охватывает смену общественных формаций – феодализма (отчасти капитализма) и социализма; происходит постепенное завершение миграционных процессов и заселение мест их современного проживания; переход к оседлому образу жизни и формирование локально-региональных музыкальных стилей.

Многовековое сосуществование песенных жанров ногайцев в разной степени способствовало их музыкальным взаимодействиям – взаимовлиянию, переходу одних жанров в другие, возникновению промежуточных (переходных) форм, взаимообогащению. На традиционный фольклор наслаивались регионально-локальные особенности, обусловленные новыми, принципиально отличающимися друг от  друга, условиями жизни. Шел процесс «отмирания» традиционных песенных жанров, возникновения новых.

Расселение, в процессе миграций, отдельных этнических групп в крупных городах (Астрахани, Оренбурге, Казани и др.) привело к образованию среди ногайского населения новых социальных прослоек со своим песенным репертуаром, тематикой и исполнительскими традициями. Стали процветать такие жанры, как городская лирическая песня, баллада,  «жестокий» романс.  Давая оригинальное название  одному из них  «песни мещан города Астрахани» этнограф-фольклорист XIX в. В.А. Мошков вкладывал в него конкретное значение -  песни, создаваемые и исполняемые определенным городским сословием [2].

Появление среди ногайцев, по разным побудительным причинам, беглых людей  – казаков – способствовало зарождению нового жанра социальной песни  «казак йыр», а обязательная воинская повинность, введенная Петром Iв конце XVII в., привела к возникновению у оренбургских и астраханских ногайцев рекрутских и солдатских песен. Молодые ребята, перед уходом на службу, прощались с родными, близкими и знакомыми, устраивали гуляния с пением песен. Стилевые нормы этих песен формировались на основе других жанров ногайского традиционного фольклора либо  заимствовались у соседних народов (в том числе  из русского фольклора).

Трагические события середины XIX в. – переселение северокавказских народов в Турцию – породили у ногайцев, как и у других  народов региона, песенно-плачевый жанр мухаджирской песни («маажир йыр»). При общности тематики и трагедийного контекста, песни эти, изначально порожденные национальным «звукоидеалом» народа, отличались от аналогичных песенных жанров других северокавказских народов в исполнительстве, формообразовании, ладоритмической организации.

Широкое распространение у ногайцев получили короткие песенки   частушечного типа с разными локально-диалектными названиями: «шынъ», «сарынъ», «такмак», «дияр». Период распространения жанра и степень ее популярности у ногайцев аналогичны русской частушке. Но тот факт, что короткие песенки встречаются во многих ногайских регионах (румынском, кубанском, дагестанском, астраханском) со сходными названиями, является убедительным доказательством того, что данный жанр и его  терминология существовали у ногайцев еще до начала  миграционных процессов, в период этнотерриториальной общности народа.

Особую популярность приобрели ногайские героико-эпические песни, пришедшие на смену богатырскому эпосу и продолжившие его традиции. Но, в отличие от богатырского эпоса, известного всем этнородственным народам («Эдыге», «Эр-Таргул», «Шора-Батыр»), героико-эпические песни имеют локальную природу распространения: имена и подвиги песенных героев известны лишь в конкретном регионе, конкретной местности или только  его семье. Многие дестаны, по мнению ученых-ногаеведов, созданы конкретными певцами и  поэтами, например, считается, что авторами дестана «Карайдар эм Кызыл-Гуль», написанного в 1879 году, являются певцы, поэты Арслан Шабан  улы и Фахриддин Абушахман, что делает спорным его принадлежность фольклору.

В огромном количестве создаются песни-баллады, в которых разворачиваются семейные конфликты, как правило, на социально-этнической почве; появляются «жестокие» романсы, песни «неволи» (тюремные песни). Но, к сожалению, весь этот музыкально-фольклорный пласт  до сих пор не собран  и не осмыслен, ни  с позиций этномузыкологии, ни с позиций филологии.

 В период Великой Отечественной войны и послевоенный период повсеместно создавались монологические песни-письма, песни-ожидания, а их традиции продолжились во второй половине XXстолетия, но уже в новых социально-исторических условиях. Долгие вынужденные разлуки людей в период различных войн (Афганской и Чеченской), даже рядовая служба в Армии, способствовали  появлению песен, которые позволяли  обращаться, понятно, в своеобразной музыкально-поэтизированной форме, к родным и близким, делясь с ними своими мыслями и переживаниями. По художественному и музыкально-интонационному складу монологические песни близки  необрядовым лирическим плачам.

Параллельно с песнями позднего формирования продолжает бытовать  традиционный фольклор, сохранившийся только среди старшего поколения: богатырский эпос, лироэпические дестаны, семейно-бытовые, календарные песни. Однако эти произведения подвергаются существенной корректировке. Например, в лироэпические дестаны проникают черты, ранее им не свойственные: появляется мелодический контур, обозначающий аккордово-гармоническую фактуру, происходит упрощение мелодической структуры эпических произведений, их сжатие  в рамки песенных  структур – квадратных, замкнутых построений и т. п. Подобная деконструкция была обусловлена изменениями исполнительской традиции жанра – дестаны «проникли» в репертуар женщин среднего возраста, звукоидеал  которых формировался в новой интонационной среде.

В рассматриваемый период формируются и иные стилевые нормы ногайских народных песен: доминирующим компонентом в песне становится метроритм. В музыке северокавказских ногайцев утвердились   константные элементы музыкального языка,  вписывающиеся в общекавказские стереотипы музыкального мышления, в общий северокавказский региональный музыкальный диалект.

Обозначены черты и процессы, характерные для всех локальных регионов, носящие общенациональный характер. Так, стихотворной основой песенных текстов во всех ногайских регионах остается силлабика с преобладанием равносложности в строфах, т. е. идет процесс «усреднения» количества слогов, в отличие от традиционных строф (для последних характерно сочетание коротких и длинных строк). В песенный стих проникает стопность и силлабо-тоничность (главным образом под влиянием авторских стихотворных текстов), начинается метроритмическая урегулированность музыкальных времен в мелострофе. Единицей времени становятся постоянные метры: 4/4, 2/4, 3/4, 6/6, 12/8. В текстах песен сохраняется традиционный семи - и восьмисложник, но происходит их перекрестное (8787) и смежное (10 10 6 8) чередование.

Строфическая форма в большинстве жанров сохранена, причем преобладает четырехстрочник; другие формы образуются за счет повторов последних строк  меньших структур: шестистрочник образуется посредством повторов двух последних строк (или  последней полустрофы). Сохранены традиционные структуры песенных напевов – в основном неквадратные; переменный размер, обусловленный гетеросиллабизмом народно-песенного стиха.  

Активно идет процесс заимствования и переосмысления интонационно-ладового мышления:  используются октавные звукоряды, с выходом за его рамки, а также развитые мелодии, охватывающие широкий диапазон звучания. Ладовым остовом мелодии становятся натуральный мажор и гармонический минор со IIфригийской ступенью в каденционных окончаниях.

Основой музыкального исполнительства ногайцев по-прежнему остается монодийное пение. И только при исполнении отдельных жанров (шынъ, авторских песен) используются гетерофонное и  антифонное пение, истоки которых уходят в ранний исторический период. Песни исполняются под сопровождение клавишных инструментов - гармоники, аккордеона (вместо ногайской домбры и кылкобыза), домбровое аккомпанирование  встречается эпизодично, кылкобыз уже давно вышел из употребления.

Таким образом, анализ музыкального фольклора ногайских локально-этнических групп регионов позволяет обозначить основные тенденции, сформировавшие жанрово-стилевые нормы ногайских народных песен двух последних столетий.

В ногайских локальных регионах  созданы музыкальные диалекты: у кубанских, дагестанских, ставропольских и чеченских ногайцев сформировался общекавказский региональный диалект, у астраханских ногайцев – средневолжский.

Вокальные жанры позднего формирования содержат локально-диалектные и переходные признаки, включающие жанры других этносов. В вокальных жанрах традиционного фольклора прослеживается сохранность общеэтнических (наддиалектных) признаков, их подверженность иноэтническому влиянию весьма слабая.

Для музыкально-фольклорных жанров ногайцев последних столетий характерны сложные процессы: возникновение новых жанров на основе старых, а также переходно-промежуточных жанров. Возникают новые художественные и музыкальные средства выразительности, формы, исполнительские традиции уже существующих и новых жанров.

Народно-песенное искусство ногайцев находится лишь в начальной стадии научного осмысления. Поэтому не вызывает сомнения необходимость системного изучения музыкального наследия народа в самых различных аспектах: локально-региональном, общеэтническом, межэтническом и т. д.

 

Список литературы:

  1. Жорданиа И.М. Народное многоголосие, этногенез и расогенез //Советская этнография. – М: Наука. – 1988. -   № 2. – С. 24-33.
  2. Мошков В.А. Материалы для характеристики музыкального творчества инородцев Волжско-Камского края  //Известия общества  археологии, этнографии и истории. - Казань, 1893-1901. - Т. XII. - С. 1-67; T. XIV. - С. 265-296.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом