ДИСПОЗИЦИОННЫЙ ОПТИМИЗМ КАК ЛИЧНОСТНЫЙ РЕСУРС СОВЛАДАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ У СТУДЕНТОВ

DISPOSITIONAL OPTIMISM AS A PERSONAL RESOURCE OF COVERSING BEHAVIOR IN STUDENTS

Borodina Ekaterina Ilyinichna

student, 4th year, Faculty of Psychology, Crimean Federal University named after V. I. Vernadsky,

Russia, Simferopol

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена анализу диспозиционного оптимизма как личностного ресурса совладающего поведения у студентов. На основе современных исследований показано, что более высокий уровень оптимизма связан с меньшей выраженностью избегательных стратегий, большей готовностью к активному преодолению трудностей и более эффективным использованием социальной поддержки.

ABSTRACT

The article analyzes dispositional optimism as a personal resource of coping behavior in university students. Recent studies show that higher optimism is associated with lower avoidance, greater readiness for active coping, and more effective use of social support.

Ключевые слова: диспозиционный оптимизм, совладающее поведение, копинг-стратегии, студенты, психологические ресурсы, стресс, социальная поддержка, адаптация.

Key words:  dispositional optimism, coping behavior, coping strategies, students, psychological resources, stress, social support, adaptation.

Диспозиционный оптимизм в исследованиях последних лет рассматривается как один из факторов, связанных с тем, каким образом студент справляется с учебной нагрузкой, неопределённостью и эмоциональным напряжением. В работе Ю.-Ц. Лай и соавт. (2024), выполненной на выборке 222 студентов со средним возрастом 20,3 года, средний показатель оптимизма составил 13,12 ± 3,99, а 55,3% участников были отнесены к группе с низким уровнем оптимизма. В той же выборке оптимизм отрицательно коррелировал с воспринимаемым стрессом (r = -0,486), тревожностью (r = -0,423) и депрессией (r = -0,476). Авторы фиксируют не только эмоциональный, но и поведенческий смысл этого показателя: чем выше оптимизм, тем меньше вероятность реагирования через срыв, истощение и неуправляемое напряжение.

Связь диспозиционного оптимизма с совладающим поведением особенно отчётливо проявляется в моделях, где учитывается социальная среда. В исследовании У. Фу и соавт. (2025), проведённом на 463 студентах из трёх университетов материкового Китая, оптимизм положительно предсказывал воспринимаемую социальную поддержку (β = 0,25; p < 0,001) и адаптивное совладание (β = 0,12; p = 0,042). Непрямой эффект оптимизма на совладающее поведение через поддержку также оказался значимым (β = 0,08; 95% ДИ [0,04; 0,12]), а вся модель объясняла 28% дисперсии адаптивного совладания. Авторы показали и психологический механизм этой связи: оптимистически настроенные студенты легче воспринимают обращение за помощью как эффективное действие, а не как признак слабости. В такой логике оптимизм работает не как абстрактное «позитивное мышление», а как установка, снижающая внутренний барьер перед активным преодолением трудности.

Сравнение китайских и немецких данных показывает менее линейную картину. В китайской общей студенческой выборке оптимизм выступал прямым и косвенным предиктором адаптивного совладания. В немецком исследовании А. Арнольд, П.М. Гаум и Й. Ланг (2025), выполненном на выборке студентов-медиков с тремя замерами в первые полтора года обучения, оптимизм не дал значимого модерационного эффекта в поперечном анализе, но оказался значим в продольной модели связи академического стресса и депрессивной симптоматики. За время наблюдения двухнедельная распространённость депрессивного синдрома выросла с 4,9% до 25,5%, а затем составила 23,4%. Противоречия здесь нет. В общей выборке оптимизм может быть включён в текущее совладающее поведение напрямую, а в высокострессовой профессиональной среде он начинает работать как фактор, удерживающий человека от постепенного срыва. Это разные уровни действия одной и той же личностной переменной.

Польское исследование П. Дембски и соавт. (2025) даёт более конкретный поведенческий результат. У 77 студентов первого курса диспозиционный оптимизм отрицательно коррелировал с избеганием (r = -0,371; p < 0,05), но не был статистически связан с активным преодолением (r = 0,126) и эмоционально поддерживающими стратегиями (r = -0,062). Средний показатель избегания в этой выборке был самым высоким среди трёх суммарных стилей совладания (51,04), тогда как оптимизм находился на среднем уровне (14,70). Такая конфигурация выглядит показательно: оптимизм может не усиливать каждую конструктивную стратегию отдельно, но снижает склонность уходить от проблемы. Для студенческой среды это значимый эффект, потому что именно избегание чаще всего проявляется в затягивании сроков, срыве режима, отказе от активного действия и потере включённости в учебный процесс.

Практическая значимость диспозиционного оптимизма прослеживается в интервенционных исследованиях. В квазиэкспериментальной работе Э. Тарратс-Понс и соавт. (2025) в испанской университетской среде 194 студента были распределены на экспериментальную (126 человек) и контрольную (68 человек) группы. После 15-недельной групповой программы показатели оптимизма у участников экспериментальной группы выросли с 15,54 до 16,54 балла (p < 0,048), а уровень депрессивной симптоматики снизился с 21,51 до 16,80 балла (p < 0,001); в контрольной группе значимых изменений не было. Это уже не корреляционный, а прикладной результат. Он показывает, что оптимизм поддаётся развитию в образовательной среде и что его усиление сопровождается более благоприятным эмоциональным состоянием, а значит, создаёт условия для более продуктивного совладания.

Сопоставление общей студенческой выборки, студентов-медиков и международных студентов показывает один и тот же принцип. В менее специализированных выборках оптимизм чаще связан с активным поиском поддержки и адаптивным совладанием. В профессионально и культурно напряжённых группах он сильнее проявляется как буфер между стрессом и неблагоприятным эмоциональным исходом. Прямых продольных исследований, где диспозиционный оптимизм предсказывает конкретные стратегии совладания у студентов нескольких направлений подготовки на протяжении всего периода обучения, пока недостаточно. Тем не менее имеющиеся данные последних лет сходятся в одном: диспозиционный оптимизм выступает личностным ресурсом, который снижает вероятность избегания, облегчает мобилизацию социальной поддержки и поддерживает более активные способы преодоления трудных ситуаций. Для психолого-педагогической практики это означает, что работа с оптимистической установкой может рассматриваться как часть программ сопровождения студентов, а не как факультативный элемент позитивной психологии.

Список литературы:

1. Lai Y. J., Tsai E.-Y., Jarustanaput P., Wu Y.-S., Chen Y.-H., O’Leary S. E., Manachevakul S., Zhang Y., Shen J., Wang Y. W. Optimism and mental health in college students: the mediating role of sleep quality and stress // Frontiers in Psychology. 2024. Vol. 15. Art. 1403146. DOI: 10.3389/fpsyg.2024.1403146.
2. Fu W., Zhang J., Zhang Y., et al. Social connectedness, optimism, and adaptive coping among university students in mainland China: a mediation model of perceived social support // Frontiers in Psychology. 2025. Vol. 16. Art. 1693258. DOI: 10.3389/fpsyg.2025.1693258.
3. Arnold A., Gaum P. M., Lang J. The role of optimism and self-efficacy in the relationship between academic stress and depressive symptoms in medical students including the use and knowledge of structural health promotion offers // Medical Science Educator. 2025. DOI: 10.1007/s40670-024-02240-4.
4. Dębski P., Garczarczyk M., Turska-Czyż D., Dębska-Janus M. Optimism and stress-coping strategies among students of physical activity and nutrition in public health. The pilot study // Trends in Sport Sciences. 2025. Vol. 32, no. 2. P. 81–87. DOI: 10.23829/TSS.2025.32.2-4.
5. Tarrats-Pons E., et al. Efficacy of a Positive Psychology Intervention in Enhancing Optimism and Reducing Depression Among University Students: A Quasi-Experimental Study // Behavioral Sciences. 2025. Vol. 15, no. 5. Art. 571. DOI: 10.3390/bs15050571.
6. Karing C., Idemudia E. S. Acculturative stress and mental health among international students in Germany: the protective roles of mindfulness, optimism, self-efficacy and coping strategies // BMC Psychology. 2026. Vol. 14. Art. 605. DOI: 10.1186/s40359-026-04576-5.