Статья опубликована в рамках: XIV Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов XXI столетия. ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ» (Россия, г. Новосибирск, 19 ноября 2013 г.)

Наука: Филология

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Пищик Н.С., Чепелюк А.Д. СТРАХ КАК ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ КОНЦЕПТ В НЕМЕЦКОЯЗЫЧНЫХ РИФМОВАННЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ДЛЯ ДЕТЕЙ // Научное сообщество студентов XXI столетия. ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ: сб. ст. по мат. XIV междунар. студ. науч.-практ. конф. № 14. URL: http://sibac.info/archive/humanities/guman8(11).pdf (дата обращения: 19.10.2019)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
Диплом лауреата
отправлен участнику

СТРАХ  КАК  ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ  КОНЦЕПТ  В  НЕМЕЦКОЯЗЫЧНЫХ  РИФМОВАННЫХ  ПРОИЗВЕДЕНИЯХ  ДЛЯ  ДЕТЕЙ

Пищик  Наталья  Сергеевна

студент  4-го  курса  факультета  иностранной  филологии  и  социальных  коммуникаций,  Сумский  государственный  университет,  Украина,  г.  Сумы

E-mail:  Natysa.Thebest  @mail.ru

Чепелюк  Антонина  Дмитриевна

старший  преподаватель,  кафедра  германской  филологии,  Сумский  государственный  университет,  Украина,  г.  Сумы

 

Исследуется  эмоциональная  концепция  страха  в  детских  рифмованных  произведениях  на  примерах  стихов  Г.  Гофмана,  Г.  Гете  и  В.  Буша,  а  также  стилистические  приемы  его  реализации.  Определяется  роль  отрицательного  примера  в  воспитании  ребенка.

Актуальность  данного  исследования  обусловлена  активным  использованием  рифмованных  произведений  для  детей  в  воспитательных  целях.  Особенности  немецкоязычных  детских  стихов,  отображение  культуры,  лексические  и  эмоциональные  способы  влияния  их  на  психику  недостаточно  изучены.  Объектом  данной  статьи  выступают  немецкоязычные  рифмованные  произведения  для  детей.  Предмет:  концепт  страха,  как  метод  влияния  на  читателя  и  формирования  личности.

Цель  данной  работы  —  проанализировать  значение  концепта  страха  в  поэтических  произведениях  для  детей,  определить,  каким  образом,  с  помощью  неприятных  образов  в  стихах  достигается  воспитательный  эффект,  какие  стилистические  приемы  при  этом  используются.

Страх  является  одним  из  ключевых  концептов  культуры,  т.  е.  обусловленной  культурой  ядерной  (базовой)  единицей  картины  мира,  обладающей  экзистенциальной  значимостью  и  для  отдельной  языковой  личности,  и  для  лингвокультурного  сообщества  в  целом  [5,  с.  111].

Страх  рассматривается  в  качестве  одного  из  основных  эмоциональных  концептов.  Заметим,  что  под  последним  обычно  понимается  этнокультурно  обусловленное,  вербально  оформленное  образование,  включающее  помимо  понятия  культурную  ценность  и  замещающее  человеку  в  процессе  рефлексии  и  коммуникации  однопорядковые  элементы  мира  [1,  с.  3].

Именно  поэтому,  страх  может  использоваться  как  средство  создания  эмоционального  эффекта,  который  достигается  с  помощью  стилистических  приемов,  таких,  как  звукоподражание,  персонификация,  аллитерация,  метонимия,  метафора,  гипербола  и  другие.

Если  образы  заставляют  ребенка  бояться  и  применяются  вместе  с  моралью  —  это  может  создать  определенный  воспитательный  эффект.  

Как  можно  судить,  в  немецком  языковом  сознании  концепт  ANGST  имеет  противоречивую  оценку.  С  одной  стороны,  ANGST  воспринимается  как  нечто  плохое,  что  вызывает  негативное  отношение,  как  неблагоприятный  фактор,  который  может  лишить  человека  покоя.  С  другой  стороны,  ANGST  мыслится  как  нечто  человекоподобное,  с  ним  можно  подружиться,  он  может  предостерегать,  советовать,  что  говорит  о  положительном  отношении  к  страху  в  немецкой  лингвокультуре  [1,  с.  3].

Это  значительно  отличает  немецкую  культуру  от  русской,  где  редко  можно  встретить  смерть  персонажа  в  поэзии  для  детей,  и  в  которой,  как  правило,  все  заканчивается  хорошо  —  герой  понимает  свои  ошибки  и  исправляется.  В  немецких  произведениях  персонажи  часто  попадают  в  большие  неприятности,  могут  быть  жестоко  осмеянными  или  травмированными,  а  иногда  даже  погибают.

Главным  немецким  концептом,  все  же,  является  концепт  порядка  —  Ordnung.  По  мнению  немецкого  социолога  Макса  Вебера  —  это  базовая  данность  немецкого  народа.  С  этой  точки  зрения  традиционно  немецкими  считаются  такие  добродетели,  как  Gehorsam  (послушание),  Pflicht  (долг),  Unterordnung  (подчинение)  и  Disziplin  (дисциплина).  Указанные  качества  считались  стандартами  для  воспитания  в  семье  и  школе,  и  в  целом,  ценностями  для  немецкого  общества  [3,  с.  154].

Таким  образом,  концепт  ANGST  используется  для  реализации  концепта  Ordnung.  Существует  даже  несколько  устойчивых  словосочетаний,  касающихся  приучения  к  порядку,  что  указывает  на  важность  этого  качества  для  развития  личности  (1)  j-n  an  Ordnung  gewöhnen,  (2)  j-m  zur  Ordnung  erziehen  /  anhalten.  Лингвокультурный  концепт  «Порядок»,  включая  главные  сферы  жизни  человека,  находится  на  высшем  уровне  иерархии  в  немецкой  языковой  картине  мира,  а,  следовательно,  является  системообразующим  для  немецкого  менталитета  [4].

Ниже  будут  рассмотрены  стихи  Генриха  Гейне,  Уильяма  Буша  и  Генриха  Гофмана.

Вильгельм  Буш  (1832—1908),  получил  большую  известность  своими  иллюстрированными  историями  «Макс  и  Морис  »  (1865).  В  них  он  осмеивал  жадность,  власть,  любовь  к  себе,  безрассудство.  Его  гротескные  и  забавные  иллюстрации  и  тексты  осмеивают  пороки  тогдашнего  общества  [9,  с.  146].

Генрих  Гофман  —  автор  сборника  обучающих  стихов  о  детях  "Struwwelpeter".  Его  герои  могут  служить  примером  для  каждого  непослушного  ребенка.  С  помощью  стилистического  приема  метонимии,  каждый  герой  представляет  собой  собирательный  образ  всех,  кто  поступает  так  же  или  имеет  такие  же  вредные  привычки.  Каждая  история  имеет  свою  педагогическую  цель.  Zappel-Philipp  —  должен  научиться  спокойно  сидеть  за  столом,  Suppenkasper  —  не  капризничать  касательно  еды  и  т.  д.  Так  пытался  помочь  в  воспитании  детей  своими  стихами  врач  Генрих  Гофман.  Ведь  врач  будто  трубочист  —  черный  человек,  использующий  детский  страх  [7,  с.  1].

Имена  персонажей  играют  важную  роль  в  реализации  концепта  Ordung  через  противоположный  ему  концепт  Unordung.  Сложные  имена-эпитеты  экспрессивно  выражают  то,  в  чем  персонажи  нарушают  порядок  и  легко  запоминаются.  Ниже  предоставлена  таблица  особенности  имен.

Таблица  1. 

Особенности  имен  персонажей  стихов  Генриха  Гофмана

Имя  персонажа  на  немецком  языке

Перевод  и  особенности  имен

Zappel-Philipp  [8,  с.  27].

Zappeln  —  крутиться;  Стих  о  Филиппе,  который  не  умел  вести  себя  за  столом.

Hans  Guck-in-die-Luft  [8,  с.  31]

Gucken  —  смотреть,  die  Luft  —  воздух.  Стих  о  ребенке,  который  не  смотрел  под  ноги.

Fliegender  Robert  [8,  с.  35]

Fliegend  —  летающий;  стих  о  мальчике,  который  улетел  на  зонтике.

Der  Struwwelpeter  [8,  с.  5]

Struwwel  —  растрепанный;  Стих  о  неряхе

Daumenlutscher  [8,  с.  23]

Der  Daumen  —  большой  палец,  lutschen  —  сосать.  Стих  о  вредной  привычке

Schwarzer  Bube  [8,  с.  15]

Schwarz  —  черний;  der  Bube  —  негодяй.  Стих  о  проказнике. 

 

 

Пример  преступления  и  наказания  можно  найти  в  стихотворении  Вильгельма  Буша  “Letzter  Streich”.  Там  два  хулигана  проказничали  на  мельнице.  Мельник  положил  ребят  в  мешок  и  смолол  —  в  отместку  за  нарушение  порядка.

Rickeracke!  Rickeracke!  geht  die  Mühle  mit  Gecknacke  /  Hier  kann  man  sie  noch  erblicken.  /  Fein  geschroten  und  in  Stücken./Doch  sogleich  verzehret  sie./Meister  Müllers  Federvieh  [6,  с.  29].

Здесь  как  прием  нагнетания  страха,  концепта,  через  который  реализуется  концепт  порядка,  используется  звукоподражание.  Это  звук  мельницы,  перемоловшей  детей.  Она  создает  живой  образ  в  воображении  читателя  и  помогает  достичь  большего  эффекта.  Подобные  приемы  звукоподражания,  как  способа  передачи  концепта  страха,  приведены  в  следующей  таблице:

Таблица  2. 

Звукоподражание  в  стихах  для  детей

Звукоподражания  в  немецком  языке  и  их  лексическое  окружение

Перевод  и  его  пояснение

Knacks!  Da  bricht  der  Stuhl  entzwei  [10].

Хрясь!стул  переломился  (неожиданное  изменение  событий)

Schwapp!!  Da  liegen  sie  im  Brei  [6,  с.  24].

Хлюп!!!  Они  упали  в  тесто  (неожиданное  изменение  событий)

Ruff!  Damit  ins  Ofenloch!  [6,  с.  26].

Ой!  Они  уже  в  печи!  (опасения)

Rabs!!  In  seinem  großen  Sack 

schaufelt  er  das  Lumpenpack  [6,  с.  29].

—Ха!!!  Он  в  свой  мешок  их  сунул,  словно  ненужные  вещи  (злорадство)

 

Bauz!  Klirr!  Er  stolpert  an  der  Schwelle

Der  Luis  ist  ein  Eisgerölle  [6,  с.  52].

Дзень!  Дзынь!  Он  об  порог  споткнулся,  с  обледенелым  Луисом.  (ребенок  только  по  звуку  может  понять,  что  персонаж  раскололся  на  куски). 

Und  rack  rack!  Da  haben  wir  den  Zahn  [5,  с.  61].

Хрусь  хрусь!  У  нас  зуб  (звук  вирывания  зуба)

O  weh!  Er  kommt  in  Tellerboard!  [6,  с.  172].

О  нет!  Он  на  полке  с  тарелками!  (страх,  что  ворон  разобъет  тарелки)

 

 

В  примере  “Der  Zauberlehrling”  Гете,  как  средство  создания  страха  выступает  персонификация.  Оживающие  неодушевленные  предметы  создают  вокруг  мальчика  полный  хаос,  он  не  может  контролировать  ситуацию  как,  например,  в  этой  фразе:  Und  das  alte  Holz  behende  /  Mit  dem  scharfen  Beile  spalten  .  /  Wahrlich  !  Brav  getroffen  !  Seht  er  ist  entzwei  !  /  Und  nun  kann  ich  hoffen  ,  Und  ich  atme  frei!  [10].

Здесь,  старая  метла  создавала  хаос  вокруг  мальчика.  В  стихотворении  испуг  передается  с  помощью  восклицательных  знаков  и  коротких  рифмованных  лозунгов-реплик,  которые  заставляют  держаться  в  напряжении.  Также  с  этой  же  целью  используются  повторения:  Steh  !  Stehe  !  Denn  wir  haben  deiner  Gaben  Vollgemessen  !  /—  Stehe,  stehe!  Achich  merk  es!/Wehewehe!  [10].

Обучающий  момент  этого  стиха  в  том,  что  только  колдун  смог  остановить  беспорядок.

Этот  пример  предупреждает,  сколько  всего  ужасного  может  произойти,  если  дети  будут  делать  что-то  запрещенное  в  отсутствие  взрослых.

Еще  один  пример  в  стихотворении  „Die  gar  traurige  Geschichte  mit  dem  Feuerzeug“.  Здесь,  девочка,  оставшись  дома  одна,  зажигает  камин,  несмотря  на  запрет  матери  (концепт  непорядка).  Огонь  охватывает  непослушную  Паулинхен:  „Es  brennt  die  Hand,  es  brennt  das  Haar,  es  brennt  das  ganze  Kind  sogar“  [8,  с.  13].  Никто  не  может  ей  помочь,  и  она  погибает:  „Verbrannt  ist  alles  ganz  und  gar,  das  arme  Kind  mit  Haut  und  Haar“  [8,  с.  13].

Здесь  приемами  создания  страха  выступает  вид  повторения  —  обрамление  (повтор),  которое  подчеркивает  главную  мысль;  гипербола  (девочка  не  может  полностью  сгореть  в  один  момент)  и  т.  д.

Для  ритмики,  выражения  волнения  и  переживания  здесь  используется  аллитерация  h.

Cтихотворению  Вильгельма  Буша  «Der  Wurstdieb»  присущи  элементы  гротеска,  преувеличения  и  фантастического.

Banz!  Klirr!  -  Er  stolpert  an  der  Schwelle,/  der  Louis  ist  ein  Eisgerölle/  Da  nimmt  der  gute  Nachbar  schnell  den  Besen/  und  hindaus  was  Louis  einst  gewesen  [6,  с.  32].         

Ясно,  что  собака  не  может  так  крепко  держать  ногу  вора  в  зубах,  чтобы  он  не  мог  вырваться.  Мальчик  не  может  превратиться  в  лед  и  разбиться,  когда  сосед  взял  его,  чтобы  отогреть,  и  уронил.

Мораль  здесь:  не  нужно  воровать  —  иначе  с  вами  случится  что-то  плохое  и  это  будет  вам  по  заслугам.

Еще  одним  воплощением  детских  страхов  является  образ  доктора.  Каждый  ребенок  в  разные  времена  боялся  людей,  которые  могут  причинить  ему  боль,  дать  ему  горькое  лекарство  или  заставить  лежать  в  постели.  Для  подвижного  ребенка  это  очень  скучно  и  неприятно.  На  таких  страхах  играет  Генрих  Гофман,  в  своем  стихотворении:  “Die  Geschichte  von  bösen  Frederich”.  Здесь  мы  можем  видеть  аллегорию  —  злого  проказника  кусает  за  ногу  собака,  которая  всегда  была  символом  дружбы  и  доброты,  защитником  человека.  Она  воплощает  в  себе  человеческие  качества,  такие,  как  тяга  к  справедливости.  Далее  вступает  элемент  обучающего  —  тот,  кто  делает  что-то  плохое  —  поплатится  за  это.  Поэтому  Фредерик  вынужден  лежать  в  постели  и  страдать  от  боли.  В  дополнение,  к  нему  приходит  тот  самый  врач,  которого  так  боятся  дети:  „Ins  Bett  muß  Frederich  nun  hinein  /  litt  vielen  Schmerz  an  seinem  Bein  /  und  der  Herr  Doktor  sitzt  dabei  /  und  gibt  ihm  bitt’re  Arznei“  [8,  с.  9]. 

Таким  образом,  через  концепт  Angst,  ребенок,  воспринимая  эту  историю,  приходит  к  важности  концепта  Ordnung.  Ведь  то,  что  делал  Фредерик  —  беспорядок,  хулиганство.

Что  касается  страха  перед  болью  и  сказочными  персонажами,  то  еще  один  пример  можно  встретить  в  стихотворении  “Die  Geschichte  vom  Daumenlutscher”.  Цель  этого  стихотворения  —  отучить  мальчика  сосать  палец.  Здесь  появляется  страшный  персонаж  —  Schneider  —  который  огромными  ножницами  отрезает  мальчику  большие  пальцы.

„Weh!  Jetzt  geht  es  klipp  und  klapp,/  mit  der  Scher  die  Daumen  ab/,  mit  der  großen  scharfen  Scher!/  Hei!  Da  schreit  der  Konrad  sehr”  [8,  с.  24].

Здесь  мы  снова  видим  восклицания,  звукоподражания  и  аллитерацию,  показывающие  динамику  происходящего.  Также,  стиху  присущи  гротеск  и  фантастичность,  ведь  на  самом  деле  таких  персонажей  не  существует.

В  стихотворении  Генриха  Гофмана  —  “Die  Geschichte  vom  Suppen  —  Kaspar”,  с  помощью  гротеска  показывается,  к  чему  приводит  мальчика  его  противодействие  порядку.

Отказавшись  есть  суп,  он  из  сильного  и  здорового:  Der  Kasparder  war  kerngesundein  dicker  Bub  und  kugelrunder  hatte  Bachen  rot  und  frisch)  превращается  в  слабого  и  худого  (am  vierten  Tage  endlich  gar  der  Kaspar  wie  ein  Fädchen  war[8,  с.  26]  всего  за  несколько  дней.

В  этом  отрывке  можно  увидеть  также  антитезис  —  прием  контраста,  где  преувеличено  сопоставляется,  каким  ребенок  был  и  каким  стал.

На  пятый  день  он  похудел  очень  сильно,  а  потом  и  вовсе  умер.  Стихотворение  проиллюстрировано  изображением  могилы,  чтобы  ребенок  мог  воочию  увидеть  и  лучше  представить,  к  чему  могут  привести  капризы.  Здесь  наставления  происходит  через  детский  страх  смерти,  значение  которой  ребенок  еще  не  совсем  понимает,  но  понимает,  что  это  что-то  неприятное  и  плохое. 

В  5—7  лет  происходит  осознание  детьми  смерти  как  прекращения  жизни.  Однако  социальная  реальность  приводит  к  тому,  что  в  данном  возрасте  на  первый  план  выходит  страх  быть  не  тем,  не  соответствовать  предъявляемым  ребенку  требованиям  [2,  с.  54].

Социальный  страх  остаться  ребенком,  с  которым  никто  не  хочет  дружить  —  тот,  который  беспрекословно  знакомый  ему,  над  которым  он  задумывался.  Именно  этот  страх  и  является  одним  из  ведущих.  Боязнь  одиночества  и  неприятие  другими  всегда  в  подсознании  ребенка.  Этот  страх  и  используется  в  стихотворении  “Struwwelpeter”  —  в  котором  мальчик  не  стрижет  ногти  и  волосы,  поэтому  все  люди  считают  его  отвратительным  и  не  хотят  с  ним  общаться:  "Pfui!  Ruft  da  ein  jeder  ,  /  Garst  ger  Struwwelpeter"  [8,  с.  5]  .        

Здесь  приставка  „Struwwwel“  из  стиха  „Struwwelpeter“  тоже  несет  в  себе  информацию  на  звуковом  уровне.  Когда  мы  слышим  имя  персонажа,  у  нас  возникают  ассоциации  неприятного  и  колючего,  спутанного.

Как  вывод,  можно  сказать,  что  концепт  детского  страха  реализуется  в  таких  явлениях,  как  смерть  “Die  gar  traurige  Geschichte  mit  dem  Feuerzeug»,  боль  “Die  Geschichte  vom  Daumenlutscher”,  врач,  скука  “Die  Geschichte  vom  bösen  Friederich”,  одиночество  и  насмешки  «Struwwelpeter»,  неизвестные  существа  “Die  Geschichte  vom  Daumenlutscher”  и  т.  д.

Главным  немецким  концептом  является  концепт  порядка  —  Ordnung.  Он  находится  на  высшем  уровне  иерархии  в  немецкой  языковой  картине  мира.  Концепт  ANGST  используется  для  реализации  концепта  Ordnung.  Его  противоположный  концепт  —  Unordung  находит  отображение  в  поведении  персонажей  стихов.  Для  носителей  украинского  и  российского  менталитета,  порядок  не  носит  столь  всеобъемлющего  значения,  поэтому  в  нашей  лингвокультуре  детские  стихи  имеют,  в  основном,  хороший  конец.  Концепт  страха  в  стихах  используется  в  воспитательных  целях,  чтобы  научить  ребенка  правилам  поведения  и  морали,  используя  негативный  пример  героев  стиха.

Эмоциональный  эффект  достигается  при  помощи  стилистических  приемов.  Это  звукоподражание,  имена-эпитеты,  персонификация,  аллитерация,  метонимия,  гипербола,  аллегория,  рифма  и  ритм  и  т.  д.  Для  них  также  характерны  гротеск  и  элементы  фантастического.

 

Список  литературы:

1.Бутенко  Е.Ю.  Концептуализация  понятия  страх  в  немецкой  и  русской  лингвокультурах:  автореф.  дис.  на  учен.  степ.  канд.  филол.  наук.  Ростовский  государствеьнный  экономический  университет.  Тверь,  2006.  —  15  с.

2.Захаров  А.И.  Как  предупредить  отклонения  в  поведении  ребенка:  книга  для  воспитателей  дет.  cада.  М.:  Просвещение,  1986.  —  128  с.

3.Лосев  А.Ф.  Очерки  античного  символизма  и  мифологии.  М.:  Мысль,  1993.  —  959  с.

4.Нечаева  Н.В.  Концепт  ORDNUNG  в  немецкой  языковой  картине  мира  и  его  актуализация  в  институционном  типе  дискурса.  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://www.dissercat.com/content/kontsept-ordnung-v-nemetskoi-yazykovoi-kartine-mira-i-ego-aktualizatsiya-v-institutsionalnom  (дата  обращения  26.  10.2013)/

5.Семенова  О.В.,  Болотова  О.В.  Вербальна  репрезентація  концепту  «Страх»:  Стаття.  Горлівка:  ГДПІІМ,  2009.  —  287  с.  —  Вип.  16:  Мовознавство.  —  С.  110—117.

6.Bush  Wilhelm.  Album.  Der  Kinderbuchverlag.  Berlin,  1971,  —  255  S.

7.Die  bunten  Seiten  unserer  Zeitung.  Journal.  Sonnabend/Sonntag,  6/7,  August  1994.  —  6  S.

8.Hoffmann  Heinrich.  Der  Struwwelpeter.  Rütten  &  Loening  Verlag.  Frankfurt  am  Main,  1994.  —  38  S.

9.Мізін  К.І.  Історія  німецької  літератури:  від  початків  до  сьогодення:  навчальний  посібник  для  студентів  германістів  (нім).  Вінниця:  Нова  Книга,  2006.  —  336  с.

10.Zzzebra.  Das  Web  Magazin  für  Kinder.  Der  Zauberlehrling.  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://www.labbe.de/zzzebra/index.asp?themaid=484&titelid=1925  (дата  обращения  28.  10.  2013).

Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
Диплом лауреата
отправлен участнику

Оставить комментарий