Статья опубликована в рамках: LV Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов XXI столетия. ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ» (Россия, г. Новосибирск, 13 июля 2017 г.)

Наука: Филология

Секция: Литературоведение

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Петрова А.А. РЕАЛИЗАЦИЯ МОТИВА ДВИЖЕНИЯ В СБОРНИКЕ А. А. БЛОКА «ПУЗЫРИ ЗЕМЛИ» // Научное сообщество студентов XXI столетия. ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ: сб. ст. по мат. LV междунар. студ. науч.-практ. конф. № 7(55). URL: https://sibac.info/archive/guman/7(55).pdf (дата обращения: 16.09.2019)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

РЕАЛИЗАЦИЯ МОТИВА ДВИЖЕНИЯ В СБОРНИКЕ А. А. БЛОКА «ПУЗЫРИ ЗЕМЛИ»

Петрова Анна Александровна

студент 4 курса, факультет русский язык и литература, БГУ им. И.Г. Петровского,

РФ, г. Брянск

Научный руководитель Никитина Ирина Николаевна

канд. филол. наук, доцент БГУ им. И.Г. Петровского,

РФ, г. Брянск

Мотив как литературоведческое понятие начало активно изучаться в науке примерно в ХХ веке. Точного определения мотива нет до сих пор, но, несмотря на это многие ученые либо соотносят мотив с сюжетом, либо рассматривают его как дополнительную тему произведения (например, мотив полнолуния у М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита») [1]. Реализация мотива к тексте различна: тема, художественная деталь, портрет, образ и т.п. Также необходимо помнить о тесной связи мотива с темой и идеей произведения и о таком признаке как повторяемость и о такой функции, как сюжетообразование. Эта функция берет свое начало в одной из классификаций мотива, согласно которой мотивы могут быть сюжетообразующими и статическими [4].

Мотив – это многообразное явление, которое имеет такую разновидность как: архетип (мифологема). Юнг утверждает, что это может быть тень, старик, ребенок, и т.п., или же образы, характерные для философско-религиозных источников – блудный сын, а также базовые для любой культуры и общества в целом (месть, забвение, смерть, хаос и космос, свет и тьма, добро и зло, дом и дорога). Как мы видим, мотивов великое множество, и все они составляют единое полотно произведения. Таким образом мы, придерживаясь мнения ученых-фольклористов, можем утверждать тесную связь между мотивом и сюжетом, а также о предикативном значении мотива. И на основании данных утверждений мы можем говорить о мотиве движения, как об одном из древнейших мотивов в литературной традиции [5].

А. Блок, говоря о лирическом произведении, сравнивает его с покрывалом, растянутым на остриях нескольких слов, которые светятся как звезды и являются основой произведения. [2, с. 84]. Так, согласно этому высказыванию, мы можем судить о словах, как о семантико-тематическом ядре литературного произведения и о системе ключевых мотивов. Для анализа функционирования мотива движения (пути), мы решили обратиться к еще одному циклу стихотворений А. Блока «Пузыри земли» (1904-1905). Этот цикл содержит в себе эпиграф из произведения У. Шекспира «Макбет»: Земля, как и вода, содержит газы, /И это были пузыри земли. В этом цикле присутствуют переработанные и преображенные образы из народной демонологии, в которых болота считались обиталищем нечистой силы. Результатом этой небольшого увлечения стали статьи А. Блока «Поэзия заговоров и заклинаний» и «Девушка розовой калитки и муравьиный царь».

В стихотворении «На перекрестке, где даль поставила…» (1904) отражен мотив встречи весны. Стоит отметить, что стихотворения этого цикла созвучны с некоторыми произведениями из цикла «Распутья». 

На перекрестке,

Где даль поставила,

В печальном весельи встречаю весну. [3, c. 145]

Таким предстает перед нами лирический герой. Перекресток здесь древний мистический символ, означающий перепутье. На перекрестке, как правило происходили самые важные встречи, согласно фольклорной традиции, так и герой встречает весну, находясь на перепутье. Он ждет не только весну, но и преображения, что несет в себе это время года.

И жалкие крылья мои -

Крылья вороньего пугала -

Пламенеют, как солнечный шлем,

Отблеском вечера...

Отблеском счастия... [3, c. 145]

И герой получает желаемое. Его неказистый облик, пригодный для унылой зимней поры, преображается, пламенеет как солнечный шлем, «отблеском вечера и счастия». Стихотворение пронизано пафосом возрождения, символикой жизни, прекрасной и преображающей. Здесь нет движения героя как такового, но есть неуловимое движение стихии навстречу герою. Семантическое значение мотива пути (движения) приобретает оттенок ожидания, полного внутреннего стремления не к внешнему преображению, но и духовному возрождению.

Другая интерпретация образа весны и мотива движения отражена в стихотворении «На весеннем пути в теремок…» (1905). Весна здесь олицетворяется с юной красавицей, ищущей пристанища.

Постояла она у крыльца,

Поискала дверного кольца,

И поднять не посмела лица. [3, c. 150]

Но заветная дверь в теремок не распахнулась, деве-весне пришлось уйти в синеватую даль, «где дымилась весенняя таль, /Где кружилась над лесом печаль», и повстречать колдуна. Образ старика-колдуна здесь совмещает в себе и другую функцию – проводника. Именно он увлекает деву в свои лесные владения, и более она не возвращается к поискам своего теремка. Конец этого стихотворения-баллады следующий:

Так тоскуют они об одном,

Так летают они вечерком,

Так венчалась весна с колдуном. [3, c. 150]

Мотив движения в этом произведении выполняет скорей сюжетообразующую функцию, но и совмещает в себе оттенок значения поиска. Стоит отметить, это стихотворение создано по мотивам балладного, либо на основе фольклорного сюжета, где мотив пути лишь сопутствовал и выстраивал сюжетное полотно произведения.

Мотив странствия и движения присутствует и в другом стихотворении из цикла «Пузыри земли» - «Белый конь чуть ступает усталой ногой…» (1905).

Белый конь чуть ступает усталой ногой,

Где бескрайная зыбь залегла. [3, c. 151]

Образу белого коня здесь дается несколько интерпретаций: конь по клички Мальчик, на котором Блок ездил по окрестностям Шахмотава либо скрытая параллель с апокалиптическим «конем бледным». И, следовательно, можно дать несколько толкований образу самого наездника и лирического героя, в частности: либо это сам поэт, либо один из апокалиптических всадников, который странствует по этой земле.

Алой ленты Твоей надо мной полоса,

Бьется в ноги коня змеевик,

На горе безмятежно поют голоса,

Всё о том, как закат Твой велик. [3, c. 151]

Здесь уже таинственный всадник – это влюбленный, любующийся закатом, который всего лишь девическая алая лента в косе Вечной Мудрости и Женственности.

Закатилась Ты с мертвым Твоим женихом,

С палачом раскаленной земли.

Но сквозь ели прощальный Твой луч мне знаком,

Тишина Твоя дремлет вдали. [3, c. 151]

В этих строках образ Софии (по Соловьеву) сливается образом Зари, сочетающейся браком с Солнцем – палачом раскаленной земли.

Я с Тобой - навсегда, не уйду никогда,

И осеннюю волю отдам.

В этих впадинах тихая дремлет вода,

Запирая ворота безумным ключам. [3, c. 151]

Лирический герой смотрит за недоступную ему Зарю, но клянется быть с ней навсегда. Время и место, как бы в застое. Вода тиха, и нет весенних возмутителей спокойствия – безумных ключей.

О, Владычица дней! алой лентой Твоей

Окружила Ты бледно-лазоревый свод!

Знаю, ведаю ласку Подруги моей -

Старину озаренных болот. [3, c. 151]

Образ Вечной Женственности, Софии является одним из ключевых и характерным не только для лирики А. Блока, но и для творчества младосимволистов в целом. И здесь перед нами герой из ранней лирики, покоренный Вечной Женственностью, ее алой лентой и лаской – стариной озаренных болот. Мотив движения в этом стихотворении ярко не выявлен, но он имеет оттенок странствия, поиска покоя, который лирический герой находит в любовании закатом и покое болот.

Таким образом, на примере этого раннего сборника мы можем говорить о сохранении и развитии фольклорных и общекультурных традиций, характерных для изображения мотива пути.

 

Список литературы:

  1. Белокуров С. П. Словарь литературоведческих терминов, 2005
  2. Блок А. А. Записные книжки. 1901–1920 / А. А. Блок. – М.: Худож. лит., 1965. – 663 с.
  3. Блок А. А. Стихотворения. Поэмы / А. А. Блок. – М.: Дрофа, 2006. – 413 с. – (Библиотека отечественной классической литературы)
  4. Томашевский Б. В. Теория литературы. Поэтика / Б.В. Томашевский. – М.: Аспект Пресс, 1996. – 334 с., с. 185
  5. Хализев В. Е. Теория литературы / В.Е. Хализев. [3-е изд.. испр. и доп.]. – М.: Высш. шк., 2002. – 437 с.
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий