Статья опубликована в рамках: Научного журнала «Студенческий» № 22(66)

Рубрика журнала: История

Скачать книгу(-и): скачать журнал часть 1, скачать журнал часть 2, скачать журнал часть 3, скачать журнал часть 4, скачать журнал часть 5

Библиографическое описание:
Федулов А.И. ВНЕШНЯЯ РАЗВЕДКА ПРОТИВ ГЕРМАНИИ И ЕЕ СОЮЗНИКОВ В ЕВРОПЕ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ // Студенческий: электрон. научн. журн. 2019. № 22(66). URL: https://sibac.info/journal/student/66/145884 (дата обращения: 17.10.2019).

ВНЕШНЯЯ РАЗВЕДКА ПРОТИВ ГЕРМАНИИ И ЕЕ СОЮЗНИКОВ В ЕВРОПЕ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Федулов Александр Игоревич

студент, кафедра истории России Гуманитарного института СФУ,

РФ, г. Красноярск

Разведывательная деятельность по германскому направлению была сосредоточена в первом отделе первого управления (внешняя разведка) НКВД. Отдел с ноября 1941 г. возглавлял А.М. Коротков, к тому времени опытный разведчик, занимавшийся разведывательной деятельностью, в том числе и с нелегальных позиций.

На момент начала войны у внешней разведки было несколько ценных агентов непосредственно в самой Германии. Важными агентами являлись: Харро Шульце-Бойзен (агентурный псевдоним – «Старшина»), обер-лейтенант люфтваффе, служивший в разведке ВВС Германии и Арвид Харнак («Корсиканец»), сотрудник Рейхсминистерства экономики Германии. Оба агента руководили большими агентурными сетями внешней разведки в Германии [1].

Самым ценным агентом в Германии являлся, безусловно, Вилли Леман («Брайтенбах», Агент А-201). Леман служил в гестапо и был начальником отдела контрразведки на военно-промышленных предприятиях в Германии. Инициативно вышел на советскую внешнюю разведку еще в 1929 г., работая тогда в полиции Берлина [2].

«Брайтенбах» был одним из многих агентов, сообщавших о подготовки нападения нацистской Германии на СССР. 19 июня 1941 г., на экстренной встрече с куратором, он передал информацию о том, что боевые действия начнутся двадцать второго июня в три часа утра по всей линии границы. Это была последняя встреча советских разведчиков с агентом «Брайтенбахом» [3].

С началом Великой Отечественной войны легальная резидентура внешней разведки в Берлине, действовавшая под прикрытием посольства СССР, перестала существовать. Все сотрудники советского посольства, включая кадровых разведчиков, также как и сотрудники германского посольства в Москве, были интернированы. В июле 1941 г., на границе СССР и Турции состоялся обмен сотрудниками посольств по принципу «все на всех». Связь с агентурой на территории Германии и оккупированных ею стран была потеряна.

В этих условиях руководство советской внешней разведки поставило задачу в кротчайшие сроки восстановить связь с ценной агентурой на территории Германии.

Радиостанция, которая была передана «Корсиканцу» на третий день войны оказалось маломощной, поэтому связаться с ним не представлялось возможным. Попытку перехватить сигналы «Корсиканца» предприняла резидентура в Швеции, но она была безуспешной. Попытки установить контакт с «Корсиканцем» и «Старшиной» используя связников, через Турцию или Швецию, также были затруднительны, так как в условиях войны выехать из Германии в эти страны было практически невозможно.

К 1942 г. используя нелегалов главного разведывательного управления (ГРУ), удалось выйти на связь со «Старшиной», который смог передать в Центр очень важную информацию. Агент сообщил, что летнее наступление немецких войск будет нацелено на Кавказ в связи с нехваткой топлива для боевой техники у Вермахта. Стоит отметить, что немецкая военная разведка (Абвер) пыталась дезинформировать советское командование, допуская «утечки информации» о планах продолжить наступление на Москву летом 1942 г. Также удалось получить информацию о планах немецкого командования на Ленинградском направлении. Вместо продолжения наступления на Ленинград планировалось уничтожить население жесткой блокадой. «Старшина» сообщил о захвате в Финляндии немцами советского дипломатического кода, что позволило бы немецким спецслужбам читать. И проинформировал советскую внешнюю разведку о местонахождении ставки Гитлера [4].

Стоит отметить, что после начала войны радиоцентр внешней разведки, принимавший и обрабатывавший сообщения, полученные из резидентур и от агентов, был переведен в Куйбышев. Это в значительной степени усложнило получение разведывательных сообщений от нелегальных групп в первые годы войны.

Для восстановления связи со «Старшиной», «Корсиканцем» и «Брайтенбахом» требовалось предпринять срочные меры. Ценность данных, которыми располагали эти агенты, была чрезвычайно велика. В Берлин был направлен агент стокгольмской резидентуры «Адам». Ему удалось выяснить по какой причине «Корсиканец» не может связаться с Центром. Оказалось, что агентура не располагает необходимыми радиодеталями и батареями питания к радиостанции. После этого Цент принял решения забросить в Германию агентов-радистов для возобновления связи. В Москве были подготовлены два немца из числа антифашистов – Альберт Хесслер «Франц» и Роберт Барт «Бек», в августе 1942 г. они были переброшены в Германию.

В это время гестапо удалось расшифровать переписку по радио ГРУ с нелегальной резидентурой в Бельгии. ГРУ в начале войны по просьбе НКВД, использую свои возможности, установила связь со «Старшиной». В расшифрованной немцами радиограмме были названы персональные данные Харро Шульце-Бойзен («Старшины»), его адрес и номер телефона [5].

За «Старшиной» гестапо установило постоянное наружное наблюдение. В ходе слежке в поле зрения гестапо попали многие участники его антифашистской группы, а также посланные для установления радиосвязи «Франц» и «Бек».

Гестапо арестовало Харро Шульце-Бойзена («Старшина»); Арвида Харнака («Корсиканец»); Курта Шумахера («Тенор»), входил в группу «Старшины»; Адама Кукхофа («Старик») и участников их агентурных групп, имена которых не известны: «Фильтр», «Лучистый», «Ида», «Художник».

«Франц» был арестован в промежутке между 12 и 16 сентября. Гестапо предприняло многочисленные попытки склонить его к сотрудничеству, но все они закончились ничем. Он оказался крепким человеком, выдержав все истязания, он был застрелен или забит до смерти, так как в отличие от других арестованных он не был официально осужден [6].

Помимо агентов внешней разведки органов госбезопасности в это время в Германии были арестованы многие агенты ГРУ. Самым ценным из них была Ильза Штёбе («Альта») и многие члены ее группы.

Гестапо считало различные агентурные группы ГРУ и разведывательного управления НКВД одной общей шпионской сетью, и присвоила ей имя «Красная капелла». К «Красной капелле» немцы относили и многих других арестованных агентов НКВД и ГРУ в других странах, а также советских разведчиков-нелегалов. В действительности никакой единой разведывательной сети не существовало, агентурные группы подчинялись своим разведывательным ведомствам (ГРУ либо НКВД) и не имели связи друг с другом.

Что касается Вилли Лемана («Брайтенбах»), то с ним должен был установить связь «Бек». Но он также был арестован гестапо. В центре советской внешней разведки не учли тот факт, что немцы вели строгий учет всех военнослужащих, оказавшихся в советском плену, особенно замеченных в симпатиях коммунистической идеи. И организовывали проверки: устанавливали наружное наблюдение за местом их проживания в Германии, чтобы в случае возможно появления «пленного» его сразу арестовать. Такими «пленными» могли оказаться завербованные советской разведкой агенты. В такую ловушку и попал «Бек». Он нарушил строгий приказ центра – не вступать в контакт с родственниками и знакомыми, а также избегать других различных лишних контактов. В отличие от «Франца» он не выдержал интенсивных допросов и дал согласие на сотрудничество и участие в радиоигре, с целью дезинформации советской разведки. Советской внешней разведке удалось лишь к январю 1943 г., сопоставив и проанализировав всю поступающую информацию, раскрыть двойную игру «Бека».

4 декабря 1942 г. «Беку», когда тот уже был арестован, были переданы условия установления связи с «Брайтенбахом». До сих пор неизвестно, как и при каких обстоятельствах был арестован агент Вилли Леман («Брайтенбах»), и какова его дальнейшая судьба после ареста. Известно лишь сообщение служебного вестника РСХА от 29 января 1943 г. в котором говориться о том, что в декабре 1942 г. криминаль-инспектор Вилли Леман отдал жизнь за фюрера и рейх [7].

После войны Роберт Барт («Бек») попал в руки НКГБ СССР и был арестован. 14 ноября 1945 г. особое совещание при НКВД (особого совещания при НКГБ не было) приговорило его высшей мере наказания [8].

В итоге с агентурой внешней разведки, работавшей непосредственной в Германии, так и не удалось наладить связь после начала войны, несмотря на все предпринимаемые для этого усилия. Ценные источники информации после начала боевых действий были потеряны.

В этих условиях основное направление работы разведывательного управления НКВД было направлено на работу в Германии с нелегальных позиций. Одним из основных способов внедрения и легализации разведчиков-нелегалов был канал отправки населения оккупированных территория СССР на принудительные работы в Германию. Разведывательными группами, действовавшими в тылу немецких войск, подбирались и привлекались к сотрудничеству лица, имевшие шансы на отправку в Германию. Они проходили небольшую подготовку, получали определенное задание и условия связи. Либо в тыл немецких войск перебрасывались подготовленные в центре нелегалы с целью дальнейшей работы в Германии. Имелись также другие каналы заброски разведчиков-нелегалов, которые остаются нераскрытыми. В годы войны внешней разведке удалось переправить в Германию и союзные с ней страны сто разведчиков-нелегалов [9].

Работа по Германии во время войны, безусловно, велась не только с нелегальных позиций. Разведчики-нелегалы не могли полностью удовлетворить центр информацией, тогда как в этот период от разведки требовалось как можно больше информации, прежде всего военно-политического характера. Эта задача решалась при помощи резидентур в странах-союзницах Германии в Европе.

Советска внешняя разведка активно действовала в Болгарии, где сохранилось советское посольство и разведывательная резидентура. Резидентура в Софии постоянно находилась под жестким контрразведывательным наблюдением болгарских спецслужб, тесно связанных с РСХА и Абвером. В годы войны резидентурой руководили Б. П. Осокин (с 1941 г. по 1943 г.) и Д. Г. Федичкин (с ноября 1943 г. по сентябрь 1944 г.). Перед внешней разведкой в Болгарии стояло две основные задачи: первая – поддержание связи с подпольной коммунистической партией Болгарии и передача ей поручений от Г.М. Димитрова, и вторая – непосредственно разведывательная деятельность, направленная на добывание информации по Болгарии и использование этой страны для разведки против Германии [10].

В Болгарии действовало несколько особо ценных агентов советской разведки: «Наставник», имевший выходы на близкое окружение болгарского царя Бориса III и «Грей» - дипломат одной из союзных Германии стран, поддерживавший хорошие отношения с немецким военным атташе в Софии [11].

До 1943 г. в резидентуре работало только три человека: помощник резидента, шифровальщик и радист. Безусловно, такое положение дел не устраивало центр и в ноябре 1943 г. резидентом в Софии был назначен опытный разведчик Д.Г. Федичкин. Под руководством Д.Г. Федичкина удалось значительно расширить агентурный аппарат в Болгарии, центр сал получать гораздо больше разведывательной информации различного характера [12].

Активно внешняя разведка работа и против других стран-союзников Германии в Европе. Разведка регулярно получала информацию о том, что Турция, Швеция, Португалия, Испания снабжают Германию стратегическим сырьем и продовольствием, а также предоставляют свою территорию для переброски войск и в разведывательных целях. Советское руководство было заинтересовано в получении информации о планах стран, провозгласивших нейтралитет, но поддерживающих Германию и в любой момент готовых вступить в войну против СССР как, например, Турция.

В Швеции в годы войны действовала Стокгольмская резидентура, возглавляемая Б.А. Рыбкиным. Перед внешней разведкой в Швеции стояло несколько задач, главной из которых была создание нелегальной резидентуры в стране на случай разрыва дипломатических отношений. Помимо этого, были задачи по ведению разведывательной работы против Германии (в том числе и научно-технического характера), Финляндии, Дании и Норвегии. В целом резидентура справилась с поставленными перед ней задачами.

Безусловно, у советской внешней разведки помимо явных достижений были и свои недочеты. Не была до конца продумана связь с ценными агентами в Германии после начала войны. Руководством разведки не была поставлена задача по созданию широкой нелегальной сети в Германии, благодаря которой удалось бы поддерживать связь с агентурой в условиях военного времени.

Несмотря на то, что внешней разведке, после начала Великой Отечественной войны так и не удалось восстановить связь с ценными агентами, которые работали непосредственно в Германии, ей все же удалось организовать сбор разведывательной информации с территории других европейских стран. Помимо этого, внешняя разведка получала обширную информацию военно-политического характера о Германии с территории Великобритании и других стран. В целом, разведке удалось решить стоящую перед ней задачу.

 

Список литературы:

  1. Судоплатов П. А. Разведка и кремль. М., 2017. С. 141.
  2. Гладков Т. К. Его величество агент. М., 2017. С. 15.
  3. Там же. С. 188.
  4. Великая Отечественная война 1941–1945 годов: в 12 т. М., 2015. Т. 6. С. 193.
  5. Колпакиди А. И., Прохоров Д. П. Империя ГРУ. М., 1999. Т. 1. С. 185.
  6. Гладков Т. К. Его величество агент. М., 2017. С. 199.
  7. Там же. С. 134.
  8. Там же. С. 201.
  9. Великая Отечественная война 1941–1945 годов: в 12 т. М., 2015. Т. 6. С. 194.
  10. Федичкин Дмитрий Георгиевич [Электронный ресурс]: Служба внешней разведки Российской Федерации. URL: http://svr.gov.ru/history/person/fed.htm.
  11. История российской внешней разведки: очерки: в 6 т. М., 1999. Т. 4. С. 498–500.
  12. Там же. С. 501.

Оставить комментарий