Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65
Telegram: sibac
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9.00 до 18.00 Нск (5.00 - 14.00 Мск)

Статья опубликована в рамках: X Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов XXI столетия. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ» (Россия, г. Новосибирск, 25 апреля 2013 г.)

Наука: Экономика

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Халидов Ш.А. МЕГАРЕГУЛЯТОР: ДОБРО ИЛИ ЗЛО ДЛЯ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ // Научное сообщество студентов XXI столетия. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ: сб. ст. по мат. X междунар. студ. науч.-практ. конф. № 10. URL: http://sibac.info/archive/economy/10.pdf (дата обращения: 20.08.2022)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

МЕГАРЕГУЛЯТОР:  ДОБРО  ИЛИ  ЗЛО  ДЛЯ  РОССИЙСКОЙ  ЭКОНОМИКИ

Халидов  Шамиль  Абдулаевич

студент  3  курса,  кафедра  финансы,  кредит  и  страховое  дело  СтГАУ,  г.  Ставрополь

E-mailassassin-1187@rambler.ru

Глотова  Ирина  Ивановна

научный  руководитель,  канд.  экон.  наук,  доцент  СтГАУ,  г.  Ставрополь

 

Над  российским  финансовым  рынком  как  никогда  сильно  нависла  тень  мегарегулятора.  Идея,  которая  возникала  не  раз  и  не  два  в  разные  эпохи  постсоветского  существования  России,  впервые  получила  некие  внятные  очертания.  Принципиальное  решение  уже  принято  до  конца.  Сам  единый  надзорный  орган  за  всеми  финансовыми  рынками  должен  появиться  до  конца  2016  года.  Нам  известно  его  имя  —  Центральный  банк  Российской  Федерации.  Правда,  это  будет  только  исполнительная  власть:  верховный  наблюдатель  над  банками,  валютным  и  фондовым  рынком.  Мегарегулятор  —  это  орган,  который  занимается  полным  контролем,  за  какой-то  определенной  сферой,  будь  то  политика,  экономика  и  т.  д.  (в  данном  случае  рассматривается  денежная  сфера).  В  настоящее  время  такой  финансовый  мегарегулятор  существует  в  Великобритании,  и  его  деятельность  может  послужить  образцом  для  создания  мегарегулятора  во  многих  странах.  Мегарегулятор  действительно  может  иметь  достаточно  значимое  превосходство  на  рынке.

Переход  к  мегарегулированию  —  процесс  объективный,  прямо  связанный  с  повышением  роли  финансовых  конгломератов.  Этот  процесс  —  суть  большинства  реформ  систем  финансового  регулирования  в  последние  20  лет.  В  1980-е  годы  к  мегарегулированию  перешли  Сингапур  (1984),  Норвегия  (1986),  Канада  (1987)  и  Дания  (1988),  в  1990-е  годы  —  еще  пять  стран,  в  XXI  веке  процесс  ускорился.  При  этом  отдельные  государства  (например,  Великобритания)  успели  поменять  две  модели  мегарегулирования  (в  Великобритании  в  2000  году  был  создан  единый  мегарегулятор  FSA,  а  сегодня  осуществляется  переход  к  “twin  peaks”)  [1].

Тем  не  менее  мегарегулирование  пока  не  является  господствующей  моделью  регулирования  финансовых  рынков.  В  современном  мире  многие  финансовые  рынки  живут  и  без  него  —  достаточно  вспомнить  два  наиболее  мощных  национальных  финансовых  рынка  мира,  США  и  Китай,  которые  к  тому  же  оказались  в  итоге  наиболее  устойчивы  к  кризису  2008—2009  годов  [2].

Сегодня  из  115  полных  членов  Международной  ассоциации  регуляторов  рынка  ценных  бумаг  (IOSCO)  49  (42,6  %)  функционируют  в  рамках  отраслевой  («вертикальной»)  модели  регулирования,  при  которой  для  каждого  сегмента  финансового  рынка  действует  свой  регулятор.  «Гибридная  модель»,  при  которой  полномочия  регулятора  распространялись  на  несколько  секторов  финансового  рынка,  сложилась  в  16  странах  (13,9  %).  Эта  модель  фактически  работает  сегодня  в  России:  банки  контролируются  ЦБ,  а  небанковские  фининституты  —  ФСФР.  Остальные  50  регуляторов  (43,5  %)  представляют  различные  модели  мегарегулирования.

Самая  распространенная  модель  действует  в  33  странах.  Она  предполагает  наличие  единого  независимого  мегарегулятора  (с  объединением  регулирования  и  надзора),  не  являющегося  центральным  банком.  В  13  странах  функции  мегарегулятора  осуществляют  национальные  (центральные)  банки,  еще  в  четырех  странах  внедрена  модель  “twin  peaks”  [2].

Современные  финансовые  рынки  характеризуются  стиранием  границ  между  прежде  четко  различавшимися  операциями.  В  таких  условиях  сферы  контроля  разных  регуляторов  встречаются,  что  при  недостатке  организации  чревато  формированием  множественных  режимов  регулирования  или,  наоборот,  появлением  серых  зон,  свободных  от  всякого  контроля.  Общий  орган  позволяет  не  только  перекрыть  возможности  для  игры  на  различии  в  нормах,  но  и  обеспечить  лучшую  управленческую  эффективность  за  счет  общей  идеологии,  экономии  в  использования  ограниченного  профессионального  ресурса. 

Несмотря  на  известную  продвинутость  российского  финансового  рынка,  между  банками,  а  также  страховыми  компаниями  сохраняются  существенные  различия  и  слияние  этих  секторов,  которая  действительно  потребовала  бы  единой  идеологии  надзора,  дело  не  завтрашнего  дня.  Сфера  финансового  регулирования  не  стала  исключением:  по  мнению  профессионального  сообщества,  более  чем  годичный  опыт  работы  страхнадзора  на  базе  ФСФР  пока  не  дал  значимого  позитивного  эффекта.

В  нашем  случае,  который  не  уникален  для  мировой  практики,  извечная  напряженность  в  сфере  регулирования  существует  еще  и  по  причине  резкого  различия  в  условиях  труда  банковских  контролеров  и  выполняющих  в  общем  похожие  функции  правительственных  чиновников.  Они,  как  кажется,  и  являются  самыми  ярыми  и  искренними  сторонниками  мегарегулятора.  Также  единый  регулятор  должен  устранить  ситуации,  когда  участники  рынка  пользуются  противоречиями  в  регулировании  рынка  разными  органами  для  своей  выгоды.  При  мегарегуляторе  такие  злоупотребления  станут  невозможны,  так  как  стандарты  и  правила  будут  едиными.

  Осуществление  регулирования  рынка  через  мегарегулятора  также  отвечает  интересам  универсализации  финансовых  институтов  на  открытых  и  свободных  рынках.  Такое  регулирование  будет  помогать  созданию  финансовых  собраний,  в  которых  разные  компании  или  иным  образом  владеют  несколькими  финансовыми  институтами,  которые  предоставляют  финансовые  продукты,  относящиеся  к  различным  секторам  финансового  рынка.  Создание  единого  регулятора  позволит  внедрить  более  быстрый  и  эффективный  контроль  с  целью  стирания  границ  финансовых  рынков  и  их  объединения  в  единый  рынок. 

Но  скрещивание  ЦБ  и  ФСФР  таит  в  себе  немалые  опасности  возникновения  в  будущем  отрицательной  динамики.  В  этих  условиях  погружение  межведомственных  связей  во  внутриведомственную  отрасль  не  обязательно  будет  способствовать  адекватному  прохождению  контроля.  Заложенные  в  самой  идее  мегарегулятора  многочисленные  конфликты  интересов  требуют  четкого  и  оперативного  разрешения,  но  соответствующие  механизмы  отсутствуют  и  даже  не  обсуждаются

России  требуется  мегарегулирование  на  финансовом  рынке  по  многим  причинам,  главная  из  которых  —  высокий  уровень  системного  риска.  Сегодня  более  90  %  крупнейших  по  активам  российских  финансовых  организаций  входят  в  состав  финансовых  холдингов  (конгломератов)  и,  таким  образом,  обеспечивают  трансляцию  рисков  между  секторами  финансового  рынка,  формируют  и  приумножают  системный  риск.

Однако  предложенный  вариант  мегарегулирования  крайне  неудачен.  Совершенно  неоправданной  представляется  и  спешка  с  «назначением»  мегарегулятора,  в  то  время  как  проблема  создания  необходимых  предпосылок  для  введения  мегарегулирования  на  финансовом  рынке  России  (унификация  надзора  за  финансовыми  посредниками  различных  типов,  унификация  регулирования  выпуска  инструментов  инвестирования,  унификация  технологий  привлечения  инвестиций  и  так  далее)  отходит  на  второй  план.  Мировой  опыт  свидетельствует  о  том,  что  с  момента  принятия  решения  о  введении  мегарегулирования  до  момента  появления  мегарегулятора  проходит  10—15  лет,  в  течение  которых  как  раз  и  создаются  предпосылки  для  мегарегулирования.

Как  же  правильно  к  нему  переходить?  Создав  предпосылки  для  такого  перехода,  необходимо  обеспечить  его  безболезненность,  и  лишь  потом  приступать  к  завершающему  этапу  перехода  —  к  формированию  мегарегулятора.  На  мой  взгляд,  таковым  должен  быть  независимый  специализированный  орган,  действующий  как  лицо  публичного  права,  совмещающий  функции  регулирования  и  надзора  на  всех  секторах  финансового  рынка  и  лишенный  внутренних  конфликтов  интересов,  связанных  с  осуществлением  иных  функций.  Этот  вариант  не  столь  тривиален,  как  простое  перекладывание  функций  на  ЦБ  (возможно,  потребуются  изменения  в  Конституции),  но  именно  он  в  наибольшей  степени  соответствует  стратегическим  интересам  страны.

 

Список  литературы:

  1. Кормош  Юрий,  Буркова  Анастасия  Шаги  к  созданию  финансового  мегарегулятора  в  России  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL  http://www.rcb.ru/rcb/2006-15/7818/  (дата  обращения  27.03.2013).
  2. Создание  мегарегулятора  на  основе  ЦБ  усилит  конфликты  интересов  внутри  структуры  //  «Эксперт»  —  2012  —  №  46  (828)  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:http://m.expert.ru/expert/2012/46/ostanovit-monstrai/  (дата  обращения  29.03.2013).
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом