Поздравляем с Днем студента!
   
Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9.00 до 18.00 Нск (5.00 - 14.00 Мск)

Статья опубликована в рамках: Научного журнала «Студенческий» № 2(172)

Рубрика журнала: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): скачать журнал часть 1, скачать журнал часть 2, скачать журнал часть 3, скачать журнал часть 4

Библиографическое описание:
Соколова М.К. НЕПОИМЕНОВАННЫЕ ДОГОВОРЫ: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ // Студенческий: электрон. научн. журн. 2022. № 2(172). URL: https://sibac.info/journal/student/172/238479 (дата обращения: 24.01.2022).

НЕПОИМЕНОВАННЫЕ ДОГОВОРЫ: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ

Соколова Мария Константиновна

студент, кафедра гражданского права и процесса, Тольяттинский государственный университет,

РФ, г. Тольятти

Научный руководитель Маштаков Игорь Владимирович

канд. юрид. наук, доц., Тольяттинский государственный университет,

РФ, г. Тольятти

UNNAMED TREATIES: ISSUES OF THEORY AND PRACTICE

 

Maria Sokolova

student, Department of Civil Law and Procedure, Togliatti state University,

Russia, Tolyatti

Igor Mashtakov

scientific adviser, candidate of Sciences in legal, associate professor, Togliatti state University,

Russia, Tolyatti

 

АННОТАЦИЯ

В статье рассматриваются основные положения законодательного регулирования смешанного и непоименованного договоров. В результате проведенного исследования определены особенности правового регулирования данных договоров.

ABSTRACT

The article deals with the basic provisions of legal regulation of mixed and specifi contracts. According to the results of the study determined the peculiarities of legal regulation of these contracts.

 

Ключевые слова: правовое регулирование, смешанный договор, непоименованный договор, не предусмотренный законодательством.

Keywords: the legal regulation, mixed contract, specifi contract, unforeseen legislation.

 

Понятие «неназванный договор» юридически не определено в российском законодательстве. Следовательно, это необходимо понять. Таким образом, закон понимает под таким термином договор «не предусмотренный законом или иными правовыми актами». С одной стороны, закон указывает, что неназванный договор - это договор, имеющий собственное индивидуальное название, несмотря на то, что он может состоять из элементов, известных в гражданском праве (например, смешанный безымянный договор).

Юриспруденция богата такими соглашениями. Другая позиция состоит в том, что неназванный контракт - это нерегулируемый контракт. Также безымянный договор можно понимать как ситуацию, когда между сторонами действительно могут возникнуть правоотношения, и эти правоотношения разрешены законом (например, сам закон указывает, что такие правоотношения могут возникать; в этом случае договор следует понимать как правоотношения), но не имеют должного регулирования. Сюда входят ситуации при заключении договора суррогатного материнства [4, c. 375 - 377].

Существование таких правоотношений установлено Семейным кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ. И, наконец, последнее понимание договора как неназванного - наличие таких правоотношений и сделок, которые нигде абсолютно не указаны. Наверное, сложно придумать такой юридический факт, который станет основой контракта и будет иметь иное содержание по сравнению с обычными контрактами и иную направленность.

Поскольку современная действительность динамична, а экономические отношения развиваются стремительными темпами, не исключена возможность существования иных, отличных от уже известных договоренностей. Рискну предположить, что такие договорные структуры могут найти широкое применение в динамично развивающихся областях - медицине, микробиологии, промышленности, сельском хозяйстве.

В современной договорной практике нередко встречаются ситуации, когда то или иное условие договора сформулировано неясно, двусмысленно или попросту некорректно. В связи с этим появляются проблемы при разрешении спорных ситуаций, возникших между контрагентами и завязанных на такой «двусмысленности» [1].

При разрешении такой категории споров в суде, при условии невозможности уяснить суть конкретного условия договора, используя традиционные методы, будет применяться принцип, согласно которому пункт договора будет трактоваться в пользу той стороны, которая не участвовала в составлении текста договора (см. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 49).

При очевидных плюсах такого метода, направленного на повышение договорной дисциплины и внимательности при составлении документов, данная мера, наравне с аналогией закона или аналогией права, применяется лишь в крайних случаях, когда невозможно разрешение спорной ситуации другими средствами. Говоря о договоре и сделке, нельзя не отметить, что идея построения гражданско-правовых отношений на заключении, исполнении и расторжении договоров является осознанной мерой самоорганизации и добровольного саморегулирования для хозяйствующих субъектов, а также поддержания правопорядка в целом [6, c. 82].

C.А. Шаронов, анализируя предпосылки формирования договора на оказание услуг охранной деятельности, указывает, что понятие «договор» существует в трех взаимосвязанных ипостасях. В группу «договор – сделка» входят категории «юридический факт», «соглашение», в группу «договор – правоотношение» – категория «обязательство». Группа «договор – документ» представляет собой письменное выражение соглашения сторон [7, c. 126].

В то же время договорные конструкции могут применяться не только в частных, но и в публичных отраслях права. Как правило, это происходит ввиду необходимости применения частноправовых элементов в публичной сфере. В качестве примера применения подобных конструкций можно назвать брачный контракт, трудовой договор, соглашение об использовании различных природных объектов. В сущности, смысл договора как элемента гражданско-правовых отношений заключается в установлении правовой связи между его контрагентами, проявляющейся в конкретных обязательствах.

Таким образом, не представляется разумным разделять договор на отдельные категории юридического факта и возникшего в связи с ним обязательства. Права и обязанности сторон договора и являются содержанием последнего, а сделка только фиксирует их и делает юридически значимыми. Выполнение же контрагентами договорных условий есть исполнение взятых на себя обязательств. Как справедливо подчеркивает М.Ф. Казанцев, договор – это прежде всего правовой регулятор. С помощью договора стороны по своей воле вступают в отношения и определяют их содержание [2, c. 13 - 17].

Интерес сторон, облеченный в юридически значимую, обязательную программу действий, в первую очередь направлен на результат, в достижении которого стороны заинтересованы и на который направлены всех их действия в рамках договора. В то же время, что характерно для предпринимательской сферы, договор также должен содержать четкий порядок совершения этих действий, этапы и сроки исполнения обязательств.

Резюмируя сказанное в публикации, следует сделать вывод о том, что гражданско-правовой договор должен рассматриваться лишь в совокупности таких категорий, как юридический факт, сделка и правоотношение. Данная правовая конструкция является причиной обязательства и регулятором отношений сторон, интерес которых направлен на достижение определенного результата. Каждое обязательство – это сложный юридический состав, охватывающий одновременно регулятивные и охранительные функции институтов и норм как гражданского, так и других отраслей права [5, c. 19-23].

Необходимо отметить, что для правоприменительной практики большое значение имеет разграничение таких понятий, как непоименованный и смешанный договор, а также других видов договоров (например, комплексных), в силу их различного правового регулирования. Смешанные, непоименованные и комплексные договоры являются проявлением принципа свободы договора, такого его элемента, как право выбора вида и содержания заключаемого договора. Необходимость их разграничения имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение. Следовательно, верное понимание данных договорных моделей и уяснение их сущности способствуют правильному применению их на практике. Квалификация договора как поименованного обязывает его стороны придерживаться существующих по отношению к данному договорному виду императивных норм (например, относительно формы, порядка заключения, существенных условий, порядка расторжения договора и т. д.), а также восполнять пробелы, существующие в договоре на основании диспозитивных норм, которые могут применяться к данному договорному виду.

В настоящее время нет единообразия судебной практики в части квалификации договоров как смешанных. Суды квалифицируя договор в качестве смешанного предъявляют к нему определенные требования.

Во-первых, требуется проверить, включены ли в договор все те условия, которые являются существенными для каждой из договорных конструкций, входящих в состав смешанной. Иначе суд может признать смешанный договор незаключенным в части, где отсутствуют существенные условия. Если же признание определенного элемента незаключенным повлечет невозможность исполнения всего договора в целом либо же 4 приведет к утрате интереса к договору, то суд может признать незаключенным весь договор, и такая практика уже есть.

Во-вторых, в судебной практике выработаны требования к форме смешанного договора. Укрепилась позиция, согласно которой смешанный договор должен следовать наиболее строгой из форм, предусмотренных для договоров в его составе. То есть, если стороны заключают смешанный договор продажи предприятия и поставки, то такой договор придется регистрировать, потому что для одного из договоров предусмотрена обязательная регистрация.

Другой выход – заключить два отдельных договора. Проанализировав судебную практику, можно прийти к выводу о том, что суды зачастую неправильно квалифицируют спорные договоры как смешанные. Такая проблема вызвана недостатком правового регулирования смешанных договоров. Для решения данной проблему требуется выявление критериев отнесения договоров к смешанным [1, c. 542 - 545].

В целом, проведя анализ вопросов квалификации непоименованного договора, можно сделать определенные выводы: Выявление непоименованности договора осложняется тем, что не всегда квалифицирующие признаки содержатся в законодательном определении поименованного договора, а также не всегда признаки, отраженные в законодательном определении договора, являются квалифицирующими. Противоречие договора квалифицирующим признакам всех поименованных договоров относит его к разряду непоименованных. Для квалификации договора в качестве непоименованного требуется:

- выявить наиболее близкую поименованную договорную модель, с к которой будет проходить сравнение;

- выяснить противоречащие нормы заключенного сторонами договора с тем, по отношению к которому происходит сравнение;

- определить императивные квалифицирующие нормы;

- определить диспозитивные нормы;

- установить возможность расширительного толкования нормы.

 

Список литературы:

  1. Арбузова А.А., Маркова О.А. Понятие и значение непоименованного договора // Молодой ученый. 2016. № 27. С. 542 - 545.
  2. Гражданский кодекс РФ // Собрание законодательства РФ. 1994. №32. Ст. 3301, 1996. №5. Ст. 410, 2001. №49. Ст. 4552, 2006. №52. Ст. 5496.
  3. Киракосян С.А. Договор управления многоквартирным домом: Правовая природа и практические проблемы заключения договора Юрист. 2015. № 8 С. 13 - 17.
  4. Конституция РФ от 12 декабря 1993 г. // Российская газета. 1993. 25 декабря.
  5. Радийчук К.Ю. Особенности квалификации непоименованных договоров // Научный электронный журнал Меридиан. 2020. № 2. С. 375 - 377.
  6. Степкин С.П. Гражданско-правовые ограничения свободы договора // Юрист. 2018.№ 3. С. 19-23.
  7. Тютрюмов И.М. Законы гражданские с разъяснениями Правительствующего Сената и комментариями русских юристов. М., 2004.Кн. 4. 635 с.
  8. Шаронов С.А. Договор оказания охранных услуг в современной цивилистике // Власть закона. 2015. № 3. С. 123-133.

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом