Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XXIV Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов XXI столетия. ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ» (Россия, г. Новосибирск, 11 сентября 2014 г.)

Наука: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Миронова Д.Д. БОРЬБА С НЕЗАКОННОЙ ТОРГОВЛЕЙ ОРУЖИЕМ // Научное сообщество студентов XXI столетия. ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ: сб. ст. по мат. XXIV междунар. студ. науч.-практ. конф. № 9(24). URL: http://sibac.info/archive/guman/9(24).pdf (дата обращения: 13.11.2019)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

 

БОРЬБА С НЕЗАКОННОЙ ТОРГОВЛЕЙ ОРУЖИЕМ

Миронова  Дарья  Дмитриевна

магистрант  факультета  электронного  образования  ИСОиП  (филиал)  ДГТУ  в  г.  Шахты,  РФ,  г.  Шахты

E-mailDiva_2727@mail.ru

Кириленко  Виктория  Сергеевна

научный  руководитель,  канд.  юрид.  наук,  доцент  кафедры  «ТП  и  ПСО»  ИСОиП  (филиал)  ДГТУ  в  г.  Шахты,  РФ,  г.  Шахты

 

Одним  из  основных  направлений  в  борьбе  с  насильственной  преступностью  является  организация  эффективного  противодействия  незаконному  обороту  оружия.  Несмотря  на  отсутствие  единодушия  относительно  объемов  предметов  вооружения,  находящихся  незаконно  у  населения  России,  соответствующие  цифры  не  могут  не  вызывать  тревоги.  Заставляют  задуматься  и  сведения  о  совершении  с  использованием  оружия  преступных  посягательств.  Так,  по  данным  МВД  РФ,  только  в  январе-июле  2012  г.  было  совершено  4,4  тыс.  таких  преступлений,  что  на  9,9  %  больше,  чем  за  аналогичный  период  прошлого  года.

В  этих  условиях  нормы  уголовного  права,  устанавливающие  уголовную  ответственность  за  противоправное  обращение  с  оружием  и  другими  предметами  вооружения,  небезосновательно  рассматриваются  в  качестве  положений  с  «двойной  превенцией»,  позволяющих  не  только  пресекать  незаконные  действия,  предметами  которых  оружие  выступает,  но  и  предупреждать  совершение  более  опасных  посягательств,  чреватых  тяжкими  последствиями  [1,  с.  123]. 

Двойного  эффекта,  надо  полагать,  следует  ожидать  и  от  тех  положений  уголовного  закона,  которые  содержат  указания  на  основания  и  условия  освобождения  от  уголовной  ответственности.  Однако  подобный  эффект  не  достижим  без  того,  чтобы  соответствующие  обстоятельства  были  описаны  в  уголовном  законе  с  особой  тщательностью,  позволяющей  применять  норму  в  соответствии  с  теми  задачами,  которые  возложены  на  уголовное  законодательство  (ст.  2  УК  РФ).

Освобождение  от  уголовной  ответственности,  о  котором  идет  речь  в  примечаниях  к  ст.  ст.  222  и  223  УК  РФ,  означает  полное  избавление  лица  от  тех  юридически  неблагоприятных  последствий  преступных  действий,  которые  могли  бы  наступить  для  него,  не  будь  они  нейтрализованы  позитивным  посткриминальным  поведением,  суть  которого  заключается  отнюдь  не  в  простом  сотрудничестве  с  органами  правосудия.  Добровольная  сдача  изъятых  из  свободного  оборота  предметов  поощряется  законодателем,  поскольку  она  связана  с  сознательным  прекращением  виновным  лицом  своей  преступной  деятельности  и  предотвращением  ее  дальнейших  негативных  последствий,  в  том  числе  предупреждением  новых  преступлений.  В  этой  связи  мы  не  видим  необходимости  в  том,  чтобы  в  законе  предусматривалось  дополнительно  такое  условие  освобождения,  как  содействие  в  раскрытии  преступления,  применительно  к  основным  составам,  описанным  в  ч.  1  и  4  ст.  222  и  ч.  1  и  4  ст.  223  УК  РФ.  Однако  требование  способствовать  раскрытию  и  расследованию  преступления,  изобличению  других  его  участников  было  бы,  на  наш  взгляд,  целесообразно  предъявлять  к  освобождаемым  от  уголовной  ответственности  членам  и  соучастникам  преступных  групп,  занимающимся  оружейным  бизнесом.

Используя  поощрительные  нормы  в  борьбе  с  незаконной  торговлей  оружием,  законодатель  должен  исходить  из  того,  что  дальнейшее  масштабное  разрастание  данной  криминальной  деятельности  нельзя  предотвратить  без  привлечения  к  уголовной  ответственности,  прежде  всего  наиболее  активных  ее  участников,  то  есть  организаторов,  руководителей,  крупных  изготовителей,  оптовых  поставщиков  и  т.  п.  И  здесь  без  сотрудничества  с  другими,  менее  опасными  участниками  незаконного  оборота  оружия  правоохранительным  органам  не  обойтись.  Именно  в  ответ  на  такую  помощь,  а  не  только  на  разоружение  следовало  бы  гарантировать  этим  лицам  освобождение  от  уголовной  ответственности.  Напротив,  в  подобной  ситуации  требование  добровольной  сдачи  оружия  должно  относиться  лишь  к  тем  участникам  преступных  групп,  которые  в  данный  момент  таковым  располагают.

Сказанное,  на  наш  взгляд,  предопределяет  необходимость  определения  самостоятельных  оснований  и  условий  освобождения  от  уголовной  ответственности  за  простые  и  квалифицированные  виды  незаконного  оборота  оружия.

Примечание  к  ст.  222  УК  РФ  обладает,  думается,  и  другими  не  менее  существенными  недостатками.  Так,  по-прежнему  затруднения  у  практических  работников  вызывает  уяснение  содержания  самого  понятия  «добровольная  сдача».  В  самом  деле,  запретив  признавать  добровольной  сдачей  предметов,  указанных  в  упомянутых  статьях,  их  изъятие  при  задержании  лица,  а  также  при  производстве  следственных  действий  по  их  обнаружению  и  изъятию,  правотворец  косвенно  подталкивает  практических  работников  к  ошибочным  по  сути  суждениям.

Во-первых,  этот  запрет  вполне  может  быть  воспринят  как  разрешение  признавать  во  всех  случаях  добровольной  сдачей  оружия  выдачу  последнего  по  предложению  властей  перед  началом  следственного  действия.

Наличие  в  примечании  к  ст.  222  УК  РФ  упомянутой  оговорки  усиливает  опасность  отождествления  предусмотренного  в  данном  примечании  основания  освобождения  от  уголовной  ответственности  с  добровольной  выдачей  предметов,  о  которой  идет  речь  в  процессуальном  законодательстве  (ч.  5,  13  ст.  182  и  ч.  5  ст.  183  УПК  РФ).

Но  этот  ли  смысл  заложен  законодателем  в  термине  «добровольная  сдача»?  На  этот  вопрос  в  научной  литературе  даются  различные  ответы.

Мы  же  полагаем,  что  одного  лишь  терминологического  сходства  недостаточно  для  отождествления  обозначенных  с  помощью  соответствующих  терминов  понятий.  Целевое  назначение  у  примечаний  к  ст.  ст.  222,  223  УК  РФ  и  упомянутых  положений  уголовно-процессуального  закона  различно.  Последние  призваны,  думается,  прежде  всего,  обеспечить  экономию  средств  процессуального  принуждения.  А  роль  уголовно-правового  поощрения  в  данном  случае  более  весомая.  С  его  помощью  предполагается  исключить  из  незаконного  оборота  также  опасные  предметы,  которые,  возможно,  нельзя  будет  изъять  даже  в  случае  применения  к  лицу  мер  уголовной  репрессии,  не  говоря  уж  о  мерах  процессуального  принуждения.

Этот  тонкий  момент,  думается,  учтен  при  разъяснении  понятия  «добровольная  сдача»  Пленумом  Верховного  Суда  РФ  в  его  Постановлении  от  12  марта  2002  г.  №  5  «О  судебной  практике  по  делам  о  хищении,  вымогательстве  и  незаконном  обороте  оружия,  боеприпасов,  взрывчатых  веществ  и  взрывных  устройств»  (в  ред.  от  6  февраля  2007  г.).  В  п.  19  названного  Постановления  Пленум  предписывает  судам  признавать  добровольной  сдачей  огнестрельного  оружия,  его  основных  частей  либо  комплектующих  деталей  к  нему,  боеприпасов,  взрывчатых  веществ  или  взрывных  устройств,  предусмотренной  примечаниями  к  ст.  222  и  223  УК  РФ,  «выдачу  лицом  указанных  предметов  по  своей  воле  или  сообщение  органам  власти  о  месте  их  нахождения  при  реальной  возможности  дальнейшего  хранения  вышеуказанных  предметов».

Во-вторых,  рассматриваемое  ограничение,  по  сути  дела,  лишает  правоприменителя  права  признавать  основанием  для  освобождения  от  уголовной  ответственности  любую  сдачу  огнестрельного  оружия,  осуществленную  в  процессе  поисковых  следственных  действий,  даже  если  она  носила  отнюдь  не  вынужденный  характер.

Вполне  реалистичной  нам  представляется  следующая  ситуация.

На  основании  полученных  данных  о  месте  нахождения  запрещенных  в  свободном  обороте  предметов  следователь  принимает  постановление  о  производстве  обыска  в  данном  месте  с  целью  их  обнаружения  и  изъятия.  Однако  при  производстве  обыска  лицо,  в  незаконном  владении  которого  находятся  соответствующие  предметы,  сообщает,  что  они  находятся  в  другом  месте.  Если  руководствоваться  примечаниями  к  ст.  ст.  222  и  223  Уголовного  кодекса  РФ,  такая  выдача  предметов  не  может  быть  признана  их  добровольной  сдачей,  поскольку  она  осуществлена  при  производстве  следственного  действия  по  их  обнаружению  и  изъятию.  Вместе  с  тем  в  данной  ситуации  у  виновного  лица,  несмотря  на  производство  следственного  действия,  имеется  реальная  возможность  продолжать  скрывать  изъятые  из  оборота  предметы,  не  сообщать  об  их  действительном  месте  нахождения,  а  по  окончании  обыска  распорядиться  ими  иным  способом  [2,  с.  320].

На  наш  взгляд,  примечание  к  ст.  222  УК  РФ  необходимо  изменить,  исключив  из  них  указание  на  то,  что  не  может  признаваться  добровольной  сдачей  соответствующих  предметов  их  изъятие  при  задержании  лица,  а  также  при  производстве  следственных  действий  по  их  обнаружению  и  изъятию.

Получить  двойной  профилактический  эффект  от  рассматриваемого  примечания  мешает,  на  наш  взгляд,  и  формулировка  другого  ограничения  действия  соответствующей  поощрительной  нормы.  На  небезупречность  указания  в  законе  на  отсутствие  в  действиях  лица  иного  состава  преступления  как  на  обязательное  условие  освобождения  от  уголовной  ответственности  в  соответствии  с  некоторыми  примечаниями  к  статьям  Особенной  части  УК  РФ,  обращают  внимание  многие  исследователи.  При  этом  наблюдается  редкое  единодушие  в  понимании  оговариваемого  условия.  Совершение  лицом  иного  состава  преступления  вовсе  не  признается  препятствием  для  освобождения  его  от  уголовной  ответственности  по  соответствующему  примечанию.

Такого  единодушия,  по  всей  видимости,  не  было  достигнуто  на  практике.  Не  случайно  Постановлением  Пленума  Верховного  Суда  РФ  от  22  мая  2012  г.  №  8  в  Государственную  Думу  Федерального  Собрания  Российской  Федерации  был  внесен  на  рассмотрение  проект  Федерального  закона  РФ  «О  внесении  изменений  в  статьи  222  и  223  Уголовного  кодекса  Российской  Федерации»,  в  соответствии  с  которым  предлагается  из  примечаний  к  ст.  222  и  223  УК  РФ  исключить  слова  «если  в  его  действиях  не  содержится  иного  состава  преступления»  и  конкретизировать  текст  примечаний  уточнением  о  том,  что  лицо  освобождается  от  уголовной  ответственности  именно  по  данным  статьям,  как  это  имеет  место,  например,  в  примечании  к  ст.  228  УК  РФ.

Вместе  с  тем  представляется,  что  такое  решение  обозначенной  выше  проблемы  является  не  совсем  верным,  ибо  такое  условие  освобождения  от  уголовной  ответственности  за  преступления,  предусмотренные  ст.  222,  223  УК  РФ,  как  отсутствие  в  действиях  виновного  лица  признаков  иного  состава  преступления,  установлено  законодателем,  на  наш  взгляд,  не  случайно.  Добровольная  сдача  виновным  лицом  предметов,  перечисленных  в  ст.  ст.  222,  223  УК  РФ,  приводит  к  их  изъятию  из  нелегального  обращения,  а  значит,  исключает  возможность  их  дальнейшего  использования,  а  также  предотвращает  совершение  преступлений  с  применением  оружия  в  будущем.

Однако  данное  утверждение  подходит  только  для  тех  ситуаций,  когда  добровольно  выдаваемое  виновным  лицом  оружие  не  использовалось  им  при  совершении  других  преступлений.  Если  же  с  использованием  оружия  совершались  иные  преступления,  последовавшая  за  этим  добровольная  сдача  оружия  предотвращает  совершение  новых  преступных  посягательств  с  его  использованием,  но  не  устраняет  негативные  последствия  незаконного  владения  таким  оружием  [3,  с.  122].

Полагаем  также,  что  добровольную  сдачу  оружия,  даже  если  оно  было  использовано  в  совершении  преступлений,  тем  не  менее,  следует  поощрять.  Однако  в  подобной  ситуации  поощрение  должно  быть  меньшего  объема.  В  связи  с  этим  примечания  к  ст.  222,  223  УК  РФ  следует  дополнить  следующим  предложением:

«в  случае  добровольной  сдачи  предметов,  указанных  в  настоящей  статье,  лицом,  в  действиях  которого  содержится  иной  состав  преступления,  связанного  с  применением  данных  предметов,  срок  или  размер  наказания,  назначаемого  такому  лицу  по  ч.  1  или  ч.  4  ст.  222  УК  РФ  либо  по  ч.  1  или  ч.  4  ст.  223  УК  РФ  настоящего  Кодекса,  не  может  превышать  половины  максимального  срока  или  размера  наиболее  строго  вида  наказания,  предусмотренного  соответствующей  частью  применяемой  статьи  Особенной  части  УК  РФ».

При  освещении  заявленной  тематики  уместным  представляется  затронуть  и  проблему  реализации  так  называемой  «оружейной  амнистии»,  под  которой  понимается  освобождение  виновного  лица  от  уголовной  ответственности  за  добровольную  сдачу  находящегося  в  его  незаконном  владении  оружия  с  выплатой  ему  установленного  денежного  вознаграждения  (компенсации).

Порядок  и  условия  проведения  «оружейной  амнистии»,  как  правило,  устанавливаются  подзаконными  нормативными  правовыми  актами,  принятыми  органами  исполнительной  власти  субъектов  Российской  Федерации.

Однако  в  некоторых  регионах  такая  мера  не  используется.

Вместе  с  тем  существующая  практика  показывает,  что  материальная  заинтересованность  играет  далеко  не  последнюю  роль  в  принятии  виновным  лицом  решения  о  добровольной  сдаче  оружия,  находящегося  в  его  незаконном  владении.  Так,  только  в  2011  году  жители  Волгоградской  области  на  возмездной  основе  сдали  308  гранат,  293  взрывных  устройства,  79  единиц  гладкоствольного  и  10  единиц  нарезного  оружия.  Учитывая  это,  полагаем  целесообразным  внести  в  действующее  федеральное  законодательство  (в  частности,  в  Федеральный  закон  от  13  декабря  1996  г.  №  150-ФЗ  «Об  оружии»)  изменения,  устанавливающие  обязательную  выплату  денежного  вознаграждения  всем  гражданам,  добровольно  сдавшим  оружие  и  подобные  ему  предметы,  а  также  упомянуть  о  возможности  получения  подобного  вознаграждения  (компенсации)  в  примечании  к  ст.  222  УК  РФ.  С  этой  целью  в  нем  следовало  бы  поместить  соответствующую  норму  отсылочного  характера.

Все  изложенное  позволяет  нам  предложить  новую  формулировку  анализируемого  примечания:

«Лицо,  добровольно  сдавшее  предметы,  указанные  в  настоящей  статье,  а  также  в  ст.  223  настоящего  Кодекса,  освобождается  от  уголовной  ответственности  за  совершение  преступления,  предусмотренного  частью  1  или  частью  4  настоящей  статьи  либо  частью  1  или  частью  4  ст.  223  настоящего  Кодекса  при  условии,  если  оно  не  было  исполнителем  или  соучастником  другого  преступления,  совершенного  с  использованием  данных  предметов.

В  случае  добровольной  сдачи  предметов,  указанных  в  настоящей  статье,  лицом,  в  действиях  которого  содержится  иной  состав  преступления,  связанного  с  использованием  данных  предметов,  срок  или  размер  наказания,  назначаемого  такому  лицу  по  части  1  или  4  настоящей  статьи  либо  части  1  или  4  статьи  223  настоящего  Кодекса,  не  может  превышать  половины  максимального  срока  или  размера  наиболее  строгого  вида  наказания,  предусмотренного  соответствующей  частью  применяемой  статьи  Особенной  части  настоящего  Кодекса.

Лицо,  совершившее  преступление,  предусмотренное  частью  2  или  3  настоящей  статьи  либо  частью  2  или  3  статьи  223  настоящего  Кодекса,  освобождается  от  уголовной  ответственности  за  соответствующее  преступное  деяние,  если  оно  активно  содействовало  его  раскрытию  и  (или)  расследованию,  обнаружению  предметов  вооружения,  находящихся  в  незаконном  обороте,  а  также  изобличению  лиц,  в  нем  участвующих.

Основания  и  условия  выплаты  материальной  компенсации  за  добровольную  сдачу  предметов,  указанных  в  настоящей  статье,  а  также  ст.  223  настоящего  Кодекса,  устанавливаются  федеральными  законами.

Примечание  к  ст.  223  УК  РФ  следует  исключить.

 

Список  литературы: 

  1. Долгова  А.И.  Криминология-учебник,  М.,  2013,  —  345  с.
  2. Трикоз  Е.Н.  Преступления  против  мира  и  безопасности  человечества:  сравнительный  и  международно-правовой  аспекты.  М.,  2013  г.,  —  683  с. 
  3. Уголовное  право  России.  Особенная  часть:  Учебник»  под  ред.  Ф.Р.  Сундурова,  М.В.  Талан,  «Статут»,  2012  г.,  —  534  с.

 

Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий