Статья опубликована в рамках: Научного журнала «Студенческий» № 12(56)

Рубрика журнала: История

Скачать книгу(-и): скачать журнал часть 1, скачать журнал часть 2

Библиографическое описание:
Карманова Е.Д. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИСТОРИИ ПОВСЕДНЕВНОСТИ КАК НАУКИ // Студенческий: электрон. научн. журн. 2019. № 12(56). URL: https://sibac.info/journal/student/56/135827 (дата обращения: 17.09.2019).

СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИСТОРИИ ПОВСЕДНЕВНОСТИ КАК НАУКИ

Карманова Екатерина Дмитриевна

магистрант II года обучения, департамент «Исторический факультет», Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина

Российская Федерация, г. Екатеринбург

История повседневности — это наука, которая изучает обыденные практики людей, такие как труд, работа, досуг. Ее появление связано с развитием интереса ученых к процессу формирования личности человека и со стремлением определить, как повседневные практики влияют на сознание людей. Возникновение истории повседневности как самостоятельной отрасли изучения прошлого является одной из составляющих «историко-антропологического поворота», начавшегося в гуманитарных науках конце 60-х гг. XX в. [1, с. 18], однако историки и до этого момента проявляли интерес к изучению обыденных практик и рутинных действии людей.

Одним из первых теоретиков истории повседневности считается Эдмунд Гуссерль — немецкий философ и основатель феноменологии как отрасли философии. Он считал важным элементом исследования рассмотрение обыденных действии человека, которые, по его мнению, представляют собой составляющие «жизненного мира». Позиция данного ученого заинтересовала его коллегу Альфреда Шюца, австрийского социолога и философа. В 1932 г. он издал свой первый научный труд, посвященный истории повседневности — «Смысловая структура повседневного мира».

Значительный вклад в формирование истории повседневности как науки внес Норберт Элиас. Он четко обозначил проблему, которая мешала развитию истории повседневности — отсутствие изучения причинно-следственных связей между процессами развития общества и этапами становления личности. Н. Элиас призывал ученых к рассмотрению общества и индивида как единого объекта исследования, так как именно этот подход поможет синтезировать новые знания о социальных факторах развития человечества. Ученый разработал теорию цивилизации, согласно которой становление цивилизации строится на взаимосвязи различных видов деятельности человека [2, с. 87], обыденных практик. Идеи Н. Элиаса нашли поддержку многих ученых, которые стали изучать историю повседневности по методике немецкого социолога.

Следующий этап становления истории повседневности как науки приходится на 1960-е гг. Он связан с теорией социального конструирования реальности П. Бергера и Т. Лукмана. Ученые изложили данную теорию в научном произведении «Социальное конструирование реальности», изданном в 1966 году [3, с. 180]. Следует отметить, что П. Бергер и Т. Лукман стали исследователями, которые ввели в научный оборот термин «повседневный мир». Теория, которую они представили научному сообществу, уделяет большое внимание социальному взаимодействию индивидов. Социологи изучали способы формирования людьми осознаваемой ими реальности, отвергая идеи эссенциализма (направления, сторонники которого полагают, что создание социальной реальности обусловлено, не зависящими от человека, факторами). Согласно теории социального конструирования реальности, в процессе социального взаимодействия люди, исходя из схожести взглядов и здравого смысла, определяют традиции, обычаи и другие элементы повседневности. Именно таким образом, по мнению П. Бергера и Т. Лукмана, люди формируют социальную реальность, которую в ходе дальнейшего взаимодействия поддерживают и меняют.

В этот же период изучением истории повседневности занимались Гарольд Гарфинкель и Аарон Сикурель. Данные ученые считали, что главную роль в формировании социальной реальности играет здравый смысл. Помимо этого, они отмечали, что не только социальные нормы влияют на поведение индивида, но и он воздействует на них. При этом индивид может не осознавать свою позицию в построении социальной реальности, однако он активно ее формирует (по этому вопросы мнения Г. Гарфинкеля и А. Сикуреля сходятся с позицией П. Бергера и Т. Лукмана).

Вклад в развитие истории повседневности внесли и исследования Клиффорда Джеймса Гирца в области культуры. Американский антрополог и социолог рассматривал культуру как совокупность ритуалов и практик, изучение которых способствует пониманию человеческой природы.

К теоретикам истории повседневности также можно отнести представителей французской научной школы «Анналов». Они отождествляли прошлое с чередованием периодов «большой протяженности», частью которых является повседневность. Один из главных членов данной школы, Фернан Бродель, считал, что экономика любого общества состоит из двух уровней — материальной жизни и нематериальных, каждодневных практик. Ко второму уровню историк относил повседневность. В него входили рутинные занятия людей, такие как удовлетворение потребностей, труд, общение и другие виды деятельности. Исследования Ф. Броделя продолжили представители второго поколения школы «Анналов»: они подробно изучали связь между повседневными практиками людей и их образом жизни, мышлением.

В немецкой и итальянской историографии сложился иной подход к пониманию повседневности. Историки призывали изучать повседневность обычных людей, а не массовые социальные практики. Х. Медик, А. Людтке хотели через призму быта отдельных граждан и социальных групп определить проблемы культуры как способа понимания повседневности. Схожих идей придерживались представители итальянской исторической школы 1970-х гг. К. Гинзбург, Д. Леви и другие ученые издавали журнал «Quademi Storici» и в его рамках издавали научную серию «Microstorie». Итальянские исследователи пришли к выводу, что изучение случайного поможет воссоздать коллективную и индивидуальную идентичность и проследить, как данные феномены взаимодействуют между собой. Впоследствии некоторые представители третьего поколения школы «Анналов”» также перешли к изучению «микроистории». Изменение подхода к изучению истории повседневности было связано с новым отношением к задачам гуманитарных наук и соответствовало духу времени.

Анализ двух подходов к изучению истории повседневности показывает, что они имеют общие черты. Оба подхода предполагают взаимодействие истории повседневности с другими науками — социологией, психологией. Важно также отметить, что оба подхода обозначают общую проблему — разницу между прошлым поколением и современным, и осознать это различие и его причины должна помочь история повседневности.

Можно сказать, что история повседневности как наука продолжает процесс своего становления и развития. Это подтверждается отсутствием согласия ученых по поводу предмета исследования истории повседневности. Представители истории и социологии обычно придерживаются мнения, что предметом данной науки является образ жизни людей. Этнографы в качестве предмета исследования истории повседневности выделяют быт и рутинные практики людей. Справедливо отметить, что этнографы в большей степени анализируют внешнюю сторону повседневности, а историки и социологи — внутреннюю. Этнографов интересуют вещи, они воссоздают быт, а историки стремятся понять, почему повседневность состоит из определенных элементов и как эти элементы (стереотипные практики) влияют на сознание людей. Историки рассматривают элементы повседневности относительно небольшой совокупности, однако они делают это для детального анализа жизни разных представителей данной совокупности (например, людей разных специальностей). Такая тактика работы позволяет глубже понять мотивы поведения объекта исследования и внести вклад в понимание элементов повседневности.

Отсутствует договоренность и по поводу методов изучения истории повседневности. Историки повседневности не поддерживают позицию позитивистов и изучают исторические источники, не избегая демонстрации личного, субъективного отношения к ним. Для них важно определить мотивы поведения людей, понять, что побудило их совершать именно такие действия, поэтому ученые относится к объекту исследования с долей субъективизма — она помогает им понять особенности повседневности исследуемого периода. Так историки работают в основном с источниками личного происхождения — дневниками, мемуарами, письмами.

Однако не всегда историку доступны данные документы. Если ученый изучает историю повседневности Древней Руси или Средневековья, то на первом этапе исследования он столкнется с проблемой отсутствия по данному периоду широкой источниковой базы, в том числе и с отсутствием эго-документов. В этом случае ему следует обратить внимание другие источники (например, метрические книги) и исследовать повседневность периода через символы — слова, поступки людей, характеристики того времени.

Таким образом, история повседневности как наука продолжает процесс своего становления. В настоящее время учеными не достигнут консенсус по поводу предмета изучения и методов истории повседневности, историки, социологи, этнографы и другие специалисты используют разные инструментарии. Однако именно это и помогает истории повседневности развиваться и привлекать внимание исследователей — неоднозначные явления всегда вызывают интерес. Можно предположить, что количество научных трудов по истории повседневности будет увеличиваться, что приблизит момент осознания механизмов формирования повседневности.

 

Список литературы:

  1. Пушкарева Н. Л. История повседневности и частной жизни глазами историка // Социальная история, 2003. С. 16-20.
  2. Норберт Элиас. О процессе цивилизации: Социогенетические и психогенетические исследования. М., СПб, 2001. 332 с.
  3. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности: Трактат по социологии знания / Пер. с англ. Е. Руткевич; Моск. филос. фонд. М.: Academia-Центр; Медиум. 1995, 323 с.

Оставить комментарий