Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65
Telegram: sibac
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9.00 до 18.00 Нск (5.00 - 14.00 Мск)

Статья опубликована в рамках: LIII Международной научно-практической конференции «Культурология, филология, искусствоведение: актуальные проблемы современной науки» (Россия, г. Новосибирск, 06 декабря 2021 г.)

Наука: Филология

Секция: Германские языки

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Сурмятова Ю.В. ПАРЕМИОЛОГИЧЕСКИЙ ФОНД НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКА КАК ВЕРБАЛЬНЫЙ КОД КУЛЬТУРЫ // Культурология, филология, искусствоведение: актуальные проблемы современной науки: сб. ст. по матер. LIII междунар. науч.-практ. конф. № 12(45). – Новосибирск: СибАК, 2021. – С. 36-41.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ПАРЕМИОЛОГИЧЕСКИЙ ФОНД НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКА КАК ВЕРБАЛЬНЫЙ КОД КУЛЬТУРЫ

Сурмятова Юлия Викторовна

канд. филол. наук, доц., ФГОУ ВО ТО Тюменский индустриальный университет,

РФ, г. Тюмень

Языки мира богаты различными устойчивыми выражениями, пословицами, поговорками, крылатыми выражениями, которые рождаются, прежде всего, в повседневном общении людей, а затем проникают в литературу, в тексты печатных и электронных СМИ, в радио- и телепередачи. Являясь неотъемлемым атрибутом фольклора и культуры народов, паремии несут в себе отражение жизни той нации, к которой они принадлежат и чей образ мысли и характер отражают. Данная статья посвящена изучению немецких пословиц и поговорок, являющихся источником отражения национальных особенностей и восприятия мира. Специфической особенностью пословиц и поговорок любого народа является их изначально национальное происхождение, несмотря на то, что их аффилиационная основа во многом многофункциональна, и в ней можно встретить определенное количество фактов заимствования.

Процесс изучения паремиологии как особого пласта лексики необходим в синхроническом и диахроническом аспектах исследования языка и культуры. Лингвистический анализ позволяет определить, какие факты речевого выражения присутствуют с точки зрения их аффективного содержания; и какие средства художественной речи используются для выражения эмоций, и какими способами в пословицах и поговорках определялись те или иные языковые средства. Учитывая вышеизложенное, видится возможным определение основных особенностей картин мира исследуемого языка, как самобытного источника мудрости. Научно-исследовательский поиск в области изучение теории происхождения и классификации паремий осуществляли Апресян Ю.Д., Арсентьева Е.Ф., Жуков В.П., Кунин А.В., Рыбников М.А., Соколов Ю.М., Свиридов Л.Ф.,Телия В.Н.; проблемам исследования немецкой паремиологии посвящены работы Бредис М.А., Кузнецовой Н.Ю., Кульковой М.А., Савченко В.А. и многих других современных авторов.

Описание паремиологического фонда любого языка производится в следующих направлениях:

- выявление и определение лингвистического статуса пословиц и поговорок;

- выявление структурно-грамматических, синтаксических и стилистических особенностей пословиц и поговорок;

- выделение основных лингвокультурологических концептов / концептосфер, отражающих национальный менталитет;

Пословицы и поговорки представляют собой сложные лексические единицы, являющиеся объектом изучения в рамках теории междисциплинарных исследований. При оформлении дефиниций пословиц и поговорок можно наблюдать разные подходы, выявляющие те или иные характерные признаки:

1. лингвистический

2. лингвокультурологический

3. когнитивный

Лингвистический подход к изучению паремий включает определение места этих единиц во фразеологическом фонде языка и выявление основных признаков пословиц как фразеологических единиц. В современном языкознании существует несколько мнений, согласно которым пословицы либо включаются в состав фразеологии, либо остаются за ее пределами входят в состав паремиологии. В этом случае мы наблюдаем узкое и широкое понимание объемов фразеологии.

Приверженцы «узкой» трактовки объема фразеологии считают, что пословицы не являются фразеологической единицей (Н.Н. Амосова, Ш. Балли, А.И. Смирницкий, М.М. Гухман, Л.В. Щерба, СИ. Ожегов, В.П. Фелицина и др.). Приводимые в пользу этой интерпретации доводы: в основе высказывания, передаваемого пословицей, лежит суждение, а в основе лексического значения фразеологизма – то или иное понятие; для пословиц не обязательно синтаксическое окружение, а фразеологизмы это «вырванные» из текста изречения; пословица семантически неделима и имеет смысл только в совокупности лексических единиц её составляющих.

Последователи «широкого» понимания объема фразеологии (В.В. Виноградов, В.Л. Архангельский, И.И. Чернышева, Н.М. Шанский, А.Д. Райхштейн, М.М. Копыленко и др.) апеллируют к тому факту, что фразеологизм – это понятие, включающее не только устойчивые сочетания слов, но и устойчивые высказывания – предложения – а значит, и пословицы. Данный подход, несомненно, основывается на таких критериях как воспроизводимость и устойчивость. Поскольку пословицы – это устойчивые соединения слов, которые не создаются в процессе речи, а воспроизводятся коммуникантами из памяти как целые готовые единицы, то, их следует относить к области фразеологии [2, 23].

Третий подход к определению места пословиц и поговорок в системе языка определяется позицией В.Л. Архангельского, который ставит под сомнение возможность отнесения к фразеологии всех пословиц без исключения, и выделяет так называемый «частотный корпус пословиц». При этом к фразеологии, по их мнению, следует относить только те пословицы, которые обладают высокой частотностью в различных сферах коммуникации (по терминологии В.Л. Архангельского, «общеупотребительные» пословицы).

Корпус частотных пословиц очень подвижен, его динамичность обусловлена, прежде всего, частым употреблением в речи и массовой регулярной воспроизводимостью в текстах средств массовой информации.

В нашем понимании, в след за определением ЛЭС, пословица – это краткое, распространённое в речевом обиходе и, как правило, ритмически организованное изречение назидательного характера, в котором зафиксирован многовековой опыт народа; обычно имеющее форму законченного предложения (простого или сложного) и функцию прескрипции (совета, предписания) [1].

Основу лингвокультурологических исследований, объединяющих в себе фольклористский и лингвистический подходы, в которых пословица рассматривается как культурная ценность (С.Г. Воркачев, В.И. Карасик, О.Г. Почепцов и др.), образует гипотеза, определяющая тот факт, что ядром культуры является система ценностных ориентаций, отражаемых, в основном, пословицами, поговорками и другими фразеологическими единицами. В рамках этого подхода  пословица определяется как лингвокультурный текст, который в концентрированном виде выражает сведения о культуре того или иного народа, характеризует важные моменты истории, традиции, нравы и обычаи людей, говорящих на соответствующем языке (И.Р. Гальперин, А.В. Кунин, А.Е. Супрун). Паремии как лингвокультурные тексты состоят из культурно-маркированных лексических единиц и вызывают в сознании носителей языка определенное представление ситуации.

Культурно-языковые характеристики пословиц отражают специфику восприятия мира и могут быть измерены в межъязыковом сопоставлении при помощи культурных концептов. Поэтому пословицы становятся объектом когнитивных исследований, затрагивающих изучение процессов переработки сознанием человека информации об окружающем мире. С позиций когнитологии паремии – образцы абстрактных структур сознания. Представители данного направления (Г.Палмер, О.В. Магировская) выявляют специфику выявления первообразных примеров концептов посредством пословиц путем описания взаимодействия языковой и когнитивной деятельности во время ассоциативного мышления.

Таким образом, когнитивный подход в определении статуса пословицы позволяет рассматривать их, с одной стороны, как специфические способы языковой репрезентации осмысления (познания) идиоматической мира и, с другой стороны, как единицы вторичной номинации, осуществляющие образную когнитивную обработку определенных знаний в сознании представителей лингвокультурной общности.

Помимо познания паремии оказывают влияние и на сознание слушающего / читающего в силу того, что они репрезентуют авторитарную правду. Пословицы квазидоказательны, то есть они не дают научного объяснения, но, тем не менее, они содержат в себе народную мудрость, и языковой коллектив принимает пословицы как аксиому, например: Mit den Wölfen leben, mit den Wölfen heulen ( с волками жить – по-волчьи выть); Mit den Löffeln kann man das Meer nicht ausschöpfen (ложкой моря не вычерпать); Mit der Zeit kommt man auch weit (тише едешь, дальше будешь); Ein Versuch ist keine Marter, eine Frage kein Malheur (попытка не пытка, спрос – не беда); Tugend ist der beste Adel (Добродетель – это лучшее благородство).

Многовековой коллективный опыт этноса отражается в паремиях и они по своей убедительности превосходят подчас притчи и каноны, а будучи употреблёнными к месту, приобретают силу неопровержимого доказательства:  Ein Sprichwort – ein Wahrwort (в пословице правда молвится).

Важнейшей составляющей пословицы является сентенция или нравоучение, оформленного в рамках афористичности – конгруэнтности сжатого смысла в кратком сочетании слов или небольшом предложении. Например, немецкая пословица Gesagt getan (сказано – сделано) имеет с русской пословицей одинаковую степень афористичности.

Однако степень афористичности у пословиц может быть различной. Афористичность вбирает в себя опыт, мудрость, и краткая пословица легче запоминается, метко бьёт, при этом она может не содержать опыт или мудрость, например:Geh' es wie es geh' (что будет, то будет); Fürsten kommen in den Himmel, wenn sie in die Wiege sterben (князья попадают на небо, если они умирают в колыбели),− а в данном примере содержится больше афористичности, при этом не является лаконичным. Это происходит от того, что каждая пословица – отражение исторического прошлого, традиций и обычаев того или иного этноса.

К числу типичных для пословиц структурных средств выразительности относятся также параллелизмы и повторы. Их логическая структура подкрепляется соответствующей синтаксической структурой с цензурой, повышающей экспрессивность; например: Bis zum Gott ist es hoch, bis zum Zaren ist es weit (до Бога далеко, до неба высоко); Besser karg als arg (лучше скупой, чем злой); Aus Nichts wird Nichts (из ничего ничего не бывает). Синтаксические параллелизмы еще одна из ярчайших характеристик построения паремий, при которой когда в одной последовательности расположены члены предложения, одинаково выраженные, например: Mäßigkeit wird alt, Zuviel stirbt bald (умеренность стареет, излишество скоро умирает); Schnell ist ein Märchen dahergesagt, schwer aber die Tat vollbracht (скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается).

Пословицы-нравоучения могут реализовываться в прагмалингвистическом плане в двух разных синтаксических моделях – побудительной и повествовательной, при том, что это не влияет на их смысл; например: Schweigen und denken kann niemanden kränken (нельзя никого обидеть, если молчать и думать); Eintracht ernährt, Zweitrachr verzehrt (Дружба созидает, вражда разрушает);Hat der Bauer Geld, hat's die ganze Welt (если у крестьянина есть деньги, ему принадлежит весь мир);Hitz' im Rat, Eil' in der Tat bringt nichts als Schad' (поспешишь – людей насмешишь). Если в одной из пар даётся совет в прямой форме, то в её смысловом эквиваленте (другой фразе) даётся описание некоторого типичного явления. Формально выраженное при этом побуждение отсутствует. Оно, как правило, присутствует в имплицитной форме, поскольку фраза второго типа обычно произносится в ситуации, в которой она выполняет функцию дружеского совета.

Каждая нация имеет свои культурные традиции и историю, что отображается в пословицах как в историко-культурных образованиях. Анализ немецкого паремиологического фонда дает возможность сделать вывод об индикации основных жизненных принципов, присущих немецкой культуре: долг, мораль, семья, дом, пища, Родина, природа, Бог, Я, чужой  т .д. Однако распределение паремий по тематическим группам неравномерно, что еще раз свидетельствует о необходимости изучения национального менталитета того или иного народа в рамках межкультурной коммуникации.

 

Cписок литературы:

  1. Лингвистический энциклопедический словарь/ Гл. ред. В.Н. Ярцева. – М.: Сов. энциклопедия, 1990. – 688 с.
  2. Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка. СПб, 1996.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом