Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XXVII Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов XXI столетия. ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ» (Россия, г. Новосибирск, 09 декабря 2014 г.)

Наука: Философия

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Кузембаев А.К. ФИЛОСОФИЯ ИСТОРИИ ГЕГЕЛЯ // Научное сообщество студентов XXI столетия. ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ: сб. ст. по мат. XXVII междунар. студ. науч.-практ. конф. № 12(27). URL: http://sibac.info/archive/social/12(26).pdf (дата обращения: 18.11.2019)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

 

ФИЛОСОФИЯ  ИСТОРИИ  ГЕГЕЛЯ

Кузембаев  Арсен  Кинжигалеевич

студент  Оренбургского  государственного  университета,  РФ,  г.  Оренбург

Е-mail:  kuzembaev.arsen@yandex.ru

Завьялова  Галина  Ивановна

научный  руководитель,  доцент  Оренбургского  государственного  университета,  РФ,  г.  Оренбург

 

Невозможно  предположить,  каков  был  бы  ход  история,  не  существуя  такого  великого  мыслителя,  как  Георг  Вильгельм  Фридрих  Гегель,  который  по  эпохальности  своих  идей  равнозначен  трем  предшествующим  ему  корифеям  философской  мысли:  Платону,  Аристотелю  и  Иммануилу  Канту.  Гегель,  по  праву,  считается  выдающимся  философом,  оставившим  после  себя  бесценный  материал  и  множество  последователей.  Философию  Георга  Гегеля  отличает  глубина  мысли,  своеобразное  видение  мировых  процессов.  Он  не  сбрасывал  со  счетов  суровую  действительность,  не  заслонял  её  субъективно-должным.  Гегель  признавал  нечто,  что  сильнее  его,  что  заставляло  согласиться  с  закономерностью  и  рациональностью  происходящего.  Эту  имманентно  присущую  разумную  силу  мыслитель  именовал  мировым  духом,  в  котором  свобода  и  целесообразность  совпадают  и  образуют  единое  целое.  В  этом  и  заключался  принцип  тождества  мышления  и  бытия,  откуда  произошел  знаменитый  тезис:  «что  разумно,  то  действительно,  и  что  действительно,  то  разумно».

Всякую  историческую  реальность,  рассматриваемую  через  призму  долженствования,  Гегель  подверг  критике  и  противопоставил  её  существующей  действительности.  Критика  противопоставления  «сущего»  «должному»  является  одним  из  центральных  положений  всей  его  философии:  философия  познает  то,  что  есть,  а  то,  что  есть,  есть  разум.  Но,  говоря  о  должном,  нельзя  не  упомянуть  о  том,  что  не  всякое  должное  отвергалось  немецким  философом;  а  только  субъективно-должное,  поскольку  именно  оно  не  считается  с  волей  мирового  разума.  Объективно-должное  же  провозглашалось  сущим,  так  как  только  данные  устремления  будут  с  необходимостью  осуществлены  на  одном  из  исторических  этапов  становления  мирового  духа.  Таким  образом,  дух  в  себе  изначально  содержит  все,  в  том  числе  и  должное.  В  историческом  процессе  нет  разрыва  между  должным  и  сущим  в  силу  того,  что  все  уже  свершилось  необходимым  образом.  Но  это  не  означает,  что  происходит  полное  снятие  противоположности  сущего  и  должного.  Эта  противоположность  возникает  на  каждом  этапе  исторического  процесса,  которая  снимается  посредством  борьбы. 

Если  мы  принимаем  за  аксиому  утверждение  о  предопределенности  исторического  процесса  мировым  духом,  для  нас  возникает  проблема  свободы.  Понятие  свобода  у  Гегеля  относилось,  прежде  всего,  к  мировому  духу,  сущность  которого  —  его  деятельность,  заключающаяся  в  познании  свободы  самого  себя.  Каждый  представитель  человеческого  рода  суть  проявление  этого  духа.  Для  индивидуума,  свобода  предстает  как  нечто  неотделимое  от  него  самого.  Гегель  утверждал,  что  свободны  все  люди  в  себе,  то  есть  человек  свободен  в  силу  уже  того,  что  он  —  человек.  Но  этого  недостаточно,  необходимо  постижение  свободы  как  необходимости.  Другими  словами,  истинной  свободой  для  индивида  является  осмысление  цели  мирового  духа  как  собственной  цели.

Теперь  поподробнее  рассмотрим  этапы  исторического  развития  мирового  духа.  Поскольку  Гегель  является  вершиной  рационализма  западноевропейской  философии,  то  необходимо  указать  на  тот  факт,  что  мировой  дух  также  именуется  мировым  разумом,  так  как  его  целью  является  познание,  а  если  конкретно,  то  познание  своей  же  свободы.  Реализуемая  в  истории  свобода  проходит  через  все  этапы  развития  и  возвращается  к  духу  в  познанном  состоянии.  Некоторые  исследователи  творчества  Гегеля  усматривают  противоречие  между  его  философской  системой  и  диалектическим  методом,  то  есть  философия  немецкого  идеалиста  содержит  мысль  о  начале  и  конце  развития  мирового  духа  при  бесконечности  развития  принципа  диалектики.

Нужно  начать  с  того,  что  Гегель  отсчитывал  историю  с  момента  возникновения  государств.  А  первые  государства  образовались  на  востоке.  Их  создание  он  связывал  с  возможностью  формирования  людьми  абстракций,  под  которыми  он  понимал  установление  законов,  что  является  первым  преодолением  произвола.  Преодолением  произвола,  по  Гегелю,  служит  нравственное  начало,  но  в  восточном  мире  в  качестве  нравственности  выступает  закон,  подчиняющий  субъективную  волю  как  внешняя  сила.  При  этом  нет  места  свободе  внутренней,  проявляющейся  как  убеждение,  совесть  и  т.  д.  То  есть,  нравственные  элементы  еще  не  отделились  от  положений,  носивших  принудительный  характер.  Это,  прежде  всего,  Гегель  связывал  с  единством  государства  и  религии.

Немецкий  философ  выразил  интересную  мысль  о  характеристике  восточного  мира:

«Нет  недостатка  в  воле,  требующей  нравственности,  но  нет  воли,  которая  осуществляет  её  потому,  что  она  внутренне  обязательна»  [1,  с.  155].

То  есть  на  Востоке  не  существовало  нравственности,  соблюдаемой  в  силу  свободного  обоснованного  самим  собой  выбора.  Гегель  говорил,  что  свобода  —  это  совпадение  субстанциальной  свободы,  которая  является  в  себе  сущим  разумом  воли,  с  субъективной  свободой,  которая  означает  рефлексию  индивидуума  в  его  совести.  «В  непосредственном  сознании  Востока  то  и  другое  нераздельно»  [1,  с.  148]. 

Немецкий  философ  утверждал,  что  восточный  деспотизм  —  необходимый  этап  исторического  процесса,  пришедший  на  смену  дикому  произволу.  «  В  основе  этого  мира  лежит  непосредственное  сознание,  субстанциональная  духовность,  к  которой  субъективная  воля  относится,  прежде  всего,  как  вера,  доверие,  повиновение»  [1,  с.  148].  Восточное  государство  строилось  целиком  на  субстанциональной  свободе,  но  при  этом  нивелировались  индивидуумы  и  их  субъективная  воля.  Властитель,  стоящий  во  главе  государства,  являлся  еще  и  патриархом,  который  требовал,  чтобы  почиталось  как  субстанциональное,  так  и  нравственное  начало.  Все  было  заключено  в  руках  этого  властителя,  признанного  обладающим  субстанциональной  волей,  вне  которого  нет  ничего,  кроме  произвола.

Следующим  этапом  исторического  процесса  является  античный  мир,  который  разделяется  на  мир  греческий  и  римский.

Физические  свойства  греческого  мира,  а  именно  разнородность  и  дикость,  повлияли  на  характеристику  греческого  духа.  Его  элементами  выступали  отсутствие  массового  единства  семейной  сплоченности  и  национальной  связи,  внутренние  духовные  силы  и  личное  мужество,  а  также  такое  важнейшее  качество  как  импульсивность.  Именно  импульсивность  и  чувственность  дали  свободу  реализации  творчества  греческой  натуре,  способствовали  развитию  искусства  и  философии.  Грек  не  ставил  себя  в  центр  мира,  но  чувствовал  себя  элементом  этого  мира  наравне  с  природой.  В  борьбе  с  ней  он  научился  прислушиваться,  удивляться  естественности,  начал  истолковывать  и  объяснять  природу  и  совершающиеся  изменения.  Указание  в  них  смысла  и  значения  являлось  не  объективной  мыслью  источника,  а  субъективным  делом  самого  субъекта. 

Следующим  этапом  на  пути  движения  духа  являлся  римский  мир,  который  реализовался  в  той  среде,  в  которой  погиб  мир  греческий.  Рим  руководствовался  двумя  принципами:  политическая  всеобщность  для  себя  и  абстрактная  свобода  индивидуума.  Данные  принципы  в  отличие  от  предыдущих  этапов  становления  духа  были  закреплены  и  разграничены  в  положительном  праве.  Римский  мир  стремился  к  абстрактной  всеобщности,  выражающейся  в  стремлении  к  господству. 

Конечным  этапом  реализации  свободы  мирового  духа  является  германский  мир.  Последним  периодом  он  является  в  силу  того,  что  смог  достичь  конечной  цели  мирового  духа,  так  как  стал  носителем  христианского  принципа.  Понятие  истинной  свободы  было  олицетворено  с  этим  принципом,  поскольку  он  был  заложен  в  души  германских  народов  еще  на  раннем  этапе  его  развития.  Особенность  германского  народа  состоит  в  том,  что,  в  отличие  от  греческого  и  римского  мира,  которые  лишь  достигнув  зрелости,  смогли  воспринять  великий  принцип  и  потянулись  за  пределы  своих  территорий  к  другим  крупным  державам,  он,  будучи  непросвещенным,  устремился  всей  своей  мощью  на  покорение  этих  великих,  но  уже  развращенных  государств.  И  лишь  после  свержения  этих  «колоссов  на  глиняных  ногах»  стало  возможно  собственное  развитие  германского  мира.  Благодаря  усвоению  и  преодолению  чужих  религий,  государственных  строев,  законодательств  и  культур,  внутренняя  цель  истории  доходит  до  полной  действительности.

  Общество  любого  из  этапов  движения  мирового  духа  разделяется  в  его  философии  истории  на  воспроизводящих  и  всемирноисторических  людей.

«Воспроизводящие  —  люди,  руководствующиеся  частными  интересами,  преследующие  свои  личные  цели.  Деятельность  этих  людей  «поддерживает»,  воспроизводит  общее,  то  есть  все  необходимые  для  общества  условия.  Без  их  деятельности  «общее»  осталось  бы  мёртвым,  абстрактным.  Деятельность  «воспроизводящих  индивидов»  составляет  живую  основу  общества,  поскольку  благодаря  их  работе  сохраняется  и  воспроизводится  всё  созданное  человеком.  Ценность  индивидуума  состоит  в  том,  что  он  представляет  дух  народа,  участвует  в  созидании.  Поступки  индивида  продиктованы  частными,  конечными  целями,  но  он  есть  мыслящее  существо,  поэтому  его  цели  пропитаны  также  всеобщими,  существенными  определениями  права,  долга…»  [2,  с.  164].

Но  также  нужно  взять  во  внимание  такое  понятие  как  «хитрость  разума».  То  есть,  какие  бы  цели  ни  преследовал  человек,  он,  de  facto,  останется  бессознательным  орудием  для  реализации  целей  мирового  духа.  Чтобы  преодолеть  бессознательное  подчинение,  необходимо  постижение  и  принятие  необходимости  как  собственной  свободы. 

Чтобы  объяснить,  что  собой  представляют  всемирноисторические  личности,  необходимо  первоначально  ознакомится  с  одним  моментом,  который  заключается  в  том,  что  каждому  индивиду  присущи  цели,  правила  и  намерения,  но  между  тем,  они  не  осуществлены  в  действительности.  Цели,  не  осуществленные  в  действительности,  имеют  сами  в  себе  потенциальную  силу  для  реализации.  Эта  заключенная  внутри  сила  должна  иметь  обнаружение  в  действии,  осуществление,  принципом  которого  является  воля,  деятельность  человека  вообще.

Гегель  утверждал  значимость  человеческих  интересов,  которые  он  именовал  страстью,  поэтому  индивидуум  отодвигает  остальные  стремления  на  задний  план  и  полностью  сосредотачивает  свое  внимание  на  реализации  определенной  цели.  Более  того,  Гегель  сделал  вывод,  что  «ничто  великое  в  мире  не  совершалось  без  страсти»  [2,  с.  76].  Поскольку,  именно  движимые  страстью,  герои  вкладывают  всю  энергию  своей  воли  и  своего  характера,  жертвуя  всем  остальным,  даже  другими  целями,  хотя  и  менее  значимыми.  Наличие  личной  убежденности  в  соучастии  со  страстью  выстраивает  личность,  которую  можно  назвать  всемирноисторической.  Герой  видит  два  мира:  один  в  действительности,  другой,  отличный  от  предыдущего,  в  сознании  духа.  Руководимый  мировым  духом,  герой  претворяет  в  жизнь  всеобщую  цель,  осознавая  её  как  свою.  Исчерпав  свой  потенциал,  всемирноисторическая  личность  становится  бесполезной  для  исторического  процесса,  который  порой  беспощадно  поступает  с  ним.  Гегель  привел  в  пример  несчастливую  судьбу  таких  великих  полководцев  как  Александра  Македонского,  Гая  Юлия  Цезаря  и  Наполеона  Бонапарта.  Каждого  из  этих  людей  ждала  неминуемая  участь:  ранняя  смерть  от  болезни,  заговор  или  ссылка. 

Возвращаясь  к  проблеме  свободы,  заметим,  что  Гегель  критически  рассматривал  концепцию  естественного  состояния,  и  утверждал,  что  невозможно  подумать,  что  существует  или  когда-то  существовало  такое  состояние.  Даже  если  предположить,  что  такое  возможно  в  действительности,  в  таком  случае  человек  не  ограничен  никакими  рамками:  ни  законом,  ни  нравственностью;  и  тогда  это  не  свобода,  а  вседозволенность.

«Свободу  понимают  превратно,  признавая  её  лишь  в  формальном,  субъективном  смысле,  не  принимая  её  существенных  предметов  и  целей;  таким  образом,  ограничение  влечения,  вожделения,  страсти,  принадлежащей  лишь  частному  лицу  как  таковому,  ограничение  произвола  принимается  за  ограничение  свободы»  [1,  с.  92]. 

По  Гегелю,  свобода  реализуется  лишь  в  государстве,  в  котором  объективная  и  субъективная  воля  примиряются  и  образуют  единое  невозмутимое  целое.  Другими  словами,  закон,  являющийся  объективной,  и  в  то  же  время,  разумной  волей,  подчиняет  себе  интересы  частных  лиц  (субъективную  волю),  уничтожает  всякий  произвол  и  в  своем  единстве  образуют  государство. 

Эпоха  Гегеля  лишь  преддверие  к  тем  историческим  процессам,  случившимся  в  дальнейшем.  И  Гегель  внес  свой  неоценимый  вклад  в  эти  процессы.  Можно  соглашаться  или  критиковать  философию  немецкого  идеалиста,  но  невозможно  не  уделять  ей  внимания,  ведь  за  тяжеловесностью  текстов  Гегеля  скрыты  логичность,  упорядоченность  мысли,  гениальные  прозрения.  Отталкиваясь  от  философии  Гегеля,  возникли  новые  направления  философии,  способные  не  только  объяснять  мир  во  всем  его  многообразии,  но  и  изменять  его.  И  в  настоящее  время  интерес  к  работам  немецкого  объективного  идеалиста  не  иссякает,  его  тексты  подвергаются  более  тщательному  изучению,  анализу  и  переосмыслению.  Всё  это  необходимо  для  поиска  решения  проблем,  поставленных  современным  быстроизменяющимся  миром.  Именно  по  этой  причине  философия  Гегеля  не  уйдет  в  небытие,  её  не  придадут  забвению,  ведь  именно  она  является  вершиной  рационалистической  мысли  западноевропейской  философии.

 

Список  литературы:

  1. Гегель  Георг  Вильгельм  Фридрих  Лекции  по  философии  истории  /  пер.  А.М.  Водена.  СПб:  Наука,  2000.  —  479  с.
  2. Овсянников  М.Ф  Гегель  1971.  —  223  с.
  3. Перов  Ю.В.,  Сергеев  К.А.  «Философия  истории»  Гегеля:  от  субстанции  к  историчности//  Г.В.Ф.  Гегель  Лекции  по  философии  истории.  СПб:  Наука,  2000.  —  479  с.

 

Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий