КОНТРАСТИВНОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ ЧИСЛОВОГО КУЛЬТУРНОГО КОДА: ОТ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКОЙ СЕМАНТИКИ К ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКОЙ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ

CONTRASTIVE MODELING OF THE NUMERICAL CULTURAL CODE: FROM PHRASEOLOGICAL SEMANTICS TO LEXICOGRAPHIC REPRESENTATION

Parfenova Alina Dmitrievna

 Student, Department of Phonetics and Practice of English Speech, Belarusian State University of Foreign Languages,

Republic of Belarus, Minsk

Artsiomova Olga Aleksandrovna

Scientific Supervisor, Doctor of Philological Sciences, Assoc. Professor, Belarusian State University of Foreign Languages,

Republic of Belarus, Minsk

АННОТАЦИЯ

В статье представляется методика контрастивного моделирования числового культурного кода в белорусской и английской фразеологии, предполагающая переход от бинарного сопоставления к многомерному анализу разноязычных фразеологизмов  и создания полилингвальных фразеологических словарей.

ABSTRACT

The article represents the methodology of contrastive modeling of the numerical cultural code in Belarusian and English phraseology, which involves a transition from binary comparison to multidimensional analysis of the phraseological units of different languages and the compiling of multilingual phraseological dictionaries.

Ключевые слова: числовой культурный код; фразеология; контрастивный анализ; лингвокультурология; лексикографическое моделирование.

Keywords: numerical cultural code; phraseology; contrastive analysis; linguoculturology; lexicographical modeling.

В условиях развития межкультурной коммуникации и систем автоматизированного перевода фразеологический фонд языка воспринимается как кодированная память этноса, аккумулирующая исторический опыт и когнитивные модели [1; 3], а особую группу составляют единицы с числовым компонентом, где число выступает универсальным, но национально-маркированным символом [4; 7]. По причине отсутствия целостной контрастивной модели описания нумерологических фразеологизмов белорусского и английского языков актуализируется обращение к базовой дефиниции фразеологической единицы – её способности к воспроизводству в готовом виде, что создаёт основу для дальнейшего межъязыкового сопоставления. с целостным значением и структурной устойчивостью [2; 5] и делает её идеальным объектом для изучения культурных кодов.

Культурный код как динамичная система знаковых средств [8; 9] включает числовой код – базовый уровень, где число выступает не только средством измерения, но и формой осмысления мира, обретая символическую нагрузку через мифологические, религиозные и бытовые традиции [4, с. 920]. Контрастивное моделирование на основе четырёхкомпонентной схемы семного описания (денотативно-сигнификативные, коннотативные, функционально-дискурсивные и лингвокультурные семы) [1; 3] позволяет систематизировать скрытые смыслы и обеспечить верифицируемость результатов сопоставления.

Рассмотрим белорусские и английские фразеологизмы с нумерологическим компонентом два и три.   Общими чертами выступает маркирование числовым компонентом парности, целостности. Белорусские фразеологизмы с данным компонентом часто передают идею парной взаимосвязи (два бакі аднаго медаля ‘двойственность явления’) или очевидности (як двойчы два ‘понятно’). В семантике английских фразеологизмов ключевым прагматическим акцентом выступает оперативность действия (in two twos ‘мгновенно’) и сходство (two of a kind ‘очень похожие’).

Число «три» в двух фразеосистемах  ассоциируется с целостностью и гармонией. В белорусской фразеосистеме число тры часто обозначает гиперболизацию или отсылает к архаичным реалиям (блудзіць у трох соснах ‘неспособность разобраться в простейшей ситуации, запутаться в элементарном деле или не увидеть очевидного решения’, бачыць на тры сажні пад зямлёй ‘исключительная проницательность’, да трэціх пеўняў ‘длительное ночное времяпрепровождение’). В английской фразеосистеме данное число чаще выполняет риторико-прагматическую функцию усиления логической убедительности и эмоциональной экспрессии (When three know it, all know it ‘неизбежность распространения информации’, Third time's a charm ‘вера в успех после двух неудач’, Three's a crowd ‘избыточность третьего участника’).

Контрастивное моделирование обусловливает разработку принципов создания сопоставительного фразеологического словаря нового типа. Предлагаемая модель включает развёрнутый лингвокультурный комментарий, фиксирующий мифологическую мотивацию числа, стилистическую окраску и прагматические ограничения. Словарная статья выглядит следующим образом

НА ЧАТЫРЫ БАКІ [1, с. 328].

Акал. Разм. Всюды; у кожны бок, у ўсе бакі свету; па ўсім свеце.

Фразеалагізм грунтуецца на старажытным касмаграфічным уяўленні аб чатырохбаковым (квадратным) свеце, дзе чатыры бакі свету (поўнач, поўдзень, усход, захад) азначаюць яго крайнія межы і цэласнасць. У беларускай мове выраз звычайна мае значэнне пашыранасці, усеагульнасці або пошуку ва ўсіх напрамках. Выкарыстанне лічэбніка «чатыры» і назвы прасторавай адзінкі «бакі» стварае вобраз поўнай, шматбаковай ахопленасці прасторы.

≈ four corners of the earth

Літаральна ‘чатыры куты Зямлі’. Англійскі фразеалагізм мае тую ж самую старажытную міфалагічную падставу – уяўленне аб квадратнай форме свету, якое было распаўсюджана ў многіх антычных і біблейскіх традыцыях. Упершыню выраз сустракаецца ў Свяшчэнным Пісанні (напрыклад, у Кнізе Ісайі 11:12 і Адкрыцці 7:1), дзе гаворыцца пра аб’яднанне Ізраіля «з чатырох кутоў зямлі». У сучаснай англійскай мове ён азначае ўсе далёкія і розныя часткі свету і падкрэслівае глабальны маштаб або разнастайнасць паходжання.

– Дзе ты толькі не быў! На чатыры бакі ездзіў, а праўды так і не знайшоў.

– Athletes came from the four corners of the earth to compete in the Olympics

‘Спартсмены з чатырох бакоў свету прыехалі спаборнічаць у Алімпійскіх гульнях’.

Таким образом, предложенная нами модель лексикографической параметризации белорусской и английской нумерологической фразеологии, объединяющая четырёхкомпонентный семный анализ с типологией межъязыковых соответствий, создаёт научно-методическую базу для создания полилингвальных справочных ресурсов, результаты которой могут быть непосредственно внедрены в электронные фразеологические словари, системы машинного перевода и учебные курсы по межкультурной коммуникации.

Список литературы:

1. Виноградов В. В. Основные понятия русской фразеологии как лингвистической дисциплины // Труды Юбилейной научной сессии. – Л., 1946. – С. 45–69.
2. Кунин А. В. Фразеология современного английского языка. – М., 1972. – 288 с.
3. Телия В. Н. Русская фразеология: семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. – М., 1996. – 288 с.
4. Лосев А. Ф. Миф. Число. Сущность. – М. : Мысль, 1994. – 920 с.
5. Шанский Н. М. Фразеология современного русского языка. – М., 2021. – 272 с.
6. Степанов Ю. С. Константы: Словарь русской культуры. – М., 2004. – 824 с.
7. Якобсон Р. О. К общему учению о падеже // Избранные работы. – М., 1985. – С. 133–175.
8. Лотман Ю. М. Семиосфера. – СПб., 2010. – 704 с.
9. Ковшова М. Л. Лингвокультурологический анализ идиом, загадок, пословиц и поговорок. – М., 2019. – 400 с.
10. Мокиенко В. М. Славянская фразеология. – 2-е изд., испр. и доп. – М., 1989. – 287 с.
11. Алефиренко Н. Ф., Семененко Н. Н. Фразеология и паремиология : учебное пособие. – 3-е изд., стер. – М., 2018. – 344 с.