Статья опубликована в рамках: LXIX Международной научно-практической конференции «В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии» (Россия, г. Новосибирск, 08 февраля 2017 г.)

Наука: Филология

Секция: Германские языки

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Кобзева Е.В. СРЕДСТВА СОЗДАНИЯ ПОРТРЕТНОЙ ХАРАКТЕРИСТИКИ ПЕРСОНАЖА В ЛИТЕРАТУРНОЙ СКАЗКЕ Р. ДАЛЯ «МАТИЛЬДА» // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: сб. ст. по матер. LXIX междунар. науч.-практ. конф. № 2(69). – Новосибирск: СибАК, 2017. – С. 39-48.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
Диплом лауреата
отправлен участнику

СРЕДСТВА СОЗДАНИЯ ПОРТРЕТНОЙ ХАРАКТЕРИСТИКИ ПЕРСОНАЖА В ЛИТЕРАТУРНОЙ СКАЗКЕ Р. ДАЛЯ «МАТИЛЬДА»

Кобзева Екатерина Владимировна

аспирант кафедры английский филологии и межкультурной коммуникации Самарского государственного социально-педагогического университета,

РФ, г. Самара

R. DAHL’S TALE «MATILDA»: MEANS OF CHARACTER PORTRAYAL CREATION IN

Ekaterina Kobzeva

postgraduate of  English Philology and Cross-Cultural Studies Department, Samara State University of Social Sciences and Education,

Russia, Samara

 

АННОТАЦИЯ

В статье проводится лингвопоэтический анализ средств создания портретной характеристики персонажа в англоязычной детской литературной сказке Роальда Даля «Матильда».

Изучение теоретических источников показало, что произведения Р. Даля для детей можно отнести к жанру «современной волшебной сказки», так как в их основе лежат народные сказки, модернизированные в соответствии с ситуацией в современном обществе. В связи с тем, что образ является одним из основополагающих понятий в лингвопоэтике, без него анализ нельзя считать полным и завершенным. Методика анализа образов персонажей включает в себя пять основных параметров: интродукцию персонажа, речевую характеристику, авторское отношение и портретную характеристику.

В ходе исследования было установлено, что основные средства создания портрета персонажа – это: на лексическом уровне – метафоры, сравнения, эпитеты; на синтаксическом уровне – аллюзии.

ABSTRACT

The paper deals with the linguopoetic analysis of the means of character’s portrait creation in the English children's literary fairy tale «Matilda» by Roald Dahl.

The study reveals the works by R. Dahl for children can be classified as «modern fairy tales», as they are based on the so called «modernized» fairy tales. The author of the present paper is convinced that to be able to understand and appreciate the work of verbal art one should apply an overall linguopoetic method. The analysis of character portrayal includes five main parameters: means of introduction, speech characteristics, the author's attitude and portraiture.

The study shows that the writer employs a variety of different means to introduce the character: metaphor, imaginative comparison, epithets; allusions.

 

Ключевые слова: литературная сказка, лингвопоэтический метод, художественный образ, портретная характеристика.

Keywords: literary tale, linguopoetic method, artistic image, portrait characteristics.

 

Роальд Даль (1916-1990) – британский писатель, достаточно известный в России. Наибольшую популярность в нашей стране ему принесли экранизации сказок «Ведьмы» (1990), «Матильда» (1996), «Чарли и Шоколадная фабрика» (2005). Вдохновением для проказ героев произведений автора послужили эпизоды из его детства и юности. Как писала A. Шавик,  «он всегда был готов проказничать» [20, с. 7].

Произведения Р. Даля для детей принято рассматривать как литературные сказки. Остановимся более подробно на рассмотрении данного жанра.

В «Словаре литературоведческих терминов» выделяются два вида сказок: фольклорная (эпический жанр устного народного творчества: прозаический устный рассказ о вымышленных событиях в фольклоре разных народов [2]) и литературная (эпический жанр: ориентированное на вымысел произведение, тесно связанное с народной сказкой, но, в отличие от нее, принадлежащее конкретному автору, не бытовавшее до публикации в устной форме и не имевшее вариантов [2]).

Ученые до настоящего времени находятся в поиске единого определения  литературной сказки как жанра. Некоторые авторы отождествляют ее с фольклорной сказкой (различие лишь в терминологии – добавлено слово «литературная» [1, с. 67]). Другие соглашаются с мнением первых, добавляя еще одно отличие народной и литературной сказок – последняя создана писателем [8, с. 3]. Но отожествлять два вида сказок недопустимо в связи с тем, что литературная сказка имеет специфические черты, свойственные ей потому, что она является авторским произведением, наделенным индивидуальной смысловой и поэтической нагрузкой. Это дает ей полное право на самостоятельное существование и приводит к необходимости искать другой путь ее определения как отдельного жанра, не забывая при этом о ее первоначальном источнике.

В своих работах В.Я. Пропп показал, что фольклорные сказки имеют определенную традиционную форму [14, с. 5], в то время как литературная сказка «весьма свободна и в выборе материала, и в выборе формы» [10, с. 76]. Как отмечает И.С. Чернявская, «приближение сказки к современности, перенесение действия в наши дни изменяет и поведение героя, и саму идею сказки» [16, с. 117]. Именно поэтому сказка должна содержать актуальный и достоверный материал, несущий отпечаток того времени, когда было написано произведение.

Многие авторы отмечают, что в фольклорной сказке существует определенный набор образов, без которых существование ее невозможно. А в литературной сказке, по мнению Е.Н. Неелова, эти образы «отрываются от своей подпочвы, от историко-генетической обусловленности и подчиняются воле писателя» [12, с. 21].

Кроме того, литературная сказка отличается от жанров научной фантастики и фэнтези. Согласно «Большой советской энциклопедии», научная фантастика – это научно организованная форма художественного воображения [3]. Литературная сказка же не стремится построить сюжет на научной основе. Сформированный в начале XX века жанр фэнтези, использующий в «сказочной» манере мотивы дальних перемещений в пространстве и времени, инопланетных миров, искусственных организмов, мифологию древних цивилизаций [15], не может быть приравнен к литературной сказке, в силу того, что последняя отражает проблемы, существующие в обществе, и отношение к ним автора.

На основе вышеизложенного можно вывести следующее определение литературной сказки – это жанр авторского литературного произведения, основанный на фольклорной сказке, не носящий вымышленного или научного характера.

Сказки Р. Даля, созданные в эпоху постмодернизма, имеют некоторые отличительные от традиционной литературной сказки черты. Их правомерно относят к жанру современной литературной сказки («modern fairy tales») в силу того, что в их основе содержатся элементы, характерные для народных сказок. Однако это модернизированные «традиционные сказки, в которых автор изменяет точку зрения, окружающую обстановку, персонажей, сюжет или язык», или придумывает «новое продолжение старой истории» [18, с. 100], при этом перенося события сказки в современный мир. Сказки Даля - конгломерат различных литературных жанров, которые в совокупности позволяют автору создавать яркие образы, решать насущные проблемы и привлекать читателей-детей.

Классификация образов в детской литературе писателя основывается на противопоставлении детей взрослым. Выделяются дети-протагонисты и символические образы детей, с одной стороны, и взрослые-протагонисты, бездействующие взрослые, взрослые-родители и взрослые-антагонисты, с другой.

Как отмечает С.А.С. Шахбаз, образ является одним из основополагающих понятий в лингвопоэтике и без него лингвопоэтический анализ нельзя считать полным и завершенным [17]. 

Для анализа образа персонажа исследователями были выделены основные структурно-содержательные компоненты. Так, Л.М. Козеняшева, Е.Б. Борисова и Г.В. Борисова в своих трудах разработали методику анализа образов персонажей [7; 5; 4]. Данная методика включает в себя пять основных параметров: интродукцию персонажа (введение автором персонажа в произведение, создание его первичного образа, посредством которого у читателя формируются первые представления о нем [5, с. 231]), речевую характеристику (подбор особых для каждого действующего лица литературного произведения слов и выражений как средство художественного изображения героев [3]), которая становится маркером типа его характера, возраста, социального статуса, внешности [6, с. 5], авторское отношение (отпечаток мировоззрения, поэтического видения действительности, языка, стиля автора [13, с. 12]) и портретную характеристику, на рассмотрении которой мы остановимся более подробно.

Согласно «Литературному энциклопедическому словарю» (под редакцией В.М. Кожевникова и П.А.Николаева), портрет персонажа – это описание внешности героя (черт лица, фигуры, позы, мимики, жеста, одежды) как одно из средств его характеристики; способ раскрытия человека [9]. Выделяются два основных вида портрета: статический, или экспозиционный (перечисление деталей внешности, описание одежды и жестикуляции, которые подчеркивают принадлежность героя к определенной социальной группе), и динамический (подчеркивание вовлеченности персонажа в какую-либо деятельность, отражение его динамики). А.С. Микоян и С.Г. Тер-Минасова подчеркивают, что при анализе первого вида словесного портрета важно рассматривать различные типы атрибутивных словосочетаний (узуальных и окказиональных) [11]. Динамический портрет реализуется в основном за счет глагольных словосочетаний с глаголами действия и состояния [5, с. 222].

Словесно-художественный портрет не только рисует образ самого персонажа, но и сам несет отпечаток авторского отношения. Создавая персонаж, автор наделяет его особыми внешними и внутренними качествами, внося свое мировоззрение и мировосприятие, передавая читателю личное отношение к персонажу [5, с. 221].

Перейдем непосредственно к средствам создания портретной характеристики персонажей в произведении Р. Даля      «Матильда». Рассмотрим, каким образом автор создает внешний облик протагониста и антагониста сказки.

Р. Даль не привлекает внимания к внешности протагониста – уникальной девочки Матильды, упоминая лишь ее темные волосы и небольшие размеры (this tiny dark-haired person sitting there with her feet nowhere near touching the floor (12). В дальнейшем автор лишь подчеркивает названную характерную особенность внешности героини (She had to stand on her toes and reach up as high as she could with a walking-stick in order to hook the hat off the peg, and even then she only just made it (26); Being very small and very young… (45); …a small girl(78);tiny girl(231). Во внутреннем монологе Мисс Ханни мы находим подтверждение тому, что ребенок, как уже было упомянуто в интродукции Матильды, увлекался чтением: The child very soon became deeply absorbed in the book (87).

Помимо этого, Даль говорит об умении главной героини в большинстве экстренных неприятных ситуаций держать себя в руках:

Most children in Matilda’s place would have burst into floods of tears. She didn’t do this. She sat there very still and white and thoughtful. (37)

Matilda said nothing. (58)

Лишь Мисс Транчбул – противник девочки – смогла вывести ее из себя:

Matilda was also beginning to red. (157)

Matilda felt angrier… and angrier… and angrier… so unbearably angry that something was bound to explode inside her very soon. (159)

В данном предложении конвергенция таких стилистических приемов, как повтор, полисиндетон и градация, раскрывают истинную глубину гнева Матильды, столь ей не свойственного. Именно благодаря вышеприведенному высказыванию открывается причина произошедших с Матильдой чудес, которые будут рассмотрены при анализе ее поступков.

Очень ярко автор рисует эмоции девочки в радостные минуты: …Matilda stood up and very slowly, very nervously, she recited her limerick… (75); Matilda was fascinated (123); …with a curiously exalted look on her face(166);…the child white in the face, as white as paper, trembling all over, the eyes glazed, staring straight ahead and seeing nothing a look of seraphic calm (170). Радоваться и трепетать заставляют Матильду Мисс Ханни, успехи окружающих ее людей и собственные взлеты. При этом, несмотря на напряжение и усталость, переданные автором при помощи сравнения (as white as paper), выражение ее лица описывается автором через эпитеты (curiously exalted) и метафорический эпитет (seraphic calm) как ангельское, одухотворенное, возвышенное.

Портретная характеристика антагониста произведения представлена автором в более развернутом виде. Возможно, это связано с желанием автора усилить негативный эффект при представлении данного персонажа.

Так, из шестой главы книги мы узнаем, что Мисс Транчбул была одинокой (Miss) женщиной средних лет (middle-aged lady (62)) и что вся школа трепетала перед ней по вполне понятным причинам:

She was a gigantic holy terror, a fierce tyrannical monster who frightened the life out of the pupils and teachers alike. There was an aura of menace about her even at a distance, and when she came up close you could almost feel the dangerous heat radiating from her as from a red-hot rod of metal. When she marched – Miss Trunchbull never walked, she always marched like a storm-trooper with long strides and arms swinging – when she marched along a corridor you could actually hear her snorting as she went, and if a group of children happened to be in her path, she ploughed right on through them like a tank, with small people bouncing off her to left and right (63).

Р.Даль не скупится на эпитеты при описании директрисы, стремясь нарисовать более яркий, устрашающий, правдоподобный портрет героини. Так, он называет Мисс Транчбул гигантским, праведным ужасом, жестоким, тираническим монстром (gigantic holy terror, a fierce tyrannical monster), который держит в страхе и учителей, и учеников (frightened the life out of the pupils and teachers alike). Директриса обладает отрицательной аурой (you could almost feel the dangerous heat radiating from her as from a red-hot rod of metal). Для описания походки Мисс Транчбул Даль использует глагол “to march” (маршировать), усиливая его сравнением “like a storm-trooper”. Далее в предложении мы встречаем еще одно сравнение: if a group of children happened to be in her path, she ploughed right on through them like a tank. Обращение Даля к военной терминологии показывает, насколько непреклонна, опасна и мужеподобна была директриса. Помимо этого автор описывает дыхание Мисс Транчбул как пыхтение, фырканье (snorting), что может говорить о высоком росте и крупных размерах женщины.

Изучив данное описание директрисы, становится очевидно, что упомянутое выше ее описание как “lady” употреблено автором с иронией, так как одно из значений данного существительного, “a woman who is polite and behaves very well”, противоречит манерам Мисс Транчбул, запугивающей свое окружение и расталкивающей детей, стоящих на ее пути.

В дальнейшем в подтверждение тому, что Мисс Транчбул выглядела устрашающей и мужеподобной, Даль приводит следующее:

…the gigantic figure of Miss Trunchbull advancing through the crowd of boys and girls with menacing stridesher progress across the asphalt was like that of Moses going through the Red Sea when the waters parted. A formidable figure she was, too… her calf muscles stood out like grapefruits inside her stockings. (108)

…the mighty Trunchbull. (125)

…the Trunchbull marched on to the platform. (113)

marched the gigantic figure of the Headmistress in her belted smock and green breeches. (136)

giant of doom, the enormous Trunchbull strode up into the room in her green breeches and cotton smock. (211)

При помощи таких эпитетов, как gigantic, menacing, formidable, mighty, giant of a doom, enormous, автор добивается эффекта устрашения, так как все они (эпитеты) имеют отрицательную коннотацию. Обращение Даля к аллюзии на библейский сюжет (that of Moses going through the Red Sea when the waters parted) дает читателю ощущение властности женщины: так, Моисей имел власть над стихией, а Мисс Транчбул – над ее окружением. Автор вновь упоминает марширующую походку героини, сравнивая ее с военным и, тем самым, делая мужеподобной. Важно отметить, что одежда директрисы остается неизменной на всем протяжении произведения, что говорит о ее возможной неряшливости и непреклонности, неуместности ее нахождения в стенах школы (belted smock and green breeches; in her green breeches and cotton smock).

Даль подчеркивает неприятность внешности Мисс Транчбул, сравнивая ее лицо с лошадиной мордой (great horsy face) – такое сравнение содержит негативный подтекст о дефектах человеческого лица (большие зубы и т.д.). Далее читатель обнаруживает еще одно обращение к тому же животному, но уже в описании манеры дыхания директрисы (the same sort of thing if you walk through a riding-stable when the horses are being fed).

Her great horsy face had turned the colour of molten lava and her eyes were glittering with fury. (118)

She paused and snored several times. It was a curious noise. You can hear the same sort of thing if you walk through a riding-stable when the horses are being fed. (136)

Негативное отношение антагониста к детям показано при помощи эпитетов и сравнений. Так, при взгляде на младших учеников на лице директрисы возникало выражение отвращения, словно она видела не детей, а собачьи экскременты (utter distaste, as though she were looking at something a dog had done in the middle of the floor). С другой стороны, ученики были ее добычей: in the manner of a tigress stalking a small dear (здесь происходит отсылка читателя к теме охоты).

Her expression was one of utter distaste, as though she were looking at something a dog had done in the middle of the floor. (136)

…advancing slow and soft-footed upon Rupert in the manner of a tigress stalking a small dear. (142)

Помимо этого Мисс Транчбул являлась неуравновешенной особой:

The Trunchbull was in such a rage that her face had taken on a boiled colour and little flecks of froth were gathering at the corners of her mouth. (157)

lost control of herself completely. She was ranting like a maniac. (158)

Теряя над собой контроль, директриса менялась в лице, практически сходила с ума: face had taken on a boiled colour; was ranting like a maniac. Ее гнев был настолько сильным, что в уголках рта появлялась пена: little flecks of froth were gathering at the corners of her mouth.

Абсолютно новым для читателя становится тот факт, что Мисс Транчбул была не настолько бесстрашна, как казалось:

The Trunchbull let out a yell and leapt off her chair as though a firecracker had gone underneath her. (156)

mighty female giantquivering like a blancmange… She was especially furious that someone had succeeded in making her jump and yell like that because she prided herself on her toughness. (156)

Увидев перед собой неизвестное существо тритона, которого принесла и подкинула в воду директрисы Лавендер, Мисс Транчбул закричала и спрыгнула со стула (let out a yell and leapt off her chair). Используя сравнение as though a firecracker had gone underneath herР. Даль указывает на внезапность и силу ее испуга. Следующее сравнение с дрожащим желе (quivering like a blancmange) усиливает созданный эффект, придавая, в совокупности с эпитетом mighty, иронию данному описанию. При этом подчеркивается негодование директрисы в связи с ее столь нелепым положением и рухнувшей репутацией железной леди (She was especially furious that someone had succeeded in making her jump and yell like that because she prided herself on her toughness). Читателю становится понятно, что с данного момента юная героиня (Матильда) перейдет в наступление и одолеет своего противника, так как последний дал слабину.

В последней сцене с Мисс Транчбул описывается ее смертельный страх. В момент, когда Матильда, используя свой дар, «стала духом» отца Мисс Ханни, директриса испугалась так, что ее лицо стало белым, как бумага (face had turned white as snow). А осознав все свои прегрешения, она потеряла сознание:

The woman’s face had turned white as snow and her mouth was opening and shutting like a halibut out of water and giving out series of strange gasps. (217)

Данный момент является ключевым в отношениях Матильды и Мисс Транчбул. Как водится во всех произведениях для детей, добро побеждает зло: мисс Транчбул поспешно покидает город, оставляя Мисс Ханни ее дом и деньги.

Описывая внешний облик персонажей, Даль выделяет какую-либо отличительную черту героя, например, броскую одежду. При этом автор не привлекает большого внимания к образам протагонистов, упоминая их лишь в особых случаях для усиления эффекта, когда данные герои находятся в чрезвычайной ситуации. Р.Даль рисует устрашающий облик антагониста через внешность и действия Матильды. Так, главная героиня представляется маленькой темноволосой девочкой. Языковые средства в ее портретной характеристике, в частности метафоры, сравнения, эпитеты, подчеркивают ее эмоциональное состояние в моменты грусти или радости. Мисс Транчбул при помощи эпитетов, сравнений, аллюзий изображается «монстром», держащим в страхе всю школу. Р.Даль особо выделяет ее одежду, больше подходящую для охотника, чем для педагога.

 

Список литературы:

  1. Бахтина, В.А. Литературная сказка в научном осмыслении последнего двадцатилетия / Фольклор народов РСФСР. - Уфа, 1979. - ч. 3-515 с.
  2. Белокурова, С.П. Словарь литературоведческих терминов - 2005. / [Электронный ресурс].  – Режим доступа: URL: http://www.gramma.ru (дата обращения: 10.01.2017)
  3. Большая советская энциклопедия / [Электронный ресурс].  – Режим доступа: URL:http://dic.academic.ru/dic.nsf/bse (дата обращения: 05.01.2017)
  4. Борисова, Г.В. Лингвопоэтические средства создания образов пожилых англичан в романном творчестве Р. Пилчер: дис. …канд. филол. наук. – Самара, 2011. – 184 с.
  5. Борисова, Е.Б. Художественный образ в британской литературе ХХ века: типология, лингвопоэтика, перевод: дисс. … докт. филол. наук. – Самара, 2010. – 383 с.
  6. Жданович, М.А. Лингвистические средства создания образа персонажа в художественном диалоге (на материале современной англоязычной драматургии): дис. … канд. филол. наук. – Самара, 2009. – 195 с.
  7. Козеняшева, Л.М. Лингвопоэтические средства создания образа слуги в английской литературе XIX–XX веков: дис. … канд. филол. наук. – Самара, 2006. – 192 с.
  8. Липовецкий, М.Н. Поэтика литературной сказки.  - Свердловск, 1992. – 569 с.
  9. Литературный энциклопедический словарь / Под общ. ред. В.М. Кожевникова, П.А. Николаева. Редкол.: Л.Г. Андреев, Н.И. Балашов, А.Г. Бочаров и др. — М.: Сов. энциклопедия, 1987.—752 с.
  10. Лупанова, И.П. Современная литературная сказка и ее критики (заметки фольклориста) // Проблемы детской литературы. - Петрозаводск, 1981. - С. 3-359.
  11. Микоян, А.С., Тер-Минасова С.Г. Малый синтаксис как средство разграничения стилей. – М., 1981. – 213 с.
  12. Неелов, Е.Н. Сказка, фантастика, современность. - Петрозаводск, 1987. 275 с.
  13. Новиков, Л.А. Художественный текст и его анализ. Изд. 2-е, исправленное.  – М.: Едиториал УРСС. 2003. – 304 с.
  14. Пропп, В.Я. Исторические корни, волшебной сказки. - М.: Лабиринт, 2002. – 336 с.
  15. Современный толковый словарь. М.: Большая Советская Энциклопедия / [Электронный ресурс].  – Режим доступа: URL: http://www.classes.ru (дата обращения: 07.01.2017) 
  16. Чернявская, И.С. Некоторые особенности современной литературной сказки  // Проблемы детской литературы. - Петрозаводск, 1979. - С. 3-201.
  17. Шахбаз, С.А.С. Образ и его языковое воплощение (на материале английской и американской поэзии): автореф…. дис. канд филол. наук. – М., 2010. – 26 с.
  18. Buss, K., Karnowski, L. Reading and writing literary genres. - International Reading Assoc, 2000. - 200 p.
  19. Dahl, R. Matilda. - NY: Puffin Books, 1990. - 233 p.
  20. Shavick, A. Roald Dahl: the champion storyteller. -Oxford: Oxford University Press, 1997. — 32 p.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
Диплом лауреата
отправлен участнику

Оставить комментарий