КАРОЛЬ ШИМАНОВСКИЙ. «НОКТЮРН И ТАРАНТЕЛЛА» ДЛЯ СКРИПКИ И ФОРТЕПИАНО: МЕЖДУ ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ. ОСОБЕННОСТИ СТИЛЯ И ЗНАЧЕНИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ В ИСПОЛНИТЕЛЬСКОЙ И ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ

KAROL SZYMANOWSKI. “NOCTURNE AND TARANTELLA” FOR VIOLIN AND PIANO: BETWEEN EAST AND WEST. STYLISTIC FEATURES AND THE SIGNIFICANCE OF THE WORK IN PERFORMANCE AND PEDAGOGICAL PRACTICE

Bekmagambetova Makhpal Khamitovna

Honored Artist of the Republic of Kazakhstan, Associate Professor Kazakh National University of Arts,

Kazakhstan, Astana

Творчество Кароля Шимановского занимает особое место в истории европейской музыки первой половины XX века. Он сумел создать оригинальный музыкальный язык, в котором органично соединились достижения позднего романтизма, импрессионизма, модернизма и национальной музыкальной традиции. Художественное наследие Шимановского отличается исключительным разнообразием жанров, однако особое место в нём принадлежит произведениям для скрипки. Именно в этой сфере наиболее ярко проявились особенности его индивидуального стиля, основанного на богатстве тембровой палитры, утончённой гармонии, свободном мелодическом развитии и виртуозном владении выразительными возможностями инструмента. Среди камерных сочинений композитора «Ноктюрн и Тарантелла» для скрипки и фортепиано, соч. 28, занимает особое место как произведение, в котором нашли отражение характерные черты зрелого творческого периода автора [1, с. 30].

Произведения Шимановского невозможно отнести исключительно к одному стилевому направлению. В разные периоды жизни композитор испытывал влияние немецкого позднего романтизма, французского импрессионизма, античной культуры, искусства исламского Востока и польского музыкального фольклора.

Особую роль в мировоззрении композитора сыграли многочисленные путешествия. В начале второго десятилетия XX века Шимановский посетил Италию, Сицилию, Алжир, Тунис и другие страны Средиземноморья. Эти поездки оказали глубокое воздействие на его творчество. Восточная архитектура, арабская поэзия, античная культура, необычные ладовые системы и своеобразная красочность южной природы нашли отражение в его музыкальном мышлении. Именно в этот период возникает стремление к синтезу европейской профессиональной традиции и восточной художественной образности. Для композитора Восток становится не экзотической декорацией, а источником нового понимания красоты, свободы музыкального развития и богатства тембровых красок.

Эта особенность ярко проявляется в произведениях, написанных в 1915 году, к числу которых относится «Ноктюрн и Тарантелла» для скрипки и фортепиано. Сочинение было создано по просьбе польского скрипача Павла Коханьского, одного из ближайших друзей композитора. Их творческое сотрудничество продолжалось многие годы и сыграло огромную роль в развитии скрипичного стиля Шимановского. Коханьский принимал непосредственное участие в подготовке ряда произведений, консультировал композитора по вопросам исполнительской техники и нередко предлагал собственные варианты аппликатуры и штрихов. Благодаря столь тесному взаимодействию скрипичная партия отличается не только виртуозностью, но и исключительной естественностью инструментального письма [2, с. 100].

Две части произведения представляют различные стороны единого художественного мира, в котором созерцательность и движение, лирика и стихия танца, внутренняя сосредоточенность и внешняя экспрессия находятся в постоянном взаимодействии. Уже первая часть – Ноктюрн – демонстрирует необычайное своеобразие музыкального языка. Шимановский сознательно отказывается от романтического понимания этого жанра. Перед слушателем возникает своеобразный звуковой пейзаж, наполненный ощущением таинственности, мерцающего света и непрерывного внутреннего движения.

Большое значение приобретает гармонический язык произведения. Композитор избегает устойчивых функциональных связей, отдавая предпочтение красочной модальной гармонии, сложным аккордовым сочетаниям и свободному движению голосов. Возникает ощущение постоянного колебания между различными ладовыми сферами, что придаёт музыке особую воздушность и внутреннюю пластичность.

Особую роль играет мелодическое развитие. Скрипичная партия строится на свободно развивающихся интонациях. Мелодия словно рождается непосредственно в процессе звучания, постепенно расширяя свои выразительные возможности. При этом Шимановский чрезвычайно тонко использует тембровые особенности инструмента. Широкие кантиленные фразы сочетаются с тончайшими нюансами динамики, естественными переходами между регистрами, использованием флажолетов, двойных нот и разнообразных штриховых приёмов. Всё это требует от исполнителя не только совершенного владения техникой, но и высокой культуры звукоизвлечения, позволяющей передать исключительную тонкость авторского замысла [3, с. 195].

Партия фортепиано в первой части также выходит далеко за рамки традиционного аккомпанемента. Она формирует особую звуковую атмосферу, в которой развивается мелодическая линия скрипки. Во многих исследованиях творчества Шимановского отмечается, что именно в сочинениях этого периода наиболее полно проявилось влияние культуры Востока. Однако подобное утверждение требует определённого уточнения. Композитор практически не использует прямые цитаты восточной музыки и не стремится воспроизводить национальные особенности конкретных культур. Восточные мотивы присутствуют здесь скорее как художественная идея, как особый способ музыкального мышления.

Если первая часть цикла обращена скорее к внутреннему миру человека, то «Тарантелла» становится воплощением движения, энергии и неудержимой стихии. Сам жанр тарантеллы традиционно связан со стремительным народным танцем. Композитор сохраняет характерную танцевальную импульсивность, но значительно усложняет музыкальный язык. Ритмические модели становятся более гибкими, фактура приобретает исключительную виртуозность, а гармоническое развитие насыщается многочисленными хроматическими отклонениями. Уже с первых тактов эта часть требует от исполнителей высокой технической свободы. Быстрые пассажи, стремительные смены позиций, скачки через струны, двойные ноты, октавы, искусственные флажолеты, разнообразные виды штрихов, насыщенная фактура образуют чрезвычайно сложную музыкальную ткань.

Несмотря на яркий контраст между двумя частями, цикл воспринимается как единое художественное целое. Этому способствует общность интонационного языка, сходные принципы тематического развития и единая эстетическая концепция произведения.  Сегодня это сочинение входит в репертуар ведущих скрипачей. Не менее значима и его педагогическая ценность. Работа над ним способствует комплексному развитию исполнительской культуры. Особое внимание уделяется качеству звука, интонационной точности, свободе владения различными штрихами. Вместе с тем произведение воспитывает чувство стиля, поскольку требует понимания художественного своеобразия музыки начала XX века.

Особого внимания заслуживает проблема интерпретации произведения. Исполнитель неизбежно сталкивается с необходимостью поиска баланса между эмоциональной свободой и строгой организацией музыкальной формы. Излишняя рациональность способна лишить музыку её поэтической выразительности, тогда как чрезмерная романтическая экспрессия противоречит авторскому стилю. Именно поэтому работа над «Ноктюрном и Тарантеллой» предполагает глубокое изучение эстетики творчества Шимановского [1, с. 61].

Подводя итог, следует отметить, что «Ноктюрн и Тарантелла» для скрипки и фортепиано является одним из наиболее совершенных камерно-инструментальных сочинений Кароля Шимановского. В нём нашли отражение основные особенности зрелого периода творчества композитора: стремление к синтезу различных художественных традиций, утончённость гармонического языка, исключительное внимание к тембровой выразительности и глубокое понимание природы скрипичного звучания.

Сочетая восточную образность и западноевропейскую композиционную логику, поэтическую созерцательность и виртуозную экспрессию, композитор создал произведение, которое по праву занимает важное место в мировом скрипичном репертуаре. Его художественная ценность, богатство исполнительских задач и значительный педагогический потенциал продолжают определять устойчивый интерес к этому сочинению как со стороны концертирующих музыкантов, так и со стороны преподавателей и студентов музыкальных учебных заведений.

Список литературы:

1. Волынский Э. И. Кароль Шимановский. 1882–1937: Краткий очерк жизни и творчества. – Л.: Музыка, 1974. – 87 с.
2. Холопова В. Н. Музыка как вид искусства. – М.: Лань, 2014. – 319 с.
3. Асафьев Б. В. Музыкальная форма как процесс. – Л.: Музыка, 1971. – 376 с.