Статья опубликована в рамках: XXVIII Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов XXI столетия. ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ» (Россия, г. Новосибирск, 22 января 2015 г.)

Наука: Филология

Секция: Литературоведение

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Комина А.Э. НАРРАТИВ ПУТЕШЕСТВИЯ В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ: «ОДИССЕЯ» И «ОЧАРОВАННЫЙ СТРАННИК» // Научное сообщество студентов XXI столетия. ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ: сб. ст. по мат. XXVIII междунар. студ. науч.-практ. конф. № 1(28). URL: http://sibac.info/archive/guman/1(28).pdf (дата обращения: 21.09.2019)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

 

НАРРАТИВ  ПУТЕШЕСТВИЯ  В  ХУДОЖЕСТВЕННОЙ  ЛИТЕРАТУРЕ:  «ОДИССЕЯ»  И  «ОЧАРОВАННЫЙ  СТРАННИК»

Комина  Анастасия  Эдуардовна

студент  1  курса  магистратуры,  кафедра  связей  с  общественностью  в  бизнесе  СПбГУ,  РФ,  г.  Санкт-Петербург

Е-mail:  anastasiiakomina@mail.ru

Троицкий  Сергей  Александрович

научный  руководитель,  старший  преподаватель,  канд.  филос.  Наук,  Санкт-Петербургский  Государственный  Университет,  институт  Философии,  РФ,  г.  Санкт-Петербург

 

«У  каждого  из  нас  есть  только  одно  истинное  призвание  —  найти  путь  к  самому  себе»  [2,  с.  277].  Но  чтобы  найти  этот  путь,  порой  следует  пройти,  проплыть,  проползти  немало  километров.  Любое  путешествие-  географическое,  имагинарное,  временное,  —  изменяет  человека,  преображает  его.  По  этой  причине  тема  путешествия  всегда  была  широко  представлена  в  мировой  литературе.  Начиная  с  первого  сохранившегося  литературного  памятника,  «Одиссеи»,  и  вплоть  до  сегодняшнего  дня  писатели  и  поэты  описывают  человеческие  искания  своего  во  всех  его  проявлениях.  От  произведения  к  произведению,  от  эпохи  к  эпохе  насыщался  новым  содержанием  и  образ  человека  путешествующего.

В  образе  путешественника  традиционно  аккумулируется  опыт  соприкосновения  с  «другим»,  «иным»,  «чужим»,  сама  метка  изменения  места  подразумевает  встречу  с  «другим».  Давно  известная  формула  «чтобы  познать  себя,  нужно  встретиться  с  «чужим»,  предоставляет  писателям  простор  для  анализа  человеческой  личности  и  попытки  дать  своё  объяснение  явлениям,  без  нашей  воли  создающих  нашу  судьбу,  сквозь  призму  путешествия. 

Стоит  отдельно  затронуть  вопрос  различия  понятий  «путешественник»  и  «странник».  Путешественник-  человек,  совершающий  некий  переход  от  одной  точки  к  другой,  от  координаты  А  к  координате  В,  с  определенной  целью.  Странничество  отличается  от  путешествия  особой  духовностью  итога  пути.  В  словаре  Ушакова  странничество  объясняется  как  «странствование  пешком  с  целью  богомолья  как  бытовое  явление»  [10].  Конечная  цель  странничества  лежит  вне  социофизического  пространства,  она  находится  в  мире  метафизическом,  надреальном,  идеальном. 

Однако  нам  не  представляется  преступным  периодически  смешивать  данные  понятия,  объясняя  это  той  мыслью,  что  каждое  конкретное  путешествие  изменяет  и  морально-духовную  составляющую  человека,  в  свою  очередь  странничество  представляет  собой  перемещение  (в  пространстве,  воображении,  времени  и  т.  д.),  что  является  основной  характеристикой  путешествия.  Безусловно,  существуют  ситуации,  в  которых  приравнивать  эти  понятия  будет  ошибочно.

Вопрос  судьбы,  фатума,  предопределенности  встал  перед  человеком  едва  ли  не  раньше,  чем  вопрос  о  сути  самой  человеческой  личности.  В  связи  с  этим  и  появляется  первое  известное  нам  записанное  произведение  европейской  культуры,  а  именно  «Одиссея»  Гомера.  В  эпосе  путешествие  является  и  сюжетообразующим  моментом,  и  воплощением  судьбы,  и  аллегорией  человеческой  жизни. 

Дальнейший  путь  развития  европейской  литературы,  предопределенный  «Одиссеей»,  был  направлен  на  рассмотрение  человеческой  жизни  как  путешествия,  где  сам  человек  представляет  собой  безвольное  создание,  ведомое  высшими  силами.  Приход  христианства  меняет  данную  картину,  наполняя  путешествие  дополнительными  смыслами.  Именно  в  это  время  появляется  понятие  странничества,  о  котором  говорилось  выше.  Символизм  «христианского»  периода  европейской  (русской  в  частности)  литературы  наполнен  в  том  числе  отзывами  к  политеистическим,  еще  не  ушедшим  из  народной  культуры,  образам,  что,  собственно,  сохраняется  в  литературе  вплоть  до  сегодняшнего  дня.

С  Ренессансом,  а  позже  эпохой  Просвещения  связывают  коренной  переход  от  созерцания  человеком  окружающего  мира  к  попытке  объяснить  себя,  общество  и  природу.  Эпоха  Великих  Географических  открытий  показала  средневековому  человеку  необъятность  окружавшего  его  мира,  возбудив  в  нем  стремление  к  путешествиям,  открытиям  и  подвигам,  которые  возможны  были  наяву,  а  не  в  сказаниях.  Социально-политические  процессы,  бурлившие  в  Европе  в  то  время,  изменили  человека,  взрастив  в  нем  способность  к  иронии,  сатире  как  своего  рода  протест  против  существующего  несовершенного  порядка.  Человек  стал  опаснее  для  государства,  но  процессы  индивидуализации  были  запущены.  И  рождаются  герои-насмешки,  герои-обличители  —  Дон  Кихот,  Гулливер,  для  которых  характерно  пародийное  пересечение  хронотопа  «чужого  чудесного  мира»  рыцарских  романов  с  «большой  дорогой  по  родному  миру»  плутовского  романа;  герои-  победители  природы,  как  Робинзон  Крузо,  доказавший  величие  человека  средой.  С  этого  периода  писатель  становится  провозглашателем  истин,  вскрывающим  проблемы  общества,  во  многом  политической  фигурой,  которая  при  всем  при  этом  с  помощью  приема  путешествия  пытается  разгадать  высшие  загадки  человеческой  сущности. 

Однако  идея  путешествия  как  предопределенного  высшими  силами  пути,  метафоры  человеческой  жизни,  проходит  красной  нитью  сквозь  всю  европейскую  литературу.  В  доказательство  этого  тезиса  хотелось  бы  сравнить  первоначало  европейской  литературы-  «Одиссею»,  с  произведением  русского  писателя  Николая  Семеновича  Лескова  «Очарованный  странник».  Два  произведения,  написанные  с  разницей  в  двадцать  три  века,  тем  не  менее  вполне  сопоставимы  по  многим  параметрам.  И  самая  главная  черта,  объединяющая  их,  —  это  сюжето-  и  смыслообразующая  функция  путешествия.

  Создавая  персонаж  Ивана  Северьяновича  Флягина,  Лесков  пытался  собрать  в  одном  образе  олицетворение  русской  души,  праведника,  а  так  же  человека,  вовлеченного  в  водоворот  жизни  неведомыми  силами.  Первоначальное  название  повести  —  «Черноземный  Телемах»,  явно  отсылает  нас  и  к  попытке  переделать  на  новый  лад  античный  авантюрный  роман,  что  напрямую  связывает  замысел  автора  с  «Одиссеей».  Телемах  —  сын  Одиссея,  который  пытается  найти  отца  с  помощью  богини  Афины.  Примечательно,  что  история  сына  героя  послужила  темой  знаменитого  романа  Фенелона  «Приключения  Телемаха»,  написанного  в  конце  XVII  века  для  воспитанника  автора,  герцога  Бургундского.  Безусловно,  Телемах  Фенелона  сильно  отличается  от  гомеровского,  в  романе  очевидны  наставительные  черты.  Герой  постоянно  попадает  в  неприятные  ситуации  из-за  отсутствия  мудрости  и  юношеской  строптивости,  мешающей  слушаться  советов  старших.  При  этом  автор  значительно  расширил  географию  странствий  Телемаха,  что  было  необходимо  для  более  полного  знакомства  героя  с  разными  типами  государственного  устроения.  Заимствуя  сюжет  и  общий  стиль  у  гомеровской  «Одиссеи»,  Фенелон,  тем  не  менее,  раскрывает  в  романе  идеи,  типичные  для  XVII—XVIII  века,  идеи  просвещенной  монархии  и  полезные  для  воспитания  будущего  правителя.  Интересно,  что  в  1760-х  годах  «Приключения  Телемаха»  вольно  переводит  Тредиаковский,  специально  изобретая  русский  аналог  гомеровского  гекзаметра. 

На  культурной  сцене  существует  и  еще  один  Телемах,  на  этот  раз  не  античный  герой,  а  христианский  мученик.  Святой  Телемах  пытался  прекратить  гладиаторские  бои,  за  что  толпа  забросила  его  камнями.  Однако  потрясенный  самоотверженностью  святого  император  Гонорий  запретил  бои.  Скорее  всего,  в  процессе  работы  Лесков  воодушевлялся  всеми  вышеперечисленными  телемахами,  выбирая  определенные  черты  для  создания  характера  Флягина.

Множественность  смыслов  первоначального  названия  уходит,  если  рассмотреть  окончательный  вариант  наименования  произведения  —  «Очарованный  странник».  В  первую  очередь  наш  русский  Телемах  —  странник,  влекомый  судьбой,  «очарованный»  высшими  силами,  а  уж  потом  нравственный  идеал  и  борец  за  справедливость. 

Несмотря  на  большую  схожесть  характеров  Флягина  и  Телемаха,  по  многим  параметрам  простодушный  Игорь  Северьянович  ближе  к  хитроумному  Одиссею.

Композиционно  схожесть  произведений  очевидна  —  множественность  автономных  сюжетов,  связанных  главным  сюжетом  —  поиском  дома  и  странничеством.  Множество  мини-историй  как  бы  нанизываются  на  нитку  главной  мысли,  при  этом  каждая  из  них  может  рассматриваться  как  самостоятельное  сочинение.  Анализ  структуры  композиции  текста  «Одиссеи»  показал,  что  типологически  схожие  блоки  действия  расположены  в  отношении  центра,  образовывая  круговую  конструкцию. 

Что  же  мы  видим  в  «Очарованном  страннике»?  Эпизоды,  из  которых  составлена  повесть,  имеют  свой  собственный  «микросюжет».  Микросюжеты  выстраиваются  следующим  образом:  1)  спасение  Флягиным  семьи  графа  К.;  2)  наказание  (за  месть  графининой  кошке),  порка  и  бегство  от  графа;  3)  служба  в  «няньках»  и  бегство  с  матерью  ребенка  и  ее  любовником;  4)  поединок  с  Савакиреем  и  уход  в  степь;  5)  возвращение  в  Россию;  6)  служба  при  князе,  история  с  Грушенькой;  7)  солдатская  служба;  8)  скитания  и  приход  в  монастырь;  9)  жизнь  в  монастыре  [7].  Таким  образом,  события  выстраиваются  вокруг  «серединного»  сюжета  пленения  в  степи,  обретения  образа  родины  и  возвращение  в  Россию.  Положительное  событие  спасение  семьи  графа  можно  сравнить  с  уходом  в  монастырь,  наказание  за  смерть  кошки  сопоставимо  с  самонаказанием  Флягина  —  уходом  на  войну.  Из  этого  можно  предположить,  что  символически  «Очарованный  странник»  так  же  имеет  круговое  построение.

В  качестве  еще  одной  объединяющей  сюжеты  черты  можно  указать  и  похожий  образ  дома.  В  обоих  случаях  он  формировался  вдали  от  родины,  то  есть  подвергся  определенной  идеализации.  У  Одиссея  к  образу  дома  добавляется  образ  жены  и  сына,  Флягин  же  абсолютно  ни  к  чему  не  привязан  и  имеет  очень  абстрактное  представление  о  родине,  выраженное  в  вере.  Однако  в  обоих  случаях  странники,  имеющие  довольно  общее  представление  о  доме,  то  есть  о  желаемой  конечной  точки  путешествия,  странствуют  все-таки  не  так  целенаправленно.  Или,  иначе  говоря,  странствие  лишь  посредственно  связано  с  образом  дома,  целью  его  все-таки  является  осознание  рока,  о  котором  было  сказано  выше.

Схож  и  хронотоп  обоих  произведений.  Особенностью  античного  эпоса  является  его  событийность.  Путь  измеряется  не  в  километраже  и  даже  не  во  времени,  а  событиями,  препятствиями,  которые  герою  выпало  преодолеть. 

«Одиссея»  может  излагаться  по  отдельным  дням,  в  течение  которых  происходят  изображаемые  в  поэме  события.  Несмотря  на  впечатляющие  размеры  произведения  в  ней  можно  обнаружить  строго  определенное  и  весьма  узко  ограниченное  временем  изображение  происходящих  событий.  Если  действие  в  «Илиаде»  охватывает  51  день,  то  в  «Одиссее»  оно  развертывается  только  в  течение  40  дней.  Отдельно  стоит  отметить,  что  25  из  указанных  40  дней  совсем  не  описаны,  а  лишь  обозначены.  «Из  10  лет  странствования  Одиссея  наша  поэма  изображает  только  последние  дни  перед  Итакой  и  несколько  дней  на  Итаке.  Обо  всем  остальном  времени,  т.  е.  в  сущности,  о  10  годах,  либо  рассказывается  самим  Одиссеем  на  пиру  у  Алкиноя,  либо  о  них  только  кратко  упоминается»  [3]. 

Иван  Северьянович  Флягин  также  строит  свой  рассказ  по  событиям,  а  не  по  годам.  Например,  в  плену  в  степи  он  был  десять  лет,  при  этом  отдельно  описаны  былы  только  моменты  с  зашиванием  в  пятки  конского  волоса  и  приходом  монаха. 

В  случае  с  «Очарованным  странником»  такое  «событийное»  построение  можно  объяснить  тем,  что  повествование  ведется  от  лица  самого  героя,  а  «рассказ  в  рассказе»  предполагает  описание  событий  с  точки  зрения  значимости  для  судьбы  персонажа,  что  изначально  подразумевает  событийную  структуру.  Этого  нельзя  сказать  об  «Одиссее»,  где  рассказчиком  выступает  неназванное  абстрактное  лицо.  Однако  композиционно  схожесть  двух  произведений  очевидна. 

Интересна  и  завязка  обеих  историй.  По  мнению  Гордезиани,  «завязка  всей  композиции  «Одиссеи»  —  в  начале  поэмы  слово  Зевса:  человек,  не  послушавшийся  призыва  богов,  погибнет,  как  это  случилось  с  Эгистом,  не  послушавшимся  воли  Зевса,  переданной  ему  Гермесом,  —  и  в  конце  —  знамение  Зевса.  Одиссей  прислушивается  к  воле  Зевса,  переданной  Афиной.  Божественное  примирение»  [3].  Завязка  приключений  «Очарованного  сранника»  заключается  в  убийстве  монаха,  приходе  монаха  Флягину  во  сне  и  озвучивании  пророчества:  «А  вот,  —  говорит,  —  тебе  знамение,  что  будешь  ты  много  раз  погибать  и  ни  разу  не  погибнешь,  пока  придет  твоя  настоящая  погибель,  и  ты  тогда  вспомнишь  материно  обещание  за  тебя  и  пойдешь  в  чернецы»  [5,  с.  209].  В  обоих  случаях  завязка  заключается  в  возникновении  конфликта  с  потусторонней,  божественной  силой.  Отсюда  возникает  одна  из  основных  идей  обоих  произведений-  идея  предопределенности,  то,  что  сказано  высшими  силами,  должно  быть  выполнено.  Предопределение  —  это  и  есть  та  невидимая  сила,  толкающая  героев  на  странствие,  и  целью  своей  оно  имеет  осознание  героем  неотвратимости  предначертанного.

Стоит  отметить,  что  божественное  предопределение  в  «Одиссее»  и  «Очарованном  страннике»  имеет  много  различий.  Инициатива  в  античном  романе  «передается  случаю,  управляющему  одновременностью  и  разновременностью  явлений  или  как  безличная,  не  названная  в  романе  сила,  или  как  судьба,  или  как  божественное  провидение,  или  как  романные  «злодеи»  и  романные  «таинственные  благодетели»  [1]  Рок  направляет  все  действия  героя,  приводит  его  к  испытаниям.  «Очарованный  странник»  находится  же  в  совсем  другой  культурной  среде.  Предпоределение  же  в  повести  Лескова,  близкого  по  философским  взглядам  с  Львом  Толстым,  христианина,  стоит  выше  фатализма,  оно  не  исключает  свободу  воли,  тем  не  менее  цепь  якобы  случайных  событий  в  итоге  оказывается  тернистым  путем  к  тому,  что  было  предначертано.  Эта  идея  и  отражена  в  пути  Ивана  Северьяновича.  Он  отказался  следовать  в  монастырь,  выбрав  свободу,  но  его  бесшабашная  жизнь  в  итоге  все  же  привела  героя  к  мысли,  что  он  должен  стать  монахом.  И  по  свободной  воле  он  постригся,  не  нарушив,  а  подтвердив  тем  самым  наказ,  данный  когда-то  высшими  силами.

Мы  можем  найти  множество  отличий  в  античной  «Одиссее»  и  «Очарованном  страннике»,  что  вполне  объяснимо,  если  учесть  временную  бездну,  разделяющую  авторов  обоих  произведений.  Самое  главное  различие,  на  наш  взгляд,  состоит  в  географической  привязанности  путешествия.  Путешествие  античного  героя  происходит  как  в  реальном,  так  и  в  виртуальном  мире,  мире  над  реальном,  мире  богов.  Географическое  незнание  мира  приводит  к  полету  фантазии,  продуцирующего  невиданных  существ:  циклопов,  амазонок,  пигмеев  и  других  существ.  Отсутствие  знаний  о  причинах  природных  явлений  вводит  в  античный  эпос  множество  героев-  покровителей  тех  или  иных  сил  природы:  бореады,  оры,  сатиры  и  пр.

Иван  Северьянович  Флягин  же  путешествует  в  реальном  мире,  четко  называются  основные  географические  метки.  Он  побывал  и  в  орловских  поместьях,  и  в  Пензе,  и  на  ее  пригородных  восточных  ярмарках,  и  в  степях  Заволжья,  и  на  астраханских  солончаках,  и  в  Макарьеве  под  Нижним  Новгородом,  и  на  южном  лимане,  и  на  Кавказе,  и  в  Петербурге,  и  на  Ладоге.  Как  бы  ненароком  Флягин  в  своем  повествовании  описывает  привычки  людей,  встречавшихся  на  его  пути,  чаще  всего  акцентируя  внимание  на  несправедливости,  встречающейся  повсеместно.  В  повести  Лесков  выражает  свои  мысли  касательно  социальной  стратификации  и  угнетения  народа.  Его  герой  перепробовал  очень  большое  количество  социальных  ролей:  от  конюха  и  артиста  до  офицера  и  монаха.  Описание  представителей  этих  профессий  показывает  несовершенство  социальной  модели  государства  и  является  своего  рода  протестом  против  существующих  порядков.  Безусловно,  только  элементы  такой  рефлексии  на  существующие  порядки  мы  можем  найти  в  «Одиссее»,  и  в  основном  встречаются  описания  выдуманных  государств,  таких,  как  страна  Киконов.  В  этом  отношении  Лесков  гораздо  ближе  к  «Приключениям  Телемаха»  Фенелона,  где  подробное  отображение  различных  форм  государства  с  их  минусами  и  плюсами  является  основной  целью  произведения.

Таким  образом,  мы  рассмотрели  общие  черты  двух,  казалось  бы  разных  в  хронологическом  и  семантическом  смысле  произведений,  —  «Одиссеи»  и  «Очарованного  странника»,  оценили  важнейшую  роль  путешествия  как  сюжето-  и  смыслообразующего  приема.  Мы  проанализировали  значительную  роль  предопределения,  толкающего  героев  на  длительные  странствия.  В  результате  можно  сказать,  что  влияние  античного  авантюрного  романа,  фабулой  которого  является  путешествие  со  многими  препятствиями,  и  ярчайшим  представителем  которого  можно  назвать  «Одиссею»,  сохранила  своё  влияние  даже  на  повести  XIX  века.  Многоуровневость  построения,  возможность  привлечения  дополнительных  героев  и  манящая  писателей  тема  рока,  судьбы,  фатума  привлекла  и  Николая  Семеновича  Лескова.  Переработав  сюжет  «Одиссеи»,  он  создал  повесть  —  приключения  «русского»  Одиссея,  вынужденного  скитаться  по  необъятной  России  в  поисках  себя,  Одиссея,  которому  предначертана  судьба  и  которой  он  изначально  противится.  Но  судьбе  противиться  нельзя.

 

Список  литературы:

  1. Бахтин  М.М.  «Формы  времени  и  хронотопа  в  романе».  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://www.chronos.msu.ru/RREPORTS/bakhtin_hronotop/hronotop1.html.  Дата  обращения  25.11.2014.
  2. Гессе  Г.  «Демиан».  М.:  Астрель,  2012  г. 
  3. Гордезиани  Р.В.  «Проблемы  гомеровского  эпоса».  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://annales.info/greece/gordez/pge3_5.htm.  Дата  обращения:  10.01.2014.
  4. Лебедева  О.Б.  «История  русской  литературы  XVIII  века»  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://lib.rus.ec/b/420836/read.  Дата  обращения  :  25.11.2014.
  5. Лесков  Н.С.  Избранные  сочинения.  М.:  Олма  Пресс  Образование,  2004.
  6. Ничипоров  Б.В.  «Введение  в  христианскую  психологию»  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://klikovo.ru/db/msg/10786.  Дата  обращения:  25.11.2014.
  7. Ранчин  А.М.  «Очарованный  странник»  Лескова.  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL  http://sobolev.franklang.ru/index.php?Itemid=7&catid=28:-xix-&id=137:--q-q-&option=com_content&view=article.  Дата  обращения  25.11.2014.
  8. Смирнов  И.П.  «Генезис.  Философские  очерки  по  социокультурной  начинательности»  СПб:  Алетейя,  2006.  —  с.  236—250.
  9. Столярова  И.В.  Н.С.  Лесков  //  История  русской  литературы:  В  4  т.  /  АН  СССР.  Ин-т  рус.  лит.  (Пушкин.  Дом).  Л.:  Наука.  Ленингр.  отд-ние,  1980—1983.  Т.  3.  Расцвет  реализма:  История  русской  литературы.  1982.
  10. Толковый  словарь  Ушакова.  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://ushakovdictionary.ru/word.php?wordid=74763.  Дата  обращения:  25.12.2014.
  11. Тредиаковский  В.К.  Собрание  сочинений.  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://az.lib.ru/t/trediakowskij_w_k/  .Дата  обращения  11.01.2015.
  12. Фенелон  Ф.  «Телемах».  М.:  Римис,  2011.

 

Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий