ЧЕЛОВЕК В ПОИСКАХ ИДЕНТИЧНОСТИ

A MAN IN SEARCH OF IDENTITY

Krylova Yana Sergeevna

Student, Department of Philosophy and Cultural Studies, Ufa University of Science and Technology,

Russia, Ufa

Zilya Nailovna Khabibullina

Scientific supervisor, Doctor of Philosophy, Assoc. Professor, Ufa University of Science and Technology,

Russia, Ufa

АННОТАЦИЯ

Данная статья посвящена рассмотрению различных аспектов идентичности современного человека в эпоху цифровизации и социальной мобильности. Выявлены антропологические основания феномена поиска идентичности через самосознание, социальные роли, множественность, нарратив и стратегии обретения идентичности.

ABSTRACT

This article examines various aspects of modern human identity in the era of digitalization and social mobility. It identifies the anthropological foundations of the phenomenon of identity search through self-awareness, social roles, multiplicity, narrative, and strategies for finding identity.

Ключевые слова: идентичность, человек, социальная роль, стратегия.

Keywords: identity, person, social role, strategy.

Введение

Вопрос «Кто я?» сопровождает человека на протяжении всей истории, однако в современную эпоху он приобрел особую остроту. Традиционные идентичности - культурные, национальные, профессиональные, семейные -перестали быть стабильными. Глобализация, цифровизация и социальная мобильность размывают привычные ориентиры, и человек оказывается в ситуации поиска себя.

Цель данной статьи: выявить антропологические основания феномена поиска идентичности, опираясь на работы классиков философской антропологии (П. Рикёра, Э. Эриксона, М. Хайдеггера, Ж.-П. Сартра) и других современных исследователей. Основной тезис заключается в том, что поиск идентичности - это не случайный кризис, а фундаментальная характеристика человеческого способа существования.

1. Самосознание как автобиографический проект: «Я» никогда не совпадает с собой.

Классическая метафизика понимала идентичность как субстанциальное тождество самому себе: человек есть то, что он есть. Поль Рикёр решительно пересматривает эту позицию, вводя понятие нарративной идентичности. Согласно Рикёру, «я» не является вещью или неизменной сущностью, которую можно однажды обнаружить. Идентичность конституируется через рассказы, которые человек рассказывает о себе, и эти рассказы постоянно переписываются.

«Идентичность личности есть не что иное, как особая диалектика тождественного и различного, которая разворачивается в повествовании. Человек узнаёт себя в рассказах, которые он создаёт о собственной жизни, и каждый новый поступок требует пересоздания этого рассказа» [8, с. 215].

Поиск идентичности, таким образом, есть процесс нарративной работы. Человек не находит себя готовым, он создаёт себя в актах обещания, свидетельства, прощения. Однако эта созидательная активность имеет иную сторону: идентичность остается принципиально незавершимой. «Нарративная идентичность подразумевает принятие трех фундаментальных характеристик, описывающих личностное существование: самосознание и рефлексия, субъектность (способность действовать исходя из собственных целей, ценностей и желаний), временный характер существования» [1, с. 48].  При отрицании какой-нибудь из этих характеристик, личность может опровергнуть нарративную теорию тождества. Таким образом, первая трудность поиска идентичности заключается в том, что человек не может однажды «найти себя» раз и навсегда, так как он обречен постоянно себя пересказывать.

2. Социальные роли и маски: от идентификации к самообману

Человек существует не в вакууме, а в поле социальных отношений. Каждая социальная роль (родитель, работник, друг, гражданин) предъявляет определенные требования и ожидания. Проблема возникает тогда, когда эти внешние идентификации начинают подменять внутреннюю идентичность. Однако философско-антропологический анализ идет дальше: вопрос в том, где кончается социальная роль и начинается подлинное «я». Ж.-П. Сартр связывает эту проблему с феноменом самообмана. Когда человек говорит «я такой, потому что так вынуждают обстоятельства» или «у меня нет выбора, ведь это моя роль», он пытается превратить себя в вещь, чтобы снять с себя ответственность за собственную идентичность.

Современная цифровая среда, по мнению В.П. Рожкова, создает новые формы такого самообмана. «Алгоритмическая персонализация формирует у пользователя иллюзию „истинной“ идентичности, рекомендуя контент „подходящий именно вам“. На деле же происходит подмена: внешняя система начинает определять, кто вы есть, а человек всё меньше спрашивает себя об этом самостоятельно. Поиск идентичности подменяется пассивным потреблением готовых ярлыков» [9, с. 204].

Таким образом, вторая трудность поиска идентичности заключается в различении внешней идентификации (то, что говорят другие) и внутренней идентичности (то, чем человек является для себя). Слиться с ролью - значит впасть в самообман, но и отказ от всех ролей делает существование невозможным.

3. Множественная идентичность как антропологическая норма

Современный человек существует одновременно в нескольких жизненных мирах. Он может быть профессионалом, родителем, участником сообщества, носителем этнической культуры и гражданином мира. Каждый из этих контекстов требует разных, порой противоречащих друг другу, форм самоидентификации. В обществе, которому присущи многообразие принципов организации социальных общностей и стирание устоявшихся культурных норм и ценностей, востребован поиск новых идентичностей. «Формирование идентичности может стать непредсказуемым как неприятие или противопоставление «другого», т.е. идентификация может осуществляться на основе объединения с одними и, наоборот, дистанцирования от других». [11, с. 64]

Исследователь В.К. Гагарин предлагает рассматривать множественную идентичность не как патологию или кризис, а как антропологическую норму позднего модерна. Однако эта норма переживается как кризис потому, что антропологическая потребность в целостности и единстве «Я» вступает в противоречие с реальностью фрагментации.

«Традиционное понятие идентичности, укорененное в метафизике единого, стабильного и сущностного „Я“, уступает место моделям субъективности, характеризующимся множественностью, процессуальностью и децентрацией. Технологии не создают принципиально новые формы децентрации, но выступают их мощным усилителем» [2, с. 112]. Человек в поиске идентичности в XXI веке неизбежно становится многомерным. Он вынужден удерживать разные версии себя в состоянии продуктивного напряжения. Это требует особой способности к рефлексии и интеграции, которой далеко не каждый обладает. Как   отмечает Е.Н. Князева, «способность удерживать эксцентрическую позицию по отношению к собственным идентификациям (то есть одновременно быть вовлеченным и наблюдать со стороны) становится ключевым навыком современного человека» [3, с. 38].

Возникшая трудность, таким образом, такова: человеку приходится быть множественным, не теряя единства, и целостным, не подавляя множественности. 4. Осознание смерти как горизонт идентичности

Поиск идентичности не может происходить вне отношения к конечности собственного существования. Многие философские традиции утверждали, что именно осознание смерти придает жизни подлинность. Если человек бессмертен, товопрос «кто я?» теряет остроту: можно было бы быть кем угодно, в любой момент всё изменить.

Однако связь идентичности и смерти имеет и более сложное измерение. Человек есть «бытие-к-смерти» (М. Хайдеггер), и подлинное существование начинается тогда, когда человек принимает свою конечность. В этом контексте поиск идентичности - это не просто ответ на вопрос «кто я сейчас?», но и вопрос «кем я хочу умереть?». С.А. Павленко связывает кризис идентичности в цифровую эпоху с попыткой «отменить» смерть через сохранение цифрового следа. «Стремление оставить после себя бесконечный цифровой след, накопление лайков, постов, комментариев - это символическое отрицание конечности. Но платой становится размывание идентичности здесь и сейчас: человек живёт не свою жизнь, а жизнь своего цифрового двойника. Поиск идентичности превращается в бесконечную архивацию себя» [6, с. 22].

Таким образом, трудность поиска идентичности парадоксальна: осознание смерти заставляет искать подлинное «Я», но тот же страх смерти провоцирует бегство в символическое бессмертие, которое подменяет реальную идентичность её цифровой симуляцией.

5. Стратегии обретения идентичности: рефлексия, диалог и трансценденция

Если поиск идентичности является фундаментальной характеристикой человеческого бытия, то возникает вопрос: возможна ли вообще «найденная» идентичность? Философская антропология отвечает на этот вопрос отрицательно, подразумевая, что идентичность не может быть обретена однажды и навсегда.

Стратегия первая - рефлексивная. Человек, способный задавать себе вопрос «кто я?» и не подменять его готовыми ответами извне, обретает не столько фиксированную идентичность, сколько способность к идентификации. Как отмечает В.А. Лекторский, «человек - единственное существо, которое может не соглашаться с собственной природой, преодолевать её, выходить за собственные пределы. Именно эта трансцендирующая способность делает возможной работу над собственной идентичностью» [5, с. 15].

Стратегия вторая - диалогическая. Идентичность не конструируется в одиночестве, но всегда возникает в пространстве признания другим. Поиск себя невозможен без встречи с тем, кто тебя видит и называется. Как подчеркивает Ю.М. Резник, «идентичность — это не монолог, а диалог: человек узнаёт себя в глазах другого, но при этом должен сохранить дистанцию, чтобы не раствориться в чужом взгляде» [7, с. 11].

Стратегия третья - ценностная. Как не существует «животного» вне конкретных, индивидуальных форм его существования, так и не бывает ценности вне формы своей выразимости, конкретной воплощенности в оценке, норме или идеале. [4, с. 73]. В конечном счете вопрос идентичности - это вопрос о том, чему я служу, какие ценности признаю своими. Ценности не просто помогают идентифицировать себя - они являются тем основанием, который позволяет сохранять идентичность в эпоху её размывания. При утрате ценностей человек теряет себя.

Заключение

Итак, философско-антропологический анализ показывает, что поиск идентичности - это фундаментальная характеристика человеческого способа существования. Человеку трудно найти себя, потому что: его идентичность имеет нарративную, то есть принципиально незавершимую природу; он вынужден различать себя и свои социальные роли, не имея возможности полностью от них отказаться; он должен удерживать множественные идентичности в единстве «Я»; его поиск себя происходит в горизонте неизбежной смерти; он не может однажды остановиться, поскольку идентичность требует постоянного возобновления.

Быть человеком - значит никогда не совпадать с собой окончательно, всегда оставаться открытым новому самоопределению. Как заметил П. Рикёр, «человек есть существо, которое становится тем, что оно есть, только через бесконечный труд по присвоению собственной истории» [8, с. 303].  Именно этот труд, никогда не завершающийся окончательно, составляет достоинство человеческого существования. Человек в поиске идентичности - это и есть человек в полном смысле этого слова.

Список литературы:

1. Бабич В.В. Холистический потенциал теории нарративной идентичности. Сибирский философский журнал. 2024. Том 22. № 3. С.39-56.
2. Гагарин В.К. Множественная идентичность как антропологическая норма: от виртуальной децентрации к нейрокогнитивной трансформации // XV Международная конференция «Философия. Филология. Культура. XXI век». М., 2025. С. 108–118.
3. Князева Е.Н. Эксцентрическая позиция человека: философско-антропологический анализ // Человек. 2020. № 5. С. 28–42.
4. Кравец А.С. Субъективная форма бытия ценностей // Вестник ВГУ. Серия: Философия. 2012. № 2. С. 71-82.
5. Лекторский В.А. Философская антропология сегодня: возможности и границы // Вопросы философии. 2021. № 8. С. 5–18.
6. Павленко С.А. Кризис идентичности в цифровой среде: от алгоритмической диффузии к аутентичной направленности через практику осознанности // Современные вызовы образования и психология формирования личности. Монография. Чебоксары: ИД «Среда», 2025. С. 17–29.
7. Резник Ю.М. Человек в поисках идентичности: теоретические рамки и практические контексты // Вопросы социальной теории. 2010. Т. IV. С. 9–24.
8. Рикёр П. Путь признания / пер. с фр. И.И. Блауберг. М.: РОССПЭН, 2020. 320с.
9. Рожков В.П. Алгоритмическая суггестия и антропологический кризис свободы // Философия и цифровая цивилизация: сборник статей международной конференции. М.: ИФ РАН, 2022. С. 200–207.
10. Сартр Ж.-П. Экзистенциализм - это гуманизм / пер. с фр. М.И. Левиной. М.: Республика, 2019. 128 с.
11. Хабибуллина З.Н. Проблема идентичности в условиях современного трансформирующегося общества // Кризис идентичности в эпоху глобальных трансформаций: материалы Международной научно-практич. конференции (г. Уфа, 18–20 июня 2024 г.) / отв. ред. Р.Р. Крушанова. [Электронный ресурс] / Уфимск. ун-т науки и технологий. – Уфа: РИЦ УУНиТ, 2024. – С.63-69.