Телефон: +7 (383)-312-14-32

Статья опубликована в рамках: LIX-LX Международной научно-практической конференции «Актуальные вопросы общественных наук: социология, политология, философия, история» (Россия, г. Новосибирск, 18 апреля 2016 г.)

Наука: История

Секция: Всемирная история

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Петров А.В. АЛЬВИЗЕ КОНТАРИНИ И ФАБИО КИДЖИ – ДВА ПОСРЕДНИКА НА ВЕСТФАЛЬСКОМ КОНГРЕССЕ // Актуальные вопросы общественных наук: социология, политология, философия, история: сб. ст. по матер. LIX-LX междунар. науч.-практ. конф. № 3-4(55). – Новосибирск: СибАК, 2016. – С. 26-31.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

АЛЬВИЗЕ КОНТАРИНИ И ФАБИО КИДЖИ – ДВА ПОСРЕДНИКА НА ВЕСТФАЛЬСКОМ КОНГРЕССЕ

Петров Александр Владимирович

аспирант кафедры новой и новейшей истории Уральского Федерального Университета им. Первого Президента России Б.НЕльцина,

РФ, г. Екатеринбург

ALVISE KONTARINI AND FABIO CIDGI – THE TWO MEDIATORS AT THE CONGRESS OF WESTPHALIA

Alexander Petrov

postgraduate science of student Ural federal University the name of The First president of Russia B.N. Yeltsin,

Russia, Ekaterinburg

 

АННОТАЦИЯ

Целью данной статьи является изучение жизненного пути двух дипломатов, которые оказали сильное влияние на ход Вестфальского конгресса. Их деятельность в той или иной степени повлияла на то, что были приняты именно такие нормы первой системы международных отношений, юридически закреплённые в Мюнстере и Оснабрюке.

ABSTRACT

The purpose of this article is to study the life path of the two diplomats, who had a strong influence on the course of the Congress of Westphalia. Their activities in varying degrees influenced by the fact that they were taken these are the norms of the first system of international relations, is legally recognized in Мünster and Оsnabrück.

 

Ключевые слова: дипломатия, посредничество, Вестфальский мир, католики, протестанты.

Keywords: diplomacy, mediation, congress of Westphalia, Catholics, Protestants.

 

Вестфальский конгресс обнажил наиболее сложные противоречия между теми государствами, которые принимали наиболее активное участие в Тридцатилетней войне. Возникающие споры надо было срочно на месте разрешать, во избежание их разгорания в более масштабные формы и как следствие срыва работы конгресса. Для такой тонкой дипломатической работы нужны были искусные мастера. Особенную ловкость в маневрировании между разными группировками проявили два итальянца – Фабио Киджи и Альвизе Контарини.

Они оба отличались быстрым умом и способностью к мгновенному анализу ситуации. Просчёт различных вероятных ходов стал для них обыденным делом. Практически все участники конференции отдавали дань их дипломатическим талантам. Мы решили рассмотреть, как же выглядело их взаимодействие – как пересекались каналы их деятельности. Чтобы лучше это понять. Рассмотрим вначале кратко их биографии.

Альвизе Контарини родился 23 апреля 1597 года в Венеции. Он происходил из древнего и знатного рода. Среди его родственников было восемь венецианских дожей. В возрасте 21 года он поступил на дипломатическую службу. Это было своего рода предопределённостью – ведь почти все его предки так или иначе служили Венецианской республике. Даровитый молодой человек обращает на себя внимание, и всего через пять лет после начала деятельности он становится участником Большого Совета Республики. Это был коллективный орган управления, избиравший дожей, их советников, а также сенаторов и членов Совета Десяти. В руках Большого Совета была сосредоточена практически вся полнота политической власти. В нём заседали представители финансовой и социальной элиты.

В 1623 году Контарини был назначен послом в Республику Соединённых Провинций. Спустя три года он был переведён в Англию, а в 1629 году стал послом во Франции. Перед отъездом в Париж Контарини получил инструкции – во чтобы то ни стало добиться союза между Францией и Венецией в борьбе за Вальтеллину. Вдоль этой долины проходила дорога, соединявшая Северную Италию с Германией и Тиролем. Подобное географическое положение сделало Вальтеллину предметом посягательств Габсбургов. Несмотря на то, что в 1626 году между Францией и Испанией был заключён Монсонский договор, который разрешал эту проблему, это была временная передышка. Через некоторое время военные действия вспыхнули с новой силой. Это угрожало экономическим интересам Венецианской республики. Контарини задействовал много ресурсов, чтобы убедить короля склониться на сторону альянса с Венецией, но ему удалось это сделать.

Ещё одним важным действием венецианского посла стало участие в отношениях между Францией и Швецией. В 1630 году Швеция вступает в Тридцатилетнюю войну. Поддержка Франции много значила для шведов. Но опытный дипломат Ришелье не спешил с решительными действиями. Он тщательно взвешивал все «за» и «против». Контарини не раз добивался аудиенции у кардинала, чтобы доказать ему, что поддержка Швеции будет выгодна Франции – и в военном, ив политическом отношении. Кардинал в конченом итоге согласился с послом, и 23 января 1631 года в Бервальде был подписан франко – шведский договор, определявший отношения двух стран в период войны. Шведский король Густав Адольф обязался держать в Германии тридцатитысячное войско, а французская сторона в лице кардинала Ришелье брала на себя расходы по содержанию этой армии [2, с. 141].

В 1632 году Альвизе Контарини был назначен послом при папском дворе. Здесь он прослужит четыре года, и его острый ум и наблюдательность станут причиной не только уважения, но и многих злословий, порождаемых ненавистью и завистью. В 1636 году его назначают послом при Великой Порте. Здесь он узнал о предстоящей мирной конференции в Мюнстере и Оснабрюке. 20 апреля 1643 года он был отправлен на Вестфальский конгресс. Ужк страдая к этому времени от подагры, Контарини отправился в путь. Здесь он встретился со вторым участником нашего рассказа.

Фабио Киджи не был новичком в дипломатических хитросплетениях. Он родился 13 февраля 1599 года в Сиене. Его отец был крупным банкиром, и Фабио приходился внучатым племянником Папе Римскому Павлу V. Любознательность и упорство Фабио ярко проявились уже в юные годы. Он любил читать, и часто пропадал в библиотеке университета Сиены. Киджи получил блестящее образование. В Сиенском университете Фабио получил три докторские степени – по праву, теологии и философии. Смышлёному юноше прочили большое будущее, и он не обманул надежды своих учителей. Впереди предстоял путь славы.

Чтобы продвигаться вперёд, Фабио избирает священническую деятельность, и весьма преуспевает на этом поприще. После получения сана он поступает на папскую службу. Его способности не остаются незамеченными. В 1627 году его назначают вице – легатом в Ферраре, а спустя два года Фабио становится секретарём Суда Апостольской Сигнатуры. Такой стремительный карьерный рост среди всего прочего может также говорить и о том, насколько большое значение придавалось талантам молодого Киджи.

В 1635 году Фабио Киджи был назначен епископом Нардо и инквизитором Мальты. Инквизиция в большинстве случаев ассоциируется с сожжением людей на костре и беспощадной охотой на ведьм, которая вылилась в преследование любого инакомыслия. На Мальте дворец инквизитора находился в Виттариозе. Прибыв на место, Фабио разбил во дворе небольшой сад. При дворце имелась тюрьма. Мрачные и ужасные слухи и легенды о том, как в подземельях пытали еретиков, как издевались над ними, ходят по Мальте и в наши дни. Но в некоторых источниках указывается, что инквизиция Мальты не была такой зверской, как её обычно представляют. За всё время своей работы этот орган никого не сжёг на костре. Помимо борьбы с еретиками, инквизиторы занимались разбором постоянных судебных тяжб между магистрами и рыцарями – быть может, это занятие целиком поглощало рабочее время служителей католической церкви. Хотя казни на Мальте, разумеется, случались – осуждённых вешали [5, c. 402].

В 1639 году Киджи получает новое назначение – папским нунцием в Кёльне. На этой должности он пробудет 12 лет, и проявит себя рьяным сторонником папской политики. На всех переговорах, где речь заводилась о необходимости уступок протестантам, Фабио яростно защищал интересы святого престола. В его понимании любая уступка еретикам – это удар в спину церкви. Именно его приверженность интересам католицизма и дипломатические способности побудили Ватикан отправить на переговоры именно Фабио Киджи. В 1644 году, по дорогам, разорённым Тридцатилетней войной, папский нунций отправился в Вестфалию защищать интересы католиков в Мюнстере и Оснабрюке, имея при себе предписание – ни в коем случае не допускать усиления протестантизма, и всячески способствовать росту влияния Папы Римского.

На Вестфальском конгрессе Фабио Киджи и Альвизе Контарини посмотрели друг другу в глаза. Они прибыли на эту конференцию, преследуя разные цели. Французские дипломаты считали, что Киджи умеет грамотно вести переговоры, а вот Контарини, по их мнению, занимал явную проимперскую позицию [1, c. 26].

Уже вскоре Контарини выпало сыграть роль посредника, причём помогал он французским дипломатам! В апреле 1644 года в «Газетт де Франс» было опубликовано обращение главы французской миссии графа д,Аво к имперским князьям. В обращении говорилось о том, с каким удивлением французы увидели, что не представлено каждое сословие на конгрессе. Также там было сказано, что сословия должны принять участие в конференции, ибо только через их свободу Франция может гарантировать собственную безопасность. Эта публикация вызвала настоящий шок. Граф Нассау заявил, что в этой заметке содержались нелицеприятные выпады в адрес императора. Фабио Киджи также выказал своё недовольство. Д,Аво и Абель Сервьен покинули Мюнстер и направились в Гаагу. 19 июня 1644 года они отправили письмо Контарини, в котором обсуждались условия возвращения.

Казалось бы, странно – ведь они не были союзниками Альвизе в начале мирных переговоров. Но не следует забывать, что французы, как и Контарини, были намерены добиваться уступок протестантам. Эта общая линия их действий вполне могла сделать их временными союзниками.

Подобная ситуация резко не устраивала Фабио Киджи. Ему не очень импонировало возвращение французских дипломатов, да и временный союз между ними и венецианским посланником навряд ли был пределом его мечтаний. В личной беседе с венецианцем он резко раскритиковал его действия. В дальнейшем их планы ещё будут пересекаться, и каждый раз будет идти беспощадная интеллектуальная битва, которая должна была выявить, кто всё – таки более искусно и полно выполнить поставленные перед ним правительством цели: посланец Венецианской Республики или папский нунций.

Следующим камнем преткновения стал вопрос о Пфальце. 11 июня 1645 года Франция и Швеция предложили наконец имперской делегации свои соображения. Они требовали восстановления в Германии положения, которое было в 1618 году. Все сделки или аресты, произведённые после 1618 года, предлагалось признать недействительными. Контарини пытался прояснить ситуацию с Пфальцем, поскольку намеревался вывести его за пределы условий 1618 года. Но французы не стали вести разговоры, сказав, что нужно дождаться герцога де Лонгвиля.

Герцог прибыл в Мюнстер 30 июня 1645 года, и между Контарини и Киджи возникло противостояние по поводу … порядка экипажей! Между Альвизе и князьями возникли серьёзные споры по вопросу о том, в каком порядке должны стоять кареты. Фабио без успеха пытался разрешить этот спор. В конце концов, де Лонгвиль согласился сделать своё прибытие менее торжественным, на чём настаивал папский посланник [3, c. 161]. Контарини угрожал, что в случае невыполнения его требований он уедет.

Но в наиболее острой форме противоречия между этими дипломатами проявились во время дебатов, которые разразились во время обсуждения французских территориальных требований. Делегация императора оказалась в дипломатической изоляции: практически все курфюрсты заявили о поддержке французских притязаний. На стороне императора была только Испания. Фабио киджи поддержал испанскую сторону, заявив, что Франция своими попытками помочь шведам захватить церковные земли несёт угрозу католичеству. Альвизе Контарини осудил заявления нунция, сказав, что в сложившейся ситуации мир нужен любой ценой. Это было их самое жёсткое противостояние за время конгресса. И в этом споре объективно победил Альвизе Контарини.

24 октября 1648 года был подписан Вестфальский мирный договор. Протестанты получили право на свободу вероисповедания, а также ряд других привилегий. Возмущение папы римского по этому поводу осталось без ответа. А как дальше сложилась жизнь Альвизе и Фабио?

В августе 1649 года Контарини отправился во Францию в качестве посредника на переговорах с Испанией. Но подагра вынудила его вернуться домой. 27 января 1651 года он был избран историографом Республики, а 11 марта скончался.

Фабио Киджи в 1655 году был избран Папой Римским, приняв имя Александра VII. Он был известен как меценат и, как отмечали современники, мало заботился о делах церкви, а больше о своём спокойствии. Умер он 22 мая 1667 года.

Так прожили свою жизнь эти два государственных деятеля, чьи пути однажды пересеклись. Они были по разные стороны баррикад, но до конца боролись за свои принципы.

 

Список литературы:

  1. Беляев М.П. Французская и имперская дипломатия в поисках мира. Из истории вестфальского мирного конгресса. – М., ИВИ РАН, 2000. – 133 с.
  2. Веджвуд Вероника Сесилия. Тридцатилетняя война. – М., «Астрель», 2012. – 636 с.
  3. Ивонина Л.И. Мазарини. – М., «Молодая гвардия», 2007. – 301 с.
  4. Мусский И.А. 100 великих дипломатов. – М., «Вече», 2004. – 608 с.
  5. Норвич Джон. Срединное море. – М., «Астрель», 2011. – 799 с.
  6. Тешке Бенно. Миф о 1648 годе: класс, геополитика и создание современных международных отношений. – М., Издательский дом Гос. Университета, 2011. – 416 с.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом