Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65
Telegram: sibac
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9.00 до 18.00 Нск (5.00 - 14.00 Мск)

Статья опубликована в рамках: XII Международной научно-практической конференции «Вопросы современной юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 03 мая 2012 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Уголовное право

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Андреева Л.А. К ВОПРОСУ О ФОРМАХ СОУЧАСТИЯ В РЕЙДЕРСКОМ ЗАХВАТЕ (ЗАВЛАДЕНИИ) БИЗНЕСОМ // Вопросы современной юриспруденции: сб. ст. по матер. XII междунар. науч.-практ. конф. – Новосибирск: СибАК, 2012.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

К ВОПРОСУ О ФОРМАХ СОУЧАСТИЯ В РЕЙДЕРСКОМ ЗАХВАТЕ (ЗАВЛАДЕНИИ) БИЗНЕСОМ

Андреева Любовь Александровна

к. ю. н., доцент кафедры экономико-управленческих и правовых дисциплин Новгородского филиала РГГУ, г. Великий Новгород

E-mail: andreeva56@mail.ru

 

В настоящее время следственная и судебная практика борьбы с групповой преступностью в достаточной мере не подкреплена теорети­ческими положениями, разработанными с необходимой полнотой и обоснованностью, формируется система, по-разному квалифицирующая как групповую преступность, так и институт «соучастия». При выявлении признаков преступлений, таких как рейдерство, ученые и практики уделяют внимание определению этого деяния, как группового преступления, так и преступления, совершенного соучастниками.

Преступность последнего десятилетия представляет реальную угрозу экономической безопасности страны. Рейдерские организован­ные группы контролируют коммерче­ские структуры, банки, производственную и посредническую деятель­ность. Большая часть рейдерских захватов (завладения) бизнесом совершается группами. Закон должен реагировать на то обстоятельство, что на прак­тике значительную часть рейдерских захватов бизнеса составляют групповые преступ­ления, которые нередко характеризуются элементами профессионализ­ма лиц, их совершивших, их организованностью, стремлением объе­диниться в группы, устойчивые группы и преступные сообщества, пользующиеся административным ресурсом. Общественная опасность соучастия предопределяется тем, что участие в преступлении нескольких лиц, позволяет более тщательно планировать преступную деятельность, скрывать факты рейдерских захватов, затруднять расследование преступлений. Различные объединения (группы, организован­ные группы, преступные сообщества) нередко становятся на путь со­вершения нескольких рейдерских захватов, организуют «индустрию рейдерства». Участие в содеянном нескольких лиц, при прочих равных условиях, вызывает возрастание общественной опасности самого посягательства по сравнению с анало­гичным посягательством со стороны отдельного лица.

В связи с отсутствием квалификации «рейдерства» как группового преступления, совершенного организованной группой, необходимо обратиться к иным преступным деяниям, совершенным преступной группой. Например, организованная группа — это группа из двух и более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких убийств. При совершении убийства организованной группой действия всех участников независимо от их роли в преступлении следует квалифицировать как соисполнительство без ссылки на ст. 33 УК РФ. [2] Определив рейдерство как опасное преступление, возможно квалифицировать его как совершенное группой, где действия участников будут признаны соисполнительством.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (статья 105 Уголовного кодекса Российской Федерации)» указывается, что при квалификации убийства по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо учитывать содержащееся в ст. 35 УК РФ определение понятия преступления, совершенного группой лиц, группой лиц по предварительному сговору и организованной группой лиц. Вместе с тем в правоприменительной практике складывается отличная ситуация по уголовным делам о хищении чужого имущества. Например, в обзо­ре надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Вер­ховного Суда РФ за 2001 г. указано, что если остальные соучастники ограничились собственными ролями, не будучи соисполнителями (в данном случае они были пособниками), то совершенное ими деяние (квалифицированный грабеж) не может быть квалифицировано как групповое. [3, с. 23] Таким образом, рейдерский захват, сопряженный с физическим насилием с одной стороны (рейдерский захват), с другой стороны, в случае хищения чужого имущества (материально-хозяйственного комплекса) (рейдерское завладение) может либо быть признано групповым, либо не признано групповым преступлением. Однако, практика убедительно показывает, что рейдерство представ­ляет собой исключительно групповое преступление.

В суды всех уровней пытались проводить линию на отграничение соучастия от группового совершения преступлений, указывая на то, что группа может состоять лишь из соисполнителей. Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» указывается, что если организатор, подстрекатель или пособник непосредственно не участвовал в совершении хищения чужого имущества, содеянное исполнителем преступление не может квалифицироваться как совершенное группой лиц по предварительному сговору. В этих случаях в силу ч. 3 ст. 34 УК РФ действия организатора, подстрекателя или пособника следует квалифицировать со ссылкой на ст. 33 УК РФ (п. 8). [5, с. 581]

Непоследовательность судебных решений, квалифицирующих отдельных преступления как совершенных группой лиц либо в соучастии, требует конкретизации определения рейдерства как группового преступления, совершенного в соучастии, по предварительному сговору. Вместе с тем, абзац 4 п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» указывает, что квалификация действий всех соучастников как совершенных соисполнителями в составе организованной группы независимо от исполняемых ими ролей. [5, с. 583].

Вместе с тем, классификация соучастия на формы осуществляется в рамках действующего законодательства и преследует цель выделить разли­чающиеся по объективным и субъективным признакам типичные, повторяющиеся варианты совместного совершения преступления не­сколькими лицами.

Каждое проявление соучастия обладает совершенно определенным (индивидуальным) сочетанием объективных и субъек­тивных показателей общественной опасности, которые составляют объективные и субъективные признаках преступного деяния. Поэтому разграничение соучастия на формы должно осуществляться в зависимости от той или иной совокупности объективных и субъективных признаков преступного деяния, выполняемого в соуча­стии. Основным критерием деления соучастия на формы признается характер участия в преступлении. В зависимости от этого соучастие под­разделяется на следующие формы: сложное соучастие; соисполнительство; преступная группа; преступное сообщество.

Каждая из форм соучастия, в свою очередь, по другим основаниям может быть подраз­делена на виды, что носит вспомогательный характер и осуществляется в определенных аспектах. Деление на виды отражает отдель­ные объективные и субъективные свойства деяния, определяет его более или менее высокую степень общественной опасности в сравнении с другими деяниями, входящими наряду с ним в одну и ту же форму соучастия.

Следовательно, если классификация на формы объединяет все факты совершения преступ­ления несколькими лицами, предусмотрен­ные УК РФ, то классификация на виды отражает различные по степени общественной опасности проявления совместного совершения преступ­ления несколь­кими лицами в рамках одной конкретной формы соучастия.

Например, выделение сложного соучастия в качестве самостоятельной его формы обусловлено сочетанием объектив­ных и субъективных показателей, когда наряду со своеобразным содер­жанием умысла виновных налицо совершение преступления, в котором одни соучастники (организаторы, подстрекатели и пособники) лишь создают условия для более успешного непосредственного совершения преступления исполнителем. Это позволяет сделать вывод, что данная форма соучастия налицо тогда, когда наряду с исполнителем (соиспол­нителями) в преступлении участвуют организатор, подстрекатель или пособник. Сложное соисполнительство наблюдалось на ранних этапах совершения рейдерских захватов, когда организаторы, подстрекатели и пособники создавали условия для силового захвата бизнеса.

В тоже время соисполнительствоопределяется за счет сочетания показателей, когда общие объективные и субъективные при­знаки соучастия дополняются такой объективной особенностью, что каждый из субъектов, совершающих преступление, непосредственно своими усилиями выполняет хотя бы частично действия, охватываемые признаками объективной стороны состава. В этом случае в преступле­нии все соучастники выступают в роли исполнителей. Один из соисполнителей представляет в органы регистрации подложные документы на перерегистрацию, другой — представляет в суд сфальсифицированные уставные документы и т. п.

Групповое преступление отличаетсятем, что факт совершения (исполнения) преступления несколькими лицами по предварительному сговору или без него прямо предусмотрен законом при конструировании признаков конкретного состава преступления. Одновременно обязательные признаки любой группы закреплены в ст. 35 УК РФ, формулирующей ее понятие. Формулирование статьи в Особенную часть УК РФ, должно учесть и это обстоятельство.

Часть 1 ст. 35 УК РФ определила, что преступление признается со­вершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора. На практике рейдерский захват не может быть совершен без предварительного сговора, так как является сложным, многоходовым действием. Следовательно, рейдерский захват (завладение), как опасный вид группы: группа с предварительным сговором и организованная группа определен в соответствии с ч. 2 и ч. 3 ст. 35 УК РФ.

Групповое преступление характеризуется сочетани­ем показателей, при котором наряду с общими объективными и субъек­тивными моментами, присущими любому проявлению соучастия, нали­цо, во-первых, факт участия всех субъектов в совершении преступле­ния, когда само посягательство осуществляется их объединенными, со­вместными усилиями, причем действия, охватываемые признаками объ­ективной стороны любого состава преступления, могут быть выполнены каждым участником в полном объеме либо частично. Во-вторых, каж­дый участник группового деяния должен сознавать, что наряду с ним в преступлении участвуют другие исполнители (соисполнители), созна­вать связь их действий с собственными, что само преступление совер­шается совместными усилиями всех участников.

Преступление, совершенное группой лиц, обладает обязатель­ными признаками, знание которых особенно важно для правоприменительной практики. Среди них необходимо выделить:

  • участие в совер­шении преступления двух или более лиц; выполнение каждым из них деяний (в полном объеме или частично), охватываемых признаками объективной стороны, состава преступления;
  • осуществление преступле­ния объединенными усилиями — совместно;
  • умысел каждого из соучаст­ников на совместное совершение действий;
  • согласованность деяний участников группы, отражающая их взаимную осведомленность о со­вместном совершении преступления.

Эти признаки позволяют разделить сложное соучастие и любое проявление группового посягательства, что особенно важно для квалификации посягательств на собственность, ряда экономических и других преступлений, в том числе рейдерства. На проявления повышен­ной опасности данной формы соучастия законодатель реа­гирует, не только формулируя понятие группового преступления, но и включая в конкретные статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ конкретные квалифицированные составы по признаку их совершения группой лиц.

Преступление признается совершеннымгруппой лиц по предвари­тельному сговору, если в нем участвовали лица, заранее догово­рившиеся о совместном его совершении (ч. 2 ст. 35 УК РФ). Это наибо­лее распространенная разновидность группового посягательства. Наряду с выделенными выше обязательными признаками группового преступ­ления рейдерство характеризует дополнительный — большая субъек­тивная связь, соглашение на совместное совершение преступления, зак­люченное предварительно. Именно он обусловливает более высокую сте­пень опасности рейдерства, как группового посягательства по срав­нению с таковым, совершенным при отсутствии предварительного сговора.

Предварительный сговор на совместное совершение рейдерского захвата (завладения) бизнесом группой может касаться самых различных сторон такого посяга­тельства: характера предполагаемого преступления, места и времени, способа и средств его совершения и т. п. Соглашение всегда должно быть предварительным, заключенным до начала непосредственного совершения посягательства, складываться перед самым на­чалом выполнения действий, образующих объективную сторону состава преступления, либо может быть отдалено от них каким-то отрезком времени. Способ соглашения (словесный, письменный, путем соверше­ния конклюдентных действий и т. п.) юридического значения не имеет. Важно определить, что сговор касается основных признаков рейдерского захвата (завладения) бизнесом, так как только его можно назвать соглашением на совершение конкретного преступления. В действующем законода­тельстве совершение преступления группой лиц по предварительному сговору выделено в части преступлений (п. «ж» ч. 2 ст. 105, п. «а» ч. 2 ст. 111, п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ и др.). Во всех подобных случаях для квалификации содеянного по этому признаку необходимо установить перечисленные выше обязательные признаки группового преступления и дополнительно — наличие предварительного сговора на совместное совершение преступления, то есть сначала необходимо ус­тановить наличие группы для рейдерского захвата, а затем факт предварительного сговора меж­ду ее участниками.

Преобладающее преступное деяние в области захвата бизнеса, либо установления контроля над ним является преступление, совершен­ноеорганизованной группой. Организованная группа представляет собой са­мостоятельную разновидность группового преступления. В соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно содеяно устойчивой группой лиц, заранее объеди­нившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Основной признак организованной группы — ее устойчи­вость, которая заключается в более или менее длительном существовании группы, прочности связей между ее участниками, проработкой планов совершения одного или нескольких преступлений, известным распреде­лением ролей, а главное — заранее состоявшимся объединением для со­вершения одного или нескольких преступлений. Такими являются рейдерские организованные группы, которые направ­ляются в отдельные регионы, с целью захватов как отдельных предприя­тий, так и сетей предприятий, а также предприятий, связанных техноло­гической цепочкой, либо нескольких отраслей экономики региона.

Такое толкование понятия преступления, совершаемого органи­зованной группой было дано Пленумом Верховного Суда Рос­сийской Федерации в постановлении № 5 от 25 апреля 1995 г. «О некото­рых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности». В п. 4 этого постановления разъяснено, что «под организованной группой следует понимать устойчивую группу из двух или более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких преступлений. Такая группа характеризу­ется, как правило, высоким уровнем организованности, планированием и тщательной подготовкой преступления, распределением ролей между соучастниками и т.п.». [5]

Пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. «О практике применения судами зако­нодательства об ответственности за бандитизм» подчеркивает: «Об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие при­знаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между ее члена­ми, согласованность их действий, постоянство форм и методов пре­ступной деятельности, длительность ее существования и количество совершаемых преступлений». Таким образом, в данной более опасной форме соучастия характеризуется признак устойчивости. В действующем законодательстве совершение преступления организо­ванной группой предусмотрено в качестве квалифицирующего признака многих составов (например, статьи 158—166 УК РФ и др.) [6] При определении рейдерства, как преступного деяния, квалифицирующий признак организованной преступной группы необходим.

В специальной литературе в настоящее время повторяется попытка чрезмерно широкого толкования признаков орга­низованной группы, включения в ее состав участников, которые выпол­няют иные, нежели только соисполнительские действия. В организованной рейдерской группе сле­дует устанавливать наличие факта совершения преступления группой, а затем устанавливать признак ее устойчивости В соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ указывается о совершении преступления «устой­чивой группой лиц». Вместе с тем, группа не должна сме­шиваться с другими формами соучастия: соисполнительством, сложным соучас­тием, преступным сообществом. Границы устойчивости определены характером объединения соучастников, нацеленных, как пра­вило, на систему деятельности и распределены внутригрупповые функции.

Преступное сообществопредставляет собой наиболее опасную форму соучастия. Это устойчивое (сплоченное) объединение (органи­зация) рейдеров, объединившихся для занятия преступной деятель­ностью в сфере совершения тяжких и особо тяжких преступлений в сфере экономики. Законодатель указывает в числе разновидностей таких объеди­нений банды — ст. 209 УК РФ, преступные сообщества (преступные органи­зации) — ст. 210 УК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 35 УК РФ преступление признается совер­шенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), соз­данной для совершения тяжких и особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же целях. Такими группами рейдеров являются объединения, участвующие в многочисленных захватах бизнеса в регионе, либо транснациональные объединения рейдеров, полагающих, что рейдерские захваты (завладения) являются их профессиональной деятельностью.

Представляется, что это наиболее опасная форма соучастия. Объективные и субъективные признаки соучастия дополняются для профессионалов-рейдеров некоторыми осо­бенностями. Преступную организацию характеризует сплоченность, которая проявляется в длительной и стойкой связи между участниками. Рейдеры создают и регистрируют предприятия либо организации, легально способствую­щие рейдерским захватам (завладениям), а также аккумулируют на их счетах средства, используемые для преступной деятельности. В этом случае, Уголовный кодекс РФ использует понятия «органи­зация», «объединение организованных групп». Такие объединения ха­рактеризуются наличием четкой общей цели деятельности, руково­дством и распределением ролей. Цель занятия преступной деятельно­стью предполагает задачу совершения многих тяжких и особо тяжких преступлений или даже одного такого преступления, но требующего тщательной подготовки. Преступные сообщества объединяются для совершения наиболее опасных преступлений. В пре­ступной рейдерской организации следует различать организаторов, руководителей, активных и рядовых участников.

При использовании понятия преступного сообщества (преступ­ной организации) в процессе квалификации необходимо точно приме­нять положения закона. Рейдерство присуще преступному сообществу. В соответствии с ч. 5 ст. 35 УК РФ, лица, создавшие преступное сообщество либо руководившие им, равно как и другие его участники несут ответственность лишь в случа­ях, предусмотренных соответствующими статьями особенной части Уголовного кодекса РФ. Следовательно, если в конкретной статье преступное сообщество (преступная организация) не предусмотрены в качестве признака состава, данный факт не может влиять на квалификацию. Вме­сте с тем факт совершения преступления преступным сообществом мо­жет с учетом п. «в» ст. 63 УК РФ выступать в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, в процессе его назначения за рейдерский захват (завладение) бизнесом.

Действия рейдеров направлены на группы предприятий (сети), на предприятия, связанные технологической цепочкой либо крупный бизнес, получили транснациональное значение. Квалификация рейдерского захвата, как захвата предприятия, становится частным примером, а наиболее общим, охватывающим данное противоправное явление, явился противоправный захват бизнеса.

Для правильной квалификации действий лиц, которые совершили рейдерских захват бизнеса или рейдерское нападение на бизнес, необходимо провести отграничение рассматриваемого преступления от составов экономических преступлений главы 22 УК РФ. [6]

Захватом, согласно российскому уголовному законодательству, являются внезапные для потерпевшего агрессивные действия виновного, которые соединены с насилием или угрозой применения насилия. Нападение и следующее за ним насилие (или угроза) составляют органическое единство двух противоправных актов, которые объединены единой целью — завладение материальным производственным комплексом либо установлением контролях над бизнесом. Поэтому факт рейдерского захвата бизнеса, можно рассматривать только условно, вместе с тем вне насилия или угрозы применения насилия рейдерство не теряет уголовно-правового значения. Захват предприятия может быть произведен только преступной группой, по предварительному сговору.

Насильственный характер действий по захвату предприятия возможен посредством использования организованной силы (преиму­щественно вооруженной) — законных силовых структур, незаконных вооруженных формирований либо массового участия граждан, а также демонстрации готовности применить силу. Следовательно, употреб­ление понятия «захват» в Уголовном кодексе РФ свидетельствуют, что «захват» как уголовно-правовое понятие включает в себя насилие с целью установление контроля, господства над захватываемым объектом и применимо к ситуации в области предпринимательства.

Таким образом, действие рейдеров в уголовно-правовом значе­нии представляет собой активное, осознанное, волевое, обладающее общественной опасностью, поведение человека (группы), причиняю­щее существенный вред или создающее угрозу причинения такого вреда ценностям, охраняемым уголовным правом. Действие в ходе рейдерской атаки в уголовно-правовом смысле может быть выражено в непосредственном физическом воздействии на предмет преступ­ления, удаление с территории предприятия работников предприятия и менеджеров, приостановлении деятельности или нарушение производственного процесса и не может быть совершен единолично.

В отношении рейдерства, законодатель избирает оценку данного деяния посредством набора норм Особенной части УК РФ, тем самым практически не признавая групповой характер рейдерства, как уголовного деяния. В зависимости от объекта посягательства, от условий места и времени, от намерений преступника он избирает способом достижения своих целей действия различного рода: подлог документов, нанесение телесных повреждений, похищение имущества и т. д. Все эти действия, применяемые в ходе рейдерской атаки, могут быть насильственными и ненасильственными и возможны только при наличии предварительного сговора и организованной группой.

В большинстве случаев рейдерство состоит не из одного действия, а из ряда актов, тесно связанных между собой объективным содержанием и целями субъекта. Имеется множество способов захвата предприятия рейдерами, они зависят от разных условий (организационно-правовой формы, наличия задолженности по кредитам, степень близости захватчика к административному ресурсу и многое другое).

Из нескольких однородных действий, объединенных единой целью, состоят рейдерские преступления. В некоторых случаях точнее было бы рассмотреть не действия, а деятельность преступников, слагающуюся из целого комплекса поступков, взаимно друг с другом связанных. Преступники в ряде случаев направляют свои действия не непосредственно на объект посягательства, а использует для достижения преступного результата промежуточные звенья: поступки других лиц (например, при подстрекательстве к совершению преступления), различные механизмы (например, средства транспорта) и т. п. [1, с. 104].

Рейдерство носит ярко выраженные групповые признаки: рейдеры и должностные лица действуют согласованно, при этом, чиновники используют свои должностные возможности, а нередко, руководят процессом захвата бизнеса; должностные лица, уполномоченные либо не уполномоченные на издание нормативных и иных правовых актов, издают правовые акты, способствующие либо облегчающие процесс рейдерского захвата; должностные лица издают заведомо незаконные правовые акты, направленные против предпринимательской деятельнос­ти, либо участвуют в процедурах создания особых условий конкуренции; проявляется влияние чиновников на решения «дружественных судов».

Способ действия важен, таким образом, не только для правильной квалификации содеянного, но и для определения степени его общественной опасности и, следовательно, меры наказания виновному. Противоречия в дефинициях «рейдерства» диктуют необходимость уточнения определения данного понятия с целью четкой фиксации его объема и содержания. Наличие общественной опасности рейдерства представляет собой качественный признак преступления. Данный признак выражает материальную сущность и объясняет, почему деяние признается преступлением. Противоправность свидетельствует о том, что группа лиц, осуществляющих захват, нарушила запрет, содержащийся в уголовно-правовой норме.

В целом возможно определить перечень основных черт, свойственных деятельности рейдерских организованных преступных формирований, в том числе: высокий уровень организации и конспи­рации преступной деятельности которая осуществляется членами высокоорганизованного преступного сообщества, при котором функции исполнительские и организационные не совпадают; наличие коррум­пированных связей во власти и управления, а также в правоохра­нительных органах; наличие организованных преступных групп за счет создания структур, обеспечивающих внешнюю и внутреннюю безопас­ность преступного сообщества; масштабный, межрегиональный и международный характер преступной деятельности; проникновение в отрасли экономико-хозяйственной и банковско-кредитной деятель­ности; концентрация бюджета преступного сообщества в форме общественных организаций либо хозяйствующих субъектов, в том числе «псевдо-антирейдерского» характера; связь с «теневой экономикой».

Вместе с тем, главой 22 УК РФ определены виды уголовно наказуемых деяний, совершаемых в сфере экономической деятельности. В указанной главе содержатся виды преступлений, совершаемых лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность и другую деятельность экономической направленности. Исследовав состояние законодательства, автор считает возможным выделить «рейдерство» двумя отдельными составами уголовно наказуемого деяния, определив понятие, как противоправный захват бизнеса либо посягательство на предпринимательскую деятельность.

Таким образом, уголовно-правовая политика в борьбе с рейдерст­вом заключается в определении квалифицирующих признаков «спо­собствующих рейдерскому захвату», внесения изменений в действующий УК РФ, принятие антирейдерских норм, включив две отдельные статьи в главу 22 УК РФ [6].

По мнению автора, необходимо законодательно закрепить сущность общественно опасного деяния (рейдерства) в целях отграничения от смежных форм общественно опасного поведения, как групповое преступление, совершенное по предварительному сговору, организованной преступной группой либо преступным сообществом.

 

Список литературы:

  1. Наумов А. В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 2002. С. 104.
  2. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 27.01.1999 № 1«О судебной практике по делам об убийстве (статья 105 Уголовного кодекса Российской Федерации)» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 3. С. 11
  3. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. № 9. С. 21.
  4. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 15.06.2004 № 11«О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации»// Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. № 7.
  5. Судебная практика к Уголовному кодексу РФ / под ред. В. М. Лебедева. М., 2005. С. 581
  6. Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ с изм. 07.03.2011 г. № 26 — ФЗ // СЗ РФ. — 1996. — № 25. — Ст. 2954.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.