Телефон: +7 (383)-312-14-32

Статья опубликована в рамках: CVI Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ» (Россия, г. Новосибирск, 07 декабря 2020 г.)

Наука: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Гасанов К.Р. СУДЕБНЫЙ КОНТРОЛЬ И СУДЕБНОЕ САНКЦИОНИРОВАНИЕ В СФЕРЕ ЗАЩИТЫ ПРАВ ПОДОЗРЕВАЕМОГО // Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ: сб. ст. по мат. CVI междунар. студ. науч.-практ. конф. № 23(106). URL: https://sibac.info/archive/meghdis/23(106).pdf (дата обращения: 29.07.2021)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

СУДЕБНЫЙ КОНТРОЛЬ И СУДЕБНОЕ САНКЦИОНИРОВАНИЕ В СФЕРЕ ЗАЩИТЫ ПРАВ ПОДОЗРЕВАЕМОГО

Гасанов Камил Рафатович

студент 3 курса магистратуры, направление подготовки «Юриспруденция», направление «Защита прав личности в международном и российском уголовном праве», Юридический факультет ИЭУП, Российского государственного гуманитарного университета

РФ, г. Москва

Научный руководитель Жданова Яна Владимировна

канд. юрид. наук, доц. кафедры уголовного права и процесса Юридического факультета ИЭУП, Российского государственного гуманитарного университета,

РФ, г. Москва

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается формы судебного контроля, их функции.

 

Ключевые слова: предварительный и последующие формы судебного контроля.

 

В российском уголовно-процессуальном законодательстве существует две формы судебного контроля (рисунок 5):

 

Рисунок 5. Формы судебного контроля [составлено автором]

 

Так, целый ряд вопросов, таких, например, как место рассмотрения судебными органами вопросов, которые возникают непосредственно при защите прав подозреваемых, а также пределы вмешательства судебных органов в следствие и дознание, возможность обжалования принятых судебными органами решений, имеет общий характер для обеих форм.

Важно заметить, что особенно важной гарантией права на своевременную судебную защиту выступает срок, в течение которого судебным органом должна быть рассмотрена жалоба подозреваемого на действия следственных органов или ходатайство органов следствия. Скорость рассмотрения, с одной стороны, способна обеспечить при всем этом наиболее эффективное восстановление нарушенного права подозреваемого лица, с иной стороны она нацелена на снижения уровня неблагоприятных последствий для самой процедуры расследования уголовного дела, неизбежных при подаче жалобы в суд. Поэтому сроки судебного контроля в соответствии с частью третьей статьи 125 и частью восьмой статьи 109 Уголовно-процессуального кодекса РФ не должны превышать 5-ти суток, а в исключительных случаях даже меньше [1, c. 123-126].

Так, вопрос о выборе меры пресечения рассматривается судебными органами в течение 8-ми часов с момента поступления ходатайства в данный орган, а о производстве следственных действий, которые, в свою очередь, сопряжены  с ограничением прав и свобод личности, - в течение 24 часов.

Также важно отметить, что российским законодателем был решен и спорный вопрос о месте судебного контроля. По общему правилу им является непосредственно место производства предварительного расследования, однако в Постановлении Конституционного Суда РФ от 20.07.2012 № 20-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 125 и части первой статьи 152 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Р.Г. Мишиной» [2, с. 4618] было отмечено, что рассмотрение дел по жалобам, которые были поданы непосредственно в порядке статьи. 125 Уголовно-процессуального кодекса РФ, должно производиться тем районным судебным органом, юрисдикция которого распространяется непосредственно на место совершения преступления, безотносительно к месту расположения органов следствия, которые производят предварительное расследование.

В случае необходимости ходатайства органов следствия могут быть рассмотрены также по месту производства следственного действия в соответствии со статьей 165 Уголовно-процессуального кодекса РФ или задержания подозреваемого в соответствии со статьей 108 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Так, все обращения должны быть рассмотрены федеральными судьями суда районного звена.

Подчеркнем также и то, что по сей день актуальной проблемой является проблема пределов установления судебного контроля: подлежит ли судебной проверке обоснованность действия, решения органа расследования фактическими данными или судебные органы осуществляют проверку только его формального соответствия требованиям процессуального закона? [3, с. 499-504]

По нашему мнению, к задачам судебных органов должна относиться проверка не только соблюдения формальных условий задержания, но и достаточности фактических оснований для применения конкретной меры пресечения. Так, при избрании соответствующей меры пресечения, равно как и при любом ограничении прав личности, следственные органы несут обязанность обосновать вывод о том, что обойтись без такого ограничения в данном случае невозможно.

Также отметим, что орган предварительного расследования должен доказать судебному органы законность тех своих действий, которые стали предметом судебного контроля в связи с поданной в суд жалобой, ибо бремя опровержения доводов, представленных стороной защиты, лежит на обвинителе.

Еще одним аргументом в подтверждение применимости требования обоснованности к судебным решениям в досудебном производстве можно получить благодаря Федеральному закону «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» от 29.12.2010 № 433-ФЗ [4, с. 45].

Установленная этим нормативным актом тотальная апелляция, сущность которой состоит непосредственно в проверке обоснованности решения судебного органа по существу, распространяется и на решения, которые, в свою очередь, были приняты в порядке судебного контроля. Необоснованное решение подлежит отмене.

Стало быть, принятию решения судебного органа в досудебном производстве предшествует, в свою очередь, доказывание, что свидетельствует о том, что к данной форме судебной деятельности применимы определенные нормы доказательственного права, а при их описании - положения теории доказательств. В некоторой степени данные аспекты учтены российским законодателем при конструировании процедур судебного контроля.

Так, например, Уголовно-процессуальный кодекс РФ требует от органов следствия изложить в ходатайстве об избрании заключения под стражу виде меры пресечения мотивы и основания, в силу которых возникла необходимость в применении именно этой меры пресечения и невозможно избрание иной.

Так, к постановлению необходимо приложить материалы, которые подтверждают ходатайство в соответствии с частью третьей статьи 108 Уголовно-процессуального кодекса РФ, а само ходатайство, в свою очередь, должно быть обоснованно в судебном заседании должностным лицом.

Отметим, что такого рода требования, хоть и выражены законодателем менее четко, но они все же предъявляются к решениям о проведении других следственных и процессуальных действий. Из данных нормативных предписаний исходит, что так как решение принимается судебным органом в связи с конкретными фактическими обстоятельствами, установленными в судебном заседании, вся предшествующая принятию решения процессуальная деятельность состоит в представлении, проверке и оценке тех сведений, которые ведут именно к этому решению, обосновывают его.

Рассматривая судебное санкционирование в области защиты прав подозреваемого, стоит отметить, полномочия по санкционированию производства следственных действий реализуются по инициативе непосредственно компетентного должностного лица, что не характерно для судебного контроля.

Кроме этого всего, все полномочия, установленные частью второй статьи 29 Уголовно-процессуального кодекса РФ, представляют исключительную компетенцию судебного органа, то есть их реализация не оставляется на усмотрение заинтересованного субъекта, как в случае обжалования, что подразумевает под собой, в свою очередь, отсутствие такого признака судебного контроля как альтернативность [5, с. 23-26]

Согласимся с позицией правоведов, которые отмечают, что судебное санкционирование остается за пределами судебного контроля еще и по той причине, что никаких нарушений, отклонений от действующего законодательства в данной ситуации нет, так как еще не было совершено действий и не принято процессуальных решений, где возможно «появление девианта» в поведении должностного лица, требующего реакции со стороны судебной власти.

Отметим также, что содержательно судебный контроль является некой триадой действий: выявление нарушения, обеспечение его устранения и анализ факторов его возникновения.

Данным признакам, по нашему мнению, соответствует лишь процедура, определенная статьей 125 Уголовно-процессуального кодекса РФ, так как:

- процедура обжалования инициируется только заинтересованным лицом, которое обладает непосредственно соответствующими властными полномочиями;

- рассмотрение жалоб судебными органами носит непосредственно альтернативный характер, так как возможно обращение с жалобой к прокурору и руководителю органов следствия;

- по результатам рассмотрения жалобы судебные органы выносят промежуточное решение, которое, в свою очередь, обязывает должностное лицо органа уголовной юстиции устранить его.

Так, можно сделать выводы о том, что судебный контроль является самостоятельной формой процессуальной деятельности судебного органа в досудебном производстве, которая состоит непосредственно в рассмотрении жалоб на действия (бездействие) и решения органов следствия, прокурора в порядке, установленном законодательством. Представляется, что вне рамок судебного контроля находятся полномочия суда по санкционированию производства следственных действий [6, с. 1208 – 1214]

Санкционирование следственных действий, в свою очередь, заключается в том, что судебный орган в качестве незаинтересованного лица принимает решение о законности следственного действия, которым могут быть нарушены или нарушены определенные конституционные права или свободы подозреваемого. Вынесение судебным органом решения о производстве следственного действия выступает неотъемлемым условием ограничения прав и свобод подозреваемого. Само ограничение конституционных прав и свобод производится не судом, а органами следствия в процессе совершения следственного действия. Судебное решение о проведении следственного действия имеет все признаки санкции поскольку оно является разрешительным и является окончательным, то есть не требующим согласования с каким-либо иным органом или должностным лицом.

Таким образом, проведя анализ судебного контроля и судебного санкционирования в сфере защиты прав подозреваемого, стоит отметить, что невзирая на отмеченные общие характеристики деятельности суда в досудебном производстве, решаемые им на данном этапе задачи настолько специфичны, что не позволяют механически переносить все процедуры, присущие судебному разбирательству уголовных дел. Кроме того, каждый из видов судебного контроля в досудебном производстве имеет свои существенные особенности, что требует самостоятельного исследования каждого из них. Судебное санкционирование, в свою очередь, выступает самостоятельной формой деятельности суда в досудебном производстве, которая имеет разрешительный характер, производится по инициативе лица, ведущего производство по уголовному делу, обладает свойствами исключительности и без альтернативности.

 

Список литературы:

  1. Луценко, П.А. Ретроспективный анализ становления и развития института судебного контроля в российском уголовном процессе // Техника и безопасность объектов уголовно-исполнительной системы: международная научно-практическая конференция ФСИН. – В.: ФСИН, 2016. -С. 123-126.
  2. Постановление Конституционного Суда РФ от 20.07.2012 № 20-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 125 и части первой статьи 152 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Р.Г. Мишиной» // СЗ РФ. – 2012. - № 32. - Ст. 4618,
  3. Максуров, А.А. Генезис судебного контроля на досудебной стадии уголовного процесса в России и за рубежом / А.А. Максуров // Вестник Казанского юридического института МВД России. – 2019.-№4. – С.499-504,
  4. Федеральный закон от 29.12.2010 № 433-ФЗ (ред. от 31.12.2014) «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» // СЗ РФ. – 2011. - № 1. - Ст. 45,
  5. Муминов, Б. А. Судебный контроль как форма осуществления судебной власти / Б. А. Муминов // Молодой ученый. - 2020. - С. 23-26,
  6. Таболина, К.А. О недостаточности полномочий прокурора для обеспечения эффективного надзора в стадии возбуждения уголовного дела. А. Тоболина // Актуальные проблемы российского права. – 2016. – № 6. – С. 1208 - 1214.
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом