Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: III Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ» (Россия, г. Новосибирск, 23 мая 2012 г.)

Наука: Филология

Секция: Лингвистика

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Смирнова Е.П., Ужова О.А. ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ АПСПЕКТЫ ПЕРЕВОДА КАЛАМБУРА (НА ПРИМЕРЕ АНГЛОЯЗЫЧНОГО СЕРИАЛА («YES, PRIMEMINISTER!») // Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ: сб. ст. по мат. III междунар. студ. науч.-практ. конф. № 3. URL: https://sibac.info//sites/default/files/conf/file/stud_3_3.pdf (дата обращения: 14.07.2020)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ АПСПЕКТЫ ПЕРЕВОДА КАЛАМБУРА (НА ПРИМЕРЕ АНГЛОЯЗЫЧНОГО СЕРИАЛА («YES, PRIMEMINISTER!»)

Смирнова Евгения Павловна

студентка 4 курса, кафедра английской филологии

ИвГУ, г. Иваново

Е-mail: smizheka@gmail.com

Ужова Ольга Александровна

 научный руководитель, докт. филол. наук, доцент ИвГУ,

г. Иваново

 

 

Каламбур  - один из ярких и своеобразных лингвистических феноменов, интерес  к которому в последнее время особенно заметно возрос как среди лингвистов-теоретиков, так и в переводческом сообществе.  Будучи мастерски использованным, он безусловно является украшением того или иного произведения, но в то же время и серьезным испытанием для переводчика. Неудивительно поэтому, что при всем прогрессе в сфере теории и практики перевода каламбур долго оставался на периферии исследований, а попытки перенести его содержание с языка оригинала на иностранный заканчивались беспомощной сноской «непереводимая игра слов».

В ходе разработки лингвистической теории перевода была продемонстрирована некорректность «теории непереводимости», суть которой сформулирована в письме В. Гумбольдта к писателю и переводчику А. Шлегелю: «Всякий перевод представляется мне, безусловно, попыткой разрешить невыполнимую задачу. Ибо каждый переводчик неизбежно должен разбиться об один из двух подводных камней, слишком точно придерживаясь либо своего подлинника за счет вкуса и языка собственного народа, либо своеобразия собственного народа за счет своего подлинника» [2, с. 31].

Безусловно, языковое своеобразие любого текста, ориентированность его содержания на определенный языковой коллектив не может быть с абсолютной полнотой воссоздано на другом языке. Но перевод и не предполагает получения тождественного текста и отсутствие тождества не может служить доказательством невозможности перевода. Утрата каких-то элементов переводимого текста при переводе не означает, что этот текст «непереводим».

Все сказанное в полной мере относится к каламбуру. Согласно распространенному определению, каламбур – это «стилистический оборот речи или мини­атюра определенного автора, основанные на комическом использовании одинакового звучания слов, имеющих раз­ное значение, или сходно звучащих слов или групп слов, либо разных значений одного и того же слова и словосо­четания» [1, с. 48]

Каламбур  обладает двумя важными особенностями: двуплановостью и юмористическим и сатирическим эффектом [3, с. 5]. Именно эти черты, по справедливому мнению Е. Д. Ходаковой, позволяют исключить из понятия «каламбур» такие явления, как обычное звуковое сходство, омоформию в рифмах и т.д. [Ходакова 1969: 6]. Кроме того, чтобы оказать должное воздействие на читателя (зрителя), он должен быть оправдан контекстом, идейным содержанием произведения, а также привлекать остроумной формой.

Отдельного внимания заслуживает специфика передачи игры слов в художественных фильмах (сериалах).  Различия в переводе слова написанного и произнесенного с экрана касаются не вида этого стилистического приема, а скорее, способа привлечения внимания зрителя. При передаче каламбура в фильмах (сериалах)  воедино сливаются три важных аспекта перевода, каждый из которых сам по себе представляет самостоятельную лингвистическую проблему: 1) собственно процесс транскодирования, т.е. перенос информации с одного языка на другой, 2) передача комического содержания при помощи такого сложного лингвистического инструмента как каламбур и 3) перевод звучащего с экрана дискурса, что помимо лингвистических средств передачи смысла предполагает использование паралингвистических (например, интонация, паузы и др.)

Сформулируем некоторые основные принципы, которые, по нашему мнению, следует учитывать при переводе звучащих каламбуров.

Во-первых, принцип соответствия места, т.е.  на месте юмористического фрагмента в оригинале должен быть такой же фрагмент и в переводе, что фактически не оставляет добросовестному переводчику возможности проигнорировать шутку.

Во-вторых, принцип соответствия времени, означающий, что устный перевод должен умещаться в те же временные рамки, в которых герой произносит каламбур в оригинале.

В-третьих, принцип соответствия реакции, когда компенсируя оригинальный каламбур каламбуром с другим смыслом, переводчик должен учитывать даже мимику героев, поскольку реакция персонажа должна соответствовать переведенному варианту.

Переводчик фильма или сериала значительнее ограничен в свободе, чем переводчик литературного произведения. Если последний фактически творит новое произведение, то первый «пишет по готовой картине». Он связан временными рамками, имеет меньше возможности (а часто и совсем не имеет) менять контекст, даже прием компенсации в таких условиях может оказаться непродуктивным.

Исходя из этих принципов, мы постарались предложить некоторые версии перевода каламбуров, хотя главная задача заключалась не в том, чтобы найти единственно возможный вариант, а – проследить ход мысли переводчика.

В процессе работы над материалом был выработан алгоритм перевода каламбуров, который как бы реконструирует логику мышления переводчика.

1. Сначала необходимо определиться, насколько совпадают полисемантические поля у стимулятора в оригинале и у его дословного перевода. В некоторых случаях многозначность полностью совпадает («tongue» и «язык»), и тогда уместен дословный перевод, в результате которого получается совершенно аналогичный каламбур.

2. Если стимуляторы различаются, переводчик переходит к анализу результанты и начинает рассуждать с конца. Отталкиваясь от результанты оригинального каламбура, т.е. какой второй, скрытый смысл раскрылся в ходе словесной игры, и над чем фактически смеется зритель, нужно попытаться найти в языке перевода сходные по смыслу слова или выражения, которые имеют или при некоторой коррекции могут обрести второй смысл, сходный со смыслом стимулятора оригинального каламбура.

3. Если игры слов с той же двуплановостью, что и в оригинале добиться не удается,  можно построить новый каламбур с использованием абсолютно других смыслов, но стремясь в результате передать то же настроение или намерение говорящего персонажа (презрение, желание задеть собеседника и т.д.)  

Учитывая все эти принципы и особенности жанра, переводчик должен в первую очередь исходить из реакции зрителя, часто жертвуя возможностью выразить себя в красноречии и находчивости. В конечном итоге задача переводчика сводится к тому, чтобы предложить шутку, не уступающую оригинальной.

Исследование способов перевода каламбуров проводилось на примере британского сатирического телевизионного сериала «Yes, PrimeMinister!», завоевавшего колоссальную известность в середине 80-х годов. Сериал в форме сатиры, переходящей в абсурд, рассказывает о работе и личной жизни премьер-министра (вымышленного) департамента административных дел Джеймса Хакера. Сюжет и большинство шуток использует тему манипулирования министром его заместителями, помощниками и собственной женой. Другая тема, проходящая красной нитью через сериал – виртуозная демагогия и очковтирательство вместо реальной работы административного аппарата правительства. 

Выявленные в тексте сериала каламбуры можно разделить на три группы: 1)  построенные на полисемии, которые, в свою очередь, включают: а) каламбуры, в которых полисемантические поля совпадают (или частично совпадают) для ядра оригинала и перевода; б) не совпадают; в) эллиптические формы каламбурности; 2) каламбуры, основанные на созвучии; 3) так называемые каламбурные ситуации, под которыми понимаются случаи, когдаразличные значения многозначных или созвучных слов не сталкиваются в противоречии, то есть один контекст они не меняют на другой, не «переключают» тему разговора, в отличие от  классических каламбуров. Многоплановость в каламбурных ситуациях раскрывается в потенциальном переигрывании этой ситуации: герой говорит текст, в котором, может, и не подозревает второго смысла, но заметивший его зритель мысленно выстраивает ситуацию, если бы имелся в виду именно второй, потайной смысл.

В качестве примера поиска возможных вариантов перевода игры слов рассмотрим способы обыгрывания каламбурных ситуаций. Каламбурные ситуации не так сложны для перевода, как каламбуры, поскольку не требуют совпадения полисемантических полей или звучания, а должны лишь вызывать определенные ассоциации, параллельно наталкивая и на другой вариант трактовки сказанного.

Например, один из персонажей сериала Бернард предлагает не обедавшему и проголодавшемуся премьер-министру перейти к делам нации, на что Хакер раздраженно отвечает: «Stufftheaffairsofthenation, Iwantacook!». В русском варианте сериала это переведено как: «К черту дела нации, мне нужен повар!». Но в оригинале присутствует игра, основанная на двойном смысле слова «stuff», которое значит «наполнять», «набивать». В данном контексте (в частности в конструкции «stuffit») использование этой конструкции означает пренебрежительное отношение к предложению собеседника, демонстрирует отсутствие интереса, желание отмахнуться от чего-либо. То есть, даже перейдя на деловую тему, Хакер не просто отнекивается от нее, но и к тому же использует слово, вызывающее ассоциации с готовкой. Чтобы передать подобную игру можно предложить перевод: «Да я сыт уже делами нации, дайте мне нормально поесть!».

ИлижекогдаБернардпредупреждаетХамфриотом, чтонаднимсгущаютсятучи, исоветует: «perhaps adopting a more flexible posture: while keeping your ear to the ground, covering your retreat and watching your rear». Такой красноречивый совет, переполненный оборотами и переносными значениями, волей неволей заставляет зрителя учесть и прямое значение сказанного. Кроме того, каламбурность ситуации усиливается за счет двойного значения слова «rear», которое употребляется и как «тыл», и как «зад/задница». И в то время как добродушный, расторопный Бернард желает Хамфри держать ухо востро и иметь пути отступления, зритель фактически представляет Хамфри в этой «гибкой позе» – держа ухо у земли, и присматривая за собственным задом. Этот момент в сериале переводится: «Советую осторожно пересмотреть вашу позицию, возможно, выбрать более гибкую, держать ухо востро, подготовить ходы к отступлению и укрепить свои тылы». Такой перевод едва ли оставляет пространство для  игры смыслов. Отталкиваясь от второго смысла, который задевает внимание зрителя, можно предложить: «Выберите более гибкую позицию, притаитесь, приложите ухо к земле и прикройте свой зад». «Притаитесь и приложите ухо к земле» немного выбиваются по стилистике речи, но это звучит комично. Сложнее всего так же тонко передать двойственность «watchingyourrear». Можно привести аналог: «прикрыть задницу» – военный жаргон, означающий «укрепить тыл», но Бернард вряд ли употребил бы такую грубую форму. Перевод будет зависеть от взгляда переводчика, от того, какому зрителю он адресуется. В зависимости от этого придется выбрать одно из «прикройте свой зад», «прикройте свой тыл» и подобных вариантов.

Со словосочетанием «гибкая позиция» возникает меньше всего проблем, так как оно функционирует так же как и в оригинале. Когда же Хамфри заходит к Хакеру и наталкивается на непростые вопросы министра, он говорит: «PrimeMinister.. Youplacemeinaverydifficultposition». «Вы ставите меня в затруднительное положение» будет звучать так же двусмысленно, как и в оригинале.

В другом случае, каламбурная ситуация строится на оговорке. Премьер-министр допрашивает сэра Фрэнка, сколько должна быть пенсия должностного лица, на что тот, дабы не смутить начальника своими аппетитами, называет неразумно маленькую цифру. Желая проучить Фрэнка, Хакер предлагает ему именно такую пенсию, тем более, раз он сам ее и предложил. Фрэнквзамешательствепоспешноотвечает: «I was talking out of my (оговаривается) off the top of my head». Не продумав ответ, Фрэнк уже было говорит, что это «сумасшествие», но, опомнившись, поправляется, сказав, что «говорил, не подумав». В данном случае при переводе следует отталкиваться от первой части, так как она в некоторых рамках может варьироваться. То есть говоря в оригинале о сумасшествии, в переводе Фрэнк может указывать на ничтожно маленькую пенсию: «Но это какие-то жалки.. жалко я не быстро считаю, так ведь сложно сказать».

Таким образом, критически проанализировав перевод каламбуров в русском варианте сериала, мы предложили альтернативный вариант передачи приведенных примеров игры слов. Основным недостатком имевшегося перевода была дословность, от чего терялся эффект лингвистической игры, а зачастую и юмористический элемент. Отталкиваясь от жанра сериала, приоритетной целью при переводе было сохранение комического эффекта, что и учитывалось во всех переведенных нами примерах. В некоторых случаях, где это было возможно, комическую составляющую удалось передать с помощью приема игры слов, как и в оригинале.

 

Список литературы

  1. Кузьмин С. С. Смех как переводческая проблема  (На приме­ре фразеологизмов)  // Тетради переводчика. – 1976.  – № 13.  –  С. 47‑57.
  2. Федоров А. В. Основы общей теории перевода (Лингвистические проблемы).  - Учеб. пособие. ‑ 5-е изд. ‑ СПб.: Филологический факультет СПбГУ; М.:ООО «Издательский Дом «ФИЛОЛОГИЯ ТРИ», 2002. – 416 с.
  3. Ходакова Е. П. Из истории русского каламбура (вторая половина 18 - первая треть 19 века):  Автореф. дис. … канд. филол. наук. – М., 1969. – 22 с.
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом