ЦЕННОСТНО-СМЫСЛОВЫЕ ОСНОВАНИЯ ПАТРИОТИЗМА СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЁЖИ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

VALUE-SEMANTIC FOUNDATIONS OF PATRIOTISM OF MODERN YOUTH: THEORETICAL ANALYSIS

Zotov Dmitry Viktorovich

2nd year Master's student, Faculty of Psychology V. I. Vernadsky Crimean Federal University,

Russia, Simferopol

АННОТАЦИЯ

В статье рассматриваются ценностно-смысловые основания патриотизма современной молодёжи. На основе отечественных и зарубежных исследований 2023–2025 гг. показано, что патриотизм не является однородной установкой: он может принимать конструктивную, нормативно-охранительную, идеологическую, гражданскую и деятельностную формы. Особое внимание уделено связи патриотизма с универсализмом, самостоятельностью, самопреодолением, жизненными целями, гражданской идентичностью и активным участием в общественной жизни.

ABSTRACT

The article examines the value-semantic foundations of patriotism among modern youth. Based on domestic and foreign studies of 2023-2025, it has been shown that patriotism is not a homogeneous attitude: it can take constructive, normative, protective, ideological, civic and activity forms. Special attention is paid to the connection of patriotism with universalism, independence, self-overcoming, life goals, civic identity and active participation in public life.

Ключевые слова: патриотизм, конструктивный патриотизм, ценности, молодёжь, гражданская идентичность, универсализм, самопреодоление.

Keywords:  patriotism, constructive patriotism, values, youth, civic identity, universalism, self-overcoming.

Патриотизм современной молодёжи нельзя описывать только через эмоциональную привязанность к стране. В исследованиях последних лет он всё чаще рассматривается как сложная система отношений, включающая самоидентификацию, ценности, жизненные цели, гражданскую ответственность и готовность к участию в общественной жизни. В работе Н.В. Муращенковой и соавторов 2023 г. на выборке 670 российских студентов из Москвы, Омска, Пензы, Саратова, Смоленска и Хабаровска патриотическая самоидентичность изучалась не только через закрытый вопрос, но и через открытые ответы о проявлениях, преимуществах и рисках патриотизма [1, с. 68–70]. Такой дизайн показывает: патриотизм требует не только измерения уровня, но и анализа содержания.

Российские данные отличаются от ряда зарубежных работ по исследовательскому фокусу. В отечественных исследованиях чаще изучаются патриотическая самоидентичность, воспитание, гражданская идентичность и ценностные основания. В исследовании M. Rupar и соавторов 2024 г. в Польше, Испании, Хорватии и Чехии патриотизм проверялся через связь с намерением голосовать: Study 1 включало 1270 респондентов, Study 2 — 640 респондентов, Study 3 — 1238 респондентов [5]. Это сравнение показывает разный уровень анализа: российские работы чаще фиксируют содержание патриотизма в сознании молодёжи, европейские — его связь с электоральным поведением.

В российской студенческой выборке патриотизм не всегда выступает центральной частью самоописания. В исследовании Н.В. Муращенковой и соавторов только у 18,8% респондентов в ответах на вопрос «Кто Я?» присутствовали гражданские или патриотические самоописания; слово «патриот» использовали 1,8% студентов, а формулировку «гражданин/гражданка» — 10,7% [1, с. 72–73]. Эти данные показывают разрыв между признанием ценности патриотизма и его включённостью в структуру личной идентичности.

Ценностная основа патриотизма у старшеклассников описана в исследовании В.В. Гриценко, М.Н. Ефременковой и Н.В. Муращенковой 2024 г. В нём участвовали 484 русских старшеклассника 15–18 лет из Москвы, Смоленска и Хабаровска; опрос проводился с мая по декабрь 2023 г. [2, с. 103–104]. Авторы показали, что общим предиктором этнической идентичности стали ценности метаценности «Сохранение», а общим предиктором глобальной идентичности — ценности метаценности «Самопреодоление» [2, с. 99].

Региональное сравнение в этой работе имеет прямое значение для темы патриотизма. У московских старшеклассников ресурсом поддержания этнической и гражданской идентичностей выступал универсализм; у смоленских старшеклассников глобальная идентичность была связана с безопасностью; у хабаровских — с самостоятельностью [2, с. 99–100]. Значит, гражданская и патриотическая идентичность у молодёжи не формируются одинаково даже внутри одной страны. Для школьного психолога это даёт практический ориентир: одна и та же программа патриотического воспитания может по-разному восприниматься в столичном, центральном и дальневосточном регионе.

Зарубежные данные также подтверждают, что ценности по-разному связаны с национальной идентификацией у разных групп. M. Benish-Weisman и соавторы в 2024 г. провели два лонгитюдных исследования среди подростков большинства и меньшинства в Израиле. В первой модели ценности сохранения предсказывали рост национальной идентификации у подростков еврейского большинства, а универсализм был связан со снижением будущей национальной идентификации [7]. Авторы отдельно указывают риск: усиление национальной идентификации у подростков меньшинства может осложнять отношения с этническим сообществом и семьёй [7]. Это не противоречит российским данным Гриценко и соавторов, а уточняет роль контекста: у большинства и меньшинства одна и та же ценность может по-разному работать в структуре национальной принадлежности.

Российское исследование А.В. Микляевой 2025 г. показывает сходную закономерность на подростковой выборке. Универсальными предикторами конструктивного патриотизма у подростков с разными траекториями взросления выступили гражданская идентичность, ориентация на универсализм, вера в справедливый мир и социальная аксиома «социальная сложность» [3, с. 355–367]. Эта связка важна для школьной практики: подросток приходит к конструктивному патриотизму не через требование «любить Родину», а через развитие гражданской идентичности, представления о справедливости и понимание сложности социальных процессов.

Ценностно-смысловой компонент патриотизма у студентов раскрыт в статье Е.В. Ереминой и В.Н. Ретинской 2023 г. Авторы прямо рассматривают ценностно-смысловые детерминанты патриотизма в сознании студенческой молодёжи и фиксируют связь патриотизма с общественной деятельностью, гражданской активностью и личностной значимостью участия [4, с. 93–100]. Данных о прямой связи с тестом смысложизненных ориентаций в этой статье недостаточно, поэтому её корректнее использовать как источник о студенческих представлениях и ценностно-смысловом содержании патриотизма, а не как доказательство связи СЖО и патриотизма.

Патриотизм современной молодёжи имеет как минимум три ценностно-смысловые линии. Первая линия — конструктивная: универсализм, самостоятельность, самопреодоление, социальная ответственность, критическое мышление. Вторая линия — нормативно-охранительная: традиция, безопасность, сохранение, конформность. Третья линия — статусно-идеологическая: публичная демонстрация патриотической позиции, репутация, принадлежность к «правильной» группе. В эмпирических работах эти линии видны через разные показатели: у Муращенковой и соавторов 45,2% студентов демонстрируют позитивное отношение к патриотизму с рефлексией рисков [1, с. 76], у Rupar и соавторов конструктивный патриотизм связан с голосованием [5], у Elban и Aslan — с активным гражданством [6].

Патриотизм не является показателем только «любви к стране». По современным данным, он связан с системой ценностей, качеством идентичности, социальным участием, удовлетворённостью жизнью и способностью включать личную биографию в более широкий гражданский проект. В исследованиях 2023–2025 гг. наиболее устойчиво повторяется одна линия: конструктивный патриотизм связан с универсализмом, самостоятельностью, социальной ответственностью и гражданской активностью [3; 5; 6]. Данных о прямой связи патриотизма с осмысленностью жизни у российских старшеклассников и студентов пока недостаточно; именно поэтому эмпирическое изучение этой связи остаётся перспективным для магистерской ВКР.

Список литературы:

1. Муращенкова, Н. В. Отношение к патриотизму и патриотическая самоидентичность российской студенческой молодежи в условиях поляризации российского общества / Н. В. Муращенкова, В. В. Гриценко, Н. В. Калинина [и др.] // Социальная психология и общество. — 2023. — Т. 14, № 4. — С. 68–88. — DOI: 10.17759/sps.2023140405. — URL: https://psyjournals.ru/journals/sps/archive/2023_n4/Murashcenkova_et_al.
2. Гриценко, В. В. Этническая, гражданская и глобальная идентичности русских старшеклассников: связь с ценностями / В. В. Гриценко, М. Н. Ефременкова, Н. В. Муращенкова // Психологическая наука и образование. — 2024. — Т. 29, № 6. — С. 99–113. — DOI: 10.17759/pse.2024290607. — URL: https://psyjournals.ru/journals/pse/archive/2024_n6/Gritsenko_Efremenkova_Murashcenkova.
3. Микляева, А. В. Социально-психологические предикторы конструктивного патриотизма у подростков с различными траекториями взросления / А. В. Микляева // Интеграция образования. — 2025. — Т. 29, № 2. — С. 355–367. — DOI: 10.15507/1991-9468.029.202502.355-367. — URL: https://edumag.mrsu.ru/index.php/ru/articles/140-25-2/1250-10-15507-1991-9468-029-202502-9.
4. Еремина, Е. В. Ценностно-смысловые детерминанты патриотизма в сознании студенческой молодежи / Е. В. Еремина, В. Н. Ретинская // Теория и практика общественного развития. — 2023. — № 11 (187). — С. 93–100. — DOI: 10.24158/tipor.2023.11.9. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/tsennostno-smyslovye-determinanty-patriotizma-v-soznanii-studencheskoy-molodezhi.
5. Rupar, M. Constructive patriotism predicts voting intentions: evidence from state parliamentary, EU parliamentary, and presidential elections across different EU countries / M. Rupar, M. Sekerdej, K. Jamróz-Dolińska, B. Hubená // Journal of Social and Political Psychology. — 2024. — Vol. 12, № 1. — Article e9609. — DOI: 10.5964/jspp.9609. — URL: https://jspp.psychopen.eu/index.php/jspp/article/view/9609.
6. Elban, M. The role of constructive patriotism in the relationship of basic human values and active citizenship for emerging adults in Türkiye / M. Elban, S. Aslan // BMC Psychology. — 2023. — Vol. 11. — Article 206. — DOI: 10.1186/s40359-023-01233-z. — URL: https://link.springer.com/article/10.1186/s40359-023-01233-z.
7. Benish-Weisman, M. Values and national identification in minority and majority youth: longitudinal multi-study findings / M. Benish-Weisman, E. Daniel, E. Elizarov, N. Sverdlik, P. F. Titzmann // Journal of Youth and Adolescence. — 2024. — Vol. 53, № 8. — P. 1757–1773. — DOI: 10.1007/s10964-024-01965-0. — URL: https://link.springer.com/article/10.1007/s10964-024-01965-0.