Статья опубликована в рамках: XLVII Международной научно-практической конференции «Личность, семья и общество: вопросы педагогики и психологии» (Россия, г. Новосибирск, 15 декабря 2014 г.)

Наука: Психология

Секция: Общая психология и психология личности

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Кабанов К.В., Маркелова А.М. ОСОБЕННОСТИ ИДЕНТИЧНОСТИ ПОДРОСТКОВ В ЗАВИСИМОСТИ ОТ УРОВНЯ СЕТЕВОЙ АКТИВНОСТИ // Личность, семья и общество: вопросы педагогики и психологии: сб. ст. по матер. XLVII междунар. науч.-практ. конф. № 12(47). – Новосибирск: СибАК, 2014.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ОСОБЕННОСТИ  ИДЕНТИЧНОСТИ  ПОДРОСТКОВ  В  ЗАВИСИМОСТИ  ОТ  УРОВНЯ  СЕТЕВОЙ  АКТИВНОСТИ

Кабанов  Кирилл  Валерьевич

канд.  психол.  наук,  доцент  кафедры  психологии  развития  и  образования  Калужского  государственного  университета  имени  К.Э.  Циолковского,  РФ,  г.  Калуга

Е-mail: 

Маркелова  Анастасия  Михайловна

преподаватель  Муниципального  бюджетного  общеобразовательного  учреждения  средней  общеобразовательной  школы  №  3,  РФ,  г.  Обнинск

Е-mail:  

 

FEATURES  OF  IDENTITY  OF  TEENAGERS  DEPENDING  ON  THE  LEVEL  OF  THEIR  NETWORK  ACTIVITY

Kirill  Kabanov

candidate  of  Psychological  Sciences,  Associate  professor  of  Chair  of  Developmental  and  Educational  Psychology,  Kaluga  State  University  named  after  K.E.  Tsiolkovsky,  Russia,  Kaluga

Markelova  Anastasia

teacher  of  Municipal  budgetary  educational  institution  of  high  comprehensive  school  №  3,  Russia,  Obninsk

 

АННОТАЦИЯ

Представлены  результаты  эмпирического  исследования  влияния  уровня  активности  в  социальных  сетях  на  особенности  формирования  идентичности  подростков.  Показано,  что  у  подростков,  активно  пользующихся  социальными  сетями,  обнаруживается  тенденция  к  формированию  однобокой,  «размытой»  и  несогласованной  идентичности,  тогда  как  малоактивные  в  социальных  сетях  подростки  обладают  более  дифференцированной,  сбалансированной  и  согласованной  идентичностью.

ABSTRACT

Results  of  empirical  research  of  influence  of  level  of  social  network  activity  on  feature  of  formation  of  identity  of  teenagers  are  presented  in  the  article.  It  is  shown  that  teenagers,  who  actively  use  social  networks,  have  a  tendency  to  formation  of  the  one-sided,  "indistinct"  and  not  coordinated  identity  whereas  it  is  low-active  teenagers  on  social  networks  possess  more  differentiated,  balanced  and  coordinated  identity.

 

Ключевые  слова:  активность  в  социальных  сетях;  идентичность;  согласованность  идентичности;  подростки.

Keywords:  social  network  activity;  identity;  identity  coherence;  teenagers.

 

Неопределенность  психологических  последствий  повсеместного  распространения  и  активного  пользования  социальными  сетями  в  настоящее  время  вызывает  повышенный  интерес  психологов,  социологов  и  педагогов  к  этой  проблеме.  Медиапсихологи  уже  сейчас  предсказывают,  а  некоторые  даже  констатируют,  изменение  под  влиянием  сетевой  активности  не  только  чувственного  опыта  человека  и  протекания  его  познавательных  процессов,  но  и  специфики  формирования  его  личности  и  прежде  всего  идентичности  [1;  3;  4;  5].  Действительно,  виртуальность  взаимодействия  в  социальных  сетях  делает  социальную  активность,  в  которой  традиционно  происходит  формирование  идентичности  человека,  анонимной,  поверхностной,  ни  к  чему  не  обязывающей,  практически  не  ограниченной  какими-либо  социальными  нормами.  Следствием  этого  становится  еще  большее  размывание  идентичности,  и  без  того  свойственное  информационной  эпохе,  аморфность,  неопределенность  представлений  человека  о  себе,  затрудняющая  определение  своего  места  в  социальном  пространстве  [2;  7;  9].

Последнее  особенно  важно  для  подростков,  еще  не  вступивших  во  взрослую  жизнь,  но  уже  претендующих  на  определение  собственного  жизненного  пути.  Подростковое  взросление  характеризуется  активным  самоопределением,  поиском  своего  места  в  мире,  в  обществе,  в  системе  социальных  ролей,  а  также  расширением  осознания  своих  особенностей,  способностей  с  точки  зрения  соответствия  требованиям  социума.  Молодой  человек  должен  чувствовать  связь  между  тем,  кем  он  стал  за  долгие  годы  детства,  и  тем,  кем  он  может  предположительно  стать  в  будущем,  между  его  собственным  представлением  о  себе  и  тем,  каким  его  видят,  по  его  мнению,  окружающие  [11].  В  виртуальном  пространстве,  в  отличие  от  реальной  жизни,  необходимость  отстаивать  свою  идентичность,  бороться  за  право  членства  в  группе,  примирять  между  собой  различные  социальные  роли  для  подростка  не  столь  очевидна.  Он  может  с  легкостью  вступить  или  выйти  из  той  или  иной  группы  или  состоять  в  противоречащих  друг  другу  сообществах,  представлять  себя  в  сети  не  таким,  какой  он  есть,  а  таким,  каким  хочет  казаться  и  т.  д.,  что  может  привести  к  размыванию  идентичности  или  же  к  формированию  несогласованной,  спутанной  идентичности.  Между  тем  именно  формирование  согласованной  идентичности,  согласно  ведущему  исследователю  в  области  психологии  и  психопатологии  идентичности  Эрику  Эриксону,  является  результатом  удачного  протекания  кризиса  подросткового  возраста  и  главной  задачей  последнего.  При  его  неблагоприятном  протекании  формируется  несогласованная  (или  спутанная)  идентичность,  сопряженная  с  мучительными  сомнениями  относительно  себя,  своего  места  в  группе,  в  обществе,  с  неясностью  жизненной  перспективы  [12].

В  связи  с  этим,  современными  теоретиками  медиа  все  чаще  и  чаще  высказываются  опасения  относительно  влияния  на  формирование  идентичности  подростков  злоупотребления  ими  активностью  в  социальных  сетях  [4;  10].

Исходя  из  этого,  целью  нашего  исследования  стало  выявление  особенностей  идентичности  подростков  с  разными  уровнями  сетевой  активности.  Прежде  всего,  нас  интересовала  степень  согласованности  идентичности  подростков  в  зависимости  от  уровня  их  сетевой  активности.

Исследование  проводилось  на  базе  «Муниципального  бюджетного  общеобразовательного  учреждения  средней  общеобразовательной  школы  №  3»  г.  Обнинска.  В  нем  приняло  участие  52  человека,  из  них:  25  девушек  и  27  юношей.  Возраст  испытуемых  —  от  13  до  15  лет.

В  качестве  социальной  сети,  в  которой  мы  регистрировали  пользовательскую  активность  испытуемых,  была  выбрана  сеть  «Вконтакте»,  поскольку  она  пользуется  наибольшей  популярностью  среди  российских  подростков.  Для  определения  уровня  сетевой  активности  нами  собирались  и  систематизировались  количественные  данные  по  следующим  показателям,  отражающим  наиболее  специфичные  виды  активности  в  данной  социальной  сети:  друзья,  подписчики,  группы,  интересные  страницы,  альбомы,  фотографии,  отметки  на  фото  друзей,  комментарии  в  альбомах,  постов  и  репостов  на  стене.

Далее  мы  сформулировали  критерии,  которые  позволили  бы  нам  определить  степень  согласованности  идентичности  испытуемых,  составивших  нашу  выборку.

В  качестве  таковых  мы  выбрали:

значимость  разных  сфер  социального  существования   (семья,  друзья,  хобби  и  увлечения,  учеба  и  т.  д.);

равнозначность  индивидуальных  и  социальных  характеристик ,  которые  человек  выделяет  в  себе  (человек  не  обособляет  себя  от  социума,  но  и  не  обезличивается  принадлежностью  к  определенной  группе);

связь  индивидуальных  и  социальных  качеств  и  характеристик   (человек  не  представляет  себе  своего  индивидуального  развития  вне  социального  развития).  Например,  я  прогрессирую,  совершенствуюсь  не  лично  (становлюсь  умнее,  красивее  и  т.  д.),  но  как  носитель  определенной  социальной  роли  (спортсмен,  художник,  музыкант,  геймер,  начинающий  исследователь  и  т.  д.).

Эти  данные  мы  получили  из  методик  «Кто  Я?»  М.  Куна  в  модификации  Т.В.  Румянцевой  [8]  и  рисуночной  методики  «Я  и  Другие»  Е.И.  Изотовой  [6].  Они  позволили  нам  оценить:  количество  описаний  себядифференцированность  категорий  (количество  категорий  описания  себя),  сбалансированность  идентичности  (равномерность  представленности  категорий  личной  и  социальной  идентичностей),  наличие  транскатегориальных  (поликатегориальных)  идентификаций  (использование  сразу  нескольких  категорий  в  одном  описании),  наличие  в  описании  себя  категории  «Значимый  другой».

Мы  исходили  из  того,  что  согласованная  идентичность  характеризуется  дифференцированностью  представлений  о  себе,  равнопредставленностью  личной  и  социальной  стороны  идентичности,  а  также  поликатегориальностью.  Несогласованная,  соответственно,  —  недифференцированностью  представлений,  смещением  в  сторону  личной  или  социальной  идентичности,  и  монокатегориальностью.

На  основании  данных,  полученных  в  ходе  наблюдения  активности  пользователей  социальной  сети  «Вконтакте»,  была  составлена  сводная  таблица  показателей  сетевой  активности,  отражающая  количество  друзей,  подписчиков,  групп,  интересных  страниц,  альбомов,  фотографий,  отметок  на  фото  друзей,  комментариев  в  альбомах  и  постов  на  стене.  Путем  сложения  этих  данных  мы  получили  интегрированный  показатель  сетевой  активности  (ИПСА)  для  каждого  испытуемого.  Проранжировав  этот  показатель,  мы  разбили  испытуемых  по  медиане  на  две  категории  —  активные  и  неактивные  пользователи  социальной  сети.  Для  того  чтобы  различия  между  испытуемыми  были  более  репрезентативны,  было  решено  использовать  метод  крайних  групп  —  учитывались  результаты  наиболее  и  наименее  активных  пользователей  (по  16  человек  в  каждой  группе).

Далее  мы  обратились  к  последовательному  сопоставлению  активных  и  неактивных  пользователей  социальных  сетей  по  обозначенным  нами  критериям  согласованности  идентичности.

По  количеству  описаний  себя  нами  не  было  выявлено  значимых  различий  между  активными  и  неактивными  пользователями  социальных  сетей  (коэффициент  Пирсона  (χ2)  составляет  1,25).  В  среднем  подростки  используют  20—23  категории  при  описании  себя.  Это  свидетельствует  о  достаточно  высокой  социальной  компетенции  среди  подростков,  принявших  участие  в  исследовании.

По  уровню  дифференцированности  идентификационных  категорий  коэффициент  χ2  принимает  значение  8,  что  является  статистически  значимым  показателем  (р≤0,01).  Малоактивные  пользователи  сети  используют  при  описании  себя  большее  количество  категорий,  что  свидетельствует  о  значимости  для  них  разных  сфер  жизни,  а  следовательно,  и  о  большей  степени  проработанности  их  идентичности.  Активные  пользователи  социальных  сетей  описывают  себя  через  меньшее  количество  категорий,  что  позволяет  сделать  вывод  о  недостаточной  сформированности  их  представлений  о  себе.

Аналогичные  статистически  значимые  различия  между  активными  и  неактивными  пользователями  социальных  сетей  были  выявлены  и  в  отношении  равномерности  представленности  личной  и  социальной  идентичности  в  их  описаниях  себя  (χ2=10,25  (р≤0,01)).  Данный  показатель  ярко  отражает  связь  между  сетевой  активностью  и  сбалансированностью  идентичности  у  подростков.  Те  подростки,  которые  проводят  меньше  времени  в  социальных  сетях,  имеют  сбалансированную  идентичность,  используя  примерно  равное  количество  личных  и  социальных  характеристик  при  описании  себя.  У  активных  пользователей  социальных  сетей  наблюдается  отсутствие  гармонии  обозначенных  сторон  идентичности,  а  именно:  дисбаланс  с  акцентом  на  личных  или  социальных  сторонах  своего  Я.  Они  либо  употребляют  исключительно  личные  характеристики,  зацикливаясь  на  своем  собственном  Я,  исключая  себя  из  социума,  или  же,  наоборот,  «растворяются»  в  других  людях  -  вплоть  до  обезличивания  себя  (рассматривают  себя  лишь  как  члена  определенной  группы  и  не  отделяют  своего  Я  от  окружающих).

Например,  Никита  И.,  который  после  первоначальной  статистической  обработки  данных  оказался  в  группе  активных  пользователей  социальных  сетей,  при  описании  себя  использует  в  основном  социальные  характеристики  («сын»,  «брат»,  «внук»,  «часть  семьи»,  «дядя»,  «ученик»,  «школьник»,  «землянин»,  «футболист»,  «подросток»,  «одноклассник»,  «правнук»),  личные  характеристики  представлены  слабо  («сильный»,  «нетрудолюбивый»,  «ленивый»),  ярко  выражена  категория  «Значимый  другой»  («Бэтмэн»,  «Человек-паук»,  «Супермэн»,  «Кольцифер»  и  др.).  В  то  же  время  оказавшаяся  в  группе  малоактивных  пользователей  сети  Евгения  С.  в  описаниях  себя  в  равной  мере  использует  и  социальные,  и  личные  характеристики  («человек»,  «девочка»,  «подросток»,  «поклонница  рока»,  «меломан»,  «христианка»,  «дружелюбная»,  «ответственная»,  «пловец»,  «вспыльчивый,  но  отходчивый  человек»,  «заботливая»,  «увлекающаяся»,  «спортивная»).

Наглядно  рассматриваемый  аспект  согласованности  идентичности  можно  проследить  по  рисункам,  выполненным  подростками,  принадлежащими  соответствующим  группам,  по  методике  Е.И.  Изотовой  «Я  и  другие».

Для  активных  пользователей  социальных  сетей  характерно  смещение  в  сторону  личной  или  социальной  идентичности,  аналогичное  выявленной  посредством  методики  «Кто  Я»  М.  Куна.  Примерами  смещения  в  сторону  личной  идентичности  могут  служить  те  рисунки,  на  которых  их  авторы  обособляют  себя  от  остальных  людей  пространственно  (существенно  отделяя  себя  от  других  пространством),  графически  (используя  штриховку)  и  иерархически  (по  расположению  на  листе).  В  качестве  эпиграфов  к  рисункам  выбраны  изречения  «Я  —  белая  ворона»  и  «Я  —  центр  вселенной»,  что,  с  одной  стороны,  говорит  о  высокой  степени  эгоцентризма  у  некоторых  исследуемых  подростков,  с  другой  стороны,  о  высокой  степени  их  социальной  отчужденности  (Рис.  1).

 

Рисунок  1.  Иллюстрация  пространственного  обособления  на  рисунке  испытуемого  с  преобладающей  личностной  идентичностью

 

Смещение  в  сторону  социальной  идентичности  на  рисунках  испытуемых  проявляется  в  отсутствии  выделения  себя  из  социального  окружения:  они  никак  не  отделяют  себя  от  других,  не  указывают  на  свое  положение  в  социальном  пространстве,  все  люди  на  рисунке  изображены  одинаково.  Эпиграфы  —  «Все  мы  —  дети  Земли»  и  «Вселенная  —  наш  дом»  —  отражают,  с  одной  стороны,  высокую  степень  социабельности  этих  подростков,  с  другой  стороны,  их  растворенность  в  социуме  (Рис.  2).

 

Рисунок  2.  Иллюстрация  «размывания»  Я  на  рисунке  испытуемого  с  преобладающей  социальной  идентичностью

 

Для  неактивных  пользователей  социальных  сетей  свойственен  баланс  между  индивидуальными  и  социальными  характеристиками.  На  их  рисунках,  с  одной  стороны,  присутствует  изображение  себя  в  разных  социальных  ролях,  сообществе  в  целом,  среди  других  людей,  с  другой  стороны,  они  выделяют  себя  среди  остальных  (цветом,  штриховкой,  надписями  и  т.  д.),  указывая  свое  определенное  место  в  этом  социуме,  позицию  по  отношению  к  другим.  Подобранные  ими  эпиграфы  отражают  интегрированность  в  социум,  эмпатийность,  экстравертность  и  позитивный  эмоциональный  фон  —  «Я,  ты,  он,  она  —  вместе  целая  семья»,  «Мои  друзья  —  моя  семья»  (Рис.  3).

 

Рисунок  3.  Иллюстрация  сбалансированной  идентичности  на  рисунке  испытуемого,  отличающегося  равной  представленностью  личных  и  социальных  характеристик  при  самоописании

 

Возвращаясь  к  анализу  результатов,  полученных  по  методике  «Кто  Я»,  обратим  внимание  на  то,  что  активные  пользователи  социальных  сетей  используют  при  описании  себя  преимущественно  монокатегориальные  характеристики  («сын»,  «дочь»,  «брат»,  «сестра»,  «внук»,  «школьник»,  «ученица»,  «настойчивый»,  «решительная»,  «популярная»,  «сильный»  и  т.  д.),  что  также  является  признаком  слабо  проработанной  и  несогласованной  идентичности.  У  подростков,  не  увлеченных  социальными  сетями,  напротив,  присутствует  значительное  количество  поликатегориальных  (транскатегориальных)  описаний  себя  («русская  украинка  с  польскими  корнями»,  «человек,  хорошо  владеющий  национальным  языком»,  «человек,  знающий  историю  своей  страны»,  «ответственный  ученик»,  «заботливый  сын»,  «будущий  спортсмен»,  «будущий  квалифицированный  юрист  в  крупной  компании»  и  т.  д.),  что  не  только  свидетельствует  о  включении  себя  в  разные  сферы  жизни,  но  и  о  связанности  этих  сфер  для  испытуемых,  а  следовательно,  целостности  их  Я,  что,  согласно  Э.  Эриксону,  является  существенным  признаком  согласованной  идентичности.  Выявленные  различия  также  являются  статистически  значимыми  (χ2=6,25  (р≤0,01)).

Интересно  заметить,  что  ярче  всего  в  исследовании  проявил  себя  показатель  наличия  в  описании  себя  категории  «Значимый  другой»  (χ2=12,5  (р≤0,01)).  Практически  все  активные  пользователи  социальных  сетей  при  описании  себя  используют  образы  некой  личности,  имеющей  на  них  влияние  (чаще  всего  это  вымышленные  персонажи,  популярные  среди  подростков  («Бэтмэн»,  «Человек-паук»,  «Супермэн»  и  др.).  Этот  факт  говорит  об  их  отчужденности  от  действительного  социального  окружения.  У  малоактивных  в  социальных  сетях  подростков  подобная  характеристика  практически  не  присутствует.

Для  выявления  корреляционной  связи  между  рассматриваемыми  показателями  был  осуществлен  расчет  коэффициента  четырехпольной  корреляции  (φ).  Полученные  данные  свидетельствуют  о  средней  связи  между  активностью  в  социальных  сетях  и  наличием  транскатегориальных  описаний  себя  (φ=0,44  (р≤0,05)),  относительно  сильной  связи  уровня  сетевой  активности  с  равномерностью  представленности  личных  и  социальных  характеристик  (φ=0,56  (р≤0,01))  и  сильной  связи  с  описанием  себя  через  «значимого  другого»  (φ=0,63  (р≤0,01))  (у  активных  пользователей  социальных  сетей  этих  описаний  существенно  больше).

Таким  образом,  анализ  результатов  исследования  позволяет  сделать  вывод  о  том,  что  у  подростков,  активно  пользующихся  социальными  сетями,  обнаруживается  тенденция  к  формированию  однобокой,  «размытой»  и  несогласованной  идентичности.  При  описании  себя  они  часто  используют  образы  вымышленных  персонажей,  популярных  в  медиапространстве,  что  свидетельствует  об  их  ощутимой  обособленности  от  реального  мира.  Малоактивные  в  социальных  сетях  подростки  имеют  более  проработанную,  сбалансированную  и  согласованную  идентичность,  их  представления  о  себе  дифференцированы,  между  ними  имеет  место  тесная  связь.  Они  осознают  и  в  равной  мере  стремятся  реализовать  себя  в  разных  сферах  жизни.

 

Список  литературы:

1.Абрамов  М.Г.  Влияние  информационных  технологий  на  старшеклассников  //  Человек.  —  2007.  —  №  3.  —  С.  85—92. 

2.Андреева  Г.М.  К  вопросу  о  кризисе  идентичности  в  условиях  социальных  трансформаций  //  Психологические  исследования:  электрон.  науч.  журн.  —  2011.  —  №  6(20)/  [Электронный  ресурс].  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://psystudy.ru/index.php/num/2011n6-20/580-andreeva20.html  (дата  обращения:  05.05.2014).

3.Асмолов  А.Г.,  Асмолов  Г.А.  От  Мы-медиа  к  Я-медиа:  трансформации  идентичности  в  виртуальном  мире  //  Вестник  московского  университета:  научный  журнал.  —  2010.  —  №  1.  —  C.  3—22.

4.Бабаева  Ю.Д.,  Войскунский  А.Е.,  Смыслова  О.В.  Интернет:  воздействие  на  личность  //  Гуманитарные  исследования  в  Интернете.  М.,  2000.  —  С.  11—39.

5.Войскунский  А.Е.,  Евдокименко  А.С.,  Федунина  Н.Ю.  Альтернативная  идентичность  в  социальных  сетях  //  Вестник  Московского  университета.  Серия  14.  Психология.  —  2013.  —  №  1.  —  С.  66—83.

6.Изотова  Е.И.  Рисуночная  методика  «Я  и  другие»  /  Социализация  детей  и  подростков.  Методический  комплекс.  М.:  Моск.  пед.  госуд.  университет,  2009.  —  С.  91—93.

7.Климов  И.А.  Психосоциальные  механизмы  возникновения  кризиса  идентичности  /  Трансформация  идентификационных  структур  в  современной  России.  М.:  Моск.  обществ.  науч.  фонд,  2001.  —  С.  54—81.

8.Костяк  Т.В.  Тест  «Кто  Я?»  /  Социализация  детей  и  подростков.  Методический  комплекс.  М.:  Моск.  пед.  госуд.  университет,  2009.  —  С.  13—21.

9.Марцинковская  Т.Д.  Информационная  социализация  в  изменяющемся  информационном  пространстве  //  Психологические  исследования.  —  2012.  —  Т.  5.  —  №  26.  /  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://psystudy.ru/index.php/num/2012v5n26/766-martsinkovskaya26.html  (дата  обращения:  05.02.2014).

10.Морозов  Е.  Интернет  как  иллюзия.  Обратная  сторона  сети.  М.:  АСТ,  2014.  —  528  с.

11.Поливанова  К.Н.  Психологическое  содержание  подросткового  возраста  //  Вопросы  психологии.  —  1996.  —  №  1.  —  С.  6—14. 

12.Эриксон  Э.  Идентичность:  юность  и  кризис.  М.:  Флинта,  2006.  —  342  с.

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий