Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65
Telegram: sibac
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9.00 до 18.00 Нск (5.00 - 14.00 Мск)

Статья опубликована в рамках: XVI-XVII Международной научно-практической конференции «История, политология, социология, философия: теоретические и практические аспекты» (Россия, г. Новосибирск, 04 февраля 2019 г.)

Наука: История

Секция: История России

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Желифонов М.П. О «МИКРОСКОПИЧЕСКОЙ» ТЕОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА // История, политология, социология, философия: теоретические и практические аспекты: сб. ст. по матер. XVI-XVII междунар. науч.-практ. конф. № 1-2(12). – Новосибирск: СибАК, 2019. – С. 24-44.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

О «МИКРОСКОПИЧЕСКОЙ» ТЕОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА

Желифонов Марат Павлович

канд. физ.- мат .наук, доц. Казанского государственного  энергетического университета,

РФ, г. Казань

ABOUT THE MICROSCOPIC THEORY OF HUMAN COMMUNITY

 

Marat Zhelifonov

candidate of Science, assistant professor of Kazan State Power Engineering University,

Russia, Kazan

 

Автор признателен Н.К.Соловарову за полезные обсуждения работы.

 

АННОТАЦИЯ

Описание исторических процессов и решение проблемы многих тел в статистической физике имеют общую основу. В обоих случаях рассматриваются объекты, состоящие из огромного числа однотипных элементов, взаимодействующих между собой по определенным правилам. В физике при описании многочастичной системы наиболее эффективен микроскопический подход, когда отправной точкой для описания системы служат правила взаимодействия между отдельными частицами. В работе делается попытка применения подобного микро­скопического подхода к описанию исторических событий. Обсуждается технология формирования правил межличностного взаимодействия, и показывается, как даже небольшие различия в этих правилах приводят к острым конфликтам на уровне цивилизаций.

ABSTRACT

The description of historical processes, solution of the problem of many bodies in a statistical physics have the general basis. In both cases a huge number of the elements interacting among themselves by some rules is considered. In physics at the description of a multifrequency system, microscopic approach when for the description of a system the rule of interaction between separate particles serves is most effective. In work the attempt of application of microscopic approach to the description of historical events becomes. In work the technology of formation of rules of interaction to honey is discussed by people and it is shown how violation of these rules leads to the sharp conflicts at the level of civilizations

 

Ключевые слова: ситуационная модель, рефлексивные элементы сознания, импринтинг, цивилизации, либеральное движение, «константы локального взаимодействия».

Keywords: situational model; reflexive elements of consciousness; imprinting; civilizations; liberal movement; «constants of local interaction».

 

Многочастичные системы

Если говорить на языке физики, то человеческое сообщество это система из огромного числа однотипных элементов, взаимодействующих друг с другом по определенным правилам. В физике такая ситуация называется проблема многих тел. У этой проблемы две стороны: во‑первых, в силу гигантских размеров системы у неё появляются особые совокупные свойства, возникают различные кооперативные явления и фазовые переходы (типа вода-лёд), что вызывает большой интерес исследователей. Во-вторых, описывать многочастичные системы чрез­вычайно сложно. Такого рода описания проводятся в двух направлениях: строят феноменологические или микроскопические модели. При фено­менологическом подходе физическая система рассматривается как единое целое, для её описания вводят некоторые макроскопические параметры и на экспериментальном уровне пытаются установить между ними некоторые определенные связи. При микроскопическом подходе отправной точкой служат свойства отдельной частицы и правила её взаимодействия с другими частицами.

К примеру, рассмотрим модель идеального газа. При феномено­логическом подходе вводятся общие понятия: объем, температура, давление, плотность. Микроскопический подход начинается с опре­деления массы одной частицы, её средней скорости, длины свободного пробега и затем, после вычислений, приходят к определению темпера­туры, давления, теплоемкости газа, как функций от этих микроскопи­ческих параметров частицы. При изучении многочастичных систем преимущества микроскопического подхода несомненны, но это очень трудная задача. Физикам, однако, удалось для нескольких простейших моделей систем многих тел получить точные решения с детальным описанием происходящих в них фазовых переходов.

Обратимся к такой многочастичной системе, как человеческое сообщество. Люди во все времена пытались осмыслить процессы, проис­ходящие в их среде. Подавляющее число исторических иссле­дований проводилось в рамках «феноменологического» подхода, когда для описания этих процессов использовались такие совокупные понятия как классы, формации, базис, надстройка и т. д. «Микроскопический» подход применяется историками значительно реже. Примером удачного исследования такого типа служат сочинения Чаадаева, который нари­совал картину развития России, исходя из нравственных особенностей народа.

Современным публицистам при обсуждении исторических тем также приходится выбирать один из двух подходов к их описанию. Наталья Иванова [1] провела сравнительный анализ и показала, что писатели четко делятся на тех кто, затрагивая историю, сразу начинает говорить от имени народа (В.Распутин, В. Белов) и тех, кто, проводя осмысление истории, рассматривает судьбы конкретного человека (Ю. Черниченко, В. Селюнин).

Будем исходить из аксиомы, что при описании человеческого сообщества «микроскопический» подход предпочтителен. Для его приме­нения необходимо четко определить локальные свойства отдельной частицы, т. е. человека в определенной общественно – политической ситуации, и детально обозначить общие правила взаимодействия между людьми. На языке физики это называется записать локальный гамильтониан взаимодействия. В физические гамильтонианы обязательно входят константы взаимодействия, численное значение которых сущест­венно влияет на свойства многочастотной системы. Совокупные свойства человеческого сообщества так же определяют своего рода «константы локального взаимодействия», играющие принципиально важную роль. Попытаемся понять, как они формируются и изменяются в процессе исторического развития человеческого общества.

Функциональная организация мышления

Человек награжден разумом, и все его действия определяет и контролирует мозговая деятельность. Как это функционально проис­ходит? «Процесс мышления человека разделяется на три этапа: а) мозг человека строит модель ситуации; б) затем проводит логический анализ модели; в) делает выводы и отдает команды остальным органам тела.

Логический анализ и физиологическая реакция на команды мозга у людей практически одинаковы. Главное отличие – в оценке ситуации между отдельными людьми, между людьми разного пола, разных социальных групп, разных народов и мировоззрений – заключается в способе построения модели» [2].

Модель конкретной ситуации строится на основе возникших обстоя­тельств и ещё целого набора дополнительных представлений, понятий, установок, инстинктов, которые даже отчетливо не осознаются, а вклю­чаются в работу по построению модели на уровне подсознания. Все это своего рода предрассудки, то есть то, что идет перед рассудком. Назовем их «константами локального взаимодействия», так как они жестко зафиксированы в мозгу человека на уровне рефлексов (константы) и существенно влияют на все поведение человека, т. е. его локальные взаимодействия.

Пример – мы боимся черную кошку, перебегающую нам дорогу, даже осознавая, что это чушь. А почему? Да потому, что установка на боязнь кошки автоматически входит в нашу модель данной ситуации и нам приходится тратить дополнительные усилия, чтобы забраковать эту модель. Рефлексивная установка на боязнь плохих примет действует на многих людей, и просто так они не могут от неё избавиться.

Элементы рефлексивного характера входят практически во все ситуационные модели людей и играют важнейшую роль. Несовпадение таких элементов у разных людей приводит к несовпадающим моделям ситуации и, порой, к жестким конфликтам.

Интересный вопрос – как формируются «константы локального взаимодействия». Человек рождается как конкретная индивидуальность и сразу включается в процесс обучения, т. е. процессы по вводу, хра­нению и воспроизведению информации. Важную роль при этом играет механизм импринтинга – запечатление информации по первому конкрет­ному примеру. Классический пример – вылупившийся из яйца цыпленок, двигающуюся около него половую щетку, начинает воспринимать как родную маму.

«У новорожденного сразу формируются необыкновенно крепкие психологические связи: фиксируются отношения к нему матери и отца, и все события, происходящие вокруг, им воспринимаются как образец. Малыш запечатлевает демонстрируемые модели поведения, взаимодей­ствия с людьми, животными, окружающими предметами. Позже он сам начнет их реализовывать. В связи с этим важно то, что ребенок видит, слышит и чувствует с первых моментов своей жизни» [3]. Навыки восприятия, приобретенные ребенком в семье, во-первых, отражают специфику этой семьи, во-вторых, лежат в основе тех ситуационных моделей, которыми человек будет пользоваться всю последующую жизнь. Семья – это первая и важнейшая школа формирования особен­ностей личности, его различных рефлексивных реакций, т. е. «констант локального взаимодействия» Такой механизм формирования личности позволяет, например, национальным особенностям людей надежно сохраняться на протяжении многих поколений.

Интересы человека и общества

Попытаемся определить рефлексивные реакции людей, важнейшие для жизни человеческого сообщества.

Всякий человек – это индивидуальность, которая вынуждена жить в коллективе себе подобных. С одной стороны он личность, имеющая собственные интересы, а с другой стороны, он член коллектива, который имеет свой набор специфических интересов. Коллективы – прежде всего это семья, школьный класс, спортивная секция, рабочая бригада и т. д., вплоть до уровня государства. В каждой конкретной ситуации человеку приходится решать, каким интересам отдать предпочтение: личным или общественным, и это очень важный вопрос. Процесс выбора происходит каждодневно, многократно, буквально на каждом шагу. Неизвестно, например, как поступит школьник, увлекшийся компьютерной игрой, если ему было дано задание принести из магазина хлеб к семейному ужину. Да и любому человеку на своем рабочем месте очень часто приходится решать – перейти к отдыху или продолжить интенсивный труд. В результате постоянных повторов процедуры выбора возникает статистика, и можно говорить об общей тенденции для каждого человека: скорее, он индивидуалист или, наоборот, коллективист. Эта склонность сохраняется у человека на уровне рефлексии и играет важнейшую роль при формировании им ситуационных моделей и выборе стратегии поведения.

Предельный случай для коллективиста – осознанная гибель во имя общественно значимых идей (Иван Сусанин, Александр Матросов и т. д.). Можно даже ввести математическое понятие статистический коэф­фициент коллективности K, и в случае крайнего самопожертвования человека приравнять его к 1: K = 1. Противоположная ситуация – во имя личных корыстных интересов совершается убийство человека, тогда K = 0. У остальных людей коэффициент коллективности лежит в этих пределах и отражает степень их склонности к коллективистскому поведению. Вполне возможно создать развернутый тест, с описанием различных жизненных ситуаций, который позволил бы оценить коэф­фициент K конкретного человека. Отношение числа положительных ответов к полному числу вопросов даст оценку численного значения «константы локального взаимодействия».

От параметра K отдельного человека можно перейти и к коэффициенту коллективности всякого сообщества людей, как среднестатистическому значению персональных коэффициентов К. Коэффициент K в этом случае будет показывать, насколько часто используется коллективистская модель поведения среди членов этого сообщества. Он будет отражать общий стиль поведения людей, оценивать степень их сплоченности. Например, школьный класс может быть дружным, очень дружным или никаким, коэффициенты K в этих случаях будут разные.

Преобладание коллективистских или индивидуалистических тенденций в жизни национальных сообществ оказывает существенное влияние на организацию их жизни и процесс их исторического развития.

Проявление склонности к одному из двух предельных вариантов поведения человека может происходить по-разному. Например, известно, что государственная верховная власть должна формулировать и поддерживать правила коллективистского начала в сообществе, совершая определенную степень насилия над людьми. Поэтому отно­шение к власти со стороны каждого человека указывает на степень его приверженности этим коллективистским началам, внедряемым властью. Одни люди могут демонстрировать полную поддержку властям, у других сам факт существования органов власти может вызывать крайнее раздражение. Это довольно распространенный психологический тип человека. Как отмечал Б.Н. Чичерин [4], так называемые «уличные либералы» являются большими любителями протестных уличных мероприятий, потасовок с полицией, и для них коэффициент коллектив­ности близок к нулю. Следующий уровень неприятия власти демонстри­руют «оппозиционные либералы», которые сплоченно, политически организовано борются против любой существующей в данный момент верховной власти. Их успех, неожиданно для них самих, погружает страну в состояние полной анархии, пример тому Февральская рево­люция в России. На приоритете личностного начала настаивает всё либеральное движение. «Либерал проповедует благотворность свободы личности без оглядки на общество». Преобладание таких настроений в обществе приводит к формированию специфической цивилизации.

Цивилизации

В рамках «феноменологического» подхода существует множество определений понятия цивилизация. Например, по мнению российского историка М.А. Барга: «Цивилизация – это способ, которым данное общество решает свои материальные, социально политические и духовно-этические проблемы».

«Микроскопический» подход подводит к более четкому опре­делению. Всякий человек живет в «клетке» из нравственных понятий, которые составляют основу его ситуационных моделей. Люди, у которых каркасные элементы «клетки» совпадают, образуют особый пласт культуры – цивилизацию. Разговор идет о совпадении наиболее важных, базовых рефлексивных элементов сознания у представителей данной цивилизации. Приоритет личностного или коллективистского начала в обществе как раз и относится к таким базовым элементам сознания.

Современная наука выделяет в мире восемь цивилизаций: Западная, Конфуцианская, Японская, Ислам, Хинду, Славянская ортодоксальная, Латиноамериканская и Африканская. Каждая цивилизация – система нравственных ценностей, часто символизированных религией. Это цент­ральная сила, которая мобилизует и мотивирует людей [5].

При общении людей из разных цивилизаций в некоторых случаях возникает определенная степень недопонимания. В конкретной ситуации человек ждет типовой реакции со стороны собеседника, а она оказы­вается совершенно неожиданной. Причина – люди использовали разные базовые элементы при построении модели этой ситуации. Манера поведения и взаимного общения людей из других цивилизаций часто кажется специфической и непривычной.

Захар Прилепин отмечает: «Русские могут смотреть на себя глазами европейца. Европеец в принципе не умеет смотреть на себя глазами русского, он только своими глазами может на себя смотреть. Особенно гордиться не надо – потому что русский не может посмотреть на себя глазами китайца или японца. Русскому проще подумать, что у них вообще нет глаз. Но и европеец тоже не может, поэтому не будем огорчаться. Зато мы можем посмотреть на себя глазами татарина или якута, тут нам уже проще.

Поэтому русский умеет (только не всегда хочет) почти все то, что умеет европеец, плюс ещё может делать всякие личные национальные глупости (империя, Достоевский, Байконур, Сталинградская битва, бунт Стеньки Разина и прочие фокусы» [6 с.176].

Всякая цивилизация пропагандирует свой набор нравственных ценностей и старается насадить его соседям, заставить их жить «более правильно» и заодно поставить в подчиненное отношение. Мировая история показывает, что цивилизации находятся в постоянной вражде друг с другом. Основное разделение сейчас происходит между Западной цивилизацией и всеми остальными. Система нравственных ценностей Западной цивилизации прошла долгий путь развития от ортодоксального христианства до современного постмодернизма, отрицающего, например, ведущую роль семьи в жизни человеческого общества. Проследим этот путь.

Зарождение христианства

Эпоха заката римской империи. Жизнь народов в многочисленных провинциях протекает под жестким и агрессивным контролем из Рима. Люди не видят возможности выйти из-под имперского гнета и нищеты. В массовом сознании формируется только один вариант решения проблемы – надежда на чудо, на пришествие мессии (холистические ожидания). Эти ожидания охватывают все большие массы людей, сплачивают их, приводят к более активным формам взаимодействия. Единоверцы все более охотно оказывают поддержку членам своей общины. Постепенно из материальных благ, переданных в общину, формируются общие фонды, значительные по своему объему. Управ­ление этими фондами переходит к наиболее ярким проповедникам предстоящего прихода мессии. Так происходит разделение людей на клир и мирян, появляются епископы, формируется особая атрибутика клира и рождается церковь как общины верующих в пришествие мессии.

Исходное нравственное понятие в процессе нарождения орто­доксальной христианской церкви это сострадание, сострадание ко всякой живой душе, сострадание к человеческой беде. Именно сострадание лежит в основе той конструкции нравственных ценностей, которая была наработана церковью в течение нескольких столетий. Это базовый рефлексивный элемент сознания, т. е. в среде верующих – важнейшая «константа локального взаимодействия».

Кроме того, сострадание – это один из самых эффективных инструментов, формирующих коллективистскую форму жизни общества. Принцип «один за всех и все за одного» все более утверждался в христианских общинах и приводит их к чрезвычайно высокому уровню сплоченности. Так, за 100 лет до нашей эры в Палестине появилось тайное общество ессеев, члены которого отдавали свое имущество для общего пользования. Это почти предельный случай коллективистского начала, идея коммунизма потребления. Глубоко усвоенные уже на рефлексивном уровне принципы коллективистской формы жизни стали основой ортодоксального христианского мира.

В Римской империи в определенный период времени христиане стали подвергались преследованиям. Отношение к ним существенно изменилось после распада империи в 295 году на Западную и Восточную части с императорами Диоклетианом и Константином I Великим. Распаду способствовало то, что в течение многих столетий Римская империя была уже разделена на греко-говорящие и латино-говорящие регионы. Император Константин в 313 г. Миланским эдиктом объявил о прекращении преследования христиан, и в 380 г. Восточная Римская империя официально стала христианской.

Христианская церковь породила принципиальное новое восприятие жизни, основанное на преобладании доброжелательных отношений между людьми. Произошла настоящая революция в умонастроении больших масс населения. Христианство провозгласило равенство всех людей перед Богом, что во многом способствовало устранению жесткого рабства, уменьшению межнациональной конфликтности между людьми. Гладиаторские бои стали восприниматься как нонсенс. Родился новый рефлексивный элемент сознания, новая «константа локального взаимо­действия» в пределах православного государства.

Переход к новой системе нравственных ценностей оказался чрез­вычайно продуктивным и привел к стремительному прогрессу во всех сферах жизни человеческого общества. Отмена жесткой формы рабства вызвала необходимость активно совершенствовать орудия и средства производства, темп технического прогресса резко возрос. Уже в VI в. начинает широко использоваться энергия воды, благодаря применению водяного колеса, а в XII в. появляется ветряная мельница, использующая энергию ветра.

В VI веке при императоре Юстиниане было сформулировано и введено в широкую практику то, что мы привыкли называть «римским правом» - институт юристов. Управление государством производилось на основе юридической системы, которая оказалась настолько совершен­ной, что является базовой основой для всех типов законов современных государств. В столице проживало до 1,5 млн. людей. Система школьного и высшего образования впервые в мире возникла в Византии. Именно здесь в V веке появился первый университет. Создана самая стабильная в истории финансовая система, просуществовавшая в неизменном виде более тысячи лет. Современная дипломатия с её базовыми правилами, этикетом создавалась и оттачивалась в Византии. Инженерное искусство достигло высокого уровня. Купол Святой Софии и сегодня поражает совершенством инженерной мысли. Ипподром в Константинополе по своим размерам в три раза превосходил Колизей. Цеховая система производства успешно развивалась, и Византия накопила огромные богатства. Города были застроены красивейшими зданиями и весьма благоустроены. В период расцвета в Византии проживала 1/6 часть населения земли. Империя охватывала территорию от Гибралтара до Евфрата и Аравии, север Африки и Балканы, где располагались 1000 городов. В течение длительного времени Средиземное море было внутренним морем империи. Функционировал мощный торговый флот и система тотальной охраны морских путей [7].

Своей главной заботой церковь провозглашала заботу о не имущих и страдающих. В обществе преобладала коллективистская форма жизни, народ ощущал государство как одну из своих высших личных ценностей. Национальные различия между людьми не играли существенной роли. Населявшие Византию многочисленные народы пользовались равными правами. Для того чтобы стать «ромеем», достаточно было начать строить свою жизнь по канонам церкви. Среди византийских импера­торов армян было столько же, сколько и греков, а ведь основа общей культуры была греческая [7].

По своей организации Византия была жестко централизованным бюрократическим государством, которое успешно боролось с коррупцией и олигархией. Срастание власти и частных интересов всегда пресекались четко и решительно. Преобладание коллективистской формы обеспе­чивало высокий уровень стабильности в жизни общества. Византия просуществовала 1123 года, и её распад связывают с отходом от своих базовых принципов жизни. Под влиянием Западной Европы в византийском обществе появилась идея заменить существующую организацию управления на более гибкую и уменьшить роль государства. Так и поступили. Часть государственных функций передали группе лиц, и народилась система олигархов. Олигархи боролись, прежде всего, за свои личные интересы и пошел процесс разрушения государства вплоть до полного его уничтожения в 1492 году. Нравственные понятия, связанные с коллективистской формой жизни, постепенно оказались размытыми. В широких народных массах готовность отдавать жизнь на защиту отечества была утрачена. В обществе произошло смещение от коллективистского начала жизни в сторону личностного начала, и это привело к катастрофе.

Распространение христианства

Пример процветающей Византии наглядно показывал её соседям с запада и севера, что переход к христианскому пониманию жизни может существенно улучшить её качество. В этих регионах, заселенных многочисленными племенами, в IX веке активно проходило формиро­вание новых государств. Но новоявленным завоевателям не удавалось надолго удерживать в повиновении покоренные племена только силой оружия, необходимо было провести их объединение на идеологи­ческой, религиозной основе. Для этого как нельзя лучше подходило христианство. В этих областях преобладали самые разные языческие верования, и существовал достаточно высокий уровень веротерпимости между многочисленными религиозными культами. В отдельных местах встречались даже христианские церкви, например, в Киеве такая церковь была построена ещё в VIII веке.

В роли успешного объединителя Западной Европы удачно выступил Карл Великий, покорив многочисленные племена франков. В целях укрепления своей верховной власти он начал организовывать по настоящему широкое распространение христианства в Западной Европе. После успешного похода на аваров около 800 г. на награбленные 7 тонн золота на подвластных ему территориях начали учреждать епископства, строить церкви, приглашать миссионеров священников из Византии. Была сделана попытка построить культурный, образовательный центр в Ахене. В мире язычников в широком масштабе пошел процесс перехода к культуре более высокого уровня. Это было самое начало процесса: «В то время как на востоке ар-Рашид и аль-Мамун углублялись в греческую и персидскую философию, на западе Карл Великий и его лорды овладевали искусством написания собственных имен» [8 с. 129]. Менее удачные попытки крещения франков в конце V века предпри­нимал ещё король Хлодвиг (481‑511 гг.), но люди из простонародья оставались язычниками. Отметим, что канонический перевод Библии с греческого языка на латынь был выполнен святым Иеронимом только в V веке.

На Руси князь Владимир в течение нескольких лет пытался уста­новить единый вариант языческой веры для разношерстных племен, но потерпел неудачу, и после этого в 988 году решительным образом стал проводить процедуру крещения Руси. Это была пятая и успешная попытка.

Для широких народных масс переход на новую христианскую культурную основу был не простой, очень болезненной задачей. Происходила смена уклада жизни, переход к новому набору нравствен­ных понятий. Результат такого перехода должен был существенно зависеть от того, на какую устоявшуюся местную культуру наклады­валось христианство. В Западной Европе и Руси местные культуры принципиально различались, и наложение на них христианства породило в конечном итоге две разные цивилизации.

Католицизм

Варварские племена Западной Европы в 410 году захватили и разграбили Рим. Варвары принесли разрушение, насилие, жестокость, сопровождавшиеся утратой античной культуры. Они жили в небольших национальных государствах, построенных на этническом принципе, где основой экономики было натуральное сельское хозяйство. Племена находились в состоянии постоянной вражды друг с другом. В эпоху Великого переселения народов Западная Европа была просто залита кровью. Преобладающий нравственный принцип этого времени – каждый сам за себя, и человеческая жизнь мало ценилась. Среди людей установился чрезвычайно высокий уровень агрессивности.

Отметим другие особенности жизни варваров. Родоплеменной уклад означал, что в относительно небольших коллективах среди мужчин-воинов действовал принцип равенства и определенной демок­ратии, важнейшие решения племени принимались на общем сходе. Племена жили рассредоточено в сельской местности и в существенной независимости друг от друга. Это давало ощущение своей обособлен­ности и порождало крайний индивидуализм в системе нравственных понятий варваров. На всей территории Западной Европы преобладала «личностная» константа локального взаимодействия.

Приход в среду индивидуалистов коллективистского ортодоксаль­ного христианства, т. е. совмещение антиподов, не мог происходить без длительной, кровавой борьбы. Поскольку христианство в новых государствах внедрялось по инициативе верховной власти, то процесс насаждения христианства проводился жесткими методами, на основе воспитания законопослушности европейцев. «Из столетия в столетие европейцев вешали, казнили десятками, сотнями разнообразнейших, публичных способов, пороли, рубили пальцы, руки, ноги, клеймили за самые малейшие преступления. Например: за бродяжничество человека лишали земли, выгоняли, он, лишенный привычного образа жизни, скитался, его ловили, клеймили, при повторной поимке казнили».

Проблема совмещения крайнего индивидуализма и христианской проповеди о всеобщей любви была болезненной и трудно разрешимой в течение нескольких столетий. Эта проблема порождала на Западе жесткое неприятие православного мира, отрицающего приоритет индивидуализма. Католический мир и в наше время по-прежнему непри­язненно относится к православным. Тютчев говорил, что в Германии есть люди, которые объясняют свою враждебность к России так: «Мы обязаны вас ненавидеть, ваше основное начало, самое начало вашей цивилизации внушает нам немцам, западникам, отвращение; у вас не было ни папской иерархии, вы не испытали ни борьбы религиозной, ни войн империи, ни даже инквизиции, вы не принимали участие в крестовых походах, вы не знали рыцарства, вы четыре столетия назад достигли того единства, к которому мы только стремимся» [6 с. 193].

Все эти процессы породили в Западной Европе новый тип общества, который сложился в результате синтеза античных, варварских и христианских традиций. «От античности этот тип общества унаследовал идеи империи, пантификального авторитета, римского права и собствен­ности. От варварства средневековая цивилизация восприняла традиции свободы, равенства, демократии. От христианства средневековая циви­лизация взяла, кажется, все, но самой фундаментальной стала идея индивидуального договора верующего с Богом, система индульгенций, личного договора с Богом».

Насильственное внедрение коллективистского начала в эпоху раннего средневековья Европы постепенно привело к детально разрабо­танной системе феодального права. Это разделение людей на много­уровневую иерархию суверенов и подвластных им вассалов, с четко определенными правилами взаимозависимости и самостоятельности. Например, принцип «вассал моего вассала не мой вассал». На форми­рование этой системы ушло несколько столетий непрерывных войн и разборок.

Таким образом, совмещение «коллективистских» и «личностных» принципов жизни породило «правовую» константу локального взаимо­действия, с жесткой регламентацией всех правил общения между людьми, закрепленных на рефлексивном уровне. Она стала базовой для Западной цивилизации. Из дилеммы – жить по закону или по понятиям, был четко выбран закон. У православных на первое место выходят нравственные понятия.

Запад варварский стал западом европейским только после ограбления в 1204 году Константинополя и поглощения несметных богатств Византии [7].

Древняя Русь

Славянские земли включали сотни первобытных племен, находя­щихся на различных ступенях исторического развития, и образовывали полтора десятка племенных союзов. Кроме славян, на Восточно-Европейской равнине проживали финско-угорские этносы – чудь, меря, весь и мурома, предки осетин, предки поляков – лендзяне.

На этих землях в IX веке викинги стали брать под полный контроль и обустраивать старинные торговые пути из Скандинавии в Азию: «волжский путь» и путь «из варяг в греки». Наступила эпоха Рюрика. Обязанности князя – защита границ, ведение международной торговли, взимание дани с подвластных земель.

«Явилась сила, которая мало-помалу должна была сплотить разрозненные племена и роды в одно целое. Силой этой был князь с дружиной своей. Он стоит выше всех родовых споров; … Он становится князем всей земли, и для него все подвластные роды и племена равны. Не слушаться его опасно: у него под рукой надежная сила – его верная дружина, с ней он заставит себе повиноваться – словом, в князе у восточных славян явилась сильная правящая власть, которой раньше не было, и без которой не может быть государства» В.Д. Сиповский «Родная старина», 1910 г.

Уклад жизни населения на Руси существенно отличался от жизни людей в Западной Европе, содрогающейся от непрерывных захватни­ческих войн, которые активно способствовали разрушению остатков патриархального уклада жизни диких племен.

В IX веке на всей территории Руси родовой строй еще сохранялся. Вместе с тем основная масса земледельческого населения жила общиной. «Основная масса населения древней Руси проживала в незащищенных селищах, расположенных в низких, скрытых от людского глаза местах». «В IX веке основными поселениями стали городища, т. е. поселения, огороженные тыном. Они занимали удобные в оборонительном и одновременно хозяйственном отношении места по берегам рек и озер или у слияния двух рек. Городища застраивались землянками, а иногда наземными протяженными домами, где обитало несколько семей одного рода. Строения располагались по периметру городища, а в центре его размещались общинные постройки разного назначения и небольшой водоем. Значительная площадь служила загоном общинного стада» [9].

Люди жили на огромных просторах в рамках коллективного владения землей, в достаточно суровых климатических условиях, в зоне рискованного земледелия, и выживать они могли только при активной взаимной поддержке. Члены общины вели индивидуальные хозяйства. Они занимались охотой, рыболовством. Главное их занятие – земледелие. Они сеяли рожь, пшеницу, ячмень, просо, лен, коноплю. Огородные культуры: репа, капуста, свекла, морковь, редька. Использовали соху, деревянный плуг с железным наконечником, рало с металлическим наконечником.

«Среднее расстояние между поселками 5 – 7 км», т. е. зона хозяй­ственной деятельности жителей поселка около 50 кв. км. Низкая плот­ность населения снимала проблему захвата чужих земель, а низкая производительность труда в натуральном хозяйстве не позволяла накапливать какие-либо богатства, пригодные для ограбления. Это обеспечивало достаточно спокойное взаимное существование племен, и вырабатывало принцип взаимной терпимости среди разноязычных людей.

Так начинала формироваться Славянская ортодоксальная цивили­зация. В основу её общественной, общегосударственной жизни легли главные правила внутрисемейной, патриархальной жизни. Существовала четкая иерархическая система, разделение на младших и старших, каждый человек понимал свой статус в большой семейной иерархии. Старшие должны заботиться о младших, отвечать за них, все стараются жить дружно, и на первый план у людей выходят интересы общины, которая обеспечивает им стабильный уровень выживания. К каждому человеку главным был вопрос: чей ты сын, как твое отчество? Какой ты сам по себе было менее важно. Среди населения Восточно-европейской равнины преобладала «коллективистская» константа локального взаимо­действия.

Важнейший момент в истории Руси – это её крещение в 988 г. князем Владимиром, что обеспечило идеологическое, религиозное объединение многочисленных племен Руси и принесло в жизнь насе­ления страны более высокий культурный уровень. «Церковь, прежде всего, обратила внимание на семейные отношения, выступила против многоженства, похищения девиц, родственных и насильственных браков. Возвысила значение женщины и уровняла обязанности детей к матери наравне с обязанностями к отцу. Семья стала подчиняться надзору чужой власти, у отца отнимается роль жреца» [9].

На Руси идеи христианства легли на благодатную почву. Коллекти­вистского начало жизни в стране получило мощную идеологическую и религиозную основу, позиции государства-семьи существенно укре­пились. По оценкам специалистов, полное крещение Руси прошло значительно быстрее, чем крещение государств на Западе.

Важную роль в истории Руси сыграло татаро-монгольское иго. Захватчики обложили страну данью, но территорию не захватывали и уклад внутренней жизни не нарушали. Такая ситуация содействовали еще более высокому уровню сплоченности населения, приучала к боевой жизни в условиях осаждённой крепости, что и закончилось полным изгнанием захватчиков.

В конечном итоге эти три обстоятельства (сохранение многих элементов патриархального уклада жизни в силу природных и клима­тических условий; переход в христианскую религию; длительный опыт проживания в режиме осажденной крепости) привели к окончательному формированию Славянской ортодоксальной цивилизации с её повышен­ным уровнем коллективистского восприятия жизни. Это главный признак цивилизации, закрепленный на рефлексивном уровне сознания, важней­шая «коллективистская» константа локального взаимодействия в жизни людей.

Столкновение цивилизаций

В человеческих сообществах всегда существует преобладающая направленность целей и действий людей, своего рода генеральная стратегия поведения. Она обязательно проявляется на уровне рефлексов при формировании повседневного поведения людей, и её можно обозначить, как «стратегическую» усредненную по массиву людей константу локального взаимодействия. В разных цивилизациях такие усредненные константы рефлексивного восприятия могут существенно различаться.

Западная цивилизация. Общий уклад жизни Западной цивилизации характеризуют слова индивидуализм и потребление. Индивидуализм это приоритет личных интересов, это реализация принципа «каждый сам за себя», когда человек пробивается через толщу жизненных проблем, не слишком надеясь на родню и соседей. В результате формируется среда с высоким уровнем конкуренции. Главное содержание человеческой деятельности – активное участие в жесткой конкурентной борьбе. Кто сильней тот и прав. Пусть проигравший плачет. Это главный принцип жизни общества, усвоенный на рефлексивном уровне – «стратегическая» константа локального взаимодействия между людьми Западной циви­лизации. Высшим идеалом является победа над всеми возможными конкурентами, и даже мировое господство. Краткая оценка цивилизации – экспансия, экономическая и военная. В течение последних пяти столетий высокий уровень агрессии среди людей и государств, привел, с одной стороны, к высоким темпам развития в экономике и культуре Европы, а с другой стороны, к непрерывным войнам, к бесконечным потокам крови.

Славянско-ортодоксальная цивилизация несет четко выраженные следы патриархального уклада жизни своих древних предков. Главная особенность – повышенный уровень коллективистского восприятия жизни в народе. Это обеспечило спокойное совместное существование многочисленных народностей на огромной территории в течение тыся­челетия, позволило стране сохранять свой суверенитет и неоднократно отражать захватнические войны с Запада. «Стратегической» константой локального взаимодействия на Руси является приоритет коллективных интересов перед личностными на уровне рефлексов, устойчивое стрем­ление к сохранению самобытности государства-семьи, повышенному уровню дружелюбия и доброжелательности.

Отрицательная сторона такого уклада жизни – его консерватизм. Общинное существование на Руси давало достаточно стабильный уровень выживания, но связывало личную инициативу. Крупные рефор­мирования внутренней жизни – модернизации – чаще всего происходили в результате внешних воздействий.

Иудаизм. Это базовая религия евреев, которая определяет еще одну форму цивилизации. В телевизионных дискуссиях экспертов из разных стран политолог Якова Кедми постоянно повторяет, что главная жизненная инструкция еврейскому народу из Ветхого Завета это обязательный отпор всем врагам: «око за око, зуб за зуб». Нынешний Израиль наглядно демонстрирует этот принцип в действии. Исходя из такой рефлексивной точки зрения, политолог считает, что стратегия России в международных делах недостаточно решительна, склонна к различным примирениям, а излишняя доброжелательность вредит. Перед нами наглядный пример несовпадения двух ситуационных моделей по общей стратегии России.

Все базовые установки на рефлексивном уровне чрезвычайно устойчивы и служат основой жизни цивилизаций на продолжении многих поколений. Переход от одних установок к другим происходит очень редко и сопровождается морем пролитой крови. Великие европейские революции это наглядно демонстрируют.

Великие революции

Революционные события XVIII и XX веков существенно повлияли на организацию жизни всего мирового сообщества. В рамках «микро­скопического» подхода рассмотрим изменения, которые привнесли Великие революции в рефлексивные элементы сознания людей, как они изменили некоторые константы локального взаимодействия во всем мире.

Зарей XIX века стала Великая французская революция. Главным результатом всякой Великой революции является замена в широком массовом сознании одного стереотипа мышления, одного базисного понятия из правил взаимодействия между людьми на другое понятие. Великая французская революция разом перечеркнула казавшееся многие столетия совершенно естественным разделение людей на черную кость и голубую кровь (рефлексивный элемент сознания). Великая французская революция своей Декларацией прав человека четко сформу­лировала и ввела в массовое сознание новое представление о человеке – от рождения все люди равны (новый базовый элемент сознания).

У гражданина, твердо усвоившего такую истину, в корне изме­нилась вся манера поведения, все целевые установки. Для каждого открылась новая перспектива – оказывается все зависит только от тебя, так что – полный вперед! И мы видим юных героев романов Бальзака и Стендаля, приехавших из провинции в Париж и рвущихся к вершинам жизни. Жажда деятельности, опьянение деятельностью, и над всей этой вскипевшей волной энтузиазма голос Адама Смита: «Полная свобода частному предпринимательству!».

Этот лозунг сделался главным лозунгом XIX века. Результат оказался удручающим – произошел невиданный всплеск в деле эксплуатации человека человеком. Специалисты утверждают, что древний человек работал 2 – 3 месяца в году, в средние века человек не работал 200 дней в году. Календарь церковных праздников жестко обеспечивал выполнение этого правила. Век XIX побил все рекорды: рабочая неделя трудового люда возросла до 80 часов.

Всеобщая гонка за благами жизни резко расслоило общество на тех, кто их имеет, кто обладает капиталом, и тех, кто его не имеет. Тысячи и тысячи угнетенных и обездоленных твердили, вытирая слезы: «каждый человек имеет право жить как человек». Кто-то к ним прислушивался, кто-то сопереживал, но большая часть благополучных европейцев увлеченно отдавалась страстям свободного предпринимательства. Так продолжалось до Великой Октябрьской революции, которая провозгла­сила, что отныне пролетариат берет власть в свои руки и сам будет решать задачу социальной защищенности трудового человека. Грохот пушек Великого Октября прозвучал настолько решительно и громко, что мировое сообщество уже больше не могло игнорировать право каждого человека на достойную жизнь.

Массовые выступления пролетариата Западной Европы в 30 годы ХХ века позволили и им отстоять право на восьмичасовой рабочий день, оплачиваемые отпуска и различные социальные страхования. Теперь идея социальной защищенности людей стала определять главное направление развития всего мирового сообщества и вошла в партийные и госу­дарственные программы почти всех стран мира. Первая в мире государственная Конституция, утвердившая идеи социальной защищен­ности народа, была принята в 1936 году в СССР. Все эти события сформировали новый базовый элемент сознания людей в мировом масштабе и высоко подняли авторитет нашей страны.

Требования социальной защищенности людей со стороны госу­дарства сейчас кажутся совершенно естественными и обязательными к реализации, и как-то забывается, что именно Великий Октябрь привел к этим принципиально новым правилам организации жизни всего мирового сообщества. Слава Великой Октябрьской социалистической революции!

Таким образом, «микроскопический» подход при описании истори­ческих процессов позволяет более четко определить, например, смысл и значение Великих революций. При «феноменологическом» описании революций главное внимание уделяется деталям кровавого процесса смены власти.

Формирование и изменения рефлексивных элементов сознания в широких народных массах – это важнейший фактор, определяющий исторический путь развития человеческого общества. Несомненно, что усиление внимания к такому фактору будет способствовать более эффективному построению политики текущего дня в нашей стране.

Современный мир

Во многих случаях именно рефлексивные установки сознания, т. е. «константы локального взаимодействия», играют определяющую роль в оценке рассматриваемых ситуаций. Различия между понятиями людей из разных цивилизаций очень наглядно проявляются в телевизионных дискуссиях экспертов из разных стран. Каждый из участников таких встреч в рамках собственной ситуационной модели глубоко убежден в своей правоте, но чаще всего его оценки категорически не совпадают с мнением оппонентов.

Политолог из США Николай Злобин постоянно использует аргумент – как Россия может на что-то претендовать, если её эконо­мика это 1/10 от экономики США? Ведь всегда прав тот, кто сильнее. Со стороны ведущих политиков США постоянно звучат претензии на мировое господство и собственную исключительность. Это рефлексив­ные элементы сознания, которые лежат в основе политики всей Западной цивилизации.

Исходная установка на рефлексивном уровне – в конкурентной борьбе все должны двигаться только вперед, к победе. Но если возможности ограничены, а оппонент предлагает тебе добрососедские отношения, что тогда? Ответ - это предложение является провокацион­ной уловкой оппонента, перед его переходом в активное наступление, ведь он, по определению, всегда агрессор. Такой модели постоянно придерживаются эксперты из Польши.

Базовые рефлексивные установки оппонентов, т. е. «константы локального взаимодействия», это основа их политической позиции, и оспаривать в дискуссиях надо, прежде всего, эти установки.

Отличие российских и западнических принципов жизни хорошо осветил Б. Заходер в стихотворении «Диетология» [10 с. 72]:

Россияне на подсознательном уровне воспринимают соотечествен­ников через иерархическую призму, сами себя делят по сортам. Если для европейца с его самоуважением подметание улицы – это просто работа, то россиянина такая работа очень часто морально травмирует, так как подчеркивает его невысокий статус в социальной иерархии. Внешний вид человека также весьма важен, ведь «встречают по одежке». Большинство людей прикладывают много сил, чтобы хотя бы внешне достойно выглядеть. В стране сейчас эпидемия – погоня за дипломами о высшем образовании, даже фальшивыми. Ведь среди членов одной очень разрос­шейся семьи надо обязательно занять достойное место.

Важнейшее свойство членов нормальной семьи – это чувство единения, дружность. Высокий уровень коллективности на Руси в годины большой беды приводил к чрезвычайной сплоченности народа и позволял всегда побеждать внешних врагов. Примеры Отечественных войн 1812 г. и 1941 -1945 г. у нас перед глазами. Да и ныне жесткий наезд Запада на Россию привел на последних парламентских выборах к резко уси­лившейся поддержке центрального правительства. Ведь врагам надо дать отпор, а то они совершенно обнаглели, например, над нашими инвалидами издеваются, не пускают на Олимпиаду. Отношение к инва­лидам у православных всегда было особенным. Считается, как и всякий человек, каждый из них носитель божьей искры, и хорошо относится к ним богоугодное дело. Само их название, убогие, говорит о том, что они божьи люди, и издеваться над ними могут только нелюди. Это своеобразная российская «константа локального взаимодействия».

«У православных коллективистские моральные ценности состав­ляют важнейшую часть их духовного мира» [7].

Одна из особенностей коллективистского менталитета: если русский человек называет кого-то другом, то это действительно по-настоящему надежный товарищ. В английском обществе отношения между людьми обозначают специальным термином reserved – не слишком теплые [11 с. 662]. В диалоге с Западом проявление российского дружелюбия воспри­нимается как проявление слабости и обычно делается вывод о необходимости усиления давления на Россию и требование от неё все больших уступок.

В России всех обитателей планеты четко воспринимают как членов одной всемирной семьи, и это приводит к повышенному уровню друже­любия. В этом одна из причин развала, как СССР, так и Византии. В 90-е гг. в стране преобладало настроение: все мы одна семья и, без сомнения, соседи помогут нам преодолеть наши внутренние труд­ности, т. е. популярный в народе мотив: «заграница нам поможет». Запад ответил: а, конкуренты, сдаетесь. Наша нынешняя позиция – в переходе на повышенный уровень внутренней сплоченности и к тотальной самозащите. Излишнее дружелюбие подвело и православный Константинополь в 1204 году, принявший европейских рыцарей, как дорогих гостей, а они учинили полный разгром города.

По итогам Второй мировой войны именно СССР явился главным инициатором создания ООН для обеспечения стабильной, коллекти­вистской формы существования всего мирового сообщества. И сейчас Российская Федерация является активным проповедником идеи много­полярного мира. А Запад после развала Советского Союза резко усилил свои агрессивные устремления и в очередной раз объявил поход за мировое господство. Над миром висит проблема тесноты и пере­населения. Продолжать вести непрерывные захватнические войны, для удовлетворения индивидуалистских запросов отдельных государств, становится смертельно опасным для всего человечества. Должно возобладать коллективистское начало, и лидером в пропаганде и внедрении коллективистского начала в мире становиться Россия. Пришло понимание, что сильная Россия – гарант справедливости.

 

Список литературы:

  1. Иванова Н. журнал «Огонек» № 38, 1988.
  2. Мозговая организация мышления. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: studopeia.su/18 6947 mozgovaya-organizatsiya-mishleniya.html (Дата обращения: 06.12.2018).
  3. Импринтинг в психологии. [Электронный ресурс]. – Режим доступа:grc-eka.ru/eto/imprinting.html (Дата обращения: 06.12.2018).
  4. Емельянов Б.В. Борис Чичерин. — СПб.: Наука, 2016. — 247 с.ISBN: 978-5-02-039581-7.
  5. Тойнби А. Дж. Постижение истории. Сборник. / Пер. с англ. Е.Д. Жаркова, М., Рольф, 2001. — 640 с., ISBN 5-7836-0413-5.
  6. Прилепин, Захар. Не чужая смута. Один день – один год. / Захар Прилепин. - Москва: АСТ, 2015. – 666. ISBN 978-5-17-089798-8.
  7. Гибель империи: Византийский урок (2008). Фильм архимандрита Тихона (Шевкунова) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: ok.ru ideo/8430552457 (Дата обращения: 06.12.2018).
  8. Вайнберг С. Объясняя мир. Истоки современной науки. / Стивен Вайнберг: Пер. с англ. 2‑е изд. Альпина нон - фикшн, 2017, с 129. ISBN 978-5-91671-641-2.
  9. Cоловьев С.М. Чтения и рассказы по истории России. / Сост. и вступ. ст. С.С. Дмитриева - Москва: Правда, 1998. – 768 с.
  10. Заходер Б. Заходерзости / Борис Заходер – Москва: Эксмо, 2010 с. 72 ISBN 978-5-699-39126-4.
  11. Авен Петр. Время Березовского. \Петр Авен. - Москва: Издательства АСТ: CORPUS, 2018 с. 816 ISBN 978-5-17-1047691-7.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом