Телефон: +7 (383)-312-14-32

Статья опубликована в рамках: IX Международной научно-практической конференции «Вопросы современной юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 06 февраля 2012 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Гражданское, жилищное и семейное право

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Васильев В.В. К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ «ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ НОРМА» И «ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ ПРЕДПИСАНИЕ» // Вопросы современной юриспруденции: сб. ст. по матер. IX междунар. науч.-практ. конф. – Новосибирск: СибАК, 2012.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

 

К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ «ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ НОРМА» И «ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ ПРЕДПИСАНИЕ»

Васильев Владимир Валерьевич

канд. юрид. наук, доцент ТвГУ, г. Тверь

E-mail: pdvv@mail.ru

 

Исследование отраслевой системы гражданского права ставит вопрос о соотношении таких понятий как «гражданско-правовая норма» и «гражданско-правовое предписание». В теории права под правовой нормой чаще всего понимают правило поведения. Однако такое понимание нормы права носит дискуссионный характер, поскольку не учитывает сущности права как особого социального явления. Безусловно, общеизвестно и не оспаривается нами, что правовые нормы могут отражать правила поведения, и в этом случае следует говорить о нормах-правилах, используя эту дефиницию в практических целях. Однако сразу необходимо отметить, что сущность гражданско-правовой нормы значительно шире и её содержание не может быть полностью раскрыто, используя исключительно такую категорию как «правила поведения». Именно это обстоятельство послужило основанием для поиска в этом направлении с целью обогащения знаний о гражданско-правовой норме.

Правовое предписание имеет особую сущностную природу. Проявление этой сущности заложено уже в самом значении категории «предписания», которое с точки зрения этимологического содержания толкуется как приказ или распоряжение. Таким образом, предписание с точки зрения этимологии, характеризуется обязательностью соблюдения тех или иных правил или установлением определённого порядка. На первый взгляд в свете общей диспозитивности гражданско-правового регулирования вызывает некоторые сомнения использование такого понятия как «предписание». Более пристальное внимание на сущность гражданско-правового регулирования приводит  автора  к выводу, что даже диспозитивность должна быть ограничена определенными рамками. Таким ограничителем должны выступать гражданско-правовые предписания, которые в силу общего характера должны стать базовой основой гражданского права.

Автор полагает, что к гражданско-правовым предписаниям следует отнести гражданско-правовые дефиниции, а также принципы и задачи гражданского права. Необходимо отметить, что не все правовые положения, содержащиеся в гражданском законодательстве, могут быть сформулированы в качестве запретов, обязываний и дозволений. Именно к таким положениям  относятся и гражданско-правовые предписания, регламентирующие цели и задачи гражданского права, гражданско-правовые положения информационного характера, а также гражданско-правовые дефиниции, содержащиеся в гражданском законодательстве. Такие гражданско-правовые предписания по общему правилу не оказывают непосредственного прямого воздействия на процесс правового регулирования общественных отношений, но, несмотря на это служат целям формирования фундамента эффективного гражданско-правового регулирования. Из этого следует, что гражданско-правовые предписания по своей сути имеют общий характер для всей сферы гражданско-правового регулирования, проявляя в этом качественном свойстве свою ценность и особую значимость.

В связи с этим, возникает обоснованный вопрос о месте гражданско-правового предписания в системе гражданского права. Позиция автора заключается в признании гражданско-правовых предписаний нормами гражданского права. Отстаивая этот тезис, следует отметить, что иной подход при решении этого вопроса был бы ошибочным. Как известно, исходя из теоретических воззрений, норма права является структурным элементом и состоит из гипотезы, диспозиции и санкции. Однако внимательный анализ общих гражданско-правовых предписаний, выраженных в форме норм-правил, норм-дефиниций, норм-функций и норм-описаний приводит к выводу, что все они могут быть рассмотрены в качестве особых самостоятельных гражданско-правовых норм. В цивилистической литературе этот вопрос был предметом исследований, но однозначный и бесспорный вывод, который удовлетворил бы всех исследователей в области цивилистики до настоящего времени не найден. Однако разрешение этого вопроса имеет не просто формальный характер, а связан с обоснованием теоретической возможности рассматривать общие положения гражданского права, закреплённых в гражданско-правовых предписаниях  в качестве отраслевых норм. В научной литературе высказано мнение, что любая норма состоит из двух элементов — диспозиции и санкции [2, с. 184]. Предлагается и иная позиция, сторонники которой предлагают рассматривать гипотезу и диспозицию в качестве самостоятельных норм права [3, с. 17—21]. По мнению автора, в силу своей особой значимости гражданско-правовые предписания могут быть рассмотрены в качестве самостоятельных норм. Полагаем, что гражданско-правовые предписания имеют свою особую сущность, которая позволяет абстрагироваться от признанных теоретических воззрений на структуру правовой нормы. На взгляд автора, гражданско-правовое предписание является неделимой правовой конструкцией, и это обстоятельство не подрывает тезиса об отнесении этих предписаний к гражданско-правовым нормам. Следует согласиться с В. К. Бабаевым в том, что «нет смысла искать в отправных (учредительных нормах) гипотезу, диспозицию и санкцию» [1, с. 96—97]. Исходя из общих теоретических знаний, следует, что гипотеза указывает на фактические обстоятельства для вступления нормы в действие, диспозиция устанавливает возможные и должные варианты поведения, а санкция определяет вид и меру юридической ответственности. Такое единение диспозиции, гипотезы и санкции в гражданско-правовом предписании невозможно, поскольку приведёт к его неэффективности, выраженной в утрате общего характера. В связи с этим, рассмотрение гражданско-правового предписания с точки зрения возможности её разделения на диспозицию, гипотезу и санкцию или только на гипотезу и санкцию, представляется не оправданным. Главной особенностью гражданско-правовых предписаний как раз является отсутствие внутренней структуры этой нормы, то есть её подразделения на гипотезу, диспозицию и санкцию. В. К. Бабаевым высказывалось предложение о том, что к структурным элементам отправной (учредительной) юридической нормы относятся «признаки правового понятия, явления, принципа, общественно-политической ситуации» [1, с. 96].Такой вывод применительно к общим гражданско-правовым нормам был бы опасен, поскольку превратил бы их лишь в описание признаков правовых явлений. Однако признаки правовых явлений сами по себе не могут придать общей гражданско-правовой правовой норме особого сущностного значения, которое способствует формированию базовой основы для правового регулирования. Представляется, что гражданско-правовое предписание — это определённое целостное явление, которое не должно быть структурировано на какие-либо элементы, поскольку это подрывает эффективность общей правовой нормы и не препятствует реализации задач, которые возложены на неё. Такой вывод, по мнению автора, продиктован двумя взаимодополняющими положениями. Во-первых, «расчленение» гражданско-правового предписания не может  повлечь за собой какого-либо позитивного эффекта, как для законодательной техники, так и для целей практического применения этих норм. Во-вторых, в силу базового содержания, гражданско-правовые предписания не требуют внутреннего структурирования, поскольку его отсутствие не является препятствием для применения общих положений гражданского права. В связи с этим, целесообразно придать гражданско-правовым предписаниям значение особых гражданско-правовых норм, которые носят общий характер.

Эти нормы в силу своей отличительной сущности должны быть выделены в определённую правовую общность, которую следует обозначить как систему базовых гражданско-правовых норм. Эти нормы функционально осуществляют гражданско-правовую функцию созидания, то есть формирования основы гражданско-правового регулирования. Указание на их базовый характер, с одной стороны, свидетельствует о неразрывной связи с нормами, регулирующими правила повеления субъектов гражданского права, с другой — определяют их первичный характер по отношению к другим нормам. Базовые гражданско-правовые нормы и нормы-правила дополняют друг друга, находятся в постоянном взаимодействии и органическом единстве. Такое взаимодействие и органическое единство является одной из предпосылок создания и функционирования целостной системы гражданского права. Именно поэтому базовые нормы, отражающие принципы, задачи, дефиниции гражданского права имеют важное значение для системы гражданского права, поскольку непосредственно формируют правовую базу для регулирования прав и обязанностей субъектов гражданского оборота. Более того, базовые гражданско-правовые нормы создают «общий дух» гражданского права, определяют его сущность и направления перспективного развития. Базовые гражданско-правовые нормы не оказывают прямого правового регулирования общественных отношений, но участвуют в процессе такого регулирования опосредованно, определяя фарватер правового воздействия со стороны норм-правил. Следует сделать вывод о том, что гражданско-правовые предписания, а именно гражданско-правовые дефиниции, принципы, функции и общие описательные положения гражданского права является базовыми гражданско-правовыми нормами. Таким образом, гражданско-правовая норма как фундаментальный элемент системы гражданского права находит своё выражение как в правилах повеления (нормах-правилах), так и в гражданско-правовых предписаниях (базовых нормах).

 

Список литературы:

1.        Бабаев В. К. Структура юридической нормы // Нормы советского права /под ред. М. И. Байтина, В. К. Бабаева. — Саратов, 1987.

2.        Курылёв С. В. О структуре юридической нормы // Труды Иркутского университета. Сер. «Юридические науки». — Иркутск, 1957. Т. 27. Вып. 4.

3.        Лейст О. Э. К вопросу о структуре правовой нормы // Ученые записки Всесоюзного института юридических наук. Вып. 15. — М., 1962.

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом