Статья опубликована в рамках: CLXVI Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов XXI столетия. ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ» (Россия, г. Новосибирск, 15 октября 2026 г.)
Наука: Юриспруденция
Скачать книгу(-и): Скачать книгу
дипломов
ДЕФЕКТЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПРАВОВЫХ ОТНОШЕНИЙ, ВОЗНИКАЮЩИХ В КОНТЕКСТЕ ОБЪЕКТОВ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ ПРАВ, СОЗДАВАЕМЫХ С УЧАСТИЕМ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА
DEFECTS IN THE LEGAL REGULATION OF RELATIONSHIPS CONCERNING INTELLECTUAL PROPERTY SUBJECT MATTER CREATED WITH THE INVOLVEMENT OF ARTIFICIAL INTELLIGENCE
Starinov Aleksandr Victorovich
Master’s Student, Department of Business, Competition and Environmental Law, South Ural State University,
Russia, Chelyabinsk
АННОТАЦИЯ
Рассматриваются структурные дефекты действующего правового регулирования объектов интеллектуальных прав, создаваемых с участием систем искусственного интеллекта. Особое внимание уделено патентной охране лекарственных средств и химических соединений, создаваемых с использованием ИИ. Проводится сопоставление с российской доктриной и формирующейся практикой.
ABSTRACT
This article examines structural deficiencies in the current legal framework governing intellectual property subject matter created with the involvement of artificial intelligence (AI) systems. Particular attention is paid to the patent protection of pharmaceuticals and chemical compounds developed using AI. The analysis draws comparisons with Russian legal doctrine and emerging legal practice.
Ключевые слова: искусственный интеллект; авторское право; объекты интеллектуальных прав.
Keywords: artificial intelligence; copyright; intellectual property subject matter.
Широкое распространение генеративных систем искусственного интеллекта (ИИ) радикально изменило способы создания результатов научно‑технической деятельности. Традиционные конструкции авторского и патентного права формировались в эпоху, когда исходили из аксиомы, что только человек способен к творчеству и научному изобретательству. Такая антропоцентрическая предпосылка закреплена в легальных понятиях «автор», «произведение», «изобретатель», «концепция изобретения» и продолжает определять судебную практику [1; 2].
Когда в процесс создания включается ИИ, привычные конструкции начинают давать сбои. В одних случаях ИИ выступает в роли усовершенствованного инструмента, сопоставимого с текстовым редактором, в других, он становится агентом, который сам предлагает варианты технических решений или сложные произведения, тогда как человек лишь формулирует запрос и отбирает результат [3; 4].
Авторское право традиционно строится вокруг категории «произведения». В европейской доктрине и практике Суда ЕС выработан критерий «собственного интеллектуального творения автора», который предполагает наличие у автора свободы творческого выбора и «личного отпечатка». В американском праве закреплено требование «оригинального произведения авторства», под которым понимаются независимое создание и минимальная степень творчества [1; 5]. Европейское и китайское право исходят из того, что право на патент принадлежит изобретателю‑человеку [2; 6].
Появление генеративного ИИ нарушает эти связи, поскольку ИИ может порождать сложный продукт без прямого вмешательства человека в содержательную часть результата [3; 4], а во‑вторых, в исследованиях модели способны на основе анализа массивов данных генерировать структуры молекул и прогнозировать их фармакологические свойства [7; 8], в результате творческая и интеллектуальная компоненты оказываются распределёнными между человеком и ИИ, а юридические конструкции, жёстко привязанные к фигуре человека‑создателя, сталкиваются с правовыми лакунами.
Американская практика по вопросам авторства и изобретательства с участием ИИ демонстрирует приверженность традиционным доктринальным подходам, даже ценой образования правовых пробелов. Так, в деле Thaler v. Perlmutter суд подтвердил, что действующий Закон об авторском праве распространяется только на произведения, созданные человеком. Апелляция согласилась с этим подходом, подчеркнув, что произведения, созданные при помощи ИИ, могут охраняться, но лишь в части, где воплощён творческий вклад человека (отбор, компоновка, редактирование). Вопрос о минимальной достаточной степени участия человека был оставлен открытым и фактически перенесён в плоскость политики ведомства [5]. В сфере патентования лекарственных средств в деле Amgen v. Sanofi Верховный суд США рассматривал допустимость широких «претензий» на класс антител, определяемый по функциональному признаку связывания определённого белка. Суд указал, что заявитель обязан раскрыть изобретение таким образом, чтобы специалист мог без чрезмерного экспериментирования реализовать весь заявляемый класс вариантов антител, а не только отдельные примеры, и, недопустимо превращать адресата патента в «исследователя» [9].
Таким образом, в США складывается «двойной зазор»: участие ИИ ставит под вопрос существующую доктрину концепции изобретения, а строгие требования к раскрытию препятствуют охране широких классов соединений, найденных ИИ, что снижает патентную привлекательность проектов в фармацевтике [8; 10; 11].
В авторском праве Суд ЕС в делах Infopaq и Painer закрепил критерий «собственного интеллектуального творения автора», который предполагает свободу творческого выбора и «личный отпечаток» автора [1; 3]. Тем самым европейская модель сочетает жёсткий антропоцентризм в вопросах авторства и изобретательства с высокой планкой доказательств для фармацевтических заявок, что подталкивает компании к опоре на коммерческую тайну вместо патентной охраны [10; 11; 12].
Китайский подход к участию ИИ в создании объектов интеллектуальных прав также сохраняет требование о наличии человека‑правообладателя, однако, регулятор CNIPA заблаговременно разработал специальные «Руководства по заявкам на изобретения, связанные с ИИ», где подробно описаны подходы к распределению изобретательства между участниками правоотношений [6; 13].
В этих документах ИИ прямо квалифицируется как инструмент, используемый человеком через программирование, выбор и интерпретацию результатов, изобретателем признаётся лицо, которое формулирует задачу, выбирает архитектуру модели, подбирает обучающие наборы, выбирает, оценивает и модифицирует результаты и предложения ИИ‑системы [6; 13].
Такой подход снижает риск отказа по формальным основаниям «нечеловеческого» происхождения предложения и создаёт предсказуемые рамки для компаний, использующих ИИ‑платформы в разработке лекарств.
Российское гражданское законодательство также исходит из антропоцентрической модели авторства и изобретательства, так в работах И.А. Михайловой проводится сравнительный анализ российского, китайского и американского подходов; автор показывает, что во всех трёх правопорядках сохраняется формальная привязка авторства к человеку, но этим человеком может быть пользователь ИИ‑системы, при условии наличия у него собственного творческого вклада [14, с. 90–95].
Китайский подход, основанный на инструментальном понимании ИИ и на концепции «интеллектуального вклада» пользователя, в большей мере ориентирован на адаптацию существующих доктрин к новым технологиям, поскольку, позволяет признавать охраняемыми объекты, созданные при интенсивном участии ИИ, при условии наличия доказуемой творческой и интеллектуальной активности человека, и предлагает административные ориентиры для оценки таких случаев, в том числе, в фармацевтическом патентовании [6; 13; 15]. Российская доктрина в значительной степени разделяет эту инструментальную концепцию, но пока только начинает формировать собственные модели распределения прав и критерии существенности творческого вклада изобретателя, в условиях отсутствия административно утвержденных правовых рекомендаций и правил.
Список литературы:
- Karttunen S. Copyright of AI-generated works: Approaches in the EU and beyond [Электронный ресурс]. // European Parliamentary Research Service. – 2025. – URL: https://www.europarl.europa.eu/thinktank/en/document/EPRS_BRI(2025)782585 (дата обращения: 13.10.2026).
- European Patent Office. AI cannot be named as inventor on patent applications [Электронный ресурс]. – 6 July. // European Patent Office. – 2022. – URL: https://www.epo.org/en/news-events/news/ai-cannot-be-named-inventor-patent-applications-0 (дата обращения: 13.10.2026).
- Barbashyn S. Approaches to IP protection for works generated by artificial intelligence – European standards [Электронный ресурс]. // AIPPI News. – 2025. – URL: https://www.aippi.org/news/approaches-to-ip-protection-for-works-generated-by-artificial-intelligence-european-standards/ (дата обращения: 13.10.2026).
- Nordemann J.B. EU law: Generative AI, copyright infringements and liability – my guess for a hot topic in 2024 [Электронный ресурс]. // Kluwer Copyright Blog. – URL: https://legalblogs.wolterskluwer.com/copyright-blog/eu-law-generative-ai-copyright-infringements-and-liability-my-guess-for-a-hot-topic-in-2024/ (дата обращения: 13.10.2026).
- Dunning A., Lee C., Bepko A. [и др.] Thaler v. Perlmutter Further Confirms Human Authorship Required for Copyright Protection [Электронный ресурс]. // Cleary AI and Technology Insights. – 2025. – URL: https://www.clearyiptechinsights.com/2025/03/thaler-v-perlmutter-further-confirms-human-authorship-required-for-copyright-protection/ (дата обращения: 13.10.2026).
- AFD China Intellectual Property Law Office. The CNIPA Issued the Guide of AI-Related Invention Patent Application (Trial) [Электронный ресурс]. – 2 January. – 2025. – URL: https://www.afdip.com/newsevents/IP_Updates/IP%20New/2025/0102/1958.html (дата обращения: 13.10.2026).
- DrugPatentWatch. Algorithms Don’t Own Patents: How to Win the AI Drug Race [Электронный ресурс]. – 27 February. // DrugPatentWatch. – 2026. – URL: https://www.drugpatentwatch.com/blog/algorithms-dont-own-patents-how-to-win-the-ai-drug-race/ (дата обращения: 13.10.2026).
- DLA Piper. Generative AI, drug discovery, and US patent law [Электронный ресурс]. // DLA Piper Insights. – 2024. – URL: https://www.dlapiper.com/en-us/insights/publications/synthesis/2024/generative-ai-drug-discovery-and-us-patent-law (дата обращения: 13.10.2026).
- Barr D.K., Watson L. AI and Enablement After Amgen v. Sanofi: Implications for Life Sciences Patents [Электронный ресурс]. // Venable Insights. – 2025. – URL: https://www.venable.com/insights/publications/2025/10/ai-and-enablement-after-amgen-v-sanofi (дата обращения: 13.10.2026).
- Gomez M. McCarty C., Uitto O.D. AI Drug Discovery Tests the Limits of Patent Law [Электронный ресурс]. // Goodwin Insights – Life Sciences IP. – 2025. – URL: https://www.goodwinlaw.com/en/insights/publications/2025/12/insights-lifesciences-ip-ai-drug-discovery-tests-the-limits-of-patent-law (дата обращения: 13.10.2026).
- Rones M.S., Namireddy M. Patentability Risks Posed by AI in Drug Discovery [Электронный ресурс]. // Ropes & Gray Insights. – 2024. – URL: https://www.ropesgray.com/en/insights/alerts/2024/10/patentability-risks-posed-by-ai-in-drug-discovery (дата обращения: 13.10.2026).
- D Young & Co. G2/21: Enlarged Board of Appeal issues its decision [Электронный ресурс]. // D Young & Co Knowledge Bank. – 2023. – URL: https://www.dyoung.com/en/knowledgebank/articles/g221-decision (дата обращения: 13.10.2026).
- Hogan Lovells. Navigating AI patent applications in China: Key insights from CNIPA’s new examination guidelines [Электронный ресурс]. // Hogan Lovells Publications. – 2025. – URL: https://pdf.hoganlovells.com/en/publications/navigating-ai-patent-applications-in-china-key-insights-from-cnipas-new-examination-guidelines (дата обращения: 13.10.2026).
- Михайлова И.А. Трансформации законодательства об авторском праве в условиях развития искусственного интеллекта // Современное право. – 2024. – № 9. – С. 90–95.
- Wininger A. Beijing Internet Court Releases Translation of Li vs. Liu Recognizing Copyright in Generative AI [Электронный ресурс]. // China IP Law Update. – 2024. – URL: https://chinaiplawupdate.com/2024/01/beijing-internet-court-releases-translation-of-li-vs-liu-recognizing-copyright-in-generative-ai/ (дата обращения: 13.10.2026).
дипломов

