Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: II Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы психологии личности» (Россия, г. Новосибирск, 01 февраля 2010 г.)

Наука: Психология

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции, Сборник статей конференции часть II

Библиографическое описание:
Струкова М. Особенности субъектно-личностного статуса сотрудников ОМОН // Актуальные проблемы психологии личности: сб. ст. по матер. II междунар. науч.-практ. конф. № 2. Часть II. – Новосибирск: СибАК, 2010.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов
Статья опубликована в рамках:
 
Выходные данные сборника:

 

Особенности  субъектно-личностного  статуса  сотрудников  ОМОН

Струкова  М.А.

Аспирант  ГАУГН  ИП  РАН  г.  Москва 

Е-mail: 

 

Вклад  субъектных  факторов  в  предотвращение  психической  травматизации  и  минимизацию  тяжести  ее  последствий,  безусловно,  велик.  Что  касается  субъектно-личностных  особенностей,  снижающих  риск  развития  посттравматического  стрессового  состояния,  то  достоверно  установлена  позитивная  роль  только  интернальной  локализации  субъективного  контроля,  низкого  уровня  личностной  тревожности  и  нейротизма  [2].  Этот  факт,  однако,  хорошо  согласуется  с  данными  других  зарубежных  исследований  [6].  Участие  в  боевых  операциях  по  силе  своего  воздействия  и  характеру  проявления  негативных  последствий  относится  к  числу  наиболее  тяжелых  стрессоров.  Война  требует  от  людей  действий  по  правилам  боевой  обстановки  и  жизнь  человека  в  военной  ситуации  приобретает  совершенно  особую  значимость.  После  возвращения  из  зоны  боевых  действий  субъекту  приходится  заново  воссоздавать,  с  учетом  травматического  опыта,  целостную  систему  ментальных  репрезентаций,  корректировать  систему  восприятий  и  самовосприятий,  восстанавливать  утраченные  смыслы  [2,5,1].  В  результате  индивиду  с  серьезными  посттравматическими  психологическими  проблемами  требуется  много  усилий  по  контролю  над  травмой,  что  отражается  на  успешности  его  функционирования,  в  том  числе  и  в  профессиональной  сфере  [4].

В  настоящее  время  нами  проводится  психологическое  исследование  с  участием  спецподразделений  ОМОН  Ставропольского  края.  В  исследовании  субъектно  –  личностных  качеств  (до  участия  в  спецоперациях  и  приобретения  травматического  опыта)  принял  участие  31  сотрудник  ОМОНа,  причем  обследование  на  этом  этапе  будет  продолжаться.  Обследуемые  –  сотрудники  1  года  службы.  Средний  возраст  на  данный  момент  –  24,4  года. 

В  исследовании  применялась  шкала  оценки  влияния  травматического  события  ШОВТС  (Impact  of  Event  Scale-R-IES-R)  Горовица.  Шкала  получила  распространение  в  нашей  стране  в  начале  1990-х  гг.  С  помощью  неё  были  изучены  психологические  последствия  аварии  на  ЧАЭС.  Ряд  исследований  проведён  на  ветеранах  войны  в  Афганистане[3].  С  помощью  шкалы  Горовица  можно  выявить  преобладание  тенденции  избегания  или  вторжения  (навязчивого  воспроизведения)  травматического  события.  Для  полного  оценивания  реагирования  на  травматические  события  анализируется  характер  реакции  в  области  симптомов  гипервозбуждения.  Результаты  статистического  анализа  показали,  что  преобладающей  реакцией  на  травматические  события  у  сотрудников  ОМОН  является  реакция  избегания  М=5,23;  SD=5,75[7].

Можно  с  уверенностью  утверждать,  что  у  сотрудников  учебной  части  ОМОН  преобладает  реакция  избегания  травматического  события,  включающая  попытки  смягчения  или  избегания  переживаний,  связанных  с  травматическим  эпизодом,  а  также  снижение  реактивности. 

Наряду  с  методикой  ШОВТС  для  исследования  субъектно-личностных  качеств  применялся  опросник  для  диагностики  уровня  локализации  субъективного  контроля  Роттера–Бажина  (УСК)  и  адаптированный  вариант  методики  Айзенка  EPI.

Результаты  статистического  анализа  локализации  субъективного  контроля  у  сотрудников  ОМОН  показали,  что  уровень  интернальности  оказался  самым  высоким  по  шкале  «интернальность  в  области  достижений».  Вместе  с  тем  мы  получили  низкие  показатели  по  шкалам:  «интернальность  в  области  неудач»  и  «интернальность  в  отношении  здоровья  и  болезни».

Таблица  1.  Показатели  средних  значений  сотрудников  ОМОН  по  методике  УСК  Роттера-Бажина  и  методики  Айзенка  EPI). 

Шкалы

М

SD

УСК

N=31

 

1.ИО

38,33

17,25

2.ИД

16,20

6,30

3.ИН

5,43

6,91

4.ИС

5,70

7,72

5.ИП

11,67

8,81

6.ИМ 

5,23

3,56

7.ИЗ

2,20

2,95

Методика  EPI

 

 

шкала  психотизма

3,97

2,19

шкала  экставерсии-интраверсии

16,90

2,68

шкала  нейротицизма

5,20

2,68

шкала  искренности

14,00

4,21

Обозначения:  М-среднее  значение,  SD-стандартное  отклонение. 

Таким  образом,  на  основании  данных,  по  методике  УСК  мы  можем  предположить,  что  большинство  важных  событий  в  жизни  сотрудников  МВД  -  результат  их  собственных  действий  и  этими  событиями  можно  управлять.  Они  чувствуют  ответственность  за  то,  как  складывается  их  жизнь  в  целом.  Силовики  ОМОНа  считают,  что  сами  добились  всего,  что  было  и  есть  в  их  жизни  и  они  способны  с  успехом  добиваться  своего  в  будущем.  Вместе  с  тем  сотрудники  ОМОН  склонны  приписывать  ответственность  за  эмоционально  отрицательные  события  другим  людям  или  считать  таковые  результатом  невезения.  В  то  же  время  считая  себя  ответственными  за  события,  происходящие  в  их  семейной  жизни  не  считают  себя  ответственными  за  свое  здоровье  и  надеется,  что  выздоровление  придет  в  результате  действий  других,  прежде  всего  врачей. 

Наряду  с  методикой  УСК  силовикам  предъявлялся  личностный  опросник  (адаптированный  вариант  методики  Айзенка  EPI).

Исходя  из  полученных  данных  по  этой  методике  можно  утверждать,  что  в  группе  ОМОН  преобладают  экстраверты  с  ярко  выраженной  тенденцией  представлять  себя  в  лучшем  свете. 

Вклад  субъектных  факторов  в  недопущение  развития  психической  травматизации  и  снижение  тяжести  ее  последствий  имеет  существенное  значение.  Доказано,  что  такие  индивидуально-психологические  особенности  и  личностные  черты,  как  низкий  уровень  интернальности  субъективного  контроля,  нейротицизм,  интровертированность,  повышают  риск  развития  неблагоприятных  последствий,  связанных  с  пребыванием  в  травматической  ситуации  [2,8].  На  основании  нашего  исследования  можно  прогнозировать,  что  риск  развития  неблагоприятных  последствий  в  условиях  пребывания  травматического  стресса  у  сотрудников  ОМОН  менее  вероятен.  Об  этом  свидетельствуют  данные,  полученные  на  основании  опросника  Айзенка  EPI.  Однако  высокие  показатели  по  шкалам  интернальности  в  области  неудач  и  в  отношении  к  здоровью  говорят  об  обратном.  Это  можно  объяснить  малым  количеством  выборки  на  данном  этапе. 

Важно  отметить,  что  исследование  субъектно-личностного  статуса  сотрудников  ОМОН  продолжается.  Предполагается  провести  трёхэтапное  лонгитюдное  исследование.  Наряду  с  личностными  методиками  сотрудникам  силовых  подразделений  предъявляется  блок  на  выявление  посттравматической  симптоматики  и  тяжести  боевого  опыта.

Таким  образом,  нам  предстоит  выяснить,  какие  же  субъектно-личностные  качества  помогают  предотвратить  развитие  посттравматического  стрессового  состояния.

 

Список  литературы:

1.Зеленова  М.Е.  Травматический  психологический  стресс  и  профессионально-регулятивная  функция  Я-концепции  //  Профессиональная  пригодность:  субъектно-деятельностный  подход  /Под  ред.  В.А.  Бодрова.  –  М.:  Изд-во  ИП  РАН,  2004.  –  С.177-192.

2.Зеленова  М.  Е.  Успешность  посттравматической  стрессовой  адаптации  и  особенности  профессионального  самосознания  у  ветеранов  боевых  действий  в  Афганистане  //  Ежегодник  РПО  /  Материалы  3-го  Съезда  РПО  «Психология  и  культура»,  25-28  июня.  –  Спб.,  2003.  –  С.15-18  (в  соавт.  с  Е.О.Лазебной).

3.Лазебная  Е.О.,  Зеленова  М.Е.  Особенности  субъективного  контроля  и  успешность  посттравматической  стрессовой  адаптации  ветеранов  боевых  действий  в  Афганистане.  /  Психология  созидания  (ежегодник  Российского  психологического  общества),  том  7,  вып.  1.  –  Казань,  2000.  –  С.  179-182.

4.Лазебная  Е.О.  Посттравматическая  стрессовая  адаптация  как  системный  процесс  /  Современная  психология:  состояние  и  перспективы  исследований.  –  М.:  ИП  РАН,  2002.  –  С.83-95.

5.Лазебная  Е.О.  Травматическая  стрессовая  ситуация  и  посттравматический  адаптационный  процесс  //  Психология  психических  состояний  /  Под  ред.  А.О.Прохорова.  –  Казань,  2002.  –  С.387-399.

6.Лазебная  Е.О.,  Зеленова  М.Е.  Экспериментально-психологическое  изучение  динамики  посттравматической  стрессовой  адаптации  участников  боевых  действий  /  Индивидуальный  и  групповой  субъекты  в  изменяющемся  обществе.  –  М.:  ИП  РАН,  1999.  –  С.96-98.

7.Тарабрина  Н.В.  Практикум  по  психологии  посттравматического  стресса.  –  СПб:  Питер,  2001.

8.Shalev  A.Y.  Stress  versus  traumatic  stress:  from  acute  homeostatic  reactions  to  chronic  psychopathology.  Traumatic  stress:  the  effects  of  overwhelming  experience  on  mind,  body,  and  society  (eds.Van  der  Kolk,  McFarlane,  Weisaeth),  N.Y.  –  L.:  The  Guilford  Press,  1996,  77-101.

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий