Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XI Международной научно-практической конференции «Вопросы современной юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 09 апреля 2012 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Международное право

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции, Сборник статей конференции часть II

Библиографическое описание:
Кучер О.С. ТРАНСФОРМАЦИЯ ФУНКЦИЙ ГОСУДАРСТВА В КОНТЕКСТЕ ЕГО ГЕНЕРАЛЬНОЙ СТРАТЕГИИ // Вопросы современной юриспруденции: сб. ст. по матер. XI междунар. науч.-практ. конф. Часть I. – Новосибирск: СибАК, 2012.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ТРАНСФОРМАЦИЯ ФУНКЦИЙ ГОСУДАРСТВА В КОНТЕКСТЕ ЕГО ГЕНЕРАЛЬНОЙ СТРАТЕГИИ

Кучер Ольга Сергеевна

аспирант, младший научный сотрудник Института экономико-правовых исследований НАН Украины, г. Донецк, Украина

E-mail: osk.mermaid@gmail.com

 

На современном этапе развития не стоит преуменьшать значение китайского опыта, полагая, что он далеко уступает по своей конечной эффективности единственно правильному, а именно — «западному пути». Это — путь отказа от государственного регулирования эконо­мики в пользу свободы рынка. Любое намерение модифицировать такой подход применительно к специфике исторических условий объявляется бесперспективным. Исходя из такой концепции, Китайс­кой Народной Республике (КНР — далее) год за годом упорно пред­рекают неминуемый экономический крах [8, с. 495]. Тем не менее, автор полагает, что проекты всесторонних преобразований не могут не учитывать мировой опыт и мировые тенденции развития, ведь они глу­боко влияют на жизнь каждого человека в любой стране, а тем более в столь крупной стране, как КНР.

Кроме того, важен всесторонний, а не выборочный учет нацио­нальных особенностей и потребностей общества, его слабых и силь­ных сторон, его ценностей и устремлений, его возможностей. Только такой учет может стать основанием общественного консенсуса, своего рода «общественного договора» по поводу основного направления ре­форм, их конечной цели и вероятных последствий — как в ближай­шем, так и в отдаленном будущем. Современный этап развития дока­зывает, что избранный КНР курс развития посредством максимального использования потенциала внутреннего рынка и преимуществ участия в глобальной экономике требует и постепенного преобразования функ­ций государства в микро- и макроэкономике, а затем и в регулиро­вании социальных процессов.

Опыт китайских экономических реформ представляет особый интерес с точки зрения исследования экономической стратегии госу­дарства по стабилизации экономической системы. По подсчетам МБРР, в 1980— 1992 годах экономика КНР росла в среднем на 9,1 % в год, что в три раза выше. Этот процесс имел реальное основание, по­скольку в стране норма «нагромождения» в этот период составляла приблизительно 40 % [2, с. 21]. По объемам ВВП КНР обогнала в 2010 году Японию, теперь она занимает второе место в мире после США [1]. Среднегодовой прирост ВВП КНР за 2006—2010 годы соста­вил 11,2 %. Достигнутый показатель существенно превысил заплани­рованный правительством Китая — на уровне 7,5 % — рост ВВП за минувшие пять лет. В 2011 году руководство КНР намерено удержать темпы экономического роста страны на уровне 8 %. В 2010 году этот показатель составил 10,3 % [7]. В настоящее время Китай занимает первое место в мире по добыче золота, в 2010 году производство золо­та превысило 340 тонн, что является рекордом за все время существо­вания КНР [3].

Целью статьи является изучение опыта преобразования функций органов управления в народном хозяйстве КНР при наличии генераль­ной стратегии рассчитанной на долгосрочную перспективу.

Как автором уже было отмечено, избранный КНР курс исполь­зования потенциала внутреннего рынка и преимуществ участия в гло­бальной экономике требует и постепенного преобразования функций государства в микро- и макроэкономике. Такой поступательный про­цесс не может надолго задерживаться на каком-то определенном рубе­же. Он предполагает все большую готовность власти и к собственной трансформации, прежде всего, в связи с распространением рыночных реформ на те области, которые изначально считались ее суверенным доменом, а также в связи с теми изменениями, которые происходят в обществе.

Вместе с тем последовательная и поступательная политическая эволюция не может и не должна вести к снижению дееспособности власти, к подрыву способности направлять развитие и обеспечивать общественный порядок и общественную стабильность. Стране, пере­живающей «переходный период», когда происходит замена старых, привычных порядков и институтов, представлений и норм, требуется сильная власть, чтобы осуществить успешно этот переход. Только та­кая власть обладает необходимой политической волей для осуществ­ления перемен с организационными ресурсами, чтобы проводить необ­ходимые модернизационные преобразования, не подвергая страну чрезмерным потрясениям и рискам. Сила власти отнюдь не сводится к наличию мощного репрессивного аппарата. Она определяется, в конеч­ном счете, степенью ее легитимности. Иными словами, тем, насколько граждане страны, основная масса народа воспринимают ее как свою, как выражающую базовые национальные интересы и чаяния и дове­ряет ей, в какой мере реализуется обратная связь между властью и обществом [8, с. 497].

Именно такая модель сочетания сильной власти и использования потенциала внутреннего рынка способствует не только сохранению, но и усилению различий в уровнях технологического и социально - экономического развития. Позиция ряда стран со средним и, особенно, низким уровнем дохода, не имеющих достаточно средств для иннова­ционного обновления экономики, могут значительно ослабнуть. И напротив, переход к модели глобализации, основанной на партнерстве цивилизаций, способен переломить поляризацию мирового технологи­ческого и социального пространства, подтянув уровень ныне отстаю­щих стран, на то, что это возможно, указывают примеры КНР, Индии, Республики Корея [5, с. 51].

Сплав рыночной ориентации экономики и поддержания политической и социальной стабильности с помощью сил и средств сильного, но постепенно модернизирующегося, обретающего право­вую основу и некоторые задатки демократии государства и составляют основу китайских реформ. В КНР еще в 80-х годах прошлого века возникла концепция «неоавторитаризма», подразумевавшая, что рыночные отношения в экономике, а затем и политическая демократия должны вызревать в стране постепенно, под покровительством силь­ной власти, ориентированной на всестороннюю модернизацию. Эту концепцию стало реально осуществлять китайское руководство, хотя оно вербально никогда ее не признавало. Подобным же образом, кста­ти говоря, обстояло дело не только в КНР, но и в Японии, и в «малых азиатских драконах», везде, где успех рыночных преобразований обеспечивался мощной поддержкой власти [8, с. 498].

Еще одним важным свойством китайского реформационного комплекса является наличие у него рассчитанной на долгосрочную перспективу генеральной стратегии. Без внятной, понятной обществу и миру долговременной стратегии были бы невозможны ни успехи в экономике, ни готовность народа переносить неизбежные при столь радикальных преобразованиях тяготы. Такая стратегия включает в себя в качестве непременной составной части и выделение промежу­точных этапов на пути достижения конечных целей, со своими прио­ритетами, которые могут и должны меняться по мере продвижения страны к конечным целям, и со столь же четко обозначаемыми зада­чами и способами их решения. Отсюда вытекает концепция «пяти сба­лансирований»:

1.         развития города и деревни;

2.         различных регионов;

3.         экономики и социальной сферы;

4.         человека и окружающей среды;

5.         внутреннего развития и «внешней открытости» [4, с. 65].

Изменение соотношения политики и экономики в пользу последней можно считать еще одной чертой реформирования КНР, при сохранении авторитарного характера власти на тот период, пока такое сочетание считается необходимым и оправданным. Экономи­ческая политика государства влияет на эволюционные процессы, укрепляет или ослабляет способность общества к развитию. В усло­виях гибкой системы государственного управления цели, стратегии, программы и задачи формируются на управляющем уровне, однако их выполнение допускает возможность широкого круга альтернатив по выбору способов и путей реализации. Поток сугубо командной инфор­мации ограничивается вопросами безопасности государственных гра­ниц, морального и физического здоровья нации, проблемами экологии, решение которых несет согласовательный характер стимулирующего влияния. Именно за счет гибкой системы управления могут быть реализованы регулирующие функции государства. В данном случае одним из важнейших аспектов государственного регулирования яв­ляется поддержание развития экономического роста путем создания равных условий для субъектов хозяйствования. Экономическая поли­тика развития определяется соотношением уровня гибкости механиз­мов государственного управления и степени открытости внешней среде, которая создает разные возможности для реализации произ­водственного потенциала макроэкономической системы в целом и окончательно формирует модель трансформации [6, с. 3].

Лозунг «экономика — прежде всего» первоначально означал установку на стимулирование экономического роста всеми доступными средствами и способами. Для обеспечения высоких темпов роста на длительное время было необходимо, чтобы власть государства допол­нялась властью рынка. Отсюда отказ от полностью авторитарной влас­ти, в которой государство оставалось «одноруким», проведение струк­турных реформ и открытие китайской экономики внешнему миру [8, с. 6]. Затем в ходе перестройки экономики понадобился даль­нейший пересмотр полномочий государства, сокращение его компе­тенции в одних областях одновременно с усилением — в других.

В 2005 г. в официальный оборот была введена новая установка на построение «гармоничного социалистического общества». Она была окончательно утверждена в качестве основополагающей на 6-м пленуме ЦК КПК 16-го созыва в октябре 2006 г. Главными направле­ниями строительства «гармоничного общества» на перспективу до 2020 г. заявлены:

  • совершенствование правовой системы социалистической демократии, гарантия защиты прав граждан;
  • постепенное преодоление тенденции к углублению разрывов между городом и деревней, между отдельными регионами;
  • гарантирование полной занятости, формирование базовых систем социальной защиты в городе и деревне;
  • развитие системы публичных услуг;
  • укрепление инновационных возможностей общества, создание «инновационного государства»;
  • повышение эффективности использования ресурсов, дости­жение эффективных результатов в охране окружающей среды [4, с. 66].

В развитие заявленной стратегии и политических установок были разработаны конкретные программы. На рубеже 2005—2006 гг. была принята программа «строительства новой социалистической деревни», нацеленная на рост крестьянских доходов и развитие социальной инфраструктуры в селе. Реализуются программы «оживления Северо-Востока» и «подъема Центрального Китая» 2003—2006 гг. В августе 2006 г. в Закон КНР «Об обязательном образовании» были внесены поправки, прописывающие схему финансирования школ совместными усилиями центрального, провинциальных и местных бюджетов. Меры по созданию «инновационного государства» изложены в Государственном плане развития науки и техники на период 2006—2010 гг. [4, с. 67].

Открытие китайской экономики внешнему миру и переход к «социалистической рыночной экономике», подчеркивает необхо­димость установления правил игры, такие правила игры могут быть определены только законодательно.

Проанализировав вышеизложенный материал, автор приходит к следующим выводам.

Необходимо отметить, что признание специфичности и непов­торимости китайской модели ни в коей мере не умаляет ее всемирно-исторического значения. Китайская модель доказала свою состоя­тельность, обеспечивая в течение трех десятилетий высокие темпы экономического роста и длительную социальную стабильность. Дан­ная модель не просто наилучшим образом отвечает насущным потреб­ностям и особенностям КНР, она способна к саморазвитию и самосо­вершенствованию, то есть пригодна для решения не только текущих, но и перспективных задач развития. Практическая трансформация мо­дели применительно к меняющейся обстановке неизменно предшест­вовала ее теоретическому обоснованию и законодательному закрепле­нию, т. е. происходил искусственный отбор наиболее эффективных на каждом этапе норм и институтов.

«Специфика китайской модели» состоит в сочетании твердой авторитарной власти и рыночной экономики. В КНР непрерывно ищут и находят оптимальные способы соединения и взаимодействия госу­дарства и рынка. Иными словами, это — не раз и навсегда данная мо­дель, она непрерывно обновляется и модифицируется применительно к тем или иным задачам. Для каждых конкретных преобразований экспериментально определяют необходимую и достаточную меру участия государства и рынка в модернизации экономики и общества в той или иной области, на каждом отдельном участке.

Использование позитивного китайского опыта реформ, который объединяет государственное регулирование и рыночные отношения по пути преобразования экономики страны, благодаря чему в настоящее время КНР имеет прямые и косвенные механизмы контроля эконо­мических процессов, является интересным для Российской Федерации и Украины. Общие положения стратегии развития КНР сходны с целя­ми развития Российской Федерации и Украины. Наращивание нацио­нального экономического потенциала должно происходить благодаря последовательному государственному курсу, направленному на постоянное создание конкурентных преимуществ национальными товаропроизводителями против иностранных конкурентов.

 

Список литературы:

1.        Булкаты Алан. Китай обогнал Японию по объемам экономики. Экономика // РИА Новости. — 2011. — 14 февраля. — [электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://ria.ru/economy/20110214/334119301.html (дата посещения 14.09.2011).

2.        Грущинська Н. М. Інноваційно - інформаційний напрям розвитку нових індустріальних країн Азії: велика стратегія Китаю як досвід України // Формування ринкових відносин в Україні. — 2011. — № 10. — С. 17—23.

3.        Китай занимает первое место в мире по добыче золота // Интерфакс — Китай Новости. — 2011. — 07 февраля — [электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://www.interfax.ru/business/news.asp?id=176376 (дата посещения 12.09.2011).

4.        Мозаис П. Идеология экономических реформ в Китае: основные этапы эволюции // Мировая экономика и международные отношения. — 2007. — № 11. — С. 62 — 68.

5.        Россия в многообразии цивилизаций / Под ред. Н. П. Шмелева. — М.: Издательство «Весь мир», 2011. — 896 с.

6.        Федоренко В. Г., Попова В. В. Політичні та економічні складові розвитку // Економіка та держава. — 2005. — № 1. — С. 2—7.

7.        Чаплыгина Мария. Среднегодовой прирост ВВП Китая за 2006 — 2010 годы составил 11,2 %. Экономика // РИА Новости. — 2011. — 05 марта. — [электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://ria.ru/economy/20110305/342440114.html (дата посещения 15.09.2011).

8.        Экономическая стратегия Китая / Под ред. Я. М. Бергера. — М.: ИД «ФОРУМ», 2009. — 560 с.

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом