Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XXVIII Международной научно-практической конференции «Вопросы современной юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 28 августа 2013 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Теория государства и права

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
К ПРОБЛЕМЕ СООТНОШЕНИЯ ПОНЯТИЙ «ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ» И «ПРАВОПРИМЕНЕНИЕ» (ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ) // Вопросы современной юриспруденции: сб. ст. по матер. XXVIII междунар. науч.-практ. конф. № 28. – Новосибирск: СибАК, 2013.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов
Статья опубликована в рамках:
 
Выходные данные сборника:

 

К  ПРОБЛЕМЕ  СООТНОШЕНИЯ  ПОНЯТИЙ  «ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНАЯ  ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ»  И  «ПРАВОПРИМЕНЕНИЕ»  (ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВОЙ  АНАЛИЗ)

Самусевич  Алексей  Геннадьевич

канд.  юрид.  наук,  доцент  кафедры  государственно-правовых  дисциплин  Иркутского  государственного  технического  университета,  г.  Иркутск

E-mail: 

 

TO  THE  PROBLEM  OF  THE  RATIO  OF  THE  CONCEPTS  «LAW  APPLICATION  ACTIVITI»  AND  «LAW  APPLICATION»  (THEORETICAL  LEGAL  ANALYSIS)

Samusevich  Alexey

candidate  of  Legal  sciences,  Associate  Professor  of  the  Department  of  State  legal  disciplines,  National  Research  Irkutsk  State  Technical  University,  city  of  Irkutsk

 

АННОТАЦИЯ

В  данной  статье  проводится  исследование  определения  и  сущности  правоприменительной  деятельности  и  соотношение  с  применением  права.  Данное  направление,  как  видится,  наиболее  перспективно,  так  как  позволяет  выявить  основные  признаки  и  обеспечить  эффективное  практическое  применение  норм  права  при  разрешении  конкретных  юридических  дел.  В  ходе  исследования  автор  приходит  к  выводу,  что  правоприменительная  деятельность  является  динамической  составляющей  и  формой  применения  права  и  соотносятся  как  общее  и  частное. 

ABSTRACT

In  this  article  research  of  definition  and  essence  of  law-enforcement  activity  and  a  ratio  with  right  application  is  conducted.  Channelized,  apparently,  it  is  most  perspective  as  allows  to  reveal  the  main  signs  and  to  provide  effective  practical  application  of  rules  of  law  at  permission  of  concrete  legal  affairs.  During  research  the  author  comes  to  a  conclusion  that  law-enforcement  activity  is  a  dynamic  component  and  a  form  of  application  of  the  right  and  correspond  as  the  general  and  private.

 

Ключевые  слова:  применение  права;  правоприменительная  деятельность;  властность;  юридическое  дело;  правоприменительные  отношения;  форма  правоприменения.

Keywords:  right  application;  law-enforcement  activity;  authoritativeness;  legal  business;  law-enforcement  relations;  right  application  form.

 

В  условиях  формирования  в  России  гражданского  общества  и  демократических  начал  переосмысливаются  сущность  и  назначение  правоприменительной  деятельности.  Неслучайно  в  исследованиях  последнего  десятилетия  процессу  правоприменения  уделяется  большое  внимание.  В  свою  очередь,  следует  отметить,  что  динамика  развития  современного  российского  общества  требует  модернизации  качества  правового  регулирования,  позволяющего  максимально  эффективно  разрешать  ту  или  иную  жизненную  ситуацию,  при  этом  обеспечить  законность  и  правопорядок  в  целом.

Сегодня  понятие  «правоприменительная  деятельность»  активно  используется,  как  в  нормативно-правовых  актах  различного  уровня,  так  и  в  научной  литературе,  являясь  одной  из  важнейших  и  широко  распространенных  категорий  в  общей  теории  права  и  отраслевых  юридических  науках.  В  связи  с  пристальным  вниманием  к  обозначенной  проблеме,  а  также  востребованностью  ее  на  практике  и  отсутствием  системной  и  комплексной  общетеоретической  разработки,  можно  констатировать,  что  исследования  в  данной  области  представляют  собой  научный  интерес,  как  в  силу  своей  фундаментальности,  так  и  естественного  процесса  накопления  новых  знаний,  что  побуждает  исследователей-правоведов  к  уточнению  и  пересмотру  тех  или  иных  подходов  при  выяснении  сущности  и  основных  признаков  правоприменительной  деятельности.

В  рамках  данной  статьи  автору  представляется  возможным  проанализировать  и  показать  соотношение  таких,  на  первый  взгляд,  идентичных  понятий  как  «правоприменение»  и  «правоприменительная  деятельность»,  тем  более  в  правовой  науке  указанные  понятия  рассматриваются  одними  учеными  —  как  тождественные  дефиниции,  другими  —  как  понятия,  требующие  между  собой  разграничения.  Доказательством  этого  могут  служить,  как  монографии  по  проблемам  правоприменительной  деятельности,  так  и  учебная  литература  по  теории  права  и  государства.  Чтобы  не  быть  многословным,  достаточно  ознакомиться  с  разделами,  посвященными  проблемам  правоприменительной  деятельности,  в  которых  практически  ничего  не  сказано  о  сущности  рассматриваемой  деятельности  (отсутствует,  например,  понятие,  основные  черты,  круг  субъектов,  принципы  и  т.  п.),  а  их  авторы  сразу  же  приступают  к  рассмотрению  сущности  понятия  «применение  права». 

Как  видится,  это  не  совсем  правильно,  так  как  правоприменительную  деятельность  и  применение  права  стоит  разграничивать.  В  этой  связи,  верно  отмечено  В.А.  Сапуном,  что  «следует  проводить  строгое  различие  между  применением  права  как  стадией  правового  регулирования  и  организационно-правовыми  формами  ее  осуществления»  [8,  с.  185].  Как  видится,  такая  постановка  вопроса  является  отражением  принципа,  при  котором  смысл  рассматриваемого  явления  может  быть  определен  при  его  соотношении  с  понятиями  более  широкого  плана,  то  есть  с  контекстом,  в  котором  существует.

Учитывая  плюралистичность  научных  подходов  к  рассматриваемой  теме,  следует  кратко  обобщить  высказанные  точки  зрения  в  отношении  правоприменительной  деятельности,  с  целью  выработки  унифицированного  определения  рассматриваемого  явления,  его  признаков  и  соотношения  с  применением  права. 

С.С.  Алексеев,  признавая  существование  правоприменительной  деятельности  в  качестве  организационной  формы  правоприменения,  указывает,  что  «правоприменительная  деятельность  —  это  организационное  выражение  применения  права,  представляющее  собой  систему  разнородных  правоприменительных  действий  основного  и  вспомогательного  характера»  [1,  с.  249].

Обосновывая  сущность  правоприменительной  деятельности,  С.Б.  Швецов  указывает  и  на  то,  что  это  «совокупность  организационно-правовых  средств,  с  помощью  которых  управомоченные  правоприменительные  органы  осуществляют  нормативно-правовое  воздействие  на  участников  регулируемого  правоотношения  в  целях  создания  предпосылок  для  реализации  применяемой  нормы  права»  [10,  с.  18].

М.В.  Дорофеев,  относительно  социальной  и  правовой  природы  правоприменительной  деятельности,  отмечает,  что  «…  в  широком  общефилософском  и  историческом  контексте  правоприменительная  деятельность  представляет  собой  особый  вид  социальной  деятельности»  [3,  с.  12].

«Правоприменительная  деятельность,  —  по  мнению  К.Н.  Пономарева,  —  явление  сложное,  не  сводимое  к  изданию  актов  применения  права.  Она  включает  не  только  закрепленную  в  процессуальных  нормах  процедуру  «движения  дела»,  но  и  большое  количество  неформальных  связей  и  отношений:  различные  звенья  правоприменительной  подсистемы,  должностные  лица  оценивают  состояние  правопорядка,  вырабатывают  свои  позиции  по  вопросам  применения  закона,  высказывают  мнения  и  влияют  на  мнения  других  лиц,  принимают  решения  по  конкретным  делам,  изменяют  текущую  практику,  выступают  с  предложениями  по  совершенствованию  законодательства  и  т.  д.  Весь  этот  сложный  механизм  материально-правовых,  процессуальных,  организационных,  технических,  психологических  и  иных  связей  и  отношений  образует  правоприменительную  деятельность»  [5,  с.  123].

Достоинства  перечисленных  основных  признаков  правоприменительной  деятельности  совершенно  очевидны  и  разделяются  нами.  Как  видно  из  приведенных  научных  взглядов,  правоприменительная  деятельность  рассматривается,  во-первых,  как  разновидность  юридической  деятельности,  во-вторых,  как  государственно-властная  деятельность,  в-третьих,  как  деятельность  компетентных  субъектов  по  реализации  юридических  предписаний,  целью  которой  является  реализация  права  и  юридических  норм,  а  также  осуществляется  в  рамках  особых  правоотношений  —  правоприменительных.

Кроме  того,  А.Ф.  Григорьев  и  А.Д.  Черкасов,  анализируя  характерные  черты  применения  права,  пишут,  что  «правоприменительная  деятельность  осуществляется  в  особых,  установленных  процессуальным  законом  формах,  в  силу  чего  правоприменительный  процесс  становится  целенаправленным,  в  значительной  степени  огражденным  от  влияния  случайных  факторов  и  непродуманных  решений»  [9,  с.  323].

Таким  образом,  осуществление  правоприменения,  как  особой  формы  реализации  права,  обуславливается  наличием  процессуальной  формы,  которой,  собственно,  и  является  правоприменительная  деятельность.  В  этой  связи,  будет  полезным  отметить,  что  юридическая  процессуальная  форма,  по  общему  правилу,  представляется  как  унифицированная  конструкция  любого  вида  юридического  процесса  и  научная  модель  процессуального  правоотношения,  представленная  логически  связанными  структурными  элементами,  взаимодействие  которых  обеспечивает  удовлетворение  потребности  оптимизации  различных  видов  государственно-властной  деятельности  [2,  с.  212].

Именно  соблюдение  предусмотренной  процессуальными  нормами  строгой  формализации  правоприменительной  деятельности,  служит  гарантией  надлежащего  и  своевременного  разрешения  юридических  дел  и  препятствует  произволу  со  стороны  должностных  лиц,  осуществляющих  данную  деятельность  от  имени  государства.

Таким  образом,  более  предпочтительной  является  позиция  Р.А.  Ромашова  и  Е.Г.  Шукшиной,  согласно  которой  правоприменительная  деятельность  —  это  особый  (властный)  способ  осуществления  регулятивной  и  охранительной  функции  права,  сопровождающийся  предельно  строгим  и  точным  соблюдением  инструментальных  и  процессуально-процедурных  регламентов,  имеющий  своей  основной  целью  разрешение  конкретного  юридического  дела  [7,  с.  41].

Исходя  из  этого,  правоприменительную  деятельность  следует  рассматривать  исходя  из  двух  взаимосвязанных  аспектов:

·     во-первых,  правоприменительная  деятельность  —  это  организационно-правовая  форма  осуществления  применения  права,  выражающаяся  в  комплексе  правоприменительных  действий  по  реализации  юридических  предписаний;

·     во-вторых,  правоприменительная  деятельность,  с  функциональной  точки  зрения,  является  особым  видом  юридической  деятельности  компетентных  субъектов,  обладающих  властными  полномочиями,  осуществляемой  в  строгом  соответствии  с  процессуально-процедурными  регламентами,  с  целью  разрешения  конкретного  юридического  дела.

Кроме  того,  исследуя  проблемные  аспекты  правоприменительной  деятельности,  стоит  иметь  в  виду,  что  данная  деятельность  является  не  хаотичной,  чем-то  произвольным,  а  наоборот,  процедурнооформленной,  в  связи  с  чем,  в  настоящее  время  государством  установлена  довольно-таки  большая  группа  процессуальных  норм,  призванных  обслуживать,  регулировать  и  упорядочивать  эту  деятельность.

Осуществив  общетеоретическую  характеристику  феномена  «правоприменительная  деятельность»  и  определив  ее  основные  формы  и  существенные  черты,  автору  представляется,  в  целях  соблюдения  логической  последовательности,  далее  осуществить  теоретико-правовую  характеристику  соотношения  правоприменительной  деятельности  с  применением  права.

Вообще  признанное  в  отечественной  доктрине  учение  о  применении  права  было  сформулировано  еще  в  1960—1970  гг.  в  рамках  советской  теории  государства  и  права.  Однако,  как  видится,  в  какой-то  мере  нельзя  не  согласиться  с  точкой  зрения  некоторых  авторов  о  том,  что  учение  о  применении  права  (или  правоприменении  в  широком  смысле),  сформулированное  в  советской  науке  права,  является  излишне  абстрактным,  лаконичным  и,  по  сути,  малоинформативным.  Данная  тема  всегда  была  несколько  маргинальной,  побочной  для  теории  права,  производила  впечатление  крайне  умозрительной  и  непригодной  для  практических  целей.  Это  не  удивительно,  поскольку  в  ней  зафиксирована  лишь  наиболее  общая  схема,  из  которой  исключено  большинство  содержательных  проблем  и  вопросов,  по  сути,  лишь  абстрактная  синтактика  норм  права  [6,  с.  27].

Необходимо  еще  раз  подчеркнуть,  что  в  рамках  данной  статьи  автор  не  ведет  дискуссию  по  проблемам  определения  правоприменения,  так  как  данный  аспект  требует  дальнейшего  научного  осмысления  и  может  выйти  за  формат  заявленной  темы.  Тем  не  менее  отметим,  что  по  господствующим  представлениям  того  времени,  в  отечественной  теории  права  сложилась  концепция,  согласно  которой  применение  права  схематично  может  быть  зафиксировано  в  виде  основных  аспектов.  Применение  права  —  это  форма  реализации  права,  субъектами  которой  являются  компетентные  органы,  наделенные  властными  полномочиями.  Исполнение  этих  полномочий  обеспечивается  принудительной  силой  государства.  Применение  права  является  особой  формой  реализации  права.  В  отличие  его  от  других  форм,  оно  сливается  с  обязанностью  его  осуществить.  Правоприменение  носит  производный  характер,  поскольку  обеспечивает  реализацию  права  третьими  лицами.  Применение  одних  норм  одновременно  требует  соблюдения,  исполнения  и  использования  других.  Отсюда  правоприменение  —  комплексная  правореализующая  деятельность  [4,  с.  107—109].

Говоря  же  о  соотношении  терминов  «правоприменительная  деятельность»  и  «применение  права»,  следует  иметь  в  виду,  что  категория  «применение  права»  раскрывает  только  теоретические  аспекты  понимания  того,  как  и  кем  должно  осуществляться  применение  права.  В  данном  случае,  исходя  из  этого,  смысл  дефиниции  «применение  права»  не  предполагает  динамизма  и  не  дает  возможность  представить  его  в  действии.  В  то  же  самое  время,  как  видится,  именно  «правоприменительная  деятельность»  берет  на  себя  задачу  показать  применение  права  в  движении.  В  таком  понимании  применение  права  и  правоприменительная  деятельность  соотносятся  как  общее  и  частное.  Применение  права,  будучи  более  широким  понятием,  регламентирует  деятельность  и  правила  поведения  субъектов  в  процессе  применения  правовых  норм,  что  позволяет  эффективно  обеспечить  законность  и  обоснованность  принимаемых  правоприменителем  решений.  В  свою  очередь,  как  было  отмечено  ранее,  правоприменительная  деятельность  является  процессуальной  формой  применения  права  и  обеспечивает  динамику  данного  процесса. 

В  заключении  хотелось  бы  отметить,  что  в  рамках  данной  статьи  не  все  указанные  проблемы  удалось  разрешить.  Некоторые  аспекты  правоприменительной  деятельности  остаются  дискуссионными  и  постановочными,  вследствие  чего  нуждаются  в  дальнейшем  исследовании.  Дальнейшее  развитие  исследования  в  данной  области  определяется  необходимостью  решения  ряда  проблемных  вопросов,  возникающих  в  сфере  реализации  предписаний  правовых  норм,  а  также  уточнения  основных  положений,  что  позволит  объективно  оценить  юридическое  содержание  правовой  системы  России,  кроме  того,  создать  предпосылки  для  эффективного  достижения,  поставленных  перед  правоприменителями,  целей.

 

Список  литературы:

1.Алексеев  С.С.  Общая  теория  права.  М.:  Проспект,  2008.  —  576  с. 

2.Борисов  Г.А.  Теория  государства  и  права:  учебное  пособие.  Белгород:  БелГУ,  2009.  —  320  с. 

3.Дорофеев  М.В.  Правоприменительная  деятельность  по  исполнению  судебных  актов:  Теоретико-прикладной  аспект  :  автореф.  дис.  …  канд.  юрид.  наук.  СПб.,2004.  —  24  с. 

4.Карташов  В.Н.  Юридическая  деятельность:  понятие,  структура,  ценность  /  под  ред.  Н.И.  Матузова.  Саратов:  СГУ,  1989.  —  218  с. 

5.Пономарев  К.Н.  Об  эффективности  правоприменительной  деятельности  //  Вектор  науки  Тольяттинского  государственного  университета.  —  2009.  —  №  2(5).  —  С.  123—126.

6.Правоприменение:  теория  и  практика  /  под  ред.  Ю.А.  Тихомирова.  М.:  Формула  права,  2008.  —  432  с. 

7.Ромашов  Р.А.,  Шукшина  Е.Г.  Механизм  преодоления  юридических  конфликтов  в  сфере  правоприменительной  деятельности  //  Вестник  Санкт-Петербургского  университета  МВД  России.  —  2005.  —  №  3  (27).  —  С.  40—48.

8.Сапун  В.А.  Правоприменительная  деятельность:  особенности  и  структура  //  Ленинградский  юридический  журнал.  —  2005.  —  №  3.  —  С.  185—191.

9.Теория  государства  и  права:  учебник  /  под  ред.  А.С.  Мордовца,  В.И.  Синюкова.  М.:  ЦОКР  МВД  России,  2005.  —  488  с. 

10.Швецов  С.Б.  Эффективность  правоприменительной  деятельности:  автореф.  дис.  …  канд.  юрид.  наук.  СПб.,  2004.  —  21  с.

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Уважаемые коллеги, издательство СибАК с 30 марта по 30 апреля работает в обычном режиме