Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65
Telegram: sibac
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9.00 до 18.00 Нск (5.00 - 14.00 Мск)

Статья опубликована в рамках: Научного журнала «Студенческий» № 36(206)

Рубрика журнала: Филология

Скачать книгу(-и): скачать журнал часть 1, скачать журнал часть 2, скачать журнал часть 3, скачать журнал часть 4, скачать журнал часть 5

Библиографическое описание:
Сейдалиева С.С. СИМВОЛИКА ХУДОЖЕСТВЕННОГО ПРОСТРАНСТВА В ТВОРЧЕСТВЕ АЙН РЭНД // Студенческий: электрон. научн. журн. 2022. № 36(206). URL: https://sibac.info/journal/student/206/268508 (дата обращения: 06.02.2023).

СИМВОЛИКА ХУДОЖЕСТВЕННОГО ПРОСТРАНСТВА В ТВОРЧЕСТВЕ АЙН РЭНД

Сейдалиева Сусанна Сейджелиловна

магистрант; направление подготовки 45.04.01 Филология; Магистерская программа «Теория и практика межъязыковой коммуникации»; Крымский инженерно-педагогический университет имени Февзи Якубова;

РФ, г. Симферополь

Велилаева Лиля Раимовна

научный руководитель,

канд. филол. наук, доц.; Крымский инженерно-педагогический университет имени Февзи Якубова;

РФ, г. Симферополь

АННОТАЦИЯ

Литературная деятельность А. Рэнд нашла выражение в трёх романах: «Мы живые» (We the Living,1936), «Источник» (The Fountainhead, 1943), «Атлант расправил плечи» (Atlas Shrugged, 1957), повести «Гимн» (Anthem, 1938), нескольких пьесах и киносценариях. В статье рассмотрена и проанализирована символика художественного пространства в творчестве писательницы.

 

Ключевые слова: символ, художественное пространство, объективизм, реализм, эгоизм, коллективизм, субъективизм, детерминизм.

 

Художественное пространство пронизывает всю культуру и лежит в самой ее основе. Идея художественного пространства фундаментальна как для искусства и литературы, так и для мировоззрения в целом. Люди склонны придавать символичность как вещам и событиям, так и пространству. Трактовка пространства занимала ведущее место, как в доисторических родоплеменных отношениях, так и в современном мире.

Согласно Юрию Лотману, пространство ‒ это лишь модель реального пространства, а не его копия. Он утверждал, что представленная текстом информация о пространстве неполна, а, следовательно, и пространство неполно. Будучи прекращенным (то, что не упоминается в тексте, не существует), пространство не может быть реконструировано подразумеваемым читателем. Литературное пространство представляет собой авторскую модель мира, выраженную на языке пространственного представления. В художественном произведении пространство моделирует разные отношения картины мира: временные, социальные, этические и другие. В литературных моделях мира пространство иногда метафорически принимает значения отношений в моделируемой структуре мира, которые сами по себе вовсе не пространственны. [1, с. 352]

В литературоведении художественное пространство, как правило, условно разделяют на абстрактное и конкретное.

Согласно Кашириной С.В., пространство конкретное проявляется в указании топографических параметров изображенного мира. Это может быть географическое пространство, территориальное, вещественное, которые не просто «привязывают» изображенные события к определенному месту, но и «активно влияют на суть изображаемого» [2, с. 185], и тогда пространство становится в литературном произведении художественным образом.

Абстрактное пространство принято воспринимать как объект «глобального обобщения» (А.Б. Есин), которое характеризуется существующей всеобщностью («везде» и «нигде») и нереальностью. Данное свойство художественного пространства содержит в себе символическое обобщение, выражающее «универсальное содержание и содержащее при этом национально-историческую конкретность. Как художественный образ абстрактное пространство «черпает детали из реальной действительности, передавая национально-историческую специфику не только пейзажа, вещного мира, но и человеческих характеров» [4, с. 187].

Исходя из этого мы выделаем одну из главных целей художественной литературы ‒ провести невидимую грань между литературой и реальностью. Очень важно обеспечить полное погружение в историю для читателя. Одним из инструментов, которые служат для достижения этого, является символизм.

Символизм ‒ это эффективное литературное средство, используемое писателями для связи с читателями и позволяющее им активно участвовать в понимании более глубокого смысла литературного произведения. Писатели используют символизм, чтобы вызвать эмоции, создать сенсорный опыт и продемонстрировать художественное использование языка, чтобы слова имели как буквальное, так и переносное значение.

Наиболее емкое определение данного термина сформулировал С.С. Аверинцев. В его понимании «Символ – это образ, взятый в аспекте своей знаковости, и знак, наделенный всей органической и неисчерпаемой многозначностью образа» [3, с. 826]. Данную дефиницию мы будем использовать в качестве рабочего определения символа в нашей статье.

Символику можно считать основой любого художественного текста. Следует отметить, что национально-культурная символика взаимодействует с индивидуально-авторским началом. Рассмотрим основные варианты такого взаимодействия:

1) Индивидуальный отбор символов;

2) Индивидуальная их иерархизация;

3) Частично-индивидуальная их оценка.

Символ является обобщением как бесконечное расширение смыслового объема, но и обобщение, вовлеченное в смысл. Обобщающая энергия символа позволяет ему быть «механизмом памяти культуры» [5, с. 241]. Таким образом, мы можем наблюдать цепочку понятий: культура – символ – миф – архетип – человек. Все эти понятия взаимосвязаны и вытекают одно из другого. Вместе все эти понятия позволяют выстроить систему работы с художественным произведением как продуктом культуры, созданным человеком в процессе мифотворчества (собственного пересоздания мира) с помощью совокупности символов, которые заключают в себе архетипическую природу. Любой символ связывает сознание индивида с коллективным бессознательным, т.е. c архетипическим.

Профессор Новикова М.А. [6, с. 209] обращается к анализу символики пространства в двух, возможно самых древнейших аспектах – «своего/чужого». Данные аспекты присущи всем живым субстанциям. Но только у человека это противопоставление «своего/чужого» пространства приобрело некий культурологический фактор. Сама по себе оппозиция «своего/чужого» с давнейших времен осмыслялась человеком с точки зрения нормы («свое»)/отклонения от нормы («чужое»). Стоит обратить внимание на то, что мир «чужого пространства» – это ничто иное как «антинормативность».

Согласно упомянутой оппозиции можно отследить, что в романе «Источник» «свое» пространственное мировосприятие наполняется нравственным смыслом. Иными словами, иномирие становится зоной зла, а «свой» мир ‒ зоной добра. Так мы видим четкое разделение на плохих и хороших героев. Таким образом, поскольку «свой» мир выступает в качестве естественного, то «чужой» мир приобретает символическое значение и всякая антинорма, входящая в него, превращается в сигнал и символ «иного» пространства.

Так, например, в романе Айн Рэнд «Источник» мы видим явное противопоставление индивидуализма коллективизму не с точки зрения политики, а и человеческой души, организации общества.

Айн Рэнд уверена, что принуждение к дележке результата своего труда – это путь крайне деструктивный, и будет иметь очень серьезные последствия. В частности, она говорит, что следование коллективизму и подавление творцов, настоящих талантов, приведет к установлению в обществе царства серости и обыденности.

Существует четкое противопоставление «своего» и «чужого» пространства в мировой символике, осмысление иномирия как зоны хаоса, антинормы, зла. Так, например, в самом начале произведения мы видим описание «The township of Stanton began with a dump. A gray mound of refuse rose in the grass» [7, p. 1200]. То есть сам город начинается со свалки и нагромождения мусора. Это может обозначать «чужое» пространство, отравленное устаревшими идеями и нежелающее принимать что-то новое.

Поскольку «свой» мир выступает в качестве естественного, то «чужой» мир приобретает символическое значение и всякая антинорма, входящая в него, превращается в сигнал и символ «иного» пространства. Так мы видим главного героя произведения, Говарда Рорка, которого Айн Рэнд показывает чужим среди посредственных людей. С помощью персонажа Говарда Рорка мы видим символическое отражение «своего» и «чужого» пространства. Например, в самом начале произведения мы видим, как Рорка отчисляют из Архитектурной школы Стэнтонского университета, так как главный герой не хочет подчиняться установленным нормам и работать согласно придуманным когда-то архитектурным техникам. Для Рорка университет становится своего рода тюрьмой, в которой он не имеет возможности само выражаться. Само здание насквозь пропитано архаизмом.

В «Источнике» мы постоянно встречаем противоречивые взгляды и мнения по поводу одних и тех же вещей. Так, например, Рорк и декан выражают совершенно противоположные взгляды о Парфеноне. Декан считает его великим сооружением:

"But I don’t understand. Why do you want me to think that this is great architecture?" He pointed to the picture of the Parthenon.

"That," said the Dean, "is the Parthenon."

"So it is."

"I haven’t the time to waste on silly questions." [7, p. 1200]

Хотя природа рассматривается в «Источнике» положительно, она не прославляется ‒ это просто средство для достижения цели, а целью является желание человека создать что-то из нее. Поскольку природа податлива и подчиняется воле людей, она символизирует впечатляющую способность людей использовать такие материалы, как сталь и камни, по своему усмотрению. Согласно роману, люди имеют право формировать мир так, как они хотят ‒ здания, небоскребы ‒ и в процессе свободно брать у природы.

В произведении также часто встречается гранит. Гранит также является символом пространства. В «своем» пространстве гранит воспринимается, как возможность создать что-то новое, необычное и прогрессивное. В чужом пространстве камень – это просто возможность повторить архитектурно то, что уже было, не прилагая особых усилий. Они же осуждают стремление изобрести что-то новое, считая, что все возможное уже изобретено задолго до них.

Небоскребы в романе также являются символами пространства. Они воплотили стремление человека добраться до небес. Испокон веков это стремление символизировала Вавилонская башня. Также небоскребы символизируют героизм в романе, демонстрируя высочайший потенциал человеческих достижений. Они представляют собой конкретную реализацию амбиций человеческих идей и их решимости достичь их, как сказано в романе «skyline of the city in the distance, the skyscrapers, the shapes of man’s achievement on earth» [7, p. 1200]. Они представляют собой конкретную реализацию амбиций человеческих идей и их решимости достичь их. В романе говорится, что горизонт Нью-Йорка ‒ это воля человека, ставшая видимой, и что он достоин поклонения. И хотя на первый взгляд, кажется, что небоскреб затмевает человека, стоящего перед ним, именно человек создал небоскреб, так что это делает его больше, чем строение, раскрывая героическое в человеке. А горизонт Нью-Йорка предстает как доказательство героического, и подчеркивает, что большинство людей не могут сравниться с талантом своих архитекторов и являются посредственными по сравнению с ними.

Таким образом, в «Источнике» мы можем наблюдать множество символов пространства с позиции своего / чужого. То есть, всему есть противопоставление, в каждом символическом пространстве есть «свой» мир и «чужое» иномирие.

Чтобы понять символику «своего» и «чужого» пространства в произведении «Атлант расправил плечи», следует разобраться в том, кто же, по мнению автора, «свои», а кто «чужие». Не является секретом тот факт, что упомянутые нами в предыдущем подпункте философские воззрения Айн Рэнд фактически легли в основу произведения «Атлант расправил плечи», получив более гиперболизированную форму. Так герои романа отчетливо разделены автором на плохих и хороших, то есть, по сути, своих и чужих. Айн Рэнд настолько стремилась противопоставить одних другим, что даже поместила «своих» в отдельное ото всех место, сконцентрировав все «умы» в затерянном ущелье в горах Колорадо.

Мирасова К.Н. в своей статье «Символы как отражение философских взглядов А. Рэнд в романе "Атлант расправил плечи"» пишет: «Согласно американскому исследователю М. Берлинер, сделавшему обзор рецензий на каждый из трёх романов Айн Рэнд, отрицательная оценка романов сразу после их выхода значительно превосходила положительную, возрастая от романа к роману. Так, последний из романов, «Атлант расправил плечи», с его абсолютно эксплицитной философией, получил наибольшее количество отрицательных отзывов. Критики говорят о явной авторской симпатии к героям-гениям и её пренебрежении к среднему человеку, обвиняют в абсолютизме, радикализме, агрессии, в восхвалении жёстких, бескомпромиссных, аморальных персонажей». [8, c. 3144]

Новикова М.А. утверждала, что зачастую «свое» пространственное мировосприятие наполняется нравственным смыслом, т.е. иномирие становится зоной зла, а «свой» мир ‒зоной добра. Действительно в романе «Атлант расправил плечи» «свое» пространственное мировосприятие наполняется нравственным смыслом. Поскольку «свой» мир выступает в качестве естественного, то «чужой» мир приобретает символическое значение и всякая антинорма, входящая в него, превращается в сигнал и символ «иного» пространства. В романе «Атлант расправил плечи» мы можем четко отследить разделение автором на «свое» и «чужое» пространство, на плохих и хороших героев, на добро и зло.

Пространство «своих» и «чужих» в произведении насквозь пропитано символами, которые выражают философские воззрения автора. Как пишет Мирасова К.Н., «Одной из таких важных идей в философской системе взглядов А. Рэнд является апологетика технического прогресса. В его защиту она вступает в активную публицистическую полемику с активистами нового левого движения 1960-х, развернувшими, по ее словам, «антииндустриальную революцию», мультикультуралистами, отстаивающими свою этническую отсталость, и с защитниками окружающей среды – зелёными» [8, с. 3145].

Айн Рэнд моделирует антиутопическое общество, которому противостоит Атлантида – союз талантливых людей (композиционно описание этой страны представлено в первой главе «Атлантида» в 3 части романа; также встречаются отдельные упоминания легенды об этой стране в первых двух его частях). По сути, Атлантида в романе – тайное государство, «Шамбала» всех, кто не согласен с политической диктатурой, насаждаемой в США.

Атлантида – древнейшая мифологическая страна, описанная наиболее подробно в текстах античных авторов (Платон, Геродот, Прокл и др.). Миф об Атлантиде представляет собой своеобразную утопическую модель, эксплуатировавшуюся после античности многими авторами. Атлантида Платона – это империя, располагающаяся на острове к западу от геркулесовых столпов (Гибралтарский пролив). Геркулесовые столпы (лат. Columnae Herculis) в древнегреческих мифах – это край света. Символика двух колонн или двух столбов достаточно глубока: «В космическом смысле два столба (или колонны) являются символами вечной стабильности, мир между ними – путь к вечности. Столбы и колонны упоминаются также в описании храма Соломона (у масонов – образ абсолютного принципа мироздания)».

Говоря о Геркулесовых столпах, можно заметить, что символ американского доллара многие исследователи связывают именно с ними. Согласно их теории, символ доллара ($) напоминает обвитые лентами Геркулесовые столбы. В романе этот символ считается тайным знаком, который используют жители Атлантиды. Они помечают им сигареты, произведенные в Долине: «It was a plain white package that bore, as single imprint, the sign of the dollar. There was no printing on the package, no trade name, no address, only the dollar sign stamped in gold. The cigarettes bore the same sign» [9, с. 522]. То есть это была простая упаковка без печати, без адреса, без торговой марки, украшенная только значком доллара.

Также в самой долине Джона Голта знак доллара установлен как монумент. Рэнд описывает его как герб, символ города, его маяк. Айн Рэнд характеризует знак доллара в качестве символа и знака свободной торговли и свободных умов, устами героев излагая свою мысль о том, что они будут двигаться, чтобы снова отвоевать эту страну у бессильных дикарей, которые так и не открыли ее природу, ее значение, ее великолепие. И называя несогласных полчищем дикарей:

«With the sign of the dollar as our symbol—the sign of free trade and free minds—we will move to reclaim this country once more from the impotent savages who never discovered its nature, its meaning, its splendor. Those who choose to join us, will join us; those who don't, will not have the power to stop us; hordes of savages have never been an obstacle to men who carried the banner of the mind». [9, с. 812]

Главный символ содержится уже в самом названии романа «Атлант расправил плечи». Атлант, герой греческой мифологии, несший на своих плечах тяжесть небес, символизирует эксплуатируемых промышленников, особенно Риардена, чей тяжелый труд и огромная сила поддерживают паразитов, живущих за счет своих производственных возможностей. Когда Франциско говорит Риардэну, что он посоветовал бы Атланту расправить плечи и отпустить свое бремя, он имеет в виду забастовку и призывает Риардена сложить свое бремя и перестать верить, что его долг - нести такой большой вес для недостойных. Единственная награда Риардэна за его усилия ‒ преследование коррумпированного правительства и изнурительная работа с другими. Франсиско знает, что Риардену или кому-то другому было несправедливо играть эту роль. Вербуя его для забастовки, он пытается указать Риардэну выход.

Одним из главных символов пространства является Знание. Джон Голт сравнивается с Прометеем, принесшим божественный огонь. Так Айн Рэнд проводит параллель между Знанием и божественным огнем, возвеличивая его. Она буквально утверждает, что на плечах описанных ей атлантов – по-настоящему талантливых изобретателей, предпринимателей, ученых – держится мир.

Еще одним символом пространства в «Атланте» являются мосты. Мосты упоминаются в романе более 140 раз. В этом контексте мосты представляют силу использования разума. Такие достижения, как большие мосты, показывают, на что способен человеческий разум. Этому постоянно угрожает государственный контроль. Например, Реарден – персонаж, известный своей искренней любовью к своей работе. Когда он помогает Дагни создать линию Джона Галта из металла Риардена, он впервые достигает таких высот, используя свой уникальный металлический сплав, чтобы построить нечто столь мощное, как мост. Мост Таггарта также является прекрасным представителем старых Таггардских железных дорог, поскольку мост появился благодаря изобретательности деда Дагни и его неустанным амбициям создать крупную американскую железную дорогу. Когда этот мост разрушается благодаря вмешательству правительства, это символизирует, что творческие усилия человеческого разума больше не ценятся в обществе.

Анализируя символику «своего» и «чужого» пространства в романах «Источник» и «Атлант расправил плечи», мы обнаружили явное противопоставление «своего» и «чужого» пространства. Данное противопоставление было выражено символами пространства. Мы выявили универсальные (мировые) и национально–характерные составляющих символической семантики, а также проследили проследить функционирование символа не только в микротексте, но в самой художественно-целостной системе-тексте или даже цикле текстов. В основе анализа символики «своего» и «чужого» пространства были взяты труды профессора Новиковой М.А. Согласно ее трудам, нами было обнаружено, что в романах «Источник» и «Атлант расправил плечи» «свое» пространственное мировосприятие наполняется нравственным смыслом. Иными словами, иномирие становится зоной зла, а «свой» мир ‒ зоной добра. Таким образом, поскольку «свой» мир выступает в качестве естественного, то «чужой» мир приобретает символическое значение и всякая антинорма, входящая в него, превращается в сигнал и символ «иного» пространства.

 

Список литературы:

  1. Лотман Ю. М. В школе поэтического слова: Пушкин. Лермонтов. Гоголь: Кн. для учителя / Ю.М. Лотман. – М.: Просвещение,1988. – С. 352.
  2. Каширина С. В. Роль художественного пространства в постижении литературного текста / С.В. Каширина // Вестник Оренбургского государственного университета. – 2006. – № 9(59). – С. 180-185.
  3. Аверинцев С.С. Символ в искусстве: литературно-энциклопедический словарь / С.С. Аверинцев. – М.: Наука, 1987. – С. 378-379.
  4. Есин А. Б. Время и пространство: введение в литературоведение: учеб. пособие / Л.В. Чернец, В.Е. Хализев, А.Я. Эспалнек и др.; под ред. Л.В. Чернец. – М.: Высшая школа, 2004. – С. 180-680.
  5. Королев К. М. Энциклопедия знаков, символов, эмблем / К. М. Королев. – МИДГАРД, 2005. – С. 206 - 603.
  6. Новикова М. А. Символика в художественном тексте. Символика пространства (на материале «Вечеров на хуторе близ Диканьки» Н. В. Гоголя и их английских переводов): Учеб. пособие / М. А. Новикова, И. Н. Шама. – Запорожье: ООО «Акцент Инвест-трейл», 2013. –  С. 209.
  7. Rand A. The Fountainhead / A. Rand. – New York: Plume, 2005. – Р. 1200.
  8. Мирасова К. Н. Символы как отражение философских взглядов А. Рэнд в романе «Атлант расправил плечи» / К.Н. Мирасова // Филологические науки. Вопросы теории и практики. – 2022. – Т. 15. – № 10. – С. 3143-3149.
  9. Rand A. Atlas Shrugged (35th anniversary ed.) / A. Rand. – New York: E.P. Dutton, 1992. – Р. 522-891.

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом