Статья опубликована в рамках: XIII Международной научно-практической конференции «Актуальные вопросы общественных наук: социология, политология, философия, история» (Россия, г. Новосибирск, 20 июня 2012 г.)

Наука: Философия

Секция: Философия и ее роль в современном обществе

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Марчук А.А. КАТЕХИЗИС ФИЛОСОФА // Актуальные вопросы общественных наук: социология, политология, философия, история: сб. ст. по матер. XIII междунар. науч.-практ. конф. – Новосибирск: СибАК, 2012.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

КАТЕХИЗИС ФИЛОСОФА

Марчук Алексей Алексеевич

канд. филос. наук, старший преподаватель Боровичского филиала НовГУ, г. Боровичи

E-mail: 

 

Катехизис (с греческого: поучение, наставление) — официальный вероисповедный документ какой-либо конфессии, наставление, книга, содержащая основные положения христианского (не обязательно) вероучения, часто изложенные в виде вопросов и ответов.

Думаю, что не только каждый преподаватель философии, но каждый человек, встающий на путь философии, должен, для себя в первую очередь, ответить на некоторые вопросы, прежде чем начать постигать глубины философского знания.

Для себя я сформулировал по крайней мере девять таких вопросов.

1.         Что такое философия?

Вполне достаточным, во всяком случае бесспорным, считаю определение, что философия есть любовь к мудрости. По сути каждая концепция философии есть попытка ответить на вопрос, что такое философия, даже если проблема обоснования философии не ставится. Множество определений философии связано, во-первых, с самодостаточностью предмета философии (она не имеет утилитарного применения, не направлена ни на что кроме как на саму себя), а во-вторых, с субъективностью философии (в философию может прийти каждый и найдёт в ней то, что нужно именно ему).

Лично для меня философия выражена двумя П: понятиями и принципами. Понятие есть форма мысли, в которой выражены сущностные признаки предмета. Это полностью согласуется с аристотелевским определением философии как науке о сущем, поскольку оно сущее. Принципы есть нерв философии. Принципы можно назвать аксиомами, но не абстрактными, а предельно конкретными, прочувствованными и выстраданными. Принципы есть те основания, на которых «стою и не могу иначе», поэтому принципы требуют не своего раскрытия через определение, как понятия, а формулировки императивов.

2.         Для чего нужна философия?

Сказать только, что философия прекрасна сама по себе, значит отделаться отговорками. Конечно же философия удовлетворяет определенные запросы и потребности людей. Например Антисфен на вопрос, что дала ему философия, ответил: «Умение беседовать с самим собой» [3, с. 216]. А Диоген Синопский на тот же вопрос отвечал: «По крайней мере готовность ко всякому повороту судьбы» [3, с. 233].

Как и наука (особенно математика), философия помогает научиться абстрактному рациональному мышлению, как и искусство (особенно музыка), она позволяет научиться воспринимать прекрасное, как и религия (вера) она является утешительницей, помогает ответить на духовные запросы человека, такие как поиск смысла жизни, поиск абсолюта, бесстрашие в отношении к смерти.

Значение философии может быть продемонстрировано через её функции. Мировоззренческая функция позволяет человеку сформиро­вать устойчивую мировоззренческую позицию. Методологическая функция говорит о том, что философия является теоретической основой для выработки научной методологии, органоном всякого научного знания. Коммуникативно-практическая функция, куда я включаю гуманистическую, этическую, прогностическую, воспитательную, идео­логическую, позволяет человеку существовать в гармонии с обществом, с другими людьми.

Философия может быть любимым развлечением человека, его хобби, как, например, чтение детективов или решение кроссвордов и головоломок. Философия повышает эрудицию, расширяет кругозор, позволяет поддержать разговор в обществе интеллектуалов и вообще полезна для общего культурного развития. Философия может стать путём к самосовершенствованию. Например, активный участник интернет-форума «Философский штурм» «Софокл» (Стас) занимается философией «для того, чтобы счастливых лиц на моём пути было гораздо больше, чем несчастных». Для меня же занятие философией помогает открывать новые смыслы, видеть связь вещей, лучше понимать себя, других, философские тексты, свои и чужие мысли и поступки. Философия развивает силу воображения, открывая каждый раз необычное и удивительное в привычном обыденном ходе событий.

3.         Зачем изучать идеи философов прошлого?

Всем, кто хоть как-то соприкасался с философией («проходил» курс философии в колледже или институте) известно, что дисциплина эта обычно подаётся как набор учений, концепций, представленных в историческом срезе. По сути дела постижение философии есть изучение истории философии. Кому из людей, не собирающихся связывать свою жизнь с философией, может быть интересным обзор чьих-то, как правило, не совсем понятных, идей и высказываний? Зачем изучать мысли кого-то, когда у самого на многие вопросы уже имеются собственные ответы? Вот, например, многие философы говорили и писали о счастье, но были глубоко несчастными людьми.

Изучать мысли философов прошлого нужно хотя бы потому, чтобы лишний раз не «изобретать велосипед». Смутные собственные мнения и представления уже четко сформулированы и обоснованы в философские доктрины, положения. К тому же из истории философии можно увидеть к чему эти положения могут привести. В «Дерзании духа» А.Ф. Лосев писал: «хочешь мыслить — бросайся в море мысли, в бездонный океан мысли. Вот и начнёшь мыслить. Сначала, конечно, поближе к берегу держись, а потом и подальше заплывай» [5, с. 10]. Берег, которого нужно держаться, и есть история философии.

4.         Почему философы так сложно излагают свои мысли?

Даже если все слова в философском тексте вроде бы понятны, чтение такого текста — задача весьма трудоёмкая. Пока дойдёшь до конца предложения, уже забываешь, о чём вообще шла речь. Зачем так сложно писать? Парадокс: сказанное метафорически, через образы, нарочито витиеватым языком кажется наиболее доступным и легко воспринимаемым. Написанное сухо, без каких-либо примеров и отвлечений дабы не исказить смысла, кажется вообще лишенным всякого смысла.

Как и любая наука философия имеет свой специфический понятийно-категориальный аппарат, который необходимо освоить. Часто подвергаясь гонениям со стороны власть имущих, философы выработали иммунитет в виде написания сложных абстрактно-научных текстов: вроде как к обществу, к власти никакого отношения не имеем, ничего не критикуем, ни к чему не призываем, а занимаемся чистой сухой наукой. Поэтому приходится читать между строк. Адекватное понимание требует исключения субъективизма и психологизма, настоящая философская мысль не может опираться на «житейские» примеры, на представления. Специфика философии такова, что направлена на постижение трансцендентного и трансцендентального.

Демокрит говорил: «Истина скрыта на дне глубокого колодца». Прочтя произведение Гераклита Сократ сказал, что нужен делосский ныряльщик, чтобы понять написанное. Истина как цель поисков философии не лежит на поверхности, разглядеть истину сквозь толщу тёмных вод очень сложно, это требует изменения себя самого, иного, непривычного взгляда на вещи.

5.         Почему философы таковы, каковы они есть?

Попробую составить социально-психологический портрет типичного философа, каким он представляется большинству людей. Во-первых, о рассеянности и неприспособленности философа к практической жизни ходят легенды, начиная со случая с Фалесом, засмотревшегося на звёздное небо и упавшего в колодец. В этом смысле я не отказываюсь от сравнения философа с деревенщиной (или лесным жителем), беспомощно и рассеянно озирающимся на потоки людей, занятых своими суетными делами.

Во-вторых, как правило, слова и поступки философов не поддаются объяснениям здравого смысла. Философ — не от мира сего, некий чудак, кажется, что он говорит вздор и занимается ерундой. Идеальный пример — образ Сократа в комедии Аристофана «Облака». И в наше время иногда приходится слышать: это какой же дури надо на­куриться, чтобы такое сказать. Из одних только курьёзов в биографиях философов можно составить немалый курс по истории философии.

В-третьих, философ — это принципиальный неудачник, аутсайдер. Причём он сам бежит от счастья, точнее от выгоды, от личной пользы. Наглядный пример — Серен Кьеркегор. Счастье философа не в «здешнем», не в привычном, а в «тамошнем». Трудно себе представить, чтобы кто-то стремился стать философом, в надежде получить хороший заработок, «теплое место» в этом мире или сделать себе карьеру.

Причиной такого восприятия философа как чудака и аутсайдера может быть то, что он знает «демоническое». Об этом очень хорошо сказано у М. Хайдеггера: «Под daimoniaздесь подразумевается всё то, что для погружённого в повседневные дела человека кажется «поразительным», «достойным удивления», и в то же время «нелёг­ким»... Это удивительное, это обнаруживающее себя в удивлении есть непривычное, то, что столь непосредственно принадлежит привычному, что его никогда нельзя объяснить из этого последнего» [6, с. 219].

6.         С чего начинается философия?

Впервые Платон в диалоге «Теэтет» устами Сократа сказал, что философу свойственно испытывать изумление. Оно и есть начало философии. Символ философии — богиня вестница Ирида (Радуга), именно она вопрошает о сущем. Ту же мысль, что философия — дочь удивления, воспроизводит Аристотель во второй главе первой книги «Метафизики»: «Ибо вследствие удивления люди и теперь и впервые начали философствовать...» [1, с. 10]. Это изумление есть нестерпимое желание человека слиться с единым, с сущим. Аристотелевская «Метафизика» начинается словами: «Все люди от природы стремятся к знанию» [1, с. 5]. Не стремится к знанию, не удивляется, а значит и не любит мудрость только абсолютный невежда или Бог (первый, потому что ему не нужна мудрость, второй, потому что она у него уже есть).

Однако Серен Кьеркегор решил иначе: философия — дочь отчаяния. Когда человеку невыносимо плохо, когда он оказался в тупике и нет никакой надежды на спасение, вот тогда и рождается философия. Великие идеи появляются, как правило, в моменты кризиса, в преддверии упадка культуры.

Принято считать, что философия возникла из мифологии. Мифы есть сказания о богах. Опять же по Аристотелю: «человек, который любит мифы, является до некоторой степени философом, ибо миф слагается из вещей, вызывающий удивление» [1, с. 10]. Философия вызывается к жизни божественным знанием, от которого человек испытывает подлинное, бесконечное удивление: «божественною является та из наук, которою скорее всего мог бы владеть бог, и точно так же — если есть какая-нибудь наука о божественных предметах... все науки более необходимы, нежели она (первофилософия), но лучше нет ни одной» [1, с. 11].

В жизни человека есть два божественных пути, два моста от человека к Богу: любовь и смерть, Эрос и Танатос. Они и есть два начала философии. Философия есть любовь к мудрости, желание родить в прекрасном.

«Любовь человека — это Огонь, пылающий в сердце, это Свет.

Любовь — сама жизнь. Она — основа всего. Основа мира и созидания. Без любви нет творчества. Любовь — творит Красоту и сама есть Гармония. Без любви человек теряет человечность, теряет связь с Богом. …» [4].

Только осознав свою смертность, конечность, человек задумывается о смысле жизни, начинает рассуждать. Мысль о том, что все мы смертны, рождает отчаяние и философствование. Философия есть искусство умирать, есть способ приуготовления себя к смерти. Смерть — разъединение, любовь — соединение с предметом любви. Никто не высказался о теме любви и смерти лучше чем Платон (смотри диалог «Пир» и миф об Эре в конце «Государства»).

7.         Несут ли философы ответственность за те идеи, которые творят?

Тождество мышления и бытия — стержень всей серьёзной философии, начиная с Парменида, можно понимать так, что как бытие, реальные условия человеческой жизни влияют на наши мысли, так и мысли влияют на нашу жизнь. Мысль в какой-то мере материальна. Кто как не философ, этот демиург (творец) умопостигаемого должен давать людям идеи, способные менять мир к лучшему? Но как-то пока не получается... То ли мысль слаба, то ли «хотели как лучше, а получилось как всегда». Иногда самые гуманные идеи оборачиваются на деле самым бесчеловечным воплощением. Возникает банальный вопрос: кто виноват.

Здесь есть несколько уклончивых вариантов ответа. Во-первых, идеология и её носители, искажающие философскую мысль. Хорошую цитату по этому поводу привёл Сергей Борчиков:

«Возглавляя партии и классы, лидеры вовек не брали в толк, что идея, брошенная в массы — это девка, брошенная в полк» (И. Губерман).

Во-вторых, виноваты дилетанты, проституирующие настоящую философию. Мало кто берёт на себя труд основательного изучения сложных философских идей. Куда как проще взять вырванную из контекста, не правильно понятую, но популярную идейку.

В-третьих, утверждается, что философия как и, например, квантовая физика принципиально отсечена от общей массы и доступна далеко немногим. Все три варианта и множество схожих с ними постулируют элитарность, чистоту философской мысли, её недоступность многим (толпе, массе). Тогда возникает резонный вопрос от масс к философам: а чего же не научили как надо.

Те же, кто ратует за народ, в противоположность сторонникам элитарного подхода, говорят о моральном долге и ответственности перед обществом.

Как учил ещё Аристотель, любая вещь имеет четыре причины: источник движения, цель, сущность и материя. Поскольку мысль не имеет материи в общепринятом смысле слова, то остаются три формаль­ных причины. Действительно, было бы полезным предварительно определить, из чего, для чего и в чём суть тех идей, которые творит философ, в первую очередь для самого философа. Философия не может быть самой для себя, так как тогда бы мышление мыслило само себя, а это удел Бога или абсолютного Ума по Аристотелю. Философия — не Мудрость и философы — не боги, а лишь скромные, но ревностные любители и почитатели Мудрости.

Также желательно прислушаться к совету Сократа, призывавшего прежде чем что-то сказать, просеять это через три сита: правды, добра и пользы.

Истина (по видимому она и является источником, целью и сутью философской мысли) приходит в абсолютной тишине, поэтому сохранить её в первозданной чистоте можно только в молчании, утаивая и скрывая, говоря словами М. Хайдеггера. Например, когда хочешь, чтобы что-то получилось, стараешься об этом никому не говорить заранее. Через молчание мысль во всей своей истине приходит к философу и подсознательно овладевает общественным мнением.

8.         Как можно изучать философию

Первое прикосновение к безбрежному океану философской мудрости вызовет у новичка скорее не удивление и восторг, а чувство уныния перед возможностью овладевать этим бескрайним наследием мыслящего духа. Но тот, кто всё-таки не устрашится и отправится в плавание по океану философии, может, на мой взгляд, выбрать одну из следующих стратегий.

Во-первых, можно составить себе внушительный список книг и концепций (разумеется, только самых важных), которые необходимо изучить, чтобы освоиться и не растеряться в пространстве философии. Конечно же здесь необходима определённая система и даже более менее точное распределение того, что нужно изучить по годам. Тем не менее, даже отобрав самое важное вряд ли хватит всей жизни, чтобы освоить такой огромный объём знаний.

Во-вторых, можно увлечься одной философской теорией, например марксизмом, затем, разочаровавшись в первой, увлечься другой теорией, например восточной эзотерикой, и так далее. Таким образом, с головой погружаясь то в одно, то в другое учение, можно постепенно стать профессионалом в нескольких областях философии.

В-третьих, можно выбрать одну философскую проблему и через поиски её решения постигать философское наследие. По преданию Эпикур приобщился к философии в 14 лет, когда старался понять, что есть хаос у Гесиода. Можно посвятить всю свою жизнь одной определённой теме в философии и стать в ней непревзойденным специалистом.

В-четвёртых, если посчастливится, можно постигать философию под руководством мудрого учителя или наставника, необязательно рядом живущего, им может быть мыслитель, живший много столетий назад.

В-пятых, постигать философию можно постепенно, поднимаясь по ступеням философского сознания, предложенным Сергеем Борчиковым: самодеятельное мышление, совокупная историко-философская мудрость, творческое философствование, создание философской парадигмы.

В-шестых, философию можно воспринимать как некоторые духовные упражнения (см. П. Адо «Духовные упражнения и античная философия»). К духовным упражнениям относятся философская медитация, чтение, понимание, внимание, память, созерцание, отстранённость от всего лишнего и преходящего, умение различать добро и зло, целеустремлённость, наконец, искусство жизни в гармонии с собой и миром. Многие духовные упражнения и практики можно найти у философов прошлого: в пифагорейской общине, у софистов, в школе стоиков и эпикурейцев и т. д.. Как и любыми упражнениями, духовными упражнениями следует заниматься регулярно, хотя бы каждый день, постепенно увеличивая нагрузку. Духовные упражнения требуют больших интеллектуальных усилий и концентрации внимания, поэтому, вряд ли получится заниматься духовным упражнением больше пяти минут. Зато такие регулярные занятия философией, позволят реализовывать истинные, а не мнимые цели, помогут разобраться в себе, почувствовать гармонию в мире, дадут силу, утешение и смысл жизни.

Можно выбрать одну из философских стратегий, а можно воспользоваться всеми или предложить свою, ведь как и в плавании каждый плывёт так, как ему удобнее. Но приобщиться к философии невозможно не научившись правильно читать. Чтение философии есть обращение внимания (см. В.В. Бибихин «Чтение философии»). Чтобы читать философию нужна любознательность, внимание, позволяющее сосредоточиться, вслушаться в текст, хорошая память, способная удерживать всю цепочку мыслей текста. Чтение философии ни в коем случае не должно быть предвзятым, субъективно-оценочным: читаю, потому что это мне близко и с этим согласен. Нельзя читать текст через своё мнение. Не следует также ставить себя на место автора. Читать философский текст, значит обращать внимание. Сам текст побуждает ставить вопросы к нему, но ответы находятся не в собственном или чужом толковании, а в самом тексте: вопрос, спровоцированный текстом, содержит указание на ответ, нужно только предельно внимательно вслушаться, вчитаться в текст.

9.         Что не есть философия или предрассудки относительно философии

Предрассудок — ложный, ставший привычным, суеверный взгляд на что-нибудь; мнение, предшествующее рассудку, усвоенное некритически, без размышления.

Предрассудок первый — философия есть совокупность мнений. Самый большой предрассудок относительно философии, считать её набором предрассудков (мнений). Мнение всегда чем-то обусловлено и предпосылочно. Не правильным будет сказать «это моё мнение» или «у каждого своё мнение». Если кто-то утверждает, что у каждого своё мнение, и претендует на истинность этого суждения, то должен согласиться и с истинностью мнения, что никто не имеет своего мнения. Мнение — непродуманное до конца, а значит расхожее, как-то принятое на веру суждение. Поэтому любое мнение есть нечто внешнее. Даже собственное мнение, отличающееся от общего есть всего лишь негативная реакция на общее мнение. Мнение нужно проверять на истину, но проверенное истиной мнение уже не является мнением. Короче, нельзя считать философией ни любое мнение, ни мнение философов, ни собственное мнение, ни истинное мнение.

Предрассудок второй: философия имеет много общего с религией. Сторонники этого мнения выдвигают аргумент: философия как и религия занята постижением трансцендентного. Поэтому многие философемы можно найти в религиозных доктринах и в эзотерических учениях. Но при этом забывают главное: философия — это, в первую очередь, критическое отношение ко всему, к любому авторитету, включая очевидность собственного Я.

Предрассудок третий: философия есть наука. Наверное, половина определений философии сводят её к науке. Философию как научную дисциплину преподают в ввузах, защищают кандидатские и докторские диссертации, сдают вступительный экзамен в аспирантуру по философии науки. Однако сама специфика философии указывает на её беспредметность. Любая наука имеет чётко определенный предмет, предметом философии может быть что угодно. Философия не содержит готовых истин, она скорее деятельность, чем собрание законченных универсалий. Ж. Делёз и Ф. Гваттари пошли ещё дальше: «Теперь, по крайней мере, мы видим, чем не является философия: она не есть ни созерцание, ни рефлексия, ни коммуникация, пусть даже она, бывало, и считала себя то одним, то другим из них, в силу способности каждой дисциплины порождать свои собственные иллюзии и укрываться за ею же специально наведенным туманом» [2, с. 15].

 Предрассудок четвёртый: философия есть искусство. Если философия не религия и не наука, то остаётся последнее: философия есть некое искусство. Действительно, чтобы философствовать, нужен определённый настрой, вдохновение, озарение. Важную роль в философии играет интуиция, воображение, творчество. Но нельзя забывать о строгости в философии (Э. Гуссерль «Философия как строгая наука»). Очень трудно всё время помнить о предпосылочности и обусловленности любых мнений и суждений.

Предрассудок пятый: философия имеет историческое начало. Принято считать, что философия зародилась в Древней Греции в VI веке до нашей эры, возникла она из мифологии в результате кризиса первобытно-общинного устройства и зарождения полисной системы, а первым философом называют Фалеса. И сразу же возникает множество вопросов. Почему именно Фалес, а никто-нибудь другой из семи мудрецов? Почему ни Пифагор, который по преданию впервые употребил слово «философ» (хотя само предание об этом факте возник­ло спустя несколько веков после того, как жил Пифагор)? Почему Греция, а не Древний Китай или Индия — родина философии? На это скажут, что именно в Греции сложился философский тип мировоззре­ния, а на Древнем Востоке был религиозно-мифологический. Но разве античные философы не прославляли богов? Разве не приписывают Фалесу изречение «всё полно богов»? Скажут, что философия связана с рациональным мировосприятием. Тогда за бортом философии оказывается экзистенциализм и все иррационалистические направления. Если философия имеет дело с вечными, непреходящими сущностями, то и сама она по своей природе вечна. Если философия имеет начало, то должна иметь и конец, тогда разговоры о смерти философии вполне справедливы. Философия никогда не начиналась, она была всегда: и у первобытных людей, и в высокообразованных обществах. Нация, общество, человечество может обнаружить у себя философию, но была и остаётся она всегда, потому что, по правде говоря, философствовать можно над чем угодно и когда угодно.

Могут спросить, что же тогда получается, философия не то, и не это, даже предмета своего не имеет и исторического начала, и мнения философов не столь уж важны. Получается, что пользы от философии никакой, однако каждый имеет право ставить собственные вопросы относительно философии и предлагать свои ответы на них.

PS

Многие считают главным философским вопросом, и чаще всего обращаются с ним к философам, вопрос о смысле жизни. Я не считаю его философским вопросом. Вопрос о смысле жизни имеет отношение к философии только в одном случае: занятия философией могут помочь человеку обрести или осознать смысл своего существования.

 

Список литературы:

  1. Аристотель. Метафизика. — Ростов-на-Дону: «Феникс», 1999. — 608 с.
  2. Делёз Ж., Гваттари Ф. Что такое философия? — М.: Институт экспериментальной социологии, СПб.: «Алетейя», 1998. — 288 с.
  3. Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов/Ред. тома и авт. встуи. ст. А.Ф. Лосев; Перевод М.Л. Гаспарова.— 2-е изд.— М.: Мысль, 1986.— 571 с.
  4. Константинова Н. О любви. (Противоречия современности) Эссе. [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://www.philosophystorm.org/nataly/1547
  5. Лосев А.Ф. Дерзание духа. — М.: Политиздат, 1988. — 366 с.
  6. Хайдеггер М. Парменид. — СПб.: «Владимир Даль», 2009. — 384 с.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий