Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65
Telegram: sibac
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9.00 до 18.00 Нск (5.00 - 14.00 Мск)

Статья опубликована в рамках: Научного журнала «Студенческий» № 3(257)

Рубрика журнала: Филология

Секция: Литературоведение

Скачать книгу(-и): скачать журнал часть 1, скачать журнал часть 2, скачать журнал часть 3, скачать журнал часть 4, скачать журнал часть 5

Библиографическое описание:
Ивакина А.М. МОТИВ ЧУВСТВА ВИНЫ И ЕГО ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ВОПЛОЩЕНИЕ В ПОВЕСТИ Г. ГРАССА «КОШКИ-МЫШКИ» // Студенческий: электрон. научн. журн. 2024. № 3(257). URL: https://sibac.info/journal/student/257/316772 (дата обращения: 14.06.2024).

МОТИВ ЧУВСТВА ВИНЫ И ЕГО ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ВОПЛОЩЕНИЕ В ПОВЕСТИ Г. ГРАССА «КОШКИ-МЫШКИ»

Ивакина Анастасия Михайловна

студент, Елабужский филиал Казанского (Приволжского) федерального университета,

РФ, г. Елабуга

АННОТАЦИЯ

В статье проанализирован мотив чувства вины на примере художественного произведения Г. Грасса «Кошки-мышки»: проведен анализ характеристик данного мотива, его влияния на развитие сюжета и поведение главных героев.

 

Ключевые слова: Гюнтер Грасс, повесть «Кошки-мышки», мотив чувства вины, мотив личной ответственности, переосмысление прошлого.

 

Гюнтер Грасс (1927–2015), лауреат Нобелевской премии по литературе 1999 года, является одним из немногих немецких писателей, чьи произведения затрагивают проблему нацизма и его последствий для Германии. По большей части его литературные произведения связаны с движением немецкой творческой интеллигенции, которое известно под названием «преодоление прошлого» (нем. Vergangenheitsbewältigung).

Мотив чувства вины при переосмыслении сравнительно недавнего прошлого давно является объектом внимания литературных произведений немецких писателей. Он оказывает значительное влияние на развитие сюжета и характер персонажей в произведениях различных жанров. Главным мотивом в творчестве Г. Грасса является осмысление опыта нацизма, которое проявлялось в чувстве вины немецкого народа за прошлое и в осознании личной ответственности за преступления, совершенные нацизмом. Творчество немецкого писателя неразрывно связано с его личным опытом участия во Второй мировой войне в качестве солдата гитлеровской армии и участника битвы за Берлин в апреле 1945 года в составе 10-ой танковой дивизии войск СС.

Выдающийся отечественный специалист в области германистики А.В. Карельский в своем труде, посвященном творчеству немецкого писателя, подмечает: «…в романах и повестях Грасса постоянно движется поток писательской рефлексии; иногда подземный, глубинный, как преимущественно в ранних произведениях («Жестяной барабан», «Кошки-мышки», «Собачья жизнь»)» [1, с. 7]. Трудно не согласиться с данным утверждениям, ведь во всех произведениях «Данцигской трилогии» можно обнаружить автобиографические оттенки, раскрывающие ключевые этапы формирования личности самого Г. Грасса, хотя и через жизненные истории отдельных персонажей.

«Кошки-мышки» (1961), несмотря на менее явный автобиографизм повести (в отличие от других произведений «Данцигской трилогии»), является одним из ярких примеров художественного воплощения мотива личной вины. Тема вины в произведениях Г. Грасса часто ассоциируется с проблемой памяти у героев, которые либо осознанно вытесняют свои поступки из сознания, либо настойчиво убеждают себя и читателей в том, что забыли определенные события, чаще всего связанные с чувством вины и ответственности за содеянное. Виною признанные деяния и их последствия играют ключевую роль в развертывании сюжета и интриги в данной повести.

Действия повести представлены через узкий объектив группы подростков и разворачиваются в пригороде Данцига непосредственно перед началом Второй мировой войны. Повествование ведется от лица некого Пиленца, который вспоминает своего школьного товарища Иоахима Мальке. С самых первых страниц повести читателю намеренно навязывается впечатление о том, что главным героем произведения является Мальке, это подтверждается и самим Пиленцем, который выступает в роли рассказчика. Он заранее предупреждает читателя, что в истории, излагаемой им, «речь пойдет не обо мне, а о Мальке, или о Мальке и обо мне, но всегда в центре внимания будет Мальке, …» [1, с. 42].

В ходе повествования рассказчик всё отчетливее раскрывает перед читателем свою истинную цель обращения к «истории с Мальке». Постепенно становится ясно, что наибольший интерес у Пиленца вызывает не столько феномен Мальке, сколько его собственное отношение к этому феномену и связанное с ним его поведение. Пиленц стремится понять и осознать степень собственной причастности к драматическому развитию событий в «истории с Мальке» и связанную с ним собственную ответственность и даже вину за произошедшее. В данном контексте, Мальке является лишь персонажем произведения, если «под персонажем… понимать фигуранта фабульного ряда повествования, то есть того, кто действует, или является участником действия независимо от степени важности для смысла сюжета» [3, с. 82]. Пиленц же является героем произведения – «персонажем, который релевантен в плане динамики и развития собственного смысла сюжета и всего произведения в целом, а не только в плане развития фабулы … в своём характерологическом целом, определённо отвечающего семантике мотивного комплекса» [3, с. 82]. То есть, если Мальке является всего лишь персонажем в повести, который выполняет определенные действия, но не имеет значимого влияния на сюжет, то Пиленц является героем произведения, чей характер и моральная ответственность существенно влияют не только на развитие сюжета, но и на общий смысл повести, выходя за рамки простого развития сюжетной линии.

В повести мотив чувства вины Пиленца неотделимо связан с мотивом предательства. Физическая особенность Мальке – его непомерно большой кадык – акцентируется на протяжении всего повествования как «его мышь», «адамово яблоко», «хрящ», «лифт», «зоб» и т.д. Именно его кадык служит «пристанищем» для кошки в одном из начальных эпизодов произведения: «Кадык стал для кошки мышкой» [1, с. 31]. Кошка вцепилась в горло Мальке, «а возможно, кто-нибудь из нас схватил её и бросил ему на шею» [1, с. 32]. Пиленц признает возможную причастность к случаю с кошкой, и именно этот случай становится для рассказчика одной из причин того, чтобы поведать читателю «историю с Мальке».

На протяжении всего повествования Пиленц неоднократно подставляет Мальке и признает свою вину, однако демонстрирует двойственное отношение к произошедшему, создавая у читателя впечатление неполноценного раскаяния и попытки избежать личной ответственности. Мальке представляется читателю как типичный подросток с присущими данному возрасту психологическими проблемами. Он стремится компенсировать свой «изъян» путем превосходства над сверстниками – будь то в физической силе, умении плавать или в своем умении доводить мастерство до совершенства. В то же время Пиленц как будто проявляет к нему сочувствие, эмпатию и старается ему помочь. Вина Пиленца, хотя и кажется очевидной, практически не подтверждается конкретными доказательствами, так как они имеют скорее косвенный, нежели прямой характер. Его вина по отношению к Мальке проявляется в пассивном бездействии, из-за которого его школьный товарищ медленно, но неуклонно движется к собственной гибели, пытаясь найти признание и уважение со стороны общества. Своим безучастным поведением Пиленц как бы подталкивает Мальке, стремящемуся любыми способами показать свое превосходство и завоевать уважение общества, к необдуманным поступкам, он берет на себя роль наблюдателя. Так, например, в одном из эпизодов произведения Мальке нападает на директора гимназии, а Пиленц, будучи единственным свидетелем происшествия, не вмешивается. Рассказчик лишь углубляется в описание окружающей природы, словно пытаясь заглушить чувство собственной вины, оправдать свою безучастность и подчеркнуть свою непричастность к ситуации: «розы пахли…ещё громче, чем пели соловьи, всё вокруг пропитывая своим благоуханием» [1, с. 107].

Образ Мальке представляется Пиленцу героическим (он даже называет его «Великим Мальке»), и этот персонаж действительно время от времени способен на что-то выдающееся, однако рассказчик, возможно, сам того не понимая, побуждает Мальке к безрассудным поступкам. Как отмечает Вольфганг Шпрекльсен в своем труде «Гюнтер Грасс. Кошки – мышки», Пиленц, рассказывая историю о Мальке, как бы намеренно отвлекает внимание от себя и уступает «сцену» самому Мальке, тем самым, скорее всего, пытаясь отвлечь читателя от своей причастности к происходящему. В результате чего у читателя создаётся определённое впечатление будто Пиленц играет в кошки-мышки не только с Мальке, но и с ним — читателем [4, с. 49]. Так, например, когда Мальке решает дезертировать, он обращается к Пиленцу с просьбой спрятать его, полагаясь на него как на единственного надежного человека. Несмотря на согласие Пиленца помочь своему старому школьному товарищу, его действия фактически приводят к ситуации, где гибель Мальке становится наиболее вероятной. Пиленц предлагает использовать герметичную радиорубку на затонувшем тральщике, которую когда-то давно нашел и обустроил Мальке для личного пользования, зная, что это увеличит опасность для Мальке. Он также использует приемы психологического давления на Мальке, лживо заявляя, что его уже ищут, которые и подталкивают данного персонажа быстрее принять решение.  И в конце концов, Пиленц прячет от Мальке консервный нож, фактически оставляя того без возможности использования продовольствия в море. Таким образом, Пиленц не способен принять полную ответственность за содеянное, он лишь смутно ощущает чувство вины, но не осознает его в полной мере.

На протяжении всего произведения Пиленц стремится подвить воспоминания о прошлых событиях, связанных с Мальке. Фраза «То что, началось с кошки и мыши, и сейчас мучит меня, стоит мне увидеть нырка на прудах среди камышовых зарослей» [1, с. 120] выражает желание Пиленца отдалиться от навязчивого чувства вины через надежду на возвращение Мальке и освобождения себя от угрызений совести. Пиленц осознает свою вину, однако не в полной мере может понять, в чём именно она заключается.

Вина Пиленца символизирует вину целого поколения, к которому относится и сам Грасс. Как указывает Карельский в одной из своих работ, Грасс однажды сказал совершенно определённо, что «все три повествователя от первого лица во всех трёх книгах пишут из чувства вины — вины, которую вытесняют, вины, над которой иронизируют» [2, с. 372].

 

Список литературы:

  1. Грасс Г. Кошки-мышки: Повесть. Под местным наркозом : Роман. Встреча в Тельгте : Повесть: Пер. с нем. / Предисл. А. Карельского. М. : Радуга, 1985.  - 416 с.
  2. История литературы ФРГ / Под ред. Е. В. Беловой, В. Ч. Воровской, В. Ф Журавлевой, В. И. Рымаревой. М. : Наука, 1980. - 686 с.
  3. Силантьев И.В. Поэтика мотива / Отв. ред. Е. К. Ромадановская. М. : Языки славянской культуры, 2004. - 296 с.
  4. Spreckelsen W. Günter Grass. Katz und Maus / W. Spreckelsen. Stuttgart : Reclam, 2001. - 90 с.
Удалить статью(вывести сообщение вместо статьи): 

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.