Статья опубликована в рамках: XII Международной научно-практической конференции «Личность, семья и общество: вопросы педагогики и психологии» (Россия, г. Новосибирск, 25 января 2012 г.)

Наука: Психология

Секция: Социальная психология

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции, Сборник статей конференции часть II

Библиографическое описание:
Дубровская Е.А. РЕЛЯТИВИЗМ ЦЕННОСТЕЙ: ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ТЕЛО И ЦЕЛОСТНОСТЬ «Я» // Личность, семья и общество: вопросы педагогики и психологии: сб. ст. по матер. XII междунар. науч.-практ. конф. Часть II. – Новосибирск: СибАК, 2012.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

РЕЛЯТИВИЗМ ЦЕННОСТЕЙ: ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ТЕЛО И ЦЕЛОСТНОСТЬ «Я»

Дубровская Екатерина Аркадьевна

 аспирант,Кафедра культурологии и дизайна,

Уральский Федеральный Университет им. Б. Н. Ельцина, г. Екатеринбург

E-mail: arzamas0763@mail.ru

 

В настоящее время культура порождает большое количество мифов, что объясняется ситуацией духовного дискомфорта, и это приводит к тому, что между человеком и реальностью возникает мощная защитная оболочка. Телесное, самое реальное в человеке и позволяет сохранять ощущение настоящего. Это возможность ощутить себя стоящим на земле. В современном обществе тело — инструмент создания успешного имиджа для деловой деятельности. Время требует все новых и новых образов, время запечатлевается в наших телах. Современное представление об успешном человеке как вечно молодом, стройном и гениальном, у которого все впереди. Тренажеры, биодобавки, стойкие красители, гормоны, пластические операции — все идет в ход для симуляции молодости, т.е. изменения тела в нужном направлении. Значительное влияние на возвращение «человека телесного» в общенаучное гуманитарное пространство оказало развитие гуманистической психологии (А. Маслоу, В. Франкл, С. Решон, Р. Инглхарт и др.). Задача была сформулирована: «помочь человеку стать тем, кем он способен стать» (Маслоу). Молодым и красивым, самоактуализирующимся. Немаловажная связь между практическими задачами общества и «борьбой за тело» была проработана в идее «телесно-ориентированной» терапии В. Райха. Человек существо телесное, но и социальное. Исследователь социальной топологии, С. Азаренко пишет: «Мы привыкли думать, что все, что нас окружает, обладает самостоятельной и независимой от человека данностью. Социальная топология показывает, что мир создан человеком, и большинство форм мира являются продолжением человеческого тела. Одежда есть продолжение кожи, оружие и инструменты — продолжение руки, колесо — продолжение ноги, дом — продолжение всего тела, электронные сети — продолжение нервной системы. Язык и коммуникация являются продолжением телесных взаимодействий людей. Так выстраивается сообщество тела. Бытие людей совместно. Со-в-местность — это и есть сообщество тела — тела, которое воспроизводит социальность ее специфическими техниками и практиками, тела, которое, продолжая себя во взаимодействии с другими телами, производит различные формы социального бытия» [1, c. 4]. Человеческая телесность замыкает на себя природное и культурное, естественное и социальное, поэтому, как заметил М. Мосс, «три измерения человеческой телесности — физиологическое, социологическое, психологическое — не только сосуществуют, но и образуют уникальное взаимодействие физического, социального и индивидуального в человеческом теле как посреднике их существования» [4, c. .214]. То, как человек воспринимает свое тело во многом определяет его характер. Об этом писали и А. Р. Лурия и Э. Кречмер. Границы тела соотносятся с границами собственного «Я», а также являются важным условием различных видов поведения индивида. Определять границы необходимо, т. к. это позволяет проявиться личной идентичности и интегрированности. Идея от том, что индивид, не знающий границ своего тела, воспринимающий другие тела, как продолжение своего является незрелым с точки зрения психологического развития индивидом, не нова. Эту тему активно муссировали психиатры, работающие с пограничными личностями. Ненси Мак-Вильямс в своей работе «Психоаналитическая диагностика» говорит о способности индивида различать границы своего тела и границы своего «Я». Различение себя от других, необходимо для построения других элементов психики. Невротики и пограничные личности часто относятся к своему телу как отдельному объекту, который  можно, например, продать, одолжить. В тоже время целостный человек не позволит к себе относиться потребительски, так как не отделяет свое тело от «Я». Телесность, есть «производность» от множества социальных и культурных детерминант. А современная жизнь диктует свои законы. «Мы стали биосоциальными, — пишет М. Вертуй — даже не заметив этого. Генетические манипуляции — это уже просто повседневность в наших университетах, индустриальных лабораториях, милитаризованных центрах. Репродуктивные технологии выброшены на рынок. У мужчин может быть развита лактация, создана искусственная плацента…». Субъект деятельности переместился в Центр общественной жизни, что делает «особо значимыми процессы самоконтроля, самоорганизации, самодетерминации. Все более очевидным становится наступление принципа индивидуализации на сложившиеся институциональные структуры» [2, с. 37]. В этих условиях проблема самовыражения личности, открытия своего «я» рассматривается как главная тенденция и потребность человека современного общества. Признание телесности в качестве отправной точки и ориентира в  разных формах жизнедеятельности облекается в массовом сознании в установки: «научитесь понимать свое тело — ведь оно частичка в единой цепи мироздания», «научитесь понимать свое тело — и оно станет посредником в общении с Миром»; «тело подобно устам младенца, что глаголят истину; разум, сознание, слово — могут обмануть, тело — никогда»; «высшая ценность для человека — это свобода: общество стремится все более ограничить ее, возвращайтесь к природному, естественному, если хотите обрести свободу от оков социума» и т. д. Таким образом, через лозунги и клише говориться о сложных и важных вещах. Подлинное «я» — это свобода, ответственность, уверенность. Делай то, что ты хочешь! Освобождайся от рациональности в ее любых формах. «В ходе последних нескольких десятилетий, отмечает американский социолог Р. Тернер, произошел существенный сдвиг, проявившийся в переносе акцента с институциональности на импульс. На действие есть противодействие, в 80-е годы тенденция  противостояния конформизму, нивелировке личности  в современном обществе приобрела форму реабилитации спонтанных, стихийных эмоциональных импульсов и аффектов, «голоса тела», которые были провозглашены символами подлинного «я» [6, с. 98]. Зрелый человек стремится к целостности, или целостность, есть признак зрелого человека? В наше время инфантильных индивидов, редко можно встретить целостную личность. Сложность человека, его многогранность вовсе не свидетельствует о том, что человек целостен, скорее можно говорить об обратном. Человек «привнес в этот мир некий элемент, чуждый животному миру, но в чем заключается этот элемент еще не вполне ясно, человек — это один из видов животных; и тем не менее даже тело его уникально — не только благодаря способности к прямохождению и некоторым другим свойствам, но и благодаря особой конституции, отличающей человека от остальных животных и предоставляющей ему еще больше возможностей за счет менее развитой специализации. Кроме того, человек отличается от животных способностью использовать тело в экспрессивных целях… С незапамятных времен неотъемлемыми качествами человека считались свобода, рефлексия, дух» [9, с. 9]. От телесности перейти к душевности и духовности требует большой работы над собой, так как целостность — не есть данность. Человек — это усилие быть человеком. Целостность даруется человеку лишь как возможность и беспредельная потребность. Согласно Ясперсу, части, целое находятся в отношении полярности: целое рассматривается через призму элементов, тогда как элементы — с точки зрения целого. Немецкий ученый подчеркивает, что говоря о «человеке в целом», мы имеем в виду нечто бесконечное и, по существу, непостижимое. Нарушение одной  из функций целостности способно оказать воздействие на личность в целом на протяжении всей ее жизни. Событие, которое не смогла переварить психика, в силу незрелости, наносит удар по здоровью человека. В обществе, где много травмированных людей могут работать институты по преодолению травмы, а общество похоже на большой лазарет. Если институты не пытаются помочь обществу изжить незрелость, то само общество похоже на сумасшедший дом. Именно поэтому нам необходимо подробно рассмотреть понятие здоровья человека, а также значение феномена «нормы» в современном обществе. Понятие здоровья все больше выключается из сферы медицинских представлений, связывается с историко-культурным контекстом. С точки зрения медицины «болезнь — это поломка, лечение — ремонт. Однако, нельзя считать поломкой отражение естественных для жизни процессов, какими представляются болезни. Слесарный подход к пониманию сущности процессов организации жизни перспектив не имеет, о чем свидетельствует настоящее состояние медицинской науки и практики здравоохранения» [5, с. 284]. Само тело — это текст, носитель особого знания. Нормально «работающее» тело, тело нормы выражает параметры удовлетворительного функционирования организма. И общества. Важно помнить об особенностях его жизнедеятельности в условиях свойственного ему образа жизни. Определение в медицине человека не только как подверженного заболеваниям организма, но и как личности, предполагает актуальный для современной философии аспект: темпоральный. Человек определяется не только прошлым, но и будущим. Включение временного параметра в жизнедеятельность человека дает пищу теме смысла жизни и предназначения человека. В современной медицине мы часто встречаемся с моделями, лишающими целостности человека. Терапевт, тот,  кто должен больше всех других специалистов понимать организм как единую систему, отправляет своих пациентов к узкому специалисту, сам при этом выполняя роль координатора процесса. В данной ситуации медицине необходим философский подход к пониманию человеческой личности как целостности. «Кризис доверия в медицине есть логическое следствие ее общеметодологических основ. Тогда бы одна  из областей человеческого знания, медицина, не только избежала тупиков и заблуждений всей науки (дегуманизация знания, вульгарно-механистические установки), но и прибавила к ним свои, специфические» [7, с. 263]. Мишель Фуко пишет, что исследование процесса «нормализации», происходящего в социальной, политической и технической сферах начиная с семнадцатого века, и сказавшегося на сферах образования и в медицине. «Норма — это требование и принуждение в тех областях, в которых она действует» [8, с. 66]. Политики обращались к психиатрии, чтобы те помогли им осуществить процесс дискриминации «групп, идеологий и даже исторических процессов», пишет Фуко. В конце 19 века и психология стала мощным инструментом дискриминации инакомыслящих. Вмешательство врачей во все сферы нашей жизни стало поистине огромным. Анализируя тексты судебно-психиатрических экспертиз, нас подводят к мысли, что эксперт-криминалист по сути занимается этико-моральным анализом личности предполагаемого преступника и тем самым уже производит ту процедуру судейства, которая формально возложена на судью. Суд вершится в кабинете психиатра, а не в зале суда. Также и педагогика может стать мощным инструментов подавления творческого в человеке, а способ занижать самооценку у школьников, обычная практика современного учителя. Между тем, самооценка человека, есть часть его самости, его идентичности и телесности. Низкая самооценка ведет к высокому уровню преступности. По сути, занижение самооценки с помощью авторитарных и деспотических практик подавления «Я» в ребенке наносит ему страшную травму, в дальнейшем кто-то будет «зализывать раны» от школьного воспитания всю жизнь. Наркомания, табакокурение, по мнению члена законодательного собрания штата в Калифорнии, Джона Васкончеллоса, результат практик подавления личности в школах. А повышение самооценки приводит к снижению преступности среди несовершеннолетних и т. п. Кроме того, доказано, что люди, уважающие и ценящие себя, больше зарабатывают. Итак, отношение к телу не сводится к «образу тела», а самоидентификация понимается как расширение своих границ. Постмодерн не предлагает нам концепцию четко очерченного «Я». Самоидентификация постоянна, изменчива, преходяща. Невозможно познать сущность без познания ее проявлений и наоборот. Что есть «Я»? Это местоимение, это средство для обозначения факта своего существования как такового, это пустая форма, которая призвана быть наполненной конкретным содержанием. «Я», удобная, но коварная форма самосознания, это пленительная «черная дыра», это многообещающая ссылка на потенциальные ресурсы. «Я», фантом самости в поиски которой пускается осознающий себя субъект. Сущность начинает следовать за существованием, по словам Ж.-П. Сартра. Автор считает, что всегда есть возможность узнать о себе что-то новое. Во внутренней сущности или в социальном статусе. Сегодня придумали термин — формат. У каждого он свой, меняющийся и усложняющийся. Но, несмотря на то, что в иерархии местоимений «Я» стоит на первом месте, достоинство человека в осознании того, что «доброта — это умение «Я», подверженного отчуждению его возможностей в смерти, не быть бытием-для-смерти» [3, с. 245].

 

Список литературы:

1.        Азаренко С. А. Сообщество тела. — М.: Академический проект, 2007. С. 4.

2.        Кохли Р. Индивидуальность // Московский социологический журнал. № 2 1999. С. 37.

3.        Левинас Э.М. 2000. С. 245.

4.        М. Мосс Общества. Обмен. Личность: Тр. По соц. антропологии. М., 1996. С. 214.

5.        Рево В. В. Человек от кристалла к сознанию. — М., ЗАО «Издательство «Экономика»», 2002. С. 284.

6.        Тернер Р. «Тело и общество»//Московский социологический журнал. 1998, № 5. С. 98.

7.        Тхостов А. Ш. Психология телесности. М..: 2002, С. 263.

8.        Фуко М. «Интеллектуалы и власть. Избранные политические статьи, выступления и интервью 1970—1984 гг.» в 2-х томах. М.: Праксис, 2006. Т. 2. С. 66.

9.        Ясперс К. Общая психопатология. М., 1997. С. 32.

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий