Статья опубликована в рамках: VIII Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 21 марта 2018 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Уголовное право

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Афанасьев Ю.Н., Афанасьева О.В., Милова И.Е. К ВОПРОСУ О ДОКАЗАТЕЛЬСТВЕННОМ ЗНАЧЕНИИ ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ЭКСПЕРТИЗ // Актуальные проблемы юриспруденции: сб. ст. по матер. VIII междунар. науч.-практ. конф. № 3(8). – Новосибирск: СибАК, 2018. – С. 117-121.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

К ВОПРОСУ О ДОКАЗАТЕЛЬСТВЕННОМ ЗНАЧЕНИИ ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ЭКСПЕРТИЗ

Афанасьев Юрий Николаевич

магистрант Самарского государственного экономического университета

РФ, г. Самара

Афанасьева Ольга Владимировна

магистрант Самарского государственного экономического университета

РФ, г. Самара

Милова Ирина Евгеньевна

канд. юрид. наук, доц., зав. кафедрой «Организации борьбы с экономическими преступлениями» Самарского государственного экономического университета

РФ, г. Самара

TO THE QUESTION OF EVIDENTIARY VALUE LINGUISTIC EXPERTISE

 

Yury Afanasiev

 master's student of Samara state University of Economics

Russia, Samara

Olga Afanas'eva

master's student of Samara state University of Economics c

Russia, Samara

Irina Milova

 PhD in law, associate Professor, head. Department of "Organization of fight against economic crimes" of Samara state University of Economics

Russia, Samara

 

АННОТАЦИЯ

В статье показаны возможности судебной лингвистической экспертизы для процесса доказывания на примере изучения склады­вающейся следственной и судебной практики.

ABSTRACT

The article shows the possibilities of forensic linguistic expertise for the proof process on the example of studying the emerging investigative and judicial practice.

 

Ключевые слова: судебная лингвистическая экспертиза; языковая информация; стилистика; объект исследования; фоноскопия; авторо­ведение.

Keyword: forensic linguistic expertise; language; style; object of study; phonoscope; avtosvedenie.

 

Представляется, что термин «судебная лингвистическая экспертиза» является обобщающим, собирательным. Он охватывает целый комплекс исследований, связанных с изучением продуктов речевой деятельности, где анализу подвергаются тексты, их стилистика и филологические особенности. Объектом исследования выступает языковая информация, выраженная в особых формах устной или письменной речи [3, с. 26‑28].

Изучение уголовных дел показывает, что достаточно часто назначаются комплексные экспертизы, где анализируются не только речевые компоненты, но и применяются специальные знания в области компьютерных технологий (например, при необходимости изучения сообщений электронной почты) [2, с. 299‑301].

В ряде случаев усматривается сочетание подобных исследований с фоноскопическими, когда предметом анализа является речевая инфор­мация, записанная на фонограмме. Весьма интересны экспертизы с автороведческой направленностью, которые позволяют установить создателя анонимного текста [4, с. 6‑11]. Такого рода исследования крайне важны для выявления плагиата.

Крайне полезно с точки зрения доказательственной значимости сочетание лингвистических подходов с психологическими и психиатри­ческими. Первое может пригодиться при расследовании дел о доведении до самоубийства, поскольку лицо, совершившее суицид, как правило, оставляет предсмертное послание, в котором излагает мотивацию своего поступка. Второе важно при изучении текстов, написанных лицами с психическими отклонениями [4, c. 6‑11].

Приметой последнего времени стало проведение судебных лингвистических экспертиз по делам, связанным с экстремисткой деятельностью [1, с. 123‑125]. В частности, нередко публичные призывы к таковой размещаются в сети Интернет. Соответствующая информация становится предметом исследования специалиста в области языкознания. Так, 02 марта 2018 года одним из судов г. Самара по ч. 2 ст. 280, ч. 1, ст. 282 УК РФ осужден Андрей Дорожкин. Он в течение года размещал на своей странице информацию, которая согласно заклю­чению судебной лингвистической экспертизы включала высказывания унижающие достоинство людей по национальному признаку.

В ряде случаев лингвистический анализ используется для доказы­вания невиновности подсудимых и постановления в отношении них оправдательного приговора. Именно такое подход был проявлен Магаданским городским судом при рассмотрении уголовного дела в отношении Щ.А. и Щ.В., обвиняемых по ч. 2 ст. 282 УК РФ. В основу своих доводов суд положил заключение комплексной психолого-лингвистической экспертизы. Предметом ее исследования были монологические суждения подсудимых, с точки зрения изучения употребленных ими слов и фраз. По смыслу указанных выражений в них усматривались элементы унижения, негативных оценок в отношении некоторых представителей народов Кавказа, занимающихся криминалом.

По мнению, экспертов, призывы Щ.А. и Щ.В. к совершению насилия над такими лицами носили неконкретный, а скорее обще­демагогический характер. При этом за ними не последовали какие‑либо активные действия. Данные лица не имели целью возбудить национальную ненависть и вражду к нерусским, а пытались поддержать подобное отношение, которое подсудимые считали устойчиво сущест­вующем в их окружении. Выступали они перед группой своих единомышленников, будучи уверенными, что те полностью разделяют их взгляды. В ходе анализа эксперт учитывал не только содержание, но и контекст произнесения соответствующих высказываний [1, с. 123‑125].

Исходя из представленного исследования, суд посчитал, что данные призывы не носили публичного характера, не выходили за рамки общеотрицательных оценок, произносились лишь с косвенным умыслом, а для ч. 2 ст. 282 УК РФ необходимо наличие прямого умысла. В итоге суд пришел к выводу об отсутствии в действиях подсудимых состава преступления вышеназванной нормы и постановил оправдательный приговор, который кассационной инстанцией был оставлен без изменения.

Лингвистические экспертизы весьма трудоемки, поскольку зачастую на исследование поступают большие по объему тексты, множество документов. Не все они находятся в нормальном состоянии, многие хранились в ненадлежащих условиях, подвергались вредоносным воздействиям, как естественного, так и искусственного характера, а некоторые были объектом намеренного изменения. Данное следственное действие требует значительного времени, что не может не сказаться на сроках расследования. На практике подобные экспертизы нередко назначаются до возбуждения уголовного дела. Полученная при этом информация является основанием для возбуждения такового; ориентиром для производства последующих следственных действий.

В настоящее время проводить подобные исследования могут специалисты, имеющие высшее филологическое образование. По изу­ченным делам можно сделать вывод, что чаще всего это все же эксперты, которые работают в экспертных учреждениях, причем, как госу­дарственных, так и негосударственных. Достаточно часто это лица, имеющие ученую степень по соответствующей специальности, занимаю­щиеся научно-педагогической деятельностью.

К сожалению, в современный период, как сторона защиты, так и сторона обвинения, не всегда представляют себе тот объем возмож­ностей, которые может дать судебная лингвистическая экспертиза для обоснования их аргументов. Более того, отсутствует единая экспертная методика производства подобных исследований.

При решении вопроса о назначении соответствующей экспертизы следователь и суд испытывают затруднения в формулировке вопросов, подборке материалов для исследования, выборе конкретного эксперта. Достаточно серьезной проблемой является оценка полученного заклю­чения. Ни следователь, ни суд не обладают специальными знаниями в области лингвистики, поэтому восприятие ими подготовленного экспертом заключения весьма субъективно. Они вынуждены многие положения принимать на веру, поскольку лишены возможности проверить таковые. Лингвистические знания носят исключительно специальный характер, сфера их применения крайне ограничена и общедоступными они не являются.

В этой связи по ряду уголовных дел было выявлено, что после получения заключения судебной лингвистической экспертизы сторона защиты представляла заключение специалиста, ставящее его под сомнение. После этого следователь либо суд назначали повторную экспертизу. По результатам ее проведения эксперт приходил к противоположным выводам.

Подобные ситуации позволяют говорить о высоком уровне субъек­тивизма в соответствующих исследованиях, что снижает степень их достоверности, переводя таковые в разряд предположительно-вероятностных. Тем не менее, по некоторым уголовным делам их проведение дает ценный доказательственный материал. В этой связи не только нет нужды отказываться от проведения судебных лингвисти­ческих экспертиз, но надо изучать их возможности на современном этапе, что эффективно использовать в процессе доказывания.

 

Список литературы:

  1. Власова О.Б. Признаки призыва в контексте лингвистической экспертизы // Филологические науки. – 2016. - № 9 (51) ч. 4. – С. 123‑125.
  2. Добрякова В.Л., Ивченко Е.В., Палкина А.А., Сырова Н.С. Проблема оценки невербальных элементов текста в производстве судебно-лингвистической экспертизы // Международный журнал экспериментального образования. – 2016. – № 9-2. – С. 299-301.
  3. Назарова Т.В., Громова А.В. Возможности современной лингвистической экспертизы, проводимой в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации // Эксперт-криминалист. - 2017. - № 4. - С. 26‑28.
  4. Смирнова С.А., Секераж Т.Н., Кузнецов В.О. Междисциплинарные исследования в судебно-экспертных учреждениях Минюста России: Актуальные направления лингвистической и психологической экспертизы // Теория и практика судебной экспертизы. – 2017. – Том 12. - № 4. – С. 6‑11.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий