ВНУТРЕННЯЯ ФОРМА МАТЕМАТИЧЕСКОГО ТЕРМИНА В РУССКОМ И КИТАЙСКОМ ЯЗЫКАХ: КОГНИТИВНЫЙ АНАЛИЗ

THE INNER FORM OF A MATHEMATICAL TERM IN RUSSIAN AND CHINESE: A COGNITIVE ANALYS

Gorokhova Anastasia Kirillovna

student, Altai State Pedagogical University

Russia, Barnaul

Аннотация

Математическое знание универсально, однако названия его понятий в каждом языке опираются на образ, выбранный при наименовании. Цель работы состоит в выявлении когнитивных механизмов, лежащих в основе русской и китайской математической терминологии. Материалом стали десять базовых понятий анализа, теории чисел и алгебры; применены когнитивно-сопоставительный и этимологический методы. Установлено, что оба языка черпают образ из одних и тех же исходных областей (пространство, движение, вместилище, рост), но китайское название сохраняет метафору, а русское чаще наследует затемнённый знак. Раскрытие образа даёт опору при усвоении абстрактного понятия.

Abstract

Mathematical knowledge is universal, yet the names of its concepts in each language rely on an image chosen at the moment of naming. The aim of the work is to reveal the cognitive mechanisms underlying Russian and Chinese mathematical terminology. The material comprises ten basic concepts of calculus, number theory and algebra; cognitive-comparative and etymological methods were used. It is established that both languages draw the image from the same source domains (space, motion, container, growth), but the Chinese name preserves the metaphor, whereas the Russian one more often inherits an opaque sign. Revealing the image provides support in mastering an abstract concept.

Ключевые слова: когнитивная лингвистика; концептуальная метафора; внутренняя форма слова; математическая терминология; китайский язык; сопоставительное терминоведение.

Keywords: cognitive linguistics; conceptual metaphor; inner form of the word; mathematical terminology; Chinese language; comparative terminology studies.

Введение

Математику называют универсальным языком науки, однако названия её понятий в каждом языке свои. Абстрактность термина затрудняет его усвоение: учащийся нередко запоминает звуковую оболочку слова, не соотнося её со смыслом. Когнитивная лингвистика рассматривает термин как результат осмысления действительности, в основе которого лежит метафора — перенос привычного телесного опыта на абстрактную область [1]. Сопоставление русских и китайских названий позволяет увидеть, из каких исходных областей черпается образ и насколько он сохраняется.

Цель работы — выявить когнитивные механизмы, лежащие в основе русской и китайской математической терминологии. Поставлены задачи: описать теоретические основания когнитивного анализа термина, определить исходные области метафоры русских и китайских названий, сопоставить когнитивные модели двух языков и оценить сохранность образа. Гипотеза состоит в том, что оба языка строят термин через перенос из ограниченного набора исходных областей (пространство, движение, вместилище, рост), однако китайское название сохраняет образ, тогда как русское чаще наследует затемнённый знак.

Теоретические основания

Когнитивная лингвистика исходит из того, что язык служит средством категоризации мира, а значение слова включает не только предметную отнесённость, но и способ осмысления предмета [2]. Дж. Лакофф и М. Джонсон показали, что метафора пронизывает не только поэзию, но и научное мышление: абстрактное осмысляется через конкретное [1; 3]. При таком подходе различают исходную область, которая даёт образ, и целевую область, которой является научное понятие.

Внутренняя форма слова — это образ, положенный в основу наименования. Она может быть прозрачной, то есть доступной носителю языка, либо затемнённой, когда образ утрачен и слово воспринимается как условный знак [2]. Л.С. Выготский подчёркивал, что значение слова участвует в построении понятия, а не только обозначает его [4]; поэтому прозрачный образ служит опорой при усвоении абстракции. М.А. Горохов отмечает, что раскрытие образа снимает первичное непонимание и предотвращает забывание термина [5]. Если русское название чаще наследует готовый чужой знак, то китайское создавалось переводчиками из собственных морфем, и за ним стоит образ действия [6; 7].

Материалы и методы

Материалом послужили десять базовых математических понятий, отобранных из учебной и справочной литературы. Из расширенного списка терминов анализа, теории чисел и алгебры отобраны десять названий, в основе которых метафорический перенос выражен наиболее отчётливо (см. табл. 1). Русские названия анализировались по данным этимологии [8], китайские — по работам по истории китайской научной терминологии [6; 7; 9].

Основным методом является когнитивно-сопоставительный анализ: для каждого термина реконструировалась исходная область метафоры и оценивалась сохранность образа. Дополнительно применялся этимологический анализ — восстановление исходного значения корня или морфемы.

Результаты и обсуждение

Реконструкция исходных областей метафоры приведена в таблице 1.

Таблица 1.

Когнитивные модели математических терминов в русском и китайском языках

Источник: разработано автором.

Таблица показывает, что оба языка обращаются к одним и тем же исходным областям: пространство даёт образ границы, движение — образ перемещения, вместилище — образ сосуда, рост — образ растения, а качество и основание — образ чистоты и опоры. Совпадение исходных областей означает, что когнитивные модели двух языков близки: и русский, и китайский язык осмысляет абстракцию через телесный опыт.

Различие состоит не в наборе областей, а в сохранности образа. Китайское название строится из морфем, каждая из которых несёт самостоятельное значение, поэтому метафора остаётся живой: 函数 буквально читается как «вмещающее число», 积分 — как «накопленное деление». Русское название чаще наследует готовый знак: «функция» восходит к латинскому functio («исполнение»), «иррациональное» — к irrationalis («неразумное»), и эти образы носителем языка уже не воспринимаются. Если основанием для отнесения названия к прозрачным считать читаемость образа, то среди десяти русских названий прозрачны пять, а среди китайских — все десять. Количественный итог подтверждает гипотезу.

Полученный результат объясняет, почему сопоставление названий полезно для понимания термина. Когда образ одного языка утрачен, образ другого языка его восстанавливает: русское слово «сходимость» и китайское 收敛 указывают на одно и то же действие — движение к одному месту, — и вместе они дают понятию более полную опору. Такое сопоставление не подменяет строгого определения, но показывает, каким образом абстрактное понятие было встроено в человеческий опыт при наименовании.

Заключение

Математические термины русского и китайского языков опираются на ограниченный набор исходных областей метафоры: пространство, движение, вместилище, рост, качество. Когнитивные модели двух языков близки, однако распоряжаются они ими по-разному: китайское название сохраняет образ, а русское чаще наследует затемнённый знак, так что прозрачные названия составляют половину русской выборки и всю китайскую. Раскрытие образа даёт практическую опору при обучении научной лексике и при переводе. Перспектива исследования состоит в расширении выборки за счёт терминов геометрии и теории вероятностей.

Список литературы

1. Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живём. – М.: Едиториал УРСС, 2004. – 256 с.

2. Кубрякова Е.С., Демьянков В.З., Панкрац Ю.Г., Лузина Л.Г. Краткий словарь когнитивных терминов. – М.: Филологический факультет МГУ, 1996. – 245 с.

3. Lakoff G., Johnson M. Metaphors We Live By. – Chicago: University of Chicago Press, 1980. – 242 P.

4. Выготский Л.С. Мышление и речь. – М.: Лабиринт, 1999. – 352 с.

5. Горохов М.А. Слово как формула: этимологическая поддержка при освоении понятий высшей математики // Человек. Социум. Общество. – 2026. – № 10. – С. 148⁠–⁠156.

6. Bréard A. On Mathematical Terminology: Culture Crossing in Nineteenth-Century China // New Terms for New Ideas. Leiden: Brill. – 2001. – P. 305⁠–⁠326.

7. Elman B.A. On Their Own Terms: Science in China, 1550⁠–⁠1900. Cambridge, MA: Harvard University Press. – 2005.

8. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: в 4 т. – СПб.: Терра–Азбука, 1996.

9. Heinrich P. Language Modernization in the Chinese Character Cultural Sphere: China, Japan, Korea and Vietnam // The Cambridge Handbook of Language Standardization. Cambridge: Cambridge University Press. – 2021. – P. 576⁠–⁠596.