Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XLI-XLII Международной научно-практической конференции «Актуальные вопросы общественных наук: социология, политология, философия, история» (Россия, г. Новосибирск, 27 октября 2014 г.)

Наука: Политология

Секция: История социально-политических учений зарубежных стран

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Зеленский О.А. ИСТОРИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ И ЗНАЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ МАРСИЛИЯ ПАДУАНСКОГО // Актуальные вопросы общественных наук: социология, политология, философия, история: сб. ст. по матер. XLI-XLII междунар. науч.-практ. конф. № 9-10(40). – Новосибирск: СибАК, 2014.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ИСТОРИЧЕСКИЙ  КОНТЕКСТ  И  ЗНАЧЕНИЕ  ПОЛИТИЧЕСКОЙ  ФИЛОСОФИИ  МАРСИЛИЯ  ПАДУАНСКОГО

Зеленский  Олег  Александрович

канд.  филос.  наук,  старший  преподаватель  Московского  государственного  университета  экономики,  статистики  и  информатики  (МЭСИ),  РФ,  г.  Москва

E-mail:  zelenskiy87@yandex.ru

 

THE  HISTORICAL  BACKGROUNG  AND  THE  MEANING  OF  POLITICAL  PHILOSOPHY  OF  MARSILIUS  FROM  PADUA

Zelenskiy  Oleg

PhD,  senior  teacher  of  Moscow  state  university  of  Economics,  Statistics  and  Informatics  (MESI),  Russia,  Moscow

 

АННОТАЦИЯ

Данная  статья  посвящена  идеям  одного  из  творцов  современных  политических  теорий  —  Марсилия  Падуанского.  Проанализированы  ключевые  положения  его  сочинения  «Защитник  мира»,  рассмотрены  их  исторический  контекст  и  значение. 

ABSTRACT

This  article  deals  with  one  of  creators  of  contemporary  political  theories,  Marsilius  from  Padua,  and  his  ideas.  The  crucial  points  of  his  work  “The  Defender  of  the  Peace”  have  been  analized,  and  their  historical  background  and  meaning  have  been  discussed. 

 

Ключевые  слова:  папство;  схоластика;  средневековая  политическая  философия.

Keywords:  the  popes;  scholasticism;  political  philosophy  of  the  Middle  Ages.

 

В  политической  философии  эпохи  Возрождения  было  несколько  мыслителей,  с  именами  которых  был  связан  переход  от  старого  средневекового  мировоззрения  к  новому  политическому  мышлению.  С  точки  зрения  исследователя  П.Е.  Зигмунда,  ключевую  роль  здесь  играли  две  фигуры  —  Марсилий  Падуанский  и  Никколо  Макиавелли  [4,  c.  392].  Широко  известны  в  философских  кругах  труды  Никколо  Макиавелли,  прежде  всего,  его  работа  «Государь»,  однако  не  меньшее  влияние  на  своих  современников  оказала  работа  «Защитник  мира»  Марсилия  Падуанского,  которая,  несмотря  на  это,  упоминается  сегодня  гораздо  реже.  Но  именно  об  этой  работе  папа  Климент  VI  отзывался:  «мы  почти  никогда  не  читали  худшего  еретика,  чем  Марсилий»  [3,  с.  xi]. 

Северная  Италия  (или,  как  она  еще  тогда  называлась,  regnum  Italicum),  из  которой  происходил  Марсилий,  была  в  начале  XIV  века  ареной  жесткой  борьбы  между  Священной  Римской  империей  и  папством.  Папство  переживало  далеко  не  самую  простую  страницу  в  своей  жизни  (помимо  всего  прочего,  папская  резиденция  в  1309  году  была  перенесена  в  Авиньон  —  именно  здесь  они  пытались  найти  безопасное  прибежище  подальше  от  раздиравшей  Италию  борьбы  гвельфов  и  гибеллинов),  и  этим  попытались  воспользоваться  германские  императоры.  Не  способствовал  авторитету  папской  власти  и  нравственный  облик  римского  папы  Иоанна  XXII  (1316—1334)  —  о  нем  Данте  написал,  что  «три  зверя  гнездятся  в  его  сердце:  разврат,  беспощадность  и  скупость»  [1,  с.  161].  Впрочем,  переехав  в  Авиньон,  религиозные  иерархи  быстро  взялись  за  обустройство  своей  резиденции.  О  ней  Петрарка  писал,  что  «здесь  владычествуют  преемники  бедных  рыбаков  из  Галилеи.  Они  непонятным  образом  забыли  свои  истоки.  Велико  мое  изумление,  когда  я,  вспоминая  их  предков,  вижу  этих  людей,  отягощенных  золотом  и  облаченных  в  пурпур»  [2,  с.  269].  Главным  врагом  римского  папы  был  Людвиг  IV  Баварский,  победивший  в  борьбе  за  имперский  престол  в  1322  году  Фридриха  Австрийского.  Иоанн  XXII  же  оспаривал  права  Людвига  на  престол,  что  стало  причиной  беспрецедентного  до  того  времени  конфликта.  В  своей  Заксенхаузенской  апелляции  Людвиг  отрицал  право  римского  папы  решать  вопросы,  касающиеся  власти  в  Священной  Римской  империи,  а  папа  в  ответ  отлучил  Людвига  от  церкви.  На  этом  «еретик»,  однако,  не  успокоился  —  в  1329  году  он  вовсе  решается  на  прежде  немыслимый  шаг:  он  сам  осуждает  в  Пизе  Иоанна  XXII  в  ереси,  обращаясь,  правда,  не  к  самому  папе,  а  к  его  соломенному  чучелу. 

На  стороне  Людвига  выступили  Марсилий  Падуанский  и  Уильям  Оккам.  Близость  между  Людвигом  и  Оккамом  была  запечатлена  в  его  знаменитой  клятве  верности  императору:  «Ты  меня  защищай  мечом,  а  я  тебя  буду  защищать  словом!»  (Tu  me  defendas  gladio:  ego  te  defendam  calamo).  Не  менее  значительную  роль  заместителя  («викария»)  в  духовных  вопросах  Людвиг  отводил  Марсилию  [3,  xiii].  Это  неудивительно,  поскольку  работа  Марсилия  «Защитник  мира»  (Defensor  pacis),  созданная  в  1324  году,  стала  первым  серьезным  обоснованием  приоритета  власти  императора  над  папской  властью  в  решении  политических  вопросов.

Структурно  «Защитник  мира»  состоял  из  трех  неравных  по  своему  объему  рассуждений.  Ключевая  роль  среди  них  отводилась  первому,  где  Марсилий  пытался  опровергнуть  авторитет  папы  с  помощью  доводов  разума.  Главным  источником  для  него  была  прежде  всего  аристотелевская  «Политика»,  переведенная  на  латынь  несколько  десятилетий  перед  этим  Вильямом  из  Мербеке.  Аристотелевское  происхождение  имеет,  в  частности,  деление  на  «хорошо  организованные»  (bene  temperatae)  и  «порочные»  (vitiatae)  типы  правления[1].  Марсилий  строго  следует  Аристотелю,  выделяя  типы  установления  власти[2].

Центральное  место  в  работе  Марсилия  отводится  законодателю.  Рассуждая  по  поводу  категории  закона,  Марсилий  четко  разводит  два  понимания  закона  —  они  были  названы  материальным  и  формальным  аспектом  закона[3].  С  точки  зрения  материального  толкования,  закон  устанавливает  справедливое/несправедливое,  правильное/неправильное.  Хотя  это  понимание  закона  нельзя  отвергнуть  в  полной  мере,  закон  в  точном  смысле  этого  слова  Марсилий  определяет  как  установление,  правило,  которое  задано  законодателем  и  за  нарушение  которого  предназначены  определенные  меры  наказания.  Таким  образом,  Марсилий  отходит  от  рационалистической  теории  законности,  характерной  для  средневековой  эпохи,  и  делает  главный  акцент  прежде  всего  на  «действующей  причине»  закона.  При  этом  для  автора  «Защитника  мира»  кажется  нежелательным  передача  законодательной  власти  одному  человеку  или  узкому  кругу  лиц,  т.к.  они  могут  ошибиться  и  издать  плохие  законы.  Марсилий  много  раз  повторяет,  что  законодательная  воля  должна  принадлежать  всему  сообществу  или  его  сильной  части  (valentior  pars).  Это  отражает  преимущественно  республиканский  настрой  работы  Марсилия. 

С  большой  долей  вероятности,  учение  Марсилия  послужило  толчком  к  формированию  политической  теории  Оккама.  До  1324  года  у  Оккама  не  отмечается  никаких  антицерковных  политических  теорий,  а  в  то  жаркое  время  они  бы  обязательно  должны  были  подвергнуться  критике  [5,  c.  496].  Сайкс  пытается  показать,  что  многие  идеи  центрального  политического  сочинения  Оккама,  «Диалога»,  связаны  с  трактатом  Марсилия  [5].  И  тот,  и  другой  обсуждают  вопрос,  передавал  ли  Христос  апостолу  Петру  власть  над  остальными  учениками,  и  оба  дают  отрицательный  ответ,  причем  можно  установить  значительное  текстологическое  сходство  между  двумя  сочинениями.  Хотя  Сайкс  не  отвергает  возможности  использования  Оккамом  какого-либо  третьего  источника,  общего  для  обоих  авторов,  он  не  рассматривает  гипотезу  о  влиянии  «Защитника  мира»  на  «Диалог»  Оккама  как  совершенно  невероятную  [5,  c.  504],  тем  более  что  и  тот  и  другой  входили  в  ближний  круг  Людвига  Баварского.

Несомненно,  что  «Защитник  мира»  выступил  и  в  качестве  одного  из  главных  источников  реформационных  движений.  Более  того,  как  указывает  Стаут,  именно  Марсилий,  а  не  Макиавелли,  Уиклиф,  Эразм  или  Тиндаль,  заложил  идеологическую  основу  Английской  Реформации  [308].  Томас  Кромвель,  главный  идеолог  этого  движения  и  главный  советник  короля  Генриха  VIII,  был  хорошо  знаком  Defensor  Pacis  благодаря  множеству  существовавших  манускриптов,  и  он  был  одним  из  инициаторов  издания  перевода  сочинения  на  английский  язык  в  1535  году.  Выбор  не  был  случайным.  Антипапские  настроения  трактата  хорошо  сочетались  с  духовной  атмосферой  Англии  эпохи  Реформации,  идеал  приоритета  светской  власти  над  духовной  выражал  точку  зрения  Томаса  Кромвеля  в  отношении  сильного  централизованного  государства.  В  целом,  идея  Марсилия  о  том,  что  светская  власть  должна  регулировать  все  внутренние  вопросы  в  государстве,  не  могла  не  понравиться  Кромвелю.  Правда,  некоторые  положения  Марсилия  были  уточнены  в  угоду  сложившейся  обстановке:  в  частности,  в  переводе  был  исключен  раздел  о  наказании  несправедливого  правителя.  Кроме  того,  взгляды  Марсилия  были  далеки  от  абсолютистских,  хотя  он  и  допускал  в  качестве  крайнего  случая  единоличное  правление.

Трактат  также  оказал  значительное  влияние  и  на  развитие  последующих  социально-политических  теорий.  Он  пошел  дальше  средневековых  теорий,  либо  отдававших  первенство  папству,  либо  исходивших  из  параллелизма  светской  и  духовной  власти.  Трактат  ясно  показал  независимость  и  самодостаточность  светской  власти  в  решении  всех  своих  внутренних  проблем.  Указав  на  роль  воли  сообщества  в  установлении  законов,  Марсилий  заложил  основу  для  теории  «общественного  договора».  Указав  на  различие  между  материальным  и  формальным  аспектами  закона,  он  привлек  внимание  к  изучению  реального  процесса  законотворчества. 

 

Список  литературы:

  1. Гергей  Е.  История  папства.  М.:  Республика,  1996.  —  464  с.
  2. Норвич  Д.  История  папства.  М.:  АСТ,  2014.  —  606  [2]  с.
  3. Marsilius  of  Padua.  The  Defender  of  the  Peace//  Ed.  and  transl.  by  A.  Brett.  Cambridge:  Cambridge  University  Press,  2005. 
  4. Sigmund  Paul  E.  The  Influence  of  Marsilius  of  Padua  on  XVth-Century  Conciliarism//  Journal  of  the  History  of  Ideas.  —  Vol.  23,  —  №  3,  —  1962.  —  P.  392—402. 
  5. Sikes  J.G.  A  Possible  Marsilian  Source  in  Ockham//  The  English  Historical  Review.  —  Vol.  51,  —  №  203,  —  1936.  —  P.  496—504. 
  6. Stout  Harry  S.  Marsilius  of  Padua  and  the  Henrician  Reformation//  Church  History.  —  Vol.  43,  —  1974.  —  P.  308—318. 

 

[1]  Def.  Pac.  1,8,2.  Выделяя  правильные  типы  правления  (Pol.  iii,  1279a  27—31),  Аристотель,  однако,  упоминает  только  один  критерий  —  действие  в  интересах  общего  блага.  Однако  второй  критерий  Марсилия,  согласие  подданных  (букв.  в  тексте:  secundum  voluntatem  subditorum),  упоминается  в  другом  месте  работы  Аристотеля  (Pol.  iv,  1295a15—17),  когда  он  касается  монархии.  Марсилий  лишь  переносит  этот  принцип  на  все  «хорошо  организованные»  типы  правления.  Этот  принцип  согласия  впоследствии  был  положен  в  основу  теории  «общественного  договора». 

 

 

[2]  Def.  Pac.  1,9,4.  Ср.  Pol.  iii,  1284b  35  сл. 

 

[3]  Def.  Pac.  1,10,4.

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий