Статья опубликована в рамках: IV Международной научно-практической конференции «Культурология, филология, искусствоведение: актуальные проблемы современной науки» (Россия, г. Новосибирск, 06 ноября 2017 г.)

Наука: Филология

Секция: Германские языки

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Горбылева Д.Р. ЗООМОРФИЗМ ОБРАЗА СИБИРИ В СОВРЕМЕННОЙ АНГЛОЯЗЫЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ: НА МАТЕРИАЛЕ РОМАНА РУТЫ СЕПЕТИС «BETWEEN SHADES OF GRAY» (2011) // Культурология, филология, искусствоведение: актуальные проблемы современной науки: сб. ст. по матер. IV междунар. науч.-практ. конф. № 4(3). – Новосибирск: СибАК, 2017. – С. 13-19.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ЗООМОРФИЗМ ОБРАЗА СИБИРИ В СОВРЕМЕННОЙ АНГЛОЯЗЫЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ: НА МАТЕРИАЛЕ РОМАНА РУТЫ СЕПЕТИС «BETWEEN SHADES OF GRAY» (2011)

Горбылева Диана Рустамовна

магистрант, кафедра Романо-германской филологии, Томский государственный университет,

РФ, г. Томск

ZOOMORPHIC IMAGES OF SIBERIA IN CONTEMPORARY ENGLISH LITERATURE: RUTA SEPETYS «BETWEEN SHADES OF GRAY»

 

Diana Gorbyleva

master student, 1st year, Romance-Germanic chair, Tomsk State University,

Russia, Tomsk

 

Постколониальная гуманитаристика занимается осмыслением локуса произведения как пункта «воображаемой географии», то есть изучает созданный в литературных текстах потенциал образов территорий, который позволяет говорить о специфике представлений о Своем и Чужом. Актуальным является понимание того, каким предстает регион / страна в сознании современного англоязычного мира.

Благодаря своему уникальному климату, ландшафту, истории и культурному наследию север России стал объектом исследования ученых всех областей. Так, в ТГУ блок исследований Сибири объединен направлением «Транссибирский научный путь», в котором изучение словесной культуры занимает особое место.

По итогам фронтального анализа изданий современной англоязычной литературы было отобрано тринадцать произведений, в которых присутствует образ Сибири. Среди них можно выделить: травелоги и романы детективного, исторического и научно-документального жанров. В этих произведениях образ Сибири выполняет различные функции: как непосредственное место событий или одна из деталей, придающие повествованию определенный характер, или в качестве вспомогательного средства, с помощью которого автор стремится выразить главную идею.  

По итогам литературоведческого и анализа современной англоязычной крупной прозы нами была выявлена тенденция к зооморфизму при изображении Сибири. Вслед за С.Г. Ватлецовым, под зооморфизмами мы понимаем «использование зоологических наименований с отождествлением свойств и особенностей животных человеком в своей жизни и деятельности, т. е. творческое переосмысливание гено- и фенотипов представителей зоомира» [2, с. 60].

Цель настоящей работы – определить функции зооморфизмов при создании образа Сибири в англоязычной художественной литературе 1990х–2010х гг. на материале романа американской писательницы Руты Сепетис «Between Shades of Gray» (2011) (рус. «Между оттенками серого»).

Произведение «Between Shades of Gray»  написано в  эпистолярном стиле и повествует о нескольких месяцах жизни Лины Костас, шестнадцатилетней девочки, чью семью сослали в Сибирь по статье 58 (контрреволюционная деятельность). Автор отмечает, что это роман написан для детей и подростков, поскольку «молодые люди не только способны глубже воспринимать текст, но и сильнее сопереживать».

Данное произведение было выбрано, поскольку оно считается популярным среди читателей и критиков: книга была переведена более чем на 27 языков и опубликована в 50 странах мира. Она получила признание международных критиков и литературных академий: более 70 наград, в числе которых: A New York Times Bestseller, A Wall Street Journal Best Children's Book, the Historia Prize (Франция), the Peter Pan Silver Star (Швеция), «Der Leserpreis» Readers Choice (Германия), the Sakura Medal (Япония). Однако в российскую рецепцию роман так и не вошел, поскольку писательница не дала согласия на его перевод в издательстве, «тесно связанным с нынешними властями», а независимые российские издатели пока не предлагали опубликовать ее книгу.  На сегодняшний день ведется разработка фильма «Ashes in the Snow» по мотивам произведения.

Согласно описаниям, представленным в романе, Сибирь это почти незаселенное место с суровым климатом, непригодное для жизни. Принимая во внимания этот фактор, нами была замечена тенденция к стилистическому снижению зоо-образов и их употреблению с отрицательными оценочными значениями. Были выделены несколько типов зоонимов: зооморфизмы, используемые при описании людей и объектов; реальные животные, являющиеся частью повествования; ожидаемые или предполагаемые животные, которые лишь упоминаются в разговорах персонажей.

Самую большую группу образуют зооморфизмы, используемые при описании персонажей. Среди них можно выделить три доминантных: собака, свинья и змея. В романе находится противопоставление «свиньи» и «змеи», поскольку, первое определение относится к описанию литовских заключенных, а второе – к описанию солдат НКВД. В произведении речь сибиряков изобилует разными ругательствами, но инвективный по характеру употребления зооним «свинья» встречается чаще всего (6 раз) и  используется преимущественно при обращении к литовским заключенным. Р. Пейбонен замечает, что «называя человека любым зооморфизмом, говорящий, в первую очередь, оценивает собеседника, выражает к нему свое отношение, вызывает его ответную реакцию и т. п.» [5, с. 19]. Таким образом зооним «свинья» появляется при каждом контакте военных с главными героями.

Bourgeois pigs, always wasting time (20)

Буржуазные свиньи, всегда тратят время

The NKVD inspected the train cars, stopping only to scream that we were filthy pigs who disrespected the train. (96)

НКВД проверяли вагоны и останавливались только чтобы крикнуть, что мы грязные свиньи, которые ни имеют ни капли уважения к поезду.

“The slowest pigs in Trofimovsk!” said Ivanov through his rotten teeth. (285)

«Самые медленные свиньи в Трофимовске!» – произнес Иванов сквозь гнилые зубы.

“You are all filthy pigs. You live in filth. It’s no wonder you’re dying.” (312)

Вы помойные свиньи. Вы живете в помоях. Понятно, почему вы умираете.

В русской культуре собирательный образ «свиньи» появляется довольно часто, например, в выражениях: поступить по-свински, рос со свиньями, есть как свинья. Сатирический образ «свиньи» встречается в баснях И. Крылова («Свинья», «Свинья под дубом») и в творчестве Н. Гоголя («Ревизор»). В статье «Национально-культурная специфика названий животных в русской и корейской фразеологии» Пак Сон Гу утверждает, что «для русского человека свинья, как правило, ассоциируется с неопрятностью (грязный как свинья), неблагодарностью (неблагодарная свинья), отсутствием интеллекта, глупостью (разбираться как свинья в апельсинах), непорядочностью, способностью на низкий, подлый поступок (подложить свинью)» [3, с. 70] Можно заключить, что используя этот зооним, сибирские солдаты четко проводят черту между «своими» и «чужими». Словом, «свинья» способствует созданию образа «врага» и показывает негативное отношение военных к заключенным.

Зооним «змея», встречается 4 раза и используется при описании начальника лагеря и его отношении к Лине и ее семье. Необходимо отметить, что змея -  почитаемое животное в Литве. Этот факт подтверждается множеством примеров из фольклора и истории государства. Французская журналистка Биатрис Лабон, путешествуя по Литве отметила, что змея ассоциируется с духом благополучия и достатка, посланником богов. Особенно почитаемой является королева Змей, Эгле [4].

Among their most cherished deities, is the humble and harmless grass snake Žaltys.

Одним из самых почитаемых божеств стала смиренная и безобидная змея Жальтыс, живущая в траве.

The grass snake is the messenger of the ancient Baltic deities.  It plays a significant role in the local mythology.  One of the older fairy tales is the story of Eglè, the queen of the grass snake.

Травяная змея - посланница древних Балтийский божеств. Она играет значительную роль в местной мифологии. Одна из старых сказок - история Эгли, королевы змеи.

 

The grass snake brings good luck and fertility.  Until recently, many peasant families kept a snake at home, not as a pet but rather as an honored member of the family.

Травяная змея приносит удачу и плодовитость. До недавнего времени многие крестьяне держали эту змею дома, и не как домашнее животное, а скорее как почетного члена семьи.

Однако в данном произведении образ «змеи» обладает негативной коннотацией, заимствованной скорее из массовой культуры, где он ассоциируется скорее с хитростью, злом и смертью. Автор вводит образ змеи  при описании руководителя НКВД и фигурирует в названии целой части («Maps and Snakes»). Змея появляется в эпизоде, когда Лине была предоставлена возможность нарисовать портрет начальника НКВД.  Когда девочка принимается за работу, ей начинает мерещиться змея, выползающая из-под воротника начальника. Лина с трудом подавляет желание нарисовать змеек на портрете, поскольку знает, чем это может обернуться для ее и ее семьи.

It started. Snakes slither out of his collar and wrapped themselves around his face, hissing at me. I blinked… I rubbed my eyes. There are no snakes. Don’t draw the snakes.

Началось. Змейки выскользнули из под его воротника и начали обвивать его лицо, шипя на меня. Я моргнула… Потерла глаза. Змеек не было. Не рисуй змеек.

Позже, когда девочка узнает, что начальник обманул ее и не выдал обещанные порции картофеля, она приходит в ярость и замечает, что «надо было нарисовать змеек».

“But we’re supposed to get potatoes,” I argued. The commander was a liar. I should have drawn the snakes.

Я возразила: «но нам же обещали картошку!». Начальник оказался лжецом. Мне стоило нарисовать змеек.

Вернувшись к себе в лачугу, Лина берется за тетрадь с рисунками и пытается запечатлеть змею, которая мерещилась ей во время работы над портретом. Но осознав, как опасно оставлять такие рисунки, зачеркивает и оставляет работу. 

I rolled the pencil between my fingers. I drew a collar. A snake began to draw itself, coiling upward. I quickly scratched it out.

Я прокрутила карандаш между пальцев. Нарисовала воротник. Змея начала вырисовываться сама собой, изгибаясь. Я быстро зачеркнула ее.

В данном примере зооним «змея» используется для создания портрета хитрого и коварного начальника НКВД. Являясь главнокомандующим крупного лагеря в Алтайском крае, он готов пойти на обман, лишь бы заполучить картину даром. В этом отрывке можно также заметить, насколько советские солдаты пренебрежительно относятся к своим заключенным. Так, почитаемый литовцами образ змеи утрачивает положительные качества и передает негативную отношение героини к надзирателю.

Зооним «собака» встречается 5 раз и соответственно выполняет несколько функций. С одной стороны, он используется при описании отрицательных персонажей: солдатов НКВД и литовского мужчины, одного из арестантов, находящегося рядом с семьей Лины на протяжении всего пути. С другой стороны, сравнение с собакой встречается в отрывке, когда главная героиня работает в лагере за полярным кругом. Семантика этого зоонима довольно разнообразна: он используется для характеристики как злого и грубого человека, так и ловкого, уверенного и даже преданного. Однако, в романе «собака» употребляется для выражения агрессии, а положительные значения этого образа нивелируются.    

Для описания солдат НКВД автор использует несобственный образ «собаки», и лишь одну из его характеристик: употребляется глагол «bark» (рус. рявкать, лаять, гавкать) для передачи речи персонажей.

The officer barked

Офицер рявкнул.

The guard walked over to Andrius and barked a command.

Охранник прошел прямиком к Андриусу и рявкнул команду.

В представленных эпизодах показано, насколько неуважительно относятся сибирские солдаты к своим подчиненным и командуют ими как животными. При этом сами военные утрачивают человеческие характеристики и переходят на лай.

В следующем отрывке зооним «собаки» был использован для того, чтобы показать, как ощущают себя герои, находясь в ссылке на севере Сибирского региона.

We bent like dogs, each talking turns lapping out of the bucket while the blond guard drank leisurely from a large canteen.

 

Мы согнулись как собаки, и каждый разговор прибавлял нам работы, в то время как светловолосый охранник спокойно попивал из огромной походной фляжки.

Интересно заметить, что в романе Лина несколько раз сравнивала свой народ скорее с образом Вилкаса, железного волка – символ и эмблема города Вильнюс. По записям в ее дневнике можно сделать вывод, что образ «волка» занимает значительное место в литовской культуре, и выражает мощь и стойкость столицы и государства вообще. Рисунок «Вилкаса» мог распознать каждый литовец, в том числе и ее отец, и, сделав набросок волка, Лина  хотела напомнить ему о доме и скорой встречи.

Vilnius, the capital of Lithuania. We had studied the history in school. Six hundred years ago, the Grand Duke Gediminas had a dream. He saw an iron wolf standing high upon a hill. He consulted a priest about the dream who told him that the iron wolf symbolized a large and formidable city, a city of opportunity.

Вильнюс - столица Литвы. Мы изучали ее историю в школе. Шестьсот лет назад великий князь Гедиминас увидел во сне железного волка, стоящего высоко на холме. Он обсудил этот сон со священником, который сказал, что железный волк символизирует большой и грозный город, город возможностей. (67)

Each day when the door was open to light, I would add more detail and indentifying clues that Papa would recognize – our birthdays, a drawing of a vilkas – a wolf.

Каждый день, когда дверь открывалась, я добавляла больше подробных и четких подсказок, которые папа узнал бы – даты наших дней рождений, рисунок вилкаса – волка.

Однако, образ «волка» встречается лишь в начале романа, когда Лина и ее семья едут в Сибирь. По мере развития действия, надежда покидает девочку, и она начинает употреблять зооним «собака» для определения их положения в Алтайском крае.

Вышеизложенные примеры позволяют проследить, какое отношение возникает у литовцев к сибирскому солдату и Сибири. Зооним «свиньи» сохраняет негативное и даже бранное значение, формируя речевую характеристику сибирского солдата. В романе формируется образ беспощадного, злого и хитрого «НКВДшника», ищущего выгоды в любой ситуации. Эта мысль подтверждается и за счет зоонима «змея», встречающегося при описании командующего лагеря в Алтайском регионе. Стоит заметить, что признаки, формирующие образ «змеи» в русской и литовской культуре не совпадают, но автор отдает предпочтение стереотипному метафорическому значению «змеи» как хитрого и коварного животного. 

Таким образом, предпринятый анализ произведения «Between Shades of Gray» позволяет утверждать, что зооморфизм образа Сибири имеет единую художественную функцию – зоонимы призваны выразить враждебность, недружелюбие, человеконенавистничество, отсутствие гуманности, царящее в заключении, в ссылке, и распространяющееся даже на ребенка. Так, воображаемая Сибирь этой авторессы обретает однозначную трактовуку.

 

Список литературы:

  1. Sepetys R. Between Shades of Gray / R. Sepetys // Penguin Books LTD – 2011. – 351 p.
  2. Ватлецов С.Г. Систематика зооморфной лексики и ее англо-русская эквивалентность : дис. ... канд. филол. наук. – Нижний Новгород, 2001. – 278 с.
  3. Гу П.С. Национально-культурная специфика названий животных в русской и корейской фразеологии // Язык, сознание, коммуникация: Сб. статей. – 2000. – №14. – С. 69–76.  
  4. Лабон Б. Литва: страна, которая поклоняется травяным змейкам [Электронный ресурс] // The Languedoc page: сайт. – http://www.the-languedoc-page.com/articles/languedoc-articles192.htm (дата обращения: 20.10.2017)
  5. Пейбонен Р. Зооморфная метафора, характеризующая человека, в русской и эстонской разговорной речи (по материалам анкетирования русско- и эстоноязычных жителей Эстонии) : маг. раб. … студ. слав. филол. – Тарту, 2013. – 87 с.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий