ДЕВИАНТНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ПОДРОСТКА: ИСТОКИ И ОСОБЕННОСТИ ПРОЯВЛЕНИЯ

АННОТАЦИЯ

В статье рассматриваются основные факторы и механизмы формирования девиантного поведения подростков: биологические, психологические, социально-педагогические, социально-экономические и морально-этические. Анализируется роль семейного неблагополучия, школьной дезадаптации и ближайшего окружения как детерминант отклоняющегося поведения. Представлена типология мотивационной сферы подростков с антиобщественной направленностью. Дана характеристика ключевых мотивов девиации — самоутверждения и защитного. Материал опирается на современные отечественные и зарубежные исследования в области психологии и педагогики.

Ключевые слова: девиантное поведение, подростки, факторы девиации, семейное неблагополучие, школьная дезадаптация, мотивация, социализация.

ВВЕДЕНИЕ

Проблема девиантного поведения подростков по-прежнему занимает одно из центральных мест в педагогике, психологии и социологии. По данным Министерства просвещения РФ, число обучающихся, состоящих на внутришкольном учёте по причине нарушений поведения, стабильно составляет от 3 до 7% от общей численности школьников [6]. При этом современные исследователи всё настойчивее указывают на многопричинные девиации: единственной причины, объясняющей асоциальные поступки подростка, не существует - речь всегда идёт о комплексе взаимодействующих биологических, психологических и социальных факторов [1; 3].

Актуальность темы обусловлена несколькими обстоятельствами. Во-первых, распространением новых форм девиации в цифровой среде: кибербуллинг, деструктивные онлайн-сообщества, цифровая аддикция [8]. Во-вторых, трансформацией семейных структур и ослаблением традиционных институтов социализации [2]. В-третьих, недостаточной подготовленностью педагогических работников к профилактической работе с подростками групп риска [9].

Цель настоящей статьи — систематизировать современные данные об истоках и механизмах формирования девиантного поведения подростков, а также охарактеризовать типологию мотивационной сферы подростков-девиантов в контексте задач педагогической профилактики.

1. ПОНЯТИЕ И ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ

В современной отечественной науке под девиантным поведением принято понимать устойчивое поведение личности, отклоняющееся от наиболее важных социальных норм, причиняющее реальный ущерб обществу или самой личности и сопровождающееся её социальной дезадаптацией [3, с. 18]. Принципиально важно, что девиация является не событием, а процессом: к асоциальным поступкам человек приходит постепенно, через серию последовательных этапов [1].

По мнению Змановской Е.В. [3] и Клейберга Ю.А. [5], можно выделить следующие стадии становления девиантного поведения:

• возникновение противоречия между личностью и системой социальных норм;
• выражение несогласия, отрицание ребёнком предъявляемых требований;
• проявление единичных нарушений (мелкое хулиганство, ложь, кражи);
• рецидивы противоправных действий на фоне нарастающей десоциализации;
• накопление опыта асоциального поведения и включение в группу с соответствующей направленностью;
• систематические нарушения законодательства, совершение преступлений.

Принципиальное значение имеет тот факт, что переход между стадиями не является неизбежным: на каждом этапе возможно превентивное вмешательство педагога, психолога или родителя, способное переориентировать развитие подростка [10].

2. ФАКТОРЫ ФОРМИРОВАНИЯ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ

Современные исследования [1; 3; 7] выделяют несколько групп детерминант, действие которых носит кумулятивный характер.

2.1. Биологические факторы

Биологические предпосылки девиации связаны с неблагоприятными особенностями физического и нейробиологического развития. Генетически обусловленные нарушения интеллектуального развития, дефекты слуха и зрения, повреждения нервной системы создают объективные трудности социальной адаптации [3, с. 52]. Особую роль играет внутриутробное неблагополучие: злоупотребление матерью алкоголем и никотином в период беременности, перенесённые инфекции, черепно-мозговые травмы ребёнка в раннем возрасте достоверно коррелируют с повышенным риском девиантного поведения [7, с. 34].

Психофизиологические отклонения   - низкий интеллект, дефекты речи, внешняя непривлекательность - провоцируют негативные реакции окружающих и деформируют систему межличностных отношений подростка в классном коллективе, что запускает компенсаторные механизмы с асоциальным содержанием [4, с. 78].

2.2. Психологические факторы

Ключевыми психологическими предпосылками девиантного поведения являются психопатии и акцентуации характера. Акцентуации — крайние варианты нормы - не являются патологией, однако делают подростка чрезвычайно уязвимым к неблагоприятным внешним воздействиям [5, с. 101]. По данным Личко А.Е. [9], у подростков с гипертимной, эпилептоидной и неустойчивой акцентуацией риск формирования стойкого девиантного поведения в 2,5–3 раза выше, чем в общей популяции.

Важна также роль эмоциональной дисрегуляции: подростки с повышенной импульсивностью, неспособностью откладывать удовлетворение потребностей и слабым волевым контролем чаще прибегают к девиантным способам самоутверждения [8, с. 56].

2.3. Социально-педагогические факторы

2.3.1. Семейное неблагополучие

Семья остаётся главным институтом первичной социализации, а её дисфункция - наиболее изученным фактором риска девиации. Исследования Олиференко Л.Я. и Шульги Т.И. [10] показали, что у подростков из неблагополучных семей вероятность формирования устойчивого отклоняющегося поведения составляет 68% против 12% в благополучных семьях.

Выделяются три ключевых дисфункциональных стиля семейного воспитания:

• дисгармоничный стиль, сочетающий гиперопеку с непоследовательностью требований и провокацией конфликтов;
• непоследовательный, конфликтный стиль в неполной семье или в ситуации развода;
• асоциальный стиль в семьях с зависимым поведением родителей, криминальным образом жизни, проявлениями немотивированной жестокости.

Особую опасность представляет жестокое обращение с ребёнком. Ряд исследований [7, с. 89] убедительно показывает: большинство детей, переживших насилие в семье, воспроизводят его во взрослом возрасте, переходя из позиции жертвы в позицию агрессора — механизм, описываемый как «цикл насилия».

2.3.2. Школьная дезадаптация

Стойкая школьная неуспеваемость запускает цепочку нарастающей дезадаптации. Зайцева В.Б. [4, с. 83] описывает её стадии следующим образом:

1. учебная декомпенсация — трудности в освоении отдельных предметов при сохранённом интересе к школьной жизни;
2. школьная дезадаптация — нарастание конфликтов с педагогами и одноклассниками, систематические пропуски занятий;
3. социальная дезадаптация — полная утрата учебной мотивации, уход в асоциальные компании, начало употребления ПАВ;
4. криминализация досуга — включение в противоправную деятельность как основной способ самореализации.

Критическим моментом является отчисление из школы в возрасте 15–16 лет: подросток оказывается в правовом и социальном вакууме, не имея возможности трудоустроиться, что резко сужает легальные стратегии достижения социального признания [6, с. 44].

2.3.3. Влияние ближайшего окружения и медиасреды

Асоциальная референтная группа является одним из наиболее мощных предикторов девиации в подростковом возрасте. Потребность в принадлежности, характерная для данного периода, делает подростка особенно уязвимым к групповому давлению [2, с. 67].

Значительную роль в формировании девиантных установок сегодня играет цифровая среда. Деструктивные онлайн-сообщества, пропагандирующие агрессию, аутоагрессия или употребление ПАВ, кибербуллинг, чрезмерное увлечение компьютерными играми — всё это признаётся современными исследователями [8, с. 112] самостоятельными факторами риска, требующими специальной профилактической работы в образовательных организациях.

2.4. Социально-экономические и морально-этические факторы

Социальное расслоение, имущественное неравенство, безработица и экономическая нестабильность создают объективный дефицит легитимных способов достижения социального успеха. По теории аномии Р. Мертона (в современной интерпретации Гилинского Я.И.) [1, с. 29], именно разрыв между культурно декларируемыми целями и реально доступными средствами их достижения порождает девиантные адаптации.

Морально-этические факторы проявляются в деградации ценностных ориентаций на уровне общества: культ потребления, агрессия в массовой культуре, терпимость к проявлениям девиации в публичном пространстве снижают субъективную значимость нормативного поведения для подростка [5, с. 144].

3. ТИПОЛОГИЯ ПОДРОСТКОВ С ДЕВИАНТНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ И ИХ МОТИВАЦИОННАЯ СФЕРА

Глубокое понимание мотивации девиантного поведения является необходимым условием эффективной профилактической и коррекционной работы. На основе анализа мотивационно-потребностной сферы исследователи [3; 5; 9] выделяют пять типологических групп подростков с антиобщественной направленностью личности.

Тип I. Ситуативно-зависимые подростки

Встали на путь правонарушений случайно, под давлением ситуации или референтной группы. Потребностная сфера в целом просоциальная; собственной антисоциальной установки нет. Наиболее поддаются педагогической коррекции при своевременном вмешательстве [5, с. 133].

Тип II. Подростки со слабо деформированными потребностями

Отличаются внушаемостью, лёгкомыслием, стремлением к заискиванию перед более «авторитетными» сверстниками. Деформация ценностно-нормативной сферы выражена слабо, но установки неустойчивы [3, с. 205].

Тип III. Подростки с конфликтной ценностно-нормативной сферой

Сосуществование правильных нравственных взглядов и деформированных потребностей создаёт внутренний конфликт. Эгоистическая направленность берёт верх над декларируемыми ценностями в ситуациях соблазна или социального давления. Нуждаются в систематической работе по формированию устойчивой ценностной позиции [9, с. 77].

Тип IV. Подростки с деформированными потребностями

Ориентированы на подражание более «опытным» правонарушителям. Правонарушения носят преимущественно ситуативный характер на фоне устойчивой антиобщественной направленности. Требуют интенсивной индивидуальной работы с привлечением специалистов [1, с. 88].

Тип V. Подростки с устойчивой антисоциальной направленностью

Комплекс аморальных, примитивных потребностей сочетается с осознанной противоправной активностью. Эгоизм, агрессивность, равнодушие к переживаниям других характеризуют всю систему отношений. Работа с данной группой требует комплексного психолого-педагогического и при необходимости медицинского сопровождения [7, с. 101].

3.1. Ведущие мотивы девиантного поведения

Мотив самоутверждения

Потребность в самоутверждении — базовая потребность личности в подростковом возрасте. При отсутствии легитимных каналов её удовлетворения (учебный успех, спортивные достижения, творческая деятельность) подросток обращается к девиантным способам: хулиганство, агрессия, демонстративные правонарушения воспринимаются как инструмент завоевания статуса в референтной группе [2, с. 119].

На индивидуальном уровне самоутверждение через девиацию компенсирует переживание психологической неполноценности: подросток «доказывает» окружающим и себе, что он способен на «смелые» или «сильные» поступки [8, с. 88].

Защитная мотивация

Значительная часть девиантных поступков имеет защитный субъективный смысл: подросток совершает агрессивные или противоправные действия, воспринимая окружающую среду как угрожающую, даже если реальная угроза отсутствует. Хроническое переживание страха, тревоги или ощущения несправедливости формирует превентивную агрессию как ведущую поведенческую стратегию [3, с. 211].

Другие мотивы

Помимо указанных, современные исследования [4; 8] выделяют также мотивы принадлежности к «своей» группе, избегания неудачи (девиация как уход от ситуаций, в которых невозможен успех) и игровой мотив (нарушение норм как источник острых переживаний, замещающих эмоциональную бедность повседневной жизни).

4. НАПРАВЛЕНИЯ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПРОФИЛАКТИКИ

Понимание многофакторной природы девиации определяет и системный характер профилактической работы. Исследователи [6; 9; 10] выделяют три уровня профилактики:

• первичная профилактика — формирование просоциальной среды в образовательной организации, развитие эмоционального интеллекта и жизненных навыков у всех обучающихся;
• вторичная профилактика — ранняя диагностика и работа с «группами риска»: подростками с признаками дезадаптации, из неблагополучных семей;
• третичная профилактика — психолого-педагогическое сопровождение подростков с уже сложившимся девиантным поведением, предупреждение рецидивов.

Ключевыми условиями эффективности профилактической работы являются: межведомственное взаимодействие школы, семьи и социальных служб; индивидуализация маршрутов сопровождения с учётом типа и мотивации девиации; опора на ресурсы самого подростка, а не только на ограничительные меры [9, с. 144].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Девиантное поведение подростка является результатом сложного взаимодействия биологических, психологических и социальных факторов, ни один из которых не является фатально определяющим. Понимание этапности формирования девиации и типологии мотивационной сферы подростков-девиантов создаёт практическую основу для дифференцированной педагогической профилактики.

Особую актуальность сегодня приобретает работа с новыми формами девиации в цифровой среде, профилактика кибербуллинга и деструктивного интернет-контента. Не менее важна работа с педагогическим коллективом: именно учитель, в силу постоянного контакта с подростком, нередко первым замечает тревожные сигналы и способен инициировать своевременное психологическое сопровождение.

Перспективы дальнейших исследований связаны с изучением защитных факторов, препятствующих формированию девиации даже в неблагоприятных условиях, а также с разработкой доказательных программ профилактики, адаптированных к современным российским реалиям.

Список литературы:

1. Гилинский Я.И. Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других «отклонений». — 4-е изд., перераб. и доп. — СПб.: Алеф-Пресс, 2021. — 528 с.
2. Кошарная Г.Б., Данилова Е.А. Современные формы девиантного поведения молодежи в условиях цифровизации российского общества // Известия высших учебных заведений. — 2021. — № 1. Электронный ресурс. — ­Режим доступа. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sovremennye-formy-deviantnogo-povedeniya-molodezhi-v-usloviyah-tsifrovizatsii-rossiyskogo-obschestva/viewer (дата обращения 04.04.2026)
3. Змановская Е.В. Девиантология: (Психология отклоняющегося поведения). — 7-е изд. — М.: Академия, 2020. — 288 с.
4. Зайцева В.Б. Школьная дезадаптация как предиктор девиантного поведения: теоретический анализ и практика сопровождения // Педагогика и психология образования. — 2022. — № 1. — С. 76–91.
5. Клейберг Ю.А. Психология девиантного поведения: учебник и практикум. — М.: Юрайт, 2021. — 290 с.
6. Концепция развития системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних на период до 2025 года: утв. распоряжением Правительства РФ от 22.03.2017 № 520-р (ред. 2022) // Собрание законодательства РФ. — 2017. — № 14. — Ст. 2088.
7. Максимова Н.Ю. Психологическая профилактика алкоголизма и наркомании несовершеннолетних. — Ростов н/Д: Феникс, 2020. — 384 с.
8. Малыгин В.Л., Искандирова А.Б., Смирнова Е.А. Девиантное поведение подростков в интернет-среде: диагностика, профилактика и коррекция // Вопросы психического здоровья детей и подростков. — 2021. — № 2. Электронный ресурс. — ­Режим доступа. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/tsennostno-smyslovaya-sfera-u-podrostkov-s-internet-zavisimym-povedeniem/viewer (дата обращения 04.04.2026)
9. Олиференко Л.Я., Шульга Т.И., Дементьева И.Ф. Социально-педагогическая поддержка детей группы риска. — 4-е изд. — М.: Академия, 2020. — 256 с.
10. Реан А.А., Новикова М.А., Коновалов И.А. Семейное неблагополучие как фактор формирования деструктивного поведения несовершеннолетних // Вопросы образования. — 2022. — № 2. Электронный ресурс. — Режим доступа. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/disfunktsionalnaya-semya-kak-faktor-agressivnogo-povedeniya-podrostkov/viewer (дата обращения 04.04.2026)
11. Рычкова Л.С. Дезадаптивное поведение детей: диагностика, коррекция, психопрофилактика. — М.: ГНОМ, 2020. — 192 с.
12. Шнейдер Л.Б. Девиантное поведение детей и подростков. — 3-е изд. — М.: Академический проект, 2021. — 336 с.