Статья опубликована в рамках: XLII Международной научно-практической конференции «Вопросы современной юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 20 октября 2014 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Уголовное право

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
ИСТОРИЯ ПРАВОВОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ АБОРТОВ В ЗАРУБЕЖНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ // Вопросы современной юриспруденции: сб. ст. по матер. XLII междунар. науч.-практ. конф. № 10(41). – Новосибирск: СибАК, 2014.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

 

ИСТОРИЯ  ПРАВОВОЙ  РЕГЛАМЕНТАЦИИ  АБОРТОВ  В  ЗАРУБЕЖНОМ  ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

Аманжолова  Ботагоз  Атымтаевна

канд.  юрид.  наук,  доцент  Карагандинского  Государственного  Университета  им.  Е.А.  Букетова,  Республика  Казахстан,  г.  Караганда

E-mail: 

 

HISTORY  OF  THE  LEGAL  REGULATION  OF  ABORTIONS  IN  THE  FOREIGN  LEGISLATION

Botagoz  Amanzholova

candidate  of  Legal  Sciences,  Associate  Professor  of  the  Karaganda  State  University  of  the  name  of  academician  E.A.  BuketovRepublic  of  KazakhstanKaraganda

 

АННОТАЦИЯ

Статья  посвящена  изучению  историко-правового  обзора  проблемы  абортов.  В  ней  анализируются  содержание  и  структура  уголовно-правовых  норм  об  ответственности  за  аборты  в  разных  странах  в  различные  исторические  эпохи.

ABSTRACT

The  article  is  devoted  to  the  study  of  historic  and  legal  survey  of  the  abortion  problem.  The  content  and  the  structure  of  criminal  law  standards  of  liability  for  abortions  are  analyzed  in  different  countries  and  historical  era. 

 

Ключевые  слова:  незаконное  производство  аборта;  уголовная  ответственность;  криминальный  аборт;  история  абортов;  законы  об  аборте.

Keywords:  illegal  performance  of  abortion;  criminal  responsibility;  illegal  abortion;  history  of  abortions;  abortion  acts. 

 

Вряд  ли  можно  встретить  среди  преступлений  против  личности  еще  одно  такое  преступление,  как  криминальный  аборт,  которое  столь  различно  расценивалось  бы  в  различные  исторические  эпохи,  которое  так  разно  юридически  квалифицировалось  бы  и  влекло  за  собой  столь  различные  наказания:  от  самых  серьезных  мер  до  абсолютной  безнаказанности. 

История  абортов  уходит  своими  корнями  в  древность  [5,  с.  16].  Различные  способы  прерывания  беременности  были  известны  людям  еще  в  эпоху  первобытнообщинного  строя.

В  рабовладельческом  обществе  частые  переселения,  войны  и  голод  вынуждали  прибегать  к  абортам  в  качестве  средства  избавления  от  «лишних  людей».  Например,  на  острове  Формоза  вследствие  нехватки  пищи  женщинам  до  36  лет  не  разрешалось  заводить  детей.  В  противном  случае  жрецы,  наступая  на  живот  беременной  женщины,  производили  выкидыш  [5,  с.  18].

Платон  (427—347  гг.  до  н.  э.)  для  предотвращения  бесконтрольного  увеличения  численности  населения  Древней  Греции  предлагал  регулировать  рождаемость  с  помощью  абортов.  Его  ученик  Аристотель  (384—322  гг.  до  н.  э.)  так  же  поддерживал  аборты.  Однако  он  считал,  что  право  на  аборт  женщина  приобретает  лишь  после  того,  как  даст  обществу  определенное  количество  детей  [5,  с.  19].

Врачи  древности  также  расходились  во  мнении  в  вопросе  о  допустимости  аборта.  Гиппократ  считал  всякий  аборт  противоестественным  и  обязывал  своих  учеников  дать  клятву  о  том,  что  никогда  не  будут  прибегать  к  абортивному  пессарию.  Напротив,  знаменитый  арабский  врач  Авиценна  одобрял  аборты  [5,  с.  20].

Аборт  относится  к  числу  старейших  проблем  медицинской  этики,  а  также  философии,  юриспруденции  и  теологии.  Клятва  Гиппократа  запрещает  врачу  прерывание  беременности  («Я...  не  вручу  никакой  женщине  абортивного  пессария»).  В  то  же  время  Аристотель  считал  аборт  допустимым.  В  позиции  Аристотеля  обращают  на  себя  внимание  два  момента:  необходимость  абортов  обосновывается  у  него  демографическими  целями  (регулированием  рождаемости);  одновременно  он  считал  аборт  дозволенным,  пока  в  зародыше  не  сформировалась  «чувствительность»  и  «двигательная  активность»  [5,  с.  22].

В  Древнем  Риме,  в  особенности  в  его  поздний  период,  аборт  не  считался  чем-то  позорным  и  широко  практиковался.  Позднее,  когда  Римская  империя  стала  нуждаться  в  солдатах  для  захвата  чужих  земель  и  увеличении  числа  рабов,  женщина  и  лица,  способствующие  производству  аборта,  строго  наказывались.  В  Древнем  Риме  аборт  не  считался  преступлением,  если  он  производился  с  согласия  главы  семьи.  Римское  право,  рассматривавшее  плод  в  качестве  составной  части  материнского  организма,  не  считало  нужным  его  охранять  и  аборт  был  широко  распространен.  Лишь  перед  распадом  империи  стали  предприниматься  запоздалые  меры  к  недопущению  абортов.  Например,  при  императоре  Марке  Аврелии  был  наложен  запрет  на  продажу  средств  для  прерывания  беременности.  [5,  с.  23]. 

В  то  время  для  производства  аборта  стали  применять  препараты  спорыньи.  К  сожалению,  не  у  всех  она  вызывает  выкидыш,  зато  побочные  явления  появляются  у  всех.  Известные  народные  названия  болезней  «Антонов  огонь»,  «Злая  корча»  —  это  все  явления  передозировки  спорыньей  [5,  с.  24].

В  эпоху  упадка  империи  состоятельные  граждане  предпочитали  не  иметь  ни  семьи,  ни  детей.  Поначалу  в  римском  праве  зародыш  трактовался  как  часть  тела  матери  (parsviscerum),  поэтому  женщина  не  подвергалась  наказанию  за  умерщвление  плода  или  изгнание  его  из  утробы.  Только  позднее  эмбрион  (nasciturus  —  «имеющий  родиться»)  был  наделен  некоторыми  гражданскими  правами  [5,  с.  25]

Искусственный  аборт  стал  трактоваться  как  преступление  прав  родителей,  если  кто-то  стремился  достичь  таким  путем  имущественных  прав.  Окончательное  осознание  ценности  эмбриона  самого  по  себя  связано  с  возникновением  христианства.  Уже  в  эпоху  раннего  христианства  аборт  отождествляется  с  убийством  человека.  Христианская  концепция  утверждала,  плода  лишает  его  благодати  будущего  крещения  и,  следовательно,  является  тяжким  грехом.  Поэтому  в  средние  века  аборт  квалифицировался  как  тяжкое  преступление,  аналогичное  убийству  родственника.  Под  влиянием  церкви  в  XVI  веке  почти  во  всех  европейских  странах  (Англии,  Германии,  Франции)  производство  аборта  каралось  смертной  казнью,  которая  впоследствии  была  заменена  каторжными  работами  и  тюремным  заключением.  Причем  это  касалось  не  только  врача,  но  и  пациентки.  Один  из  отцов  церкви  Василий  Великий  (IV—V  вв.):  «Умышленно  погубившая  зачатый  во  утробе  плод  подлежит  осуждению  как  за  убийство»  [5,  с.—29].  В  христианской  традиции  отношения  к  аборту  важное  место  занимает  вопрос  о  том,  когда  эмбрион  обретает  бессмертную  душу,  когда  происходит  его  одушевление.

Если  у  ранних  христиан  при  этом  указывалось  на  40-й  день  для  мальчиков  и  80-йдля  девочек,  то  средневековые  богословы  и  философы-схоласты  (уже  не  различая  полов)  указывали  то  на  40-й,  то  на  80-й  день.  Эти  положения  неожиданно  «перекликаются»  с  современным  законодательством  об  аборте,  принятом  в  ряде  стран  и  чаще  всего  допускающим  прерывание  беременности  в  первом  триместре  (до12  недель)  беременности.  В  средние  же  века  утверждение  церкви  об  обретении  эмбрионом  бессмертной  души  в  определенный  момент  внутриутробного  развития  оборачивалось  суровым  наказанием  за  аборт.  Согласно  своду  германских  законов  «Каролина»  (XIV  в.),  аборт  в  случае  уничтожения  одушевленного  плода  карался  смертной  казнью  [5,  с.  49].  Смертная  казнь  за  аборт  была  введена  в  1649  г.  и  в  России  отменена  она  была  столетие  спустя  [5,  с.  52].

История  абортов  в  Средние  века  тесно  связана  с  христианским  мировоззрением.  В  Западной  Европе  под  влиянием  христианства,  поднявшегося  к  тому  времени  в  ранг  государственной  религии,  сформировалась  концепция,  приравнивающая  аборт  к  убийству.  Константинопольский  собор  629  года  установил  за  аборт  смертную  казнь.  Папа  Стефан  Y  в  866  году  специальным  эдиктом  приравнял  изгнание  плода  к  убийству  взрослого  человека  [5,  с.  54].

Логическим  следствием  отнесения  аборта  к  убийству  стало  применение  к  лицам,  его  совершившим,  суровых  наказаний.  В  ст.  158  Бамбергского  уложения  (1507  г.)  было  предусмотрено,  что  «если  подобное  зло  (аборт)  совершено  мужчиной,  то  он  карается  мечом  (та  же  смертная  казнь,  что  и  за  убийство),  если  он  это  сделал  со  злым  умыслом,  если  же  это  сделала  женщина  себе  самой  или  другой,  то  ее  утопить  или  другим  способом  казнить»  [7,  с.  45].

Во  Франции  до  1437  года  самоаборт  был  вообще  ненаказуем,  но  с  1556  года  за  аборт  была  установлена  смертная  казнь.  Декрет  Генриха  II,  изданный  в  1562  году,  устанавливал,  что  за  стягивание  живота  для  того,  чтобы  изгнать  плод,  беременная  женщина  подвергается,  как  и  за  аборт,  повешению  [7,  с.  47]. 

Средневековое  русское  право  также  было  подвержено  влиянию  церкви.  «Законы  градские»  писали:  «Аще  жена  во  чреве  имуща  и  зло  помыслит  на  свою  утробу,  яко  да  изженет  младенца,  биема».  Уже  по  «Новоуказным  статьям»  1669  года  за  аборт  была  введена  смертная  казнь  [2,  с.  75].

Таким  образом,  в  Средние  века  аборт  обычно  приравнивался  к  убийству,  а  к  виновным  в  его  совершении  назначалась  смертная  казнь.  Данное  обстоятельство  русским  ученым  П.А.  Сорокину  и  Н.С.  Тимашеву  позволило  отнести  аборт,  наряду  с  убийством,  изнасилованием,  грабежом,  кражей  и  другими  деяниями,  к  абсолютному  виду  преступлений,  встречающихся  во  всех  (или  почти  во  всех)  правовых  системах  во  все  исторические  эпохи.  По  их  данным,  за  последнюю  тысячу  лет  по  уголовным  законам  Франции,  Германии,  Австрии,  Италии  и  России  изгнание  плода  неизменно  признается  преступлением  [2,  с.  78].

В  XYIII  столетии  под  влиянием  буржуазных  революций  санкций  норм,  предусматривающих  наказание  за  аборт,  стали  постепенно  меняться  в  сторону  смягчения.  Например,  в  соответствии  с  законом  1791  года,  принятым  после  Великой  французской  революции,  женщина,  которой  произвели  аборт,  освобождалась  от  уголовной  ответственности,  а  помогавшие  ей  в  этом  на  20  лет  помещались  в  тюрьму  [2,  с.  81].  Параграф  218  Уголовного  кодекса  Германской  империи  1871  года  предусматривал  для  беременной  женщины  от  5  месяцев  до  5  лет,  а  для  помогавших  ей  —  до  10  лет  тюремного  заключения  [2,  c.  87]. 

«Уложение  о  наказаниях  уголовных  и  исправительных»  царской  России  1845  года  рассматривало  аборт  в  главе  о  смертоубийстве  [6,  с.  26]  Изгнание  плода,  совершенное  с  ведома  и  согласия  самой  беременной  женщины  влекло  за  собой  исправительно-арестантские  отделения  на  срок  от  4  до  5  лет.  Сама  беременная  женщина,  которая  «по  собственному  произволу  и  согласию  с  другими  умышленно  произведет  изгнание  плода  своего  наказывается  тюремным  заключением  на  срок  от  4  до  5  лет  с  лишением  всех  особенных,  лично  и  по  состоянию  присвоенных  прав  и  преимуществ»  (ст.  1462).  Изгнание  плода  без  ведома  беременной  женщины  наказывалось  ссылкой  на  каторгу  на  срок  от  4  до  6  лет,  причинение  при  этом  беременной  тяжкого  повреждения  здоровью  каралось  каторгой  на  срок  от  6  до  8  лет,  а  причинение  смерти  —  каторгой  на  срок  от  8  до  10  лет.  Наказание  за  аборт  ужесточалось,  если  он  был  совершен  врачом,  акушером,  повивальной  бабкой  или  аптекарем,  а  также  если  подсудимый  был  прежде  виновен  в  этом  преступлении  [6,  с.  28].

Преимущественный  интерес  представляет  эволюция  отношение  врачей  и  общества  к  проблеме  аборта  в  течение  двух  последних  столетий.  Основоположник  отечественного  акушерства  Н.М.  Максимович-Амбодик  еще  в  1784  г.  предвосхищая  концепцию  медицинских  показаний  искусственному  прерыванию  беременности,  выступал  за  то,  чтобы  в  критических  ситуациях  на  первое  место  ставить  спасение  матери,  а  не  плода  [6,  с.  50]  В  европейской  медицине  поворотным  пунктом  в  окончательном  формировании  данной  концепции  стала  дискуссия  в  Парижской  медицинской  академии  в  1852  г.:  статистика  материнских  смертности  после  кесарева  сечения  стала  главным  аргументом  в  этическом  оправдании  искусственного  прерывания  беременности  в  таких  случаях  [6,  с.  57].  Хирургическая  техника  искусственного  аборта  путем  введения  в  полость  матки  инструментов  известна  примерно  с  1750  г.  Однако  вначале  по  причине  высокого  риска  дипломированными  врачами  они  делались  очень  редко.  Если  этот  метод  и  применялся  в  те  годы,  то  незаконно  практикующими  врачевателями. 

Во  второй  половине  XIX  в.  в  США  возникает  общенациональное  движение  за  запрет  аборта.  Ведущую  роль  в  нем  играло  руководство  авторитетной  Американской  медицинской  ассоциации.  Основываясь  на  эмбриологических  открытиях,  врачи  доказывали,  что  плод  представляет  собой  живое  существо  с  момента  зачатия,  а  не  с  момента  ощущения  матерью  движений  его  тела  (этот  момент  назывался  «оживлением  плода»).  Поэтому  медики  настаивали,  что  аборт,  даже  в  самом  начале  беременности,  является  убийством  плода.  В  итоге  к  1880  г.  аборты  в  США,  если  речь  не  шла  о  случаях  спасения  жизни  женщины,  были  запрещены.  Принятые  тогда  законы  в  основном  сохранялись  до  60-х  годов  XX  в.  [8,  с.  22].

В  1869  г.  британский  парламент  принял  «Акт  о  преступлениях  против  личности»,  согласно  которому  аборт,  начиная  с  момента  зачатия,  стал  считаться  тяжким  преступлением  [8,  с.  28]  Аборт,  произведенный  самой  женщиной,  наказывался  значительно  строже,  если  он  имел  место  после  появления  шевелений  плода.  В  Германии  в  эти  же  годы  производство  аборта  за  деньги  считалось  отягчающим  обстоятельством  [8,  с.  24].

Во  Франции  наказание  усиливалось  в  отношении  врачей,  в  то  же  время  здесь  был  период  (с  1791  по  1810  г.),  когда  сама  женщина  от  наказания  освобождалась  вовсе  [8,  с.  25].

В  дореволюционном  законодательстве  России  четко  различались  разрешенный  законодательством  искусственный  аборт,  производимый  врачом  с  целью  спасения  жизни  женщины  и  аборт,  производимый  самой  женщиной  или  каким-либо  посторонним  лицом  с  преступной  целью  прекращения  беременности.  Принадлежность  лица,  производящего  криминальный  аборт,  к  медицинской  профессии  (сюда  относились  и  повивальные  бабки)  считалось  отягчающим  обстоятельством  [8,  с.  36].

Целый  ряд  законодательных  памятников  древнего  мира  не  упоминает  аборт  среди  наказуемых  деяний.  Например,  нет  ни  одной  нормы  об  аборте  в  законодательстве  Хаммурапи,  законодательстве  древних  евреев,  не  упоминается  аборт  и  в  обычном  праве  казахов. 

В  конце  XIX  и  начале  XX  веков  наказуемость  аборта  вызывала  многочисленные  возражения.  В  своем  замечании  на  проект  «Уголовного  уложения»  1903  года  профессор  Легонин:  «Факт  громадного  распространения  преступного  выкидыша  в  современном  обществе  не  подлежит  сомнению.  Уже  это  одно  указывает  на  то,  что  действующий  уголовный  закон  не  достигает  цели…  наказание  вполне  достаточно,  но  уголовный  закон  почти  всегда  остается  без  применения»  [4,  с.  29].  Это  утверждение  полностью  подтверждается  следующими  статистическими  данными:  за  аборт  в  царской  России  в  1884  году  было  осуждено  всего  17  человек,  а  в  1910  году  —  83  человека  [4,  с.  31].

Испокон  веков  искусственное  прерывание  беременности  было  вне  закона.  Все  религиозные  конфессии  запрещали  верующим  участвовать  в  этой  процедуре.  20  век  легализовал  аборты  и  возвел  их  когорту  методик  планирования  семьи.  Появление  во  второй  половине  XX  века,  альтернативных  средств,  регуляции  рождаемости,  изменение  культурных  традиций  мирового  сообщества  заострило  вопрос  о  нравственной  оценке  процедуры  искусственного  прерывания  беременности.

Искусственное  прерывание  беременности  распространено  в  современном  мире  более  чем  когда-либо  в  предыдущей  истории.  Ежедневно  в  мире  совершается  около  100  млн.  половых  актов,  в  910000  случаев  происходит  зачатие,  в  10  %  этих  случаев  беременность  заканчивается  искусственным  абортом  [1,  с.  66].  Как  отмечала  в  1996  г.  Комиссия  по  народонаселению  и  развитию  ООН,  «во  многих  странах  —  как  развитых,  так  и  развивающихся  —  искусственному  прерыванию  беременности  общественность  уделяет  повышенное  внимание»  [1,  с.  68].  При  этом  озабоченность  вызывают  как  медицинские  последствия  абортов  —  материнская  заболеваемость  (нередко  приводящая  к  бесплодию)  и  смертность,  так  и  морально-правовые  —  проблемы  его  допустимости  на  разных  сроках  беременности  и  законодательной  регламентации.

Не  лучше  обстояло  дело  с  неизбежностью  наказания  и  в  других  государствах.  Например,  в  начале  ХХ  века  в  Нью-Йорке  на  1000  абортов  осуждался  один  человек.  Во  Франции  с  1891  по  1910  годы  по  фактам  преступного  выкидыша  было  возбуждено  25000  дел,  из  них  23000  прекращено  до  суда,  по  остальным  2000  дел  проходило  5000  обвиняемых,  из  которых  половина  была  оправдана  судом.  В  Англии  за  тот  же  период  число  осужденных  не  превышало  10  человек  в  год  [1,  с.  69].

Результаты  первой  мировой  войны  не  могли  не  отразиться  на  проблеме  абортов.  За  20  лет  темпы  роста  численности  населения  в  Англии  сократились  в  3  раза,  в  Германии  —  в  4  раза,  в  США  —  в  2  раза.  Данный  факт  вызывал  обеспокоенность  правительств  и  некоторые  государства  (Франция,  Германия)  стали  предпринимать  специальные  социальные  меры,  направленные  на  стимулирование  рождаемости.  Отдельные  государства  (Англия)  в  качестве  дешевого  метода  повышения  рождаемости  избрали  ужесточение  уголовной  ответственности  за  аборты. 

Несмотря  на  широкое  применение  карательных  мер,  во  всех  странах  число  абортов  неизменно  росло.  Во  Франции  в  1936  году  число  абортов  по  сравнению  с  1914  годом  возросло  в  2  раза  и  достигла  миллиона.  В  Англии  наложение  строгого  запрета  на  аборт  не  дало  ожидаемого  результата:  рождаемость  продолжала  падать  [1,  с.  56].

Изменения  в  коэффициенте  рождаемости  не  находятся  в  прямой  корреляционной  зависимости  от  запрещения  или  разрешения  абортов.  Уголовно-правовые  меры  не  могут  оказывать  существенного  влияния  на  демографические  процессы.  Изменения  в  коэффициенте  рождаемости  в  большей  мере  зависят  от  материальных  условий  жизни  человека,  культурного  уровня,  положения  женщин  в  обществе,  достижений  научно-технического  прогресса  и  многих  других  социально-экономических  факторов.

Эту  мысль  можно  проиллюстрировать  на  примере  Франции  и  Японии.  В  1940  году  во  Франции  рождаемость  была  ниже  смертности  и  составила  —  5,1  %.  После  второй  мировой  войны  в  стране  проводятся  широкомасштабные  поощрительные  мероприятия  (материальные  пособия  многосемейным,  дома  матери  и  т.  д.).  Эти  меры  не  сразу,  но  дали  положительные  результаты  и  рождаемость  стабилизировалась  на  18  %.  На  этом  фоне  во  Франции  развернулась  борьба  за  свободу  абортов,  являющейся  частью  общей  борьбы  за  свободу  личности  [1,  с.  57]. 

Напротив,  в  1947  году  рождаемость  в  Японии  составляла  34,3  %.  Перед  угрозой  проблемы  перенаселения  правительство  страны  было  вынуждено  легализовать  аборты  и  начать  широкую  пропаганду  противозаточных  средств  и  даже  стерилизации.  Эти  мероприятия  совпали  по  времени  с  бурным  ростом  индустриализации,  интенсивной  урбанизацией  и  широким  вовлечением  женщин  в  общественное  производство,  и  потому  результат  превзошел  все  ожидания.  К  1963  году  рождаемость  снизилась  до  17,2  %  [1,  с.  58].

Во  второй  половине  ХХ  столетия  во  всех  странах  мира  наблюдается  тенденция  к  расширению  показаний  к  производству  аборта.  В  1950  году  в  Финляндии,  в  1960  году  в  Норвегии,  в  1967  году  в  Великобритании  были  смягчены  законы  об  абортах.  Если  до  1967  года  в  Великобритании  аборт  разрешался  только  при  наличии  угрозы  жизни  беременной  женщины,  то  с  этого  года  перечень  показаний  к  производству  операции  искусственного  прерывания  беременности  был  дополнен  следующими:  вредность  дальнейшего  продолжения  беременности  для  здоровья  женщины,  вероятность  появления  на  свет  ребенка  с  серьезными  дефектами  здоровья,  вредность  дальнейшего  продолжения  беременности  для  физического  и  психического  здоровья  имеющихся  в  семье  детей  [1,  с.  70].

В  70—80  годы  в  более  чем  тридцати  странах  мира  произошла  либерализация  законов  об  аборте.  Например,  в  США,  Дании,  Швеции  были  приняты  либеральные  законы,  разрешающие  аборты  по  желанию  женщины,  в  ФРГ  и  Франции  —  разрешающие  аборты  по  медицинским  и  социальным  показаниям.  Расширяя  показания  к  производству  абортов,  многие  страны  преследуют  цель  минимизации  вреда,  причиняемого  здоровью  женщин  нелегальными  абортами  (Австрия,  Дания,  Израиль,  Канада,  Нидерланды,  США,  Франция,  Финляндия,  ФРГ,  Швеция,  Индия,  Иран,  Северная  Корея),  а  некоторые  государства  не  скрывают,  что  с  помощью  абортов  хотят  добиться  снижения  рождаемости  (Тунис,  Сингапур)  [3,  с.  34]. 

Попытаемся  сравнить  законы  об  абортах  в  различных  странах  мира  по  степени  суровости.  Самые  либеральные  законы  предусмотрены  в  государствах,  где  аборт  разрешен  по  желанию  женщины  —  бывшие  государства  социалистического  лагеря,  Скандинавские  страны  (аборт  разрешен  в  первые  3  месяца  беременности),  Швеция  (аборт  разрешен  в  первые  18  месяцев  беременности),  Дания  (аборт  разрешен  в  первые  21  месяцев  беременности),  США  (аборт  разрешен  в  первые  24  месяца  беременности),  Тунис  и  Сингапур  (нет  ограничений  к  производству  аборта).Самые  суровые  законы  предусмотрены  в  странах,  где  аборт  разрешен  только  по  ограниченному  кругу  медицинских  и  генетических  показаний  —  Бельгия,  Ирландия,  Испания,  Италия,  Люксембург,  Мальта,  Монако,  Португалия,  Албания,  Бразилия.  Колумбия,  Сальвадор,  Уругвай,  Бангладеш,  Индонезия,  Филиппины,  Алжир,  Кения,  Нигерия,  Марокко,  Новая  Зеландия,  Фиджи  [3,  с.  35].

Как  видно  из  вышеприведенных  данных,  особой  суровостью  отличаются  законы  об  абортах  стран,  в  которых  сильно  влияние  католического  направления  христианской  религии  и  ислама.  В  таких  государствах  Европы  как  Испания,  Италия,  Монако,  Португалия,  некоторых  кантонах  Швейцарии  запрещена  свободная  продажа  противозачаточных  средств.  Напротив,  такие  мусульманские  страны  как  Иран  и  Турция  пересмотрели  свои  законы,  и  пошли  на  разрешение  абортов  по  медицинским  и  генетическим  показаниям.

В  бывших  странах  социалистического  лагеря  после  краха  идей  коммунизма  отношение  к  абортам  развивается  в  разных  направлениях.  Например,  Румыния,  испытавшая  отрицательные  результаты  запрещения  абортов,  в  1990  году  значительно  расширила  показания  к  аборту.  Если  за  период  с  1966  по  1984  годы  в  этой  стране  смертность  в  результате  абортов  возросла  на  600  %,  то  за  один  год  после  принятия  либерального  закона  она  снизилась  до  67  %  [3,  с.  37].  Совершенно  иное  отношение  к  абортам  в  современной  Польше.  В  1993  году  под  давлением  католической  церкви  польский  сейм  принял  закон  о  запрещении  абортов.  В  соответствии  с  этим  законом  аборт  допускается  только  в  тех  случаях,  когда  беременность  явилась  следствием  изнасилования  или  инцеста.  Следствием  политики  запрещения  абортов  стали  резкий  рост  числа  детоубийств  и  подкидывания  новорожденных,  в  несколько  раз  возросло  число  подпольных  абортов,  появилась  традиция  совершать  «гинекологические  туры»  в  соседние  страны,  где  аборт  разрешен.  Польские  женщины  в  среднем  ежегодно  подпольно  или  за  рубежом  производят  40—50  тыс.  абортов  [3,  с.  38].

Как  показывает  краткий  историко-правовой  обзор,  наложение  законодательного  запрета  на  аборты  не  приводит  к  его  искоренению.  Наоборот,  запретительная  политика  неизбежно  приводит  к  росту  криминальных  абортов,  которые  характеризуются  частыми  осложнениями  и  высокой  смертностью.  Примерно  половина  всех  абортов,  производимых  в  мире,  до  сих  пор  делается  нелегально.  В  странах  Латинской  Америки,  где  очень  строгие  законы,  частота  нелегально  производимых  абортов  превышает  частоту  легальных.  По  данным  Всемирной  организации  здравоохранения,  ежегодно  в  мире  совершается  до  45  миллионов  абортов  и  около  половины  из  них  составляют  подпольные  аборты. 

В  современных  цивилизованных  странах  проблема  абортов  рассматривается  в  контексте  прав  человека.  Вопрос  совместимости  легализации  абортов  с  признанием  и  охраной  права  человека  на  жизнь  рассматривался  конституционными  судами  таких  западноевропейских  стран  как  Германия,  Австрия,  Италия,  Франция,  а  также  Европейской  комиссией  по  правам  человека.  Общим  для  всех  решений  было  положение  о  правомерности  добровольного  прерывания  беременности  по  медицинским  показаниям  в  широком  смысле,  т.  е.  не  только  в  случае  угрозы  для  жизни  беременной  женщины,  но  и  при  опасности  для  ее  физического  и  умственного  здоровья. 

 

Список  литературы:

  1. Женщины  в  переходный  период.  Региональный  мониторинговый  доклад  №  6.  Флоренция:  Международный  центр  развития  ребенка  ЮНИСЕФ,  1999.  —  71  с.
  2. Кузнецов  В.К.,  Баранова  Е.В.  История  и  современное  состояние  законодательства  об  абортах  в  странах  мира  //Фельдшер  и  акушерка.  —  1980.  —  №  38.  —  С.  3—6;  Кузнецов  В.К.,  Баранова  Е.В.  Законодательства  об  абортах  в  странах  мира  //Здравоохранение  РФ.  —  1980.  —  №  5.  —  50  с.
  3. Лебедева  В.П.  Пройденные  этапы.  М.,  2013.  —  117  с.
  4. Осложнения  при  аборте.  Руководство  по  техническим  и  управленческим  аспектам  предупреждения  и  лечения.  ВОЗ.  Женева:  Медицина,  1995.  —  190  с.
  5. Равич  М.  Аборт  в  истории  уголовного  права  //Советская  юстиция.  —  1936.  №  34.  —  310  с.
  6. Сантос  М.Б.  Проблема  аборта  и  ее  разрешение  в  современной  Западной  Европе  //Социальные  и  гуманитарные  науки.  Серия  4.  Государство  и  право.  М.,  —  1993.  —  №  1.  —  82  с. 
  7. Шаргородский  М.Д.  Преступления  против  жизни  и  здоровья.  М.:  Юрид.  лит.,  1948.  —  421  с.
  8. Henshaw  S.K.,  Morrow  E.  Indused  abortion:  a  world  review.  New  York:  Alan  Guttmacher  Institute,  1990.  —  120  с.

 

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий