Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: LVIII Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов XXI столетия. ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ» (Россия, г. Новосибирск, 23 октября 2017 г.)

Наука: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Аслямова К.Р. ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫЕ И ФИЛОСОФСКИЕ АСПЕКТЫ ПОНЯТИЯ «СУВЕРЕНИТЕТ»: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ // Научное сообщество студентов XXI столетия. ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ: сб. ст. по мат. LVIII междунар. студ. науч.-практ. конф. № 10(57). URL: https://sibac.info/archive/social/10%2857%29.pdf (дата обращения: 23.08.2019)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 106 голосов
Дипломы участников
Диплом Интернет-голосования

ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫЕ И ФИЛОСОФСКИЕ АСПЕКТЫ ПОНЯТИЯ «СУВЕРЕНИТЕТ»: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Аслямова Карина Радиковна

студент юридического факультета ФГБОУ ВО «Оренбургский государственный университет»,

РФ, г. Оренбург

Научный руководитель Максименко Елена Ивановна

канд. пед. наук, доцент кафедры ТГиПиКП ФГБОУ ВО «Оренбургский государственный университет»,

РФ, г. Оренбург

Государство является сложной организацией, состоящей из определенного количества сегментов (институтов), формирующихся в целях реализации государственно-правового механизма обеспечения государственного суверенитета посредством взаимодействия между собой государственных организационных институтов.

В теории государства и права имеются различные подходы к пониманию понятия государственного суверенитета.

Если обратиться к античной древности, в частности, к Греции и рассмотреть самостоятельно существовавший античный полис, то говорить о полностью сформировавшемся понятии государственного суверенитета не приходится, так как он заключал в себе лишь отдельные его части. Так, по мнению некоторых авторов, у Аристотеля понятию суверенитета предшествовало понятие автаркии (самодостаточности, самоудовлетворенности), заключающееся в том, что государство (полис) должно быть построено таким образом, чтобы оно удовлетворяло все необходимые потребности его граждан, независимо от варварского мира и других греческих государств [8]. Понятие же элевтерии (свободы) Аристотель, а также Платон рассматривали как возможность автономии полиса, причем под автономией понималась способность определенного публичного образования обеспечить свою территориальную целостность и неприкосновенность, а также возможность определять свою политику, как внутреннюю, так и внешнюю (вершить правосудие, участвовать в качестве одной из сторон в заключении межполисных договоров и т.д.).

Однако, когда Греция становится частью Македонии, а затем и Римской империи, то ее относительная независимость рассматривается уже как автономия, ограниченная центральной частью метрополии. Вместе с тем, в античной Греции и Риме «понятие суверенитета не было необходимым потому, что государству не противостояло никакой другой претендовавшей на власть силы» [1].

Но уже в более позднее время, в конце эпохи средневековья происходит формирование светской рационалистической концепции суверенитета. Этому способствовали известные мыслители Никколо Макиавелли и Жан Боден.

Являясь хорошим знатоком истории, Никколо Макиавелли, по происхождению итальянец, видел возможность усиления и территориального объединения раздробленной Италии под абсолютной властью монарха, где высшим политическим интересом установил государственные интересы, которым должны подчиняться все остальные интересы. Поэтому в труде «Государь» мы замечаем, что Макиавелли оправдывает насилие по отношению к народу, так как ему совершенно чуждо представление о народе как об источнике народного суверенитета.

Жизнеспособное государство, по мнению Макиавелли, это государство, где реально обеспечивается неограниченная власть монарха, которая рассматривается с государственным суверенитетом как тождественные понятия. Самого термина в трудах мыслителя как токового нет, но его идеи легли в основу абсолютистского учения о государственном суверенитете.

Схожую точку зрения имел и другой мыслитель, француз по происхождению, Ж. Боден.

Именно Ж. Боден впервые ввел в научный оборот понятие «суверенитета» как «постоянный и абсолютный (непрерывный)» элемент государства, означающий высшую власть повелевать [4, с. 13]. Он доказывал, что абсолютность суверенитета имеет место тогда, когда суверенная власть не знает каких-либо ограничений для проявлений своего могущества. В своем известном труде «Шесть книг о государстве» (1576) Жан Боден хотя и упоминает народ как «совокупность свободных и разумных существ», где кроется суверенитет, но все же связывает высшую власть с личностью государя (суверена), которому «эту верховную и постоянную власть над гражданами с правом жизни и смерти народ может передать… без всяких ограничений, также как может это сделать собственник, желающий кого-либо одарить».

По мнению Бодена, главным инструментом управления является закон, поэтому способность издавать законы является первейшим признаком суверенной власти. Другие же признаки обусловлены и взаимосвязаны с ним: это право решать вопросы войны и мира, назначать высших должностных лиц, выступать судом высшей инстанции, чеканить монеты.

Противоположную точку зрения к идеям вышеупомянутых деятелей содержат работы Марсилия Падуанского, которому принадлежит пальма первенства в исследовании данного вопроса.

В отличие от других философов, М. Падуанский в трактате «Защитник мира» (1324) отстаивал очень смелый по тем временам тезис о том, что настоящий источник всякой власти – народ. Поэтому и суверенитет должен быть народным. Ведь именно от народа исходит как светская власть, так и духовная. Только он один - ее носитель и верховный законодатель. Такое право могут иметь все граждане или их преобладающая часть (высшая категория, которая служит общему благу), а не одно лишь лицо, не исключая и монарха.

Весьма сложным на первый взгляд кажется определение Гегеля понятия «суверенитет». В своем труде «Философия права» (1826) Гегель, в отличие от М. Падуанского, не считает суверенитет вытекающим из воли народа, а связывает с идеей государства, то есть отстаивает абсолютную ценность государственного суверенитета над народным.

Государство, в понимании Гегеля, это не некая конструкция, возвышающаяся над народом, а его неотъемлемое составляющее, как, например, душа по отношению телу.

В качестве «души» общества выступают субстанциональная составляющая с одной стороны и субъективная составляющая с другой стороны. Это, во-первых, тотальность, т.е. всеобщность и континуальность всех его членов. Во-вторых, полное самоопределение – самоопределение, не зависящее от внешних факторов, а имеющее источник исключительно в себе самом. Так получает свое развитие гегелевская трактовка сущности права как духовной субстанции-субъекта свободы. В таком виде государство выступает как одно, подобно единому и единичному существу: «Идеализм, составляющий суверенитет, есть то же определение, по которому в животном организме его так называемые части суть не части, а члены, органические моменты, изоляция, и для себя пребывание которых есть болезнь» [2, с. 317-318]. Эта субстанциональность, единичность, которая вытекает из самой природы государства, обозначается Гегелем как суверенитет.

Проблема суверенитета государства остается актуальной и на сегодняшний день в связи с глобализационными процессами, происходящими во всем мире, которые наряду с позитивными изменениями для различных государств, очень часто влекут за собой и отрицательные последствия, в первую очередь для суверенитета государства.

Так, в большей части отечественной юридической литературы суверенитет является правовым качеством или свойством государства, символизирующим политико- правовую самостоятельность государства, его верховенство в пределах своей территории и независимость в межгосударственных отношениях от других государств [5]. Безусловно, данное понятие очень хорошее – оно лаконично, содержательно, указывает на внутригосударственные и международные составляющие суверенитета, устанавливает полномочия государства на своей территории и вне ее. Однако, по мнению ученого А.А Моисеева, такое определение не раскрывает всю суть понятия суверенитета, т.к. остается множество вопросов, на которые еще нужно ответить (вопрос делимости или неделимости суверенитета, о его относительной или абсолютной природе). Кроме того, некоторые положения данного определения являются весьма спорными.

Например, исходя из логики вещей может сложиться впечатление, что суверенитет и государственная власть тождественные понятия. Если предположить, что это действительно так, то возникает вопрос, какое же место занимает народ в известной конструкции государства: территория-власть-народ.

Бесспорно, государственная власть является непосредственным реализатором возможностей государства, но не в большей степени, чем народ, который является не только «людским ресурсом, выступающим в качестве важнейшей составляющей экономической основы суверенитета», но именно непосредственным источником суверенитета [3, с. 15].

Следствием подмены народа как источника суверенитета властью является ошибочные суждения о правоспособности суверенитета. Утверждения сводятся к тому, что власть в своих полномочиях безгранична и способна по своей воле наделять суверенными полномочиями и ограничивать суверенитет, который якобы является делимым, делегирующим «часть властных полномочий внутри государства и за его пределами» [7, с. 21].

Согласиться с таким воззрением совершенно нельзя, иначе возникнет множество вопросов, таких как «В каком количестве может передаваться суверенитет?» или же «Сколько можно передать суверенитета, чтобы государство оставалось независимым?»

Суверенитет не терпит к себе утилитарного отношения – из суверенитета нельзя извлекать «выгоду», невозможно «окупиться» частично своим суверенитетом.

Важным выводом из всего сказанного является то, что суверенитет − это качество государства, а не «сущностная характеристика государственной власти», не «целенаправленный процесс, осуществляемый высшей государственной властью…», не «установление монополии государства на верховную власть в обществе», не «качественный признак государственной власти», не «полнота законодательной, исполнительной и судебной власти на его территории», ведь если исчезнет народ, то исчезнет и власть, а не наоборот [6, с. 78].

 

Список литературы:

  1. Верховодов Е.В. Генезис теории естественного права в Западной Европе: Дис….канд.юрид.наук. – Нижний Новгород, 2001.
  2. Гегель Г.В.Ф. Философия права. - М.: Директ-Медиа, 2002. - С.317-318.
  3. Кузьмин Э. Л. Природа государственного суверенитета // Евразийский юридический журнал. - №10(17) - 2009. - С. 15
  4. Левин И.Д. Суверенитет. – Изд-во «Юридический центр Пресс», 2003 г. - С.13.
  5. Международное право. Учебник под ред. А. А. Ковалева, С. В. Черниченко. М., 2008.
  6. Моисеев А.А. О некоторых взглядах на суверенитет || Право и государство. -  № 4 (65). - 2014. - С.78
  7. Пастухова Н. Б. Суверенитет и федеративная организация… С.21
  8. Формирование представления о суверенитете и его развитие. Интернет-ресурс: URL.: http://isfic.info/rosfed/porfir01.htm. (дата обращения: 15.09.2017)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 106 голосов
Дипломы участников
Диплом Интернет-голосования

Оставить комментарий