Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XI Международной научно-практической конференции «В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии» (Россия, г. Новосибирск, 14 мая 2012 г.)

Наука: Филология

Секция: Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции, Сборник статей конференции часть II

Библиографическое описание:
Брылина Е.А. ЦЕЛИ ИЗУЧЕНИЯ ПЕРВЫХ «РУССКИХ ГРАММАТИК» Г. В ЛУДОЛЬФА И А. Л. ШЛЁЦЕРА // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: сб. ст. по матер. XI междунар. науч.-практ. конф. Часть II. – Новосибирск: СибАК, 2012.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ЦЕЛИ ИЗУЧЕНИЯ ПЕРВЫХ «РУССКИХ ГРАММАТИК» Г. В ЛУДОЛЬФА И А. Л. ШЛЁЦЕРА

Брылина Елена Александровна

преподаватель, г. Екатеринбург

Е-mail: 

 

Большинство исследователей полагают, что о вхождении русского языка « в мировой коммуникативный обиход» следует гово­рить начиная с XI в. [1, c. 37]. Присутствие Руси на международном рынке было ощутимо уже в XI—XIII вв. География поездок русских купцов простиралась от Закавказья, Средней Азии, Византии и Египта, до Англии и Германии. Характер контактов характеризовался как посреднический.

Дальнейшим развитием международных отношений стало образование в XIII в. Ганзы — торгового и политического союза северо-немецких городов. Именно этот союз отслеживал регулирование торговых связей между странами участницами. Впоследствии Ганзейская лига, будучи заинтересованной в торговых отношениях с Русью, «создала языковую блокаду, завладев монополией на русский язык» [1, c. 37].

Принято считать, что до конца XVII в. чужеземным гостям не приходилось рассчитывать на знание русскими иностранных языков. Это доминирующая точка зрения по этому вопросу, хотя М. П. Алексеев, внесший существенный вклад в исследование данного вопроса, настаивает на том, что такая точка зрения доминирует из-за неизученности многих памятников древнерусской письменности.

Сфера международного сотрудничества предполагала знание языка партнера. Очевидно, вопрос об изучении русского языка иностранцами стал актуальным в тот момент. С одной стороны, преодоление барьера стало возможным благодаря «толмачам», но отсутствие грамматических пособий, нехватка учителей тормозили процесс изучения русского языка как иностранного.

До недавнего времени изучению грамматик русского языка, вышедших в свет до появления «Российской грамматики» М. В. Ломоносова (1755 г.), не уделялось внимания по ряду причин. В качестве ведущей и наиболее значимой В. П. Вомперский выделяет таковую: «…грамматики русского языка сохранились значительно хуже, чем грамматики старославянского языка», а значит, были практически недоступны для широкого круга исследователей [2, c. 126].

За дело взялись иностранцы. Нами будут рассмотрены грамматики двух иностранцев-немцев: Г. В. Лудольфа и А. Л. Шлёцера.

«Многимъ известно, что при Царяхъ Всероссiйскихъ несколько разъ была напечатана Славянская Грамматика Мелетия Смотрицкого; но не многiе знаютъ, что первую Русскую Грамматику сочинилъ иностранец Генрихъ Вильгельмъ Лудольф» [3, с. 291]. В статье «О первой Русской Грамматике» Михаил Каченовский отмечает, «что сочиненiем своимъ хотелъ услужить иностранцамъ, которые по Славянской Грамматике не могли научиться употребительному языку; сверхъ того онъ желалъ заохотить Русскихъ къ изданию какой-либо книги полезной и для всехъ вразумительной» [3, c. 292]. Пожалуй, это единственная статья, датируемая 1807 г., которая пролила свет на истинного автора-иностранца Первой Русской Грамматики — Генриха Вильгельма Лудольфа, «прилежно занимавшегося изученiем Славянской и Русской Словесности» [3, c. 293]. М. Каченовский подмечает, что в «Русской Грамматике» Лудольфа «означено въ точности различiе, происходящее отъ приращенiя слоговъ, напримеръ: въ словахъ глава и голова, градъ и городъ —отъ перемены буквъ, напримеръ: единъ и одинъ, езеро и озеро, немощь и немочь —от окончанiя въ падежахъ, напрмеръ: руце и руке, языцы и языки, —отъ окончанiя во временахъ, напримеръ: любихъ и любилъ; упомянуто о словахъ однозначительныхъ, но различныхъ по выговору, напрмеръ: глаголю и говорю, днесь и севодни. За то уже ничто лучше Грамматики Лудольфовой не доказываетъ, какъ трудно писать не на природномъ своемъ языке» [3, c. 293].

Анализируемая статья заканчивается следующими словами: «И такъ Ломоносовъ былъ не первой сочинитель Русской Грамматики!» [3, c. 295].

В своей грамматике и прилагаемых диалогах Г. В. Лудольф «передает слова такими буквами, которые обозначают именно те звуки, какие слышатся в произношении» [5, c. 603]. К своей грамматике он «прибавил диалоги и некоторые идиомы, почерпнутые из повседневной обиходной речи» [5, c. 603]. Цель работы автор видел в принесении пользы «тому или другому из тех многочисленных иностранцев, которые имеют нужду приезжать в Россию не только по торговым и политическим делам, но и по делам иностранных церквей [5, с. 604].

На этапе зарождения практического направления в изучении языков в Западной Европе (XV—XVII вв.) складывался интуитивно-имитативный подход. Основное внимание было направлено на овладение навыками устной речи в языковой среде.

Авторы практических пособий раннего периода (в том числе Г. В. Лудольф) отличались творческим подходом к их составлению. Ориентация на определенную аудиторию привела « к применению в практических учебных пособиях тематико-ситуативного принципа и диалогизированной формы» [1, c. 15]. Грамматическое руководство было опубликовано в 1696 г.

Во многом последователем Г. В. Лудольфа стал А. Л. Шлецер, который по воле обстоятельств, именовал свой труд тоже «Русской грамматикой». В своем труде А. Л. Шлецер затрагивает те же стороны языковой действительности, сталкивается с нехваткой пособий, но он излагает свой собственный «корнесловный» метод изучения иностранных языков. Цель написания грамматики: приобретение общего знания о русском языке иностранцем. В работе отводится целая глава родству языков, анализируется грамматический строй русского языка, к сожалению, работа не закончена. В силу этого обстоятельства сложно представить задумки автора в полном объеме. Вероятно, к его чисто теоретической части могли быть добавлены разговорник, диалоги или другие практические составляющие грамматики. Отсутствие подобной практической части не дает нам полного представления о русском языке глазами иностранцев. Тираж таких работ также был малочисленным.

Имя немецкого филолога А. Л. Шлёцера упоминается В. А. Половцовым в «Краткой летописи грамматической деятельности в России». В. А. Половцов упоминает, что царствование императрицы Екатерины II«представляетъ собой картину первоначальнаго и вместе уже довольно значительнаго развитiя грамматической деятельности въ Россiи» [6, с. 19].

В чем же заслуги иностранцев-лингвистов? Во-первых, стимул к изданию авторитетных источников по грамматике русского языка, во-вторых, попытка написания грамматик доступным языком, в-третьих, в определенной мере популяризация русского языка в иностранной среде. Конечно, обе «Русские грамматики» представляли большой материал из сравнительного языкознания. Например, А. Л. Шлёцер дал богатое собрание этимологических сближений, которые для его времени были совершенной новостью.

А. Л. Шлецер сделался представителем науки и упрекал всех русских «в недостатке ученаго направленiя» [7, c. 23].

Обе грамматики стали своеобразными руководствами для иностранцев в деле изучения русского языка. Сохранившиеся документы позволяют говорить о том, что к концу XVII в. ситуация с изучением иностранными «гостями» русского языка изменилась. «Выход централизованного Русского государства на международную арену в XV—XVI вв. повлек за собой усиление интереса к русскому языку, который был необходим для торговли, дипломатии, отчасти науки и литературы, —отмечает В. Г. Костомаров в работе «Русский язык среди других языков мира» [4, c. 86—87].

Таким образом, в конце допетровского периода, ознаменованного значительным расширением экономических, политических и культур­ных связей Московской Руси с соседними странами, растущий спрос на русский язык удовлетворялся уже на государственном уровне.

Очевидно, что интерес к русскому языку в XVIII в. продол­жается, и разного рода грамматики русского языка на иностранных языках уже не являются редкостью. Наибольшей востребованностью русский язык пользовался у немцев: рассмотренные нами грамматики немецких лингвистов, образование Ганзейской лиги, а также тот факт, что на немецкий язык была переведена грамматика А. А. Барсова [Barsov A. A. RussischeGrammatikfurGymnasien, Moskau, 1771], являются явными свидетельствами тому.

Мы можем утверждать, что в XVIII в. происходит отход от интуитивного метода познания языка к более «философскому, ученому» (по А.Л Шлёцеру), в рамках которого ученого интересовали коренные слова и изучение языка строилось на образовании различного рода производных слов.

 

Список литературы:

  1. Бондаренко А. Ю. Формирование практического направления в обучении русскому языку как иностранному (XVI — первой половины XX века): автореф. дис… канд.педагогич.наук. — М., 2007. — 38 с.
  2. Вомперский В. П. Неизвестная грамматика русского языка И. С. Горлицкого 1730 г. // Вопросы языкознания. — 1969. — № 3. — С. 125—131.
  3. Каченовский М. О. первой Русской Грамматике// Вестник Европы. — 1807. — Ч. 34. — № 16. — С. 291—295.
  4. Костомаров В. Г. Русский язык среди других языков мира. — М., 1975. — 154 с.
  5. Ларин Б. А. О Генрихе Лудольфе и его книге.Предисловие и вступит. статья к изданию «Грамматики» Лудольфа. — Л., 1937. — 700 с.
  6. Половцов В. А. Краткая летопись грамматической деятельности в России. — СПб:1847. — 78 с.
  7. Попов А. Н. Шлецер. Рассуждение о русской историографии. — М.,1847. — С. 397—485.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Уважаемые коллеги, издательство СибАК с 30 марта по 5 апреля работает в обычном режиме