Телефон: 8-800-350-22-65
WhatsApp: 8-800-350-22-65
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9.00 до 18.00 Нск (5.00 - 14.00 Мск)

Статья опубликована в рамках: XLVII Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 21 июня 2021 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Гражданское, жилищное и семейное право

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Пурге А.Р. ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ СУРРОГАТНОГО МАТЕРИНСТВА, МОДЕЛИ ЕГО ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В РАЗЛИЧНЫХ СТРАНАХ // Актуальные проблемы юриспруденции: сб. ст. по матер. XLVII междунар. науч.-практ. конф. № 6(46). – Новосибирск: СибАК, 2021. – С. 53-63.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ СУРРОГАТНОГО МАТЕРИНСТВА, МОДЕЛИ ЕГО ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В РАЗЛИЧНЫХ СТРАНАХ

Пурге Анна Роландовна

канд. юрид. наук, доц. кафедры Гражданско-правовых дисциплин, Институт права, Владивостокский государственный университет экономики и сервиса,

РФ, г. Владивосток

THE CONCEPT AND SIGNIFICANCE OF SURROGACY, MODELS OF ITS LEGAL REGULATION IN VARIOUS COUNTRIES

 

Anna Purge

candidate of legal sciences, associate Professor of the Department of Civil Law Disciplines, Institute of Law, Vladivostok State University of Economics and Service,

Russia, Vladivostok

 

АННОТАЦИЯ

Одним из вспомогательных методов репродуктивных технологий, обретающим все большую популярность на территории множества государств мира, в том числе и России, выступает институт суррогатного материнства, при применении которого генетические родители будущего ребенка предоставляют свой биологический материал для последующей его подсадки в организм женщины, являющейся суррогатной матерью с целью дальнейшего вынашивания и родоразрешения. Целью исследования является рассмотрение конституционно-правовой модели суррогатного материнства в России и ряде зарубежных стран. Методологическая основа охватывает такие методы, как дедукция, формально-юридический метод, сравнительно-правовой метод. Проведенный анализ свидетельствует о наличии множества моделей правового регулирования института суррогатного материнства в России и за рубежом, которое допустимо классифицировать в зависимости от различных оснований. Сказать о том, что какая-либо из моделей носит исключительно совершенный характер с позиции ее правового регулирования невозможно, ведь при каждой из них усматриваются гражданско-правовые и конституционно-правовые проблемы, требующие своего незамедлительного разрешения.

ABSTRACT

One of the auxiliary methods of reproductive technologies, which is becoming increasingly popular in many countries of the world, including Russia, is the institute of surrogacy, in which the genetic parents of the unborn child provide their biological material for its subsequent implantation in the body of a woman who is a surrogate mother for the purpose of further gestation and delivery. The purpose of the study is to consider the constitutional and legal model of surrogacy in Russia and a number of foreign countries. The methodological framework covers such methods as deduction, the formal legal method, and the comparative legal method. The analysis shows that there are many models of legal regulation of the institution of surrogacy in Russia and abroad, which can be classified depending on various grounds. It is impossible to say that any of the models is extremely perfect from the point of view of its legal regulation, because each of them sees civil and constitutional legal problems that require immediate resolution.

 

Ключевые слова: вспомогательные репродуктивные технологии, суррогатное материнство, правовая модель, донорский материал, эмбрион, ребенок, женщина, мужчина, родители, заказчики.

Keywords: assisted reproductive technologies, surrogacy, legal model, donor material, embryo, child, woman, man, parents, customers.

 

Прежде, чем приступить к детальному изучению правовых моделей суррогатного материнства в России и за рубежом, а также выявлению и разработке конституционно-правовых проблем, связанных с его практической реализацией, рассмотрим понимание сущности дефиниции «суррогатное материнство» на законодательном и доктринальном уровнях.

Так, на сегодняшний день невозможно сказать о наличии общепризнанного единого концептуального подхода к пониманию сущности анализируемой категории в доктрине, поскольку оно является смежным для ряда наук, лежащих в различных областях знаний. Исходя из этого, допустимо выделить три главенствующих подхода к определению понятия «суррогатное материнство»: медицинский, социальный и юридический, каждый из которых более подробно будет освещен ниже в содержании настоящего исследования.

1 Медицинский подход к пониманию сущности суррогатного материнства.

Так, с позиции медицины, суррогатное материнство представляет «специфический метод вспомогательных репродуктивных технологий, основой которого выступает перенос (имплантация) эмбриона, созданного искусственным образом из генетического материала его биологических родителей, либо же с использованием донорского генетического материала, в организм суррогатной матери (полость ее матки) [1, c. 54]», а также последующее вынашивание и рождение ею ребенка для дальнейшей передачи его биологическим родителям.

Становится очевидно, что представленное определение охватывает собой лишь медицинские критерии суррогатного материнства, к числу которых относятся следующие:

- имплантация эмбриона - то есть, перенос оплодотворенной яйцеклетки (при условии использования генетического материала биологических родителей, либо донорского генетического материала) в полость матки суррогатной матери;

- вынашивание и рождение суррогатной матерью ребенка.

Между тем, данное определение не может быть взято за основу в рамках настоящего исследования, поскольку носит явный узкопрофильный характер, не охватывая собой ряд других немаловажных признаков, свойственных суррогатному материнству, вследствие чего мы вынуждены обратиться далее к анализу его определения в рамках социального подхода.

2 Социальный подход к пониманию сущности суррогатного материнства.

С позиции социальной науки, суррогатное материнство трактуется как обеспеченная установленным законодательством и инновационными технологиями современной репродуктивной медицины возможность супружеской пары или одинокой женщины, являющихся физиологически неспособными зачать, выносить и родить самостоятельно ребенка, стать родителями при условии помощи со стороны суррогатной матери, с целью реализации деторождения как приоритетной задачи, стоящей за созданием семьи (акцентируем свое пристальное внимание на том, что это не чья-то авторская формулировка, а выведенное обобщающее определение, выведенное нами из совокупности изученных нами научных трудов  в области социологии).

Исходя из проведенного анализа данного определения, допустимо выделить следующие признаки, присущие суррогатному материнству, носящие сугубо социальный характер:

- физиологическая неспособность супружеской пары, одинокой женщины естественным путем стать родителями (матерью) ребенка;

- реальная возможность супружеской пары, одинокой женщины стать родителями ребенка;

- направленность на реализацию приоритетной цели создания семьи (деторождения, продолжения рода).

Однако, здесь также следует сделать акцент на узкопрофильном характере представленного определения, что делает невозможным в дальнейшем его употребление для целей настоящего исследования. Это обстоятельство обуславливает необходимость обращения к юридическому подходу к толкованию анализируемой нами дефиниции.

3 Юридический подход к пониманию сущности суррогатного материнства.

Рассмотрение данного подхода надлежит начать с анализа позиции отечественного законодателя относительно сущности суррогатного материнства: так, легальное определение данной дефиниции закреплено в ч. 9 ст. 55 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ». В указанной норме оно сформулировано следующим образом: «вынашивание и рождение ребенка (в том числе преждевременные роды) по договору, заключаемому между суррогатной матерью (женщиной, вынашивающей плод после переноса донорского эмбриона) и потенциальными родителями, чьи половые клетки использовались для оплодотворения, либо одинокой женщиной, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможно по медицинским показаниям» [2]. В иных же нормативных правовых актах, посвященных урегулированию института суррогатного материнства, в частности, в положениях российского гражданского закона [3], российского семейного закона [4], а также в соответствующих приказах Министерства здравоохранения [5], не дается понимания сущности суррогатного материнства, поскольку они регламентируют в большей степени отдельные аспекты его практической реализации на территории российского государства.

Как мы видим, законодатель ограничился восприятием только лишь части медицинских критериев, без указания на имплантацию оплодотворенной яйцеклетки в полость матки суррогатной матери, а также вовсе не упоминает социальной составляющей данного института, что позволяет говорить о его некоторой неточности и неполноценности. Между тем, здесь сделан акцент на таком немаловажном критерии, правовой составляющей суррогатного материнства, как обязательность заключения договора, сторонами которого будут выступать потенциальные биологические родители будущего ребенка и суррогатная мать.

Нет единообразного подхода к правопониманию сущности исследуемой дефиниции и среди представителей отечественной правовой доктрины: этот вопрос разрабатывался в содержании ряда научных работ отечественных авторов, таких, как С.В. Алборов [6, c. 18], А.Р. Пурге [7, c. 20], Е.В. Стеблева [8, c. 9], иных.

Так, в частности, Е. С. Митрякова в своей диссертационной работе пишет, что суррогатное материнство представляет собой «правовую связь между суррогатной (вынашивающей) матерью и супругами (заказчиками), возникающая по поводу имплантации в организм суррогатной матери генетически чужого ей эмбриона для его вынашивания, рождения ребенка и его последующей передаче заказчикам» [9, с. 7]. Крайне схожим образом сформулированы определения данного термина и в научно-исследовательских работах ряда других авторов (приводить конкретные авторские формулировки, которые носят практически аналогичный характер, считаем неуместным, в силу ограниченного характера допустимого объема настоящего исследования). Полагаем, что данная точка зрения уязвима тем, что из нее выпадает социальная составляющая суррогатного материнства, и делается акцент сугубо лишь на медико-юридических критериях.

Другой отечественный правовед А. А. Пестрикова, и вовсе делает акцент в большей степени исключительно на медицинской составляющей суррогатного материнства, определяя его в рамках своего диссертационного труда следующим образом: «процесс искусственного оплодотворения, вынашивания и рождения ребенка женщиной (суррогатной матерью) с целью передачи ребенка нареченным родителям» [10, c. 4]. Тем самым, видно, что автор не учитывает при формулировании данного определения ни юридической, ни социальной составляющей суррогатного материнства, что представляется нам в корне неверным.

Отсюда напрашивается вывод о необходимости формулирования собственного авторского определения суррогатного материнства в рамках настоящего исследования, которое бы в своем содержании охватило полную совокупность вышеобозначенных нами юридических, медицинских и социальных критериев, ведь выпадение одного из них не позволяет точным образом дать понимание сущности данной категории.

Тем самым, учитывая ранее упомянутый факт отсутствия единообразного понимания сущности суррогатного материнства на законодательном и доктринальном уровнях, а также узкопрофильный характер представленных вариаций его определений, мы предлагаем толковать  дефиницию «суррогатное материнство» следующим образом: это правовая связь между суррогатной матерью и супружеской парой (одинокой женщиной), не способными физиологически стать родителями естественным путем, именуемыми в дальнейшем заказчиками, основанная на заключенном договоре, предметом которого выступают имплантация в организм суррогатной матери генетически чужого ей эмбриона, созданного искусственным путем с использованием биологического материала заказчиков, либо донорского биологического материала, для его вынашивания, рождения ребенка и его последующей передаче заказчикам, с целью реализации ими деторождения как приоритетной задачи, стоящей за созданием семьи.

В настоящее время институт суррогатного материнства неоднозначно воспринимается законодателями различных стран мира, что обуславливает зачастую колоссальную разницу в особенностях его правового регулирования в России и за рубежом. Это обстоятельство в полной мере обуславливает необходимость рассмотрения основных моделей правового регулирования анализируемого института, существующих как на территории российского государства, так и на территории ряда иностранных государств, что, собственно, и будет сделано нами ниже в рамках настоящего исследования.

Так, в зависимости от легализации института суррогатного материнства, и его возмездности (безвозмездности) принято выделять следующие модели его правового регулирования:

1 Суррогатное материнство запрещено законом.

Эта модель правового регулирования данного института является одной из наиболее категоричных, поскольку при ней не просто отсутствует правовая регламентация общественных отношений, вытекающих из суррогатного материнства, а подобного рода общественные отношения и вовсе запрещены на территории всего государства (вплоть до установления уголовной ответственности за попытку стать суррогатной матерью, воспользоваться ее услугами).

К числу таких государства, в частности, относятся Германия, Голландия, Франция, ряд скандинавских стран, что отчасти, разумеется, продиктовано как морально-этическими соображениями (то есть, осознанным решением законодателя не вторгаться в естественный процесс, предусмотренный самой природой), так и политическими доводами (стремлением оградиться от «волны» мигрантов, зарабатывающих подобным способом).

2 Суррогатное материнство разрешено законом исключительно на возмездной основе.

Обозначенная модель правового регулирования данного института провозглашает разрешенность его применения на всей территории государства (либо отдельных его территориальных единиц), но только при условии передачи денежного вознаграждения суррогатной матери за оказанные ею услуги со стороны биологических родителей ребенка. К числу таких стран относятся, в частности, Украина, Грузия, ЮАР, Великобритания, а также восьми из 50 штатов США [11, c. 195].

Это обусловлено, в первую очередь, стремлением законодателей данных стран защитить права и интересы суррогатной матери, а также обеспечить практическую реализацию права на вступление в программу суррогатного материнства только тех лиц, которые финансово готовы стать родителями, взять на себя полную материальную ответственность за судьбу еще нерожденного ребенка.

Однако, здесь следует обратить свое внимание на ряд своеобразных особенностей применения данной модели правового регулирования суррогатного материнства на территории некоторых государств. 

Так, например, в Украине стоимость оказания услуг суррогатной матерью чрезмерно и неоправданно завышена, что делает фактически недоступными их для подавляющего большинства лиц, объективно нуждающихся в них в силу наличия к тому медицинских показаний, а их реализацию практически неосуществимой.

В России же подавляющее большинство указанных договоров заключается на возмездной основе, однако, бывают и случаи безвозмездного суррогатного материнства, например, когда в этой роли участвует родственник биологических родителей ребенка, что не запрещено действующим законодательством, и позволяет говорить о том, что российская модель правового регулирования института суррогатного материнства находится между данной и следующей моделями, которая будет рассмотрена нами ниже.

3 Суррогатное материнство разрешено законом исключительно на безвозмездной основе.

Эта модель правового регулирования института суррогатного материнства предусматривает разрешенность его применения на всей территории государства, однако, при условии отсутствия финансового вознаграждения, уплачиваемого биологическими родителями в адрес суррогатной матери.

Иными словами, здесь суррогатная мать лишена права на получение денежного вознаграждения за оказание ею услуг по вынашиванию и рождению биологически неродного ребенка, а также какого-либо материального содержания со стороны биологических родителей ребенка в период ее беременности, что позволяет обеспечить вступление в программу суррогатного материнства только тех женщин, кто бескорыстно желает помочь супругам обрести счастье родительства, а также обеспечить участие в этой программе всех нуждающихся в этом бездетных супружеских пар, вне зависимости от их финансового положения. К числу стран, придерживающихся именно указанной модели правового регулирования суррогатного материнства, относятся, в частности, Израиль, Испания, Канада, Австралия, Великобритания.

Так, например, в Великобритании не предусмотрено полной коммерлизации услуг суррогатной матери: она получает лишь «реальное» денежное возмещение от биологических родителей ребенка (при добровольном желании последних), то есть, довольствия, необходимого ей для правильного ведения беременности, родоразрешения, без выплаты сверх дополнительного вознаграждения, что закономерно порождает крайне низкий спрос среди женщин на участие в такого рода программах в качестве суррогатной матери.

4 Суррогатное материнство не урегулировано нормами законодательства.

Последняя из существующих моделей правового регулирования анализируемого института фактически указывает на полное отсутствие его законодательной регламентации, что, однако, не означает фактическое неприменение его на практике вообще. Так, в ряде государств мира, несмотря на отсутствие правового регулирования суррогатного материнства, оно реализуется так называемым «подпольным» способом недобросовестными медицинскими организациями и учреждениями при участии правонесознательных граждан (биологических родителей, суррогатных матерей), поскольку прямо не запрещено законом: в частности, это имеет место быть на территории подавляющего большинства стран Азии, Бельгии, Ирландии, стран Латинской Америки. Эта модель правового регулирования (а точнее, его полного отсутствия) анализируемого института представляется нам крайне ненадежной, в силу того, что при ее реализации вне рамок правового поля остаются незащищенными права, свободы, законные интересы как биологических родителей, суррогатных матерей, так и рожденных от таких действий детей.

Помимо прочего классифицировать ныне существующие модели правового регулирования института суррогатного материнства допустимо и в зависимости от того, кому отдан приоритет прав на рожденного ребенка: суррогатной матери, либо же его биологическим родителям, в связи с чем можно выделить две основных, описание которых будет дано нами ниже:

1 Институт суррогатного материнства с приоритетом прав на воспитание рожденного ребенка у суррогатной матери.

При практической реализации данной модели правового регулирования института суррогатного материнства, приоритет права воспитания рожденного ребенка находится у женщины, его выносивший и родившей, а не у его биологических родителей, что влечет ущемление конституционных прав как последних, так и самого рожденного ребенка, по нашему глубокому убеждению (однако, об этом будет более подробно изложено во второй главе настоящего исследования). Подобной позиции придерживается по сей день российский законодатель, которые в ч. 2 ст. 51 Семейного кодекса РФ закрепил обязательность дачи согласия суррогатной матери на запись в акте гражданского состояния (свидетельства о рождении) в качестве юридически признанных родителей рожденного ею ребенка лиц, являющихся его биологическими родителями.

2 Институт суррогатного материнства с приоритетом прав на воспитание рожденного суррогатной матерью ребенка у его биологических родителей.

Данная модель правового регулирования института суррогатного материнства характеризуется наличием приоритета прав на воспитание ребенка, рожденного суррогатной матерью, у его биологических родителей (то есть, лиц, предоставивших свой генетический материал для искусственного оплодотворения яйцеклетки, в последующем имплантирующийся в полость матки суррогатной матери), и свойственна подавляющему большинству развитых зарубежных стран, в частности, США (Калифорнии, Вирджинии), Великобритании [12], Республике Беларусь, Казахстане [13]. На наш взгляд, эта модель правового регулирования анализируемого института представляется более успешной, поскольку в большей степени ориентирована на обеспечение прав биологических родителей на воспитание их родных детей, а также прав самих рожденных в таких условиях детей на воспитание в семье.

Таким образом, резюмируя изложенную информации в содержании данного подраздела настоящего исследования, сформулируем следующие краткие, но наиболее важные выводы о сущности, понятии суррогатного материнства, а также о моделях его правового регулирования, применяемых как на территории российского государства, так и на территории ряда зарубежных стран:

В настоящее время ни на законодательном, ни на доктринальном уровне не сформировано единообразного взгляда относительно правопонимания сущности и определения понятия суррогатного материнства, но и те, что были проанализированы нами в содержании настоящего исследования не отвечают критериям полноты и точности. Учитывая это, мы предлагаем толковать  дефиницию «суррогатное материнство» следующим образом: это правовая связь между суррогатной матерью и супружеской парой (одинокой женщиной), не способными физиологически стать родителями естественным путем, именуемыми в дальнейшем заказчиками, основанная на заключенном договоре, предметом которого выступают имплантация в организм суррогатной матери генетически чужого ей эмбриона, созданного искусственным путем с использованием биологического материала заказчиков, либо донорского биологического материала, для его вынашивания, рождения ребенка и его последующей передаче заказчикам, с целью реализации ими деторождения как приоритетной задачи, стоящей за созданием семьи.

Проведенный анализ свидетельствует о наличии множества моделей правового регулирования института суррогатного материнства в России и за рубежом, которое допустимо классифицировать в зависимости от различных оснований. Так, по критерию разрешенности и возмездности выделяются следующие модели: суррогатное материнство запрещено законом; разрешено законом исключительно на возмездной основе; разрешено законом исключительно на безвозмездной основе; не урегулировано нормами законодательства. В свою очередь, по критерию приоритетности прав на воспитание рожденного ребенка выделяются следующие модели: институт суррогатного материнства с приоритетом прав на воспитание рожденного ребенка у суррогатной матери, либо с приоритетом прав на воспитание рождённого ею ребенка его биологическими родителями.

 

Список литературы:

  1. Бурдо Е.П. Понятие суррогатного материнства и его правовое регулирование // Пробелы в российском законодательстве. Юридический журнала. – 2014. – № 4. – С. 54-56.
  2. Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации: Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ (посл. ред. от 22.12.2020) // СПС «КонсультантПлюс». – URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_121895/ (дата обращения: 07.05.2021).
  3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая): Федеральный закон от 26.01.1996 № 14-ФЗ (посл. ред. от 27.12.2019 № 489-ФЗ) // СПС «КонсультантПлюс». – URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_9027/ (дата обращения: 07.05.2021).
  4. Семейный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 29.12.1995 № 223-ФЗ (посл. ред. от 04.02.2021 № 5-ФЗ) // СПС «КонсультантПлюс». – URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_8982/ (дата обращения: 07.05.2021).
  5. О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению: Приказ Министерства Здравоохранения Российской Федерации от 30.08.2012 № 107н // СПС «Гарант». – URL: https://www.garant.ru/products/ ipo/prime/doc/70218364/#1000 (дата обращения: 07.05.2021).
  6. Алборов С.В. Договор суррогатного материнства: правовая природа и содержание: дис. … канд. юрид. наук. – М., 2018. – 225 с.
  7. Пурге А.Р. Правовое регулирование суррогатного материнства как метода вспомогательных репродуктивных технологий: дис.  ... канд. юрид. наук.  – Д., 2015. – 237 с.
  8. Стеблева Е.В. Проблемы реализации прав участников отношений суррогатного материнства: дис. … канд. юрид. наук. – М., 2012. – 202 с.
  9. Митрякова Е. С. Правовое регулирование суррогатного материнства в России: дис. … канд. юрид. наук. – Т., 2006. – 175 с.
  10. Пестрикова А.А. Обязательства суррогатного материнства: дис. … канд. юрид. наук. – С., 2007. – 202 с.
  11. Миллер О.В. Суррогатное материнство: особенности нормативного правового регулирования в РФ и США // Инновационная наука. – 2015. – № 6-2. – С. 194-196.
  12. Суррогатное материнство за рубежом и в мире [Электронный ресурс]  // Информационно-правовой портал «Персона. Долгожданный ребенок»: сайт. – URL: https://personachild.ru/poleznaya_informaciya_roditelyam/surrogatnoe_ materinstvo_za_rubezhom/ (дата обращения: 05.05.2021).
  13. Суррогатное материнство за рубежом [Электронный ресурс]  // Информационно-правовой портал «Мама-Поиск»: сайт. – URL: https://mama-poisk.ru/news/surrogatnoe-materinstvo-za-rubezhom.html (дата обращения: 05.05.2021).
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом