Уважаемые коллеги, мы работаем в обычном режиме с 30.10 по 7.11. Посмотреть контакты
   
Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65

Статья опубликована в рамках: XVII Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ» (Россия, г. Новосибирск, 16 марта 2017 г.)

Наука: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Старкова М.Н. К ВОПРОСУ ПРАВОВОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЙ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИМ В ИСТОРИИ РУССКОГО И РОССИЙСКОГО ПРАВА Х-НАЧАЛА ХХ ВВ. // Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ: сб. ст. по мат. XVII междунар. студ. науч.-практ. конф. № 6(17). URL: https://sibac.info/archive/meghdis/6(17).pdf (дата обращения: 28.10.2021)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

К ВОПРОСУ ПРАВОВОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЙ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИМ В ИСТОРИИ РУССКОГО И РОССИЙСКОГО ПРАВА Х-НАЧАЛА ХХ ВВ.

Старкова Мария Николаевна

студент, кафедра теории и истории права и государства НГГТИ,

РФ, г. Невинномысск

Научный руководитель Душина Татьяна Викторовна

д-р филол. наук, проф. НГГТИ,

РФ, г. Невинномысск

Вопрос о правовой ответственности несовершеннолетних вызывает неизменный интерес как отечественных, так и зарубежных авторов. Неоднозначным является и отношение к несовершеннолетним правонарушителям в разных странах. Ведутся споры по данной проблеме и в нашей стране. В этой связи будет небезынтересно обратиться к истории вопроса ибо «знание истории предмета исследования дает в руки ключ к раскрытию его сущности и перспектив развития» [4].

В силу того, что древнерусское право было скорее записью обычного права, чем систематизированным сводом законов, то и вопрос о субъектах преступлений в памятниках русского права XI-XVI вв. был не достаточно разработан. Поэтому ни в Русской Правде, ни в Судебниках 1496 и 1550 гг., ни в Соборном Уложении 1649 г. мы не находим указаний на возрастные ограничения уголовной ответственности в отношении малолетних. И только в Дополнении к Соборному Уложению, принятом в 1669 году, имеет место упоминание о том, что «аще отрок седми лет убиет, то невиновен есть смерти»[3]. Однако можно ли считать возраст семи лет предельным возрастом уголовной ответственности, в указанном постановлении определено так и не было.

По мере развития феодальных отношений и укрепления самодержавной власти совершенствуется и русское законодательство, в том числе и в отношении несовершеннолетних. Однако положение о закреплении правового статуса малолетних в уголовном процессе впервые появляется только в Указе Сената от 23 августа 1742 [5]. Согласно Указу, лица, не достигшие 17-летнего возраста, не могли быть подвергнуты ни пытке, ни сечению кнутом, ни смертной казни. В тоже время в упомянутом документе отсутствовало само понятие «несовершеннолетний», кроме того в нем не был определен возраст абсолютной вменяемости и не были разделены возрастные категории несовершеннолетних. Но, тем не менее, Указ 1742 г. способствовал открытию новой страницы в уголовном праве относительно вопросов защиты интересов и прав несовершеннолетних в России.

Дальнейшее развитие законодательства о несовершеннолетних получило в Указе Сената 1765 года. По нему дела лиц моложе 17 лет, обвиняемых в преступлениях, влекущих в качестве наказания смертную казнь или кнут, следовало представлять в Сенат, где дело будет рассматриваться «по мере их вины». За совершение других преступлений несовершеннолетние подлежали телесным наказаниям: от 15 до 17 лет – плетьми, от 10 до 15 лет – розгами. Дети моложе 10 лет, совершившие правонарушения, отдавались во власть родителям или помещику[6]. Таким образом, в Указе 1765 г. впервые в российском законодательстве предусматривалось смягчение наказания несовершеннолетних.

Необходимо отметить, что на протяжении почти столетия отечественное законодательство в отношении несовершеннолетних не менялось. Даже Свод действующих законов Российской империи 1832 года, лишь подтвердил положения Указа 1765 г.о том, что дела о тяжких преступлениях, совершенных несовершеннолетними, должны рассматриваться в Сенате, который и выносил приговор о них «по своему благоусмотрению». Что касается других преступлений, совершенных несовершеннолетними, то они были подсудны совестным судам. При этом, нельзя не отметить и то, что Свод освободил от наказания лиц, не достигших десятилетнего возраста. Виновные от 10 до 17 лет наказывались только телесными наказаниями [7].

С 1842 года в российское законодательство впервые вводится понятие «разумение» при определении виновности несовершеннолетних в совершении преступления. Закон требовал, чтобы при осуждении лиц от 10 до 17 лет суды решали вопрос, действовали ли они с «разумением»? Лица, действовавшие «без разумения», наказанию не подлежали, а для действовавших «с разумением» наказание смягчалось, и в любом случае несовершеннолетние от 10 до 14 лет освобождались от телесных наказаний.

Это было безусловным шагом в развитии законодательства о несовершеннолетних. В тоже время, в судебной практике часто имело место абсолютно обыденное понимание того, что делать нельзя. Оно ничего не определяет с точки зрения развития личности, уровня ее сознания и социализации и поэтому не может служить критерием уголовной ответственности несовершеннолетних[1]. Понятие «разумение» также существовало в Уголовном кодексе Наполеона 1810 года, Уголовном кодексе Германии 1871 года.

Обращает на себя внимание и то, что уголовная ответственность за преступления в России начиналась с 10 лет, что является самым низким в Европе возрастным пределом наступления уголовной ответственности. В отечественном уголовном законодательстве не имела место практика предоставления суду права отдавать в исправительно-воспитательные колонии тех из малолетних преступников, которые требуют исправительного воспитания. Не знало российское право вплоть до начала ХХ в. и замены для несовершеннолетних в возрасте от 16 до 21 года смертной казни и каторжных работ другими менее жесткими наказаниями, как это предусматривалось, например, в праве европейских государств. При этом, в отечественном законодательстве XIX –начала ХХ вв. широкое распространение в отношении несовершеннолетней категории преступников получили такие виды наказания как поселение и заключение в монастырь, что вряд ли можно назвать гуманным. По мнению некоторых исследователей, «сослать десятилетнего ребенка на поселение, т.е. не только вырвать из недра семейства, но и оторвать его безнадежно и навсегда от всего окружающего – это значит совершенно погубить его»[2]. К числу нецелесообразных и весьма тяжелых для психики несовершеннолетних ученые считают и такой распространенный в России вид наказания, как лишения всех прав состояния, применяемый к лицам от 14 лет. Еще одним серьезным недостатком российского законодательства является, на наш взгляд, и назначение наказания несовершеннолетнему в возрасте от 10 до 21 года как взрослому, в случае совершения ими вновь преступлений не менее тяжких, чем те, за которые они были наказаны. То есть законодатель не исключал определения в качестве наказания, например, тому же десятилетнему ребенку каторжных работ без срока.

 Этап регламентации норм о защите процессуальных прав несовершеннолетних начался в России только с принятием в 1897 году Закона о малолетних и несовершеннолетних преступниках, который предусматривал обязательное участие законных представителей несовершеннолетних в судебном процессе и вынесение в особое производство дел о малолетних. Однако настоящим прорывом в определении наказаний для несовершеннолетних стало принятое в 1903 г. Уголовное уложение. Уложение предусмотрело более мягкие наказания для несовершеннолетних по возрастной категории и степени тяжести совершенного преступления, а также не допускало применения к ним смертной казни. По Уложению 1903 года не вменялось в вину преступное деяние, учиненное несовершеннолетним от 10 до 17 лет, который «не мог понимать свойства и значение им совершаемого или руководить своими поступками»[8].

Таким образом, российское законодательство конца XIX-начала XX вв. предусматривало уменьшение карательного объема в содержании уголовного наказания, применяемого к несовершеннолетним. В отношении данной категории устанавливался повышенный режим охраны в рамках уголовного процесса (так, уголовные наказания заменялись воспитательными мерами либо было возможно в указанных законом случаях рассчитывать на освобождение от уголовного наказания) усиливалась защита прав и интересов лиц в несовершеннолетнем возрасте. Однако усиление защиты прав и интересов несовершеннолетних в уголовном процессе не изменяло репрессивной направленности уголовной политики царской России, в целом, что не могло отрицательным образом не сказаться и на уголовном законодательстве в отношении несовершеннолетних.

 

Список литература:

  1. Астемиров З.А. Уголовная ответственность и наказание несовершеннолетних. М., 1970. — 24 с.
  2. Бернер А.Ф. Учебник уголовного права. Т. 1. Часть Общая. СПб., 1865. — 368-369 с.
  3. Мельникова Э.Б. Проблемы уголовного права, уголовного процесса и криминологии. М., 2000. — 124 с.
  4. Мельникова Э.Б. Указ. соч . — 27 с.
  5. Мельникова Э.Б. Указ. соч. — 124 с.
  6. Мельникова Э.Б. Указ. соч. — 125 с.
  7. Мельникова Э.Б. Указ. соч. — 124 с.
  8. Нгуен Н.Х. Назначение наказания несовершеннолетним по УК Вьетнама и УК России: Дис. … канд. юрид. наук. Казань, 2004. – 41 с.
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом