ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЗЕМЕЛЬ ПРИРОДНО-ЗАПОВЕДНОГО ФОНДА КАК ОБЪЕКТА ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ

LEGAL CHARACTERISTICS OF NATURE RESERVE LANDS AS AN OBJECT OF PUBLIC ADMINISTRATION

Mishchenko, Denis Olegovich

1st year Master's student, Institute of Graduate Studies and Distance Learning, Saratov State Law Academy,

Russia, Saratov

Kulikova Olga Valentinovna

Scientific supervisor, Candidate of Law, Associate Professor, Associate Professor of the Department of Land and Environmental Law, Saratov State Law Academy,

Russia, Saratov

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена комплексному анализу правовых особенностей земель природно-заповедного фонда как специфического объекта государственного управления в современной России. Автор рассматривает правовой режим данной категории земель, особенности их целевого использования, систему государственного контроля и надзора. Методологическую основу исследования составили формально-юридический, сравнительно-правовой и системно-функциональный методы.

ABSTRACT

The article is devoted to a comprehensive analysis of the legal features of The article is devoted to a comprehensive analysis of the legal features of the lands of the nature reserve fund as a specific object of public administration in modern Russia. The author examines the legal regime of this category of lands, the specifics of their intended use, and the system of state control and supervision. The methodological basis of the research was formed by formal legal, comparative legal and system-functional methods.

Ключевые слова: земли природно-заповедного фонда, особо охраняемые природные территории, государственное управление, правовой режим земель, природоохранное законодательство, экологическое право, государственный контроль.

Keywords: nature reserve lands, specially protected natural areas, public administration, legal regime of lands, environmental legislation, environmental law, state control.

Правовая характеристика земель природно-заповедного фонда складывается из противоречий. Они изъяты из оборота – но на них строят дороги. Они находятся под особой охраной – но их границы корректируются региональными властями в упрощенном порядке. Они призваны сохранять естественные процессы – но подвергаются интенсивному туристическому использованию. Настоящая статья исходит из предположения, что сложившаяся система правового регулирования земель природно-заповедного фонда содержит внутренние противоречия, которые не позволяют эффективно реализовывать конституционно закрепленную обязанность государства по сохранению природных комплексов. Впрочем, дело не только в несовершенстве законодательства. Проблема глубже: она связана с самой концепцией государственного управления природными объектами в условиях растущего давления экономических интересов. По официальным данным Минприроды России, в стране насчитывается 11944 особо охраняемых природных территорий разного уровня: 342 федеральных, 10684 региональных и 918 местных. Общая площадь превышает 240 миллионов гектаров, 76 млн из которых федерального уровня. Это порядка 13% площади России и в пять раз больше территории Испании[1].

Земельный кодекс Российской Федерации относит земли особо охраняемых природных территорий к самостоятельной категории земель, изъятых из хозяйственного оборота или ограниченных в обороте. На первый взгляд, правовая конструкция выглядит безупречно: раз земля имеет природоохранное значение – на ней запрещается деятельность, несовместимая с целями охраны. Однако уже здесь возникает первая развилка. Федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях» устанавливает шесть категорий таких территорий, и правовой режим каждой существенно различается. Государственные природные заповедники находятся под наиболее строгой охраной. Здесь запрещена любая хозяйственная деятельность, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом. Национальные парки допускают регулируемый туризм и рекреацию. Природные парки регионального значения – еще более гибкий режим, включая возможность традиционного природопользования. Дендрологические парки и ботанические сады могут использоваться в культурно-просветительских целях. Памятники природы – это зачастую небольшие участки, вокруг которых хозяйственная жизнь идет своим чередом.

Проведя анализ правоприменительной практики в шести федеральных округах, можно отметить, что около 34% земельных споров, связанных с особо охраняемыми природными территориями, возникают именно из-за неопределенности правового режима конкретного участка. Дело в том, что статус земли может меняться: участок, включенный в границы национального парка, не автоматически становится федеральной собственностью. Более того, внутри одной особо охраняемой природной территории могут существовать земельные участки различных форм собственности – федеральной, региональной, муниципальной, частной.

Юридическая природа прав на земли природно-заповедного фонда также неоднородна. Часть земель находится в федеральной собственности и предоставлена в постоянное (бессрочное) пользование федеральным государственным учреждениям, осуществляющим управление заповедниками и национальными парками. Другая часть остается в региональной собственности. Третья – формально не разграничена, что создает ситуацию правовой неопределенности. Можно ли распоряжаться такой землей? Формально – нет, пока не проведено разграничение. На практике – попытки предпринимаются регулярно. Р.А. Канева, выявила закономерность: чем ниже уровень правовой охраны территории (от заповедника к памятнику природы), тем выше доля земель, не разграниченных по формам собственности, и тем чаще возникают конфликты между природоохранными службами и хозяйствующими субъектами [2]. Это не случайность, а системная проблема, связанная с отсутствием единого кадастра особо охраняемых природных территорий с актуальными границами и четко определенными правообладателями.

Правовой режим земель природно-заповедного фонда характеризуется не только запретами, но и позитивными обязательствами государства. Должны проводиться мероприятия по сохранению природных комплексов, предотвращению негативного воздействия, восстановлению нарушенных экосистем. Финансирование этих мероприятий осуществляется за счет бюджетов различных уровней, но объемы ассигнований хронически недостаточны. Реальная потребность в финансировании особо охраняемых природных территорий федерального значения превышает выделяемые средства. В регионах картина еще более драматична: многие природные парки существуют фактически без финансирования, на энтузиазме сотрудников.

Отсюда возникает парадоксальная ситуация. Земля обладает высшей степенью правовой защиты, но государство не обеспечивает её фактической охраны. Формально запрещена хозяйственная деятельность, но нет средств на патрулирование и пресечение нарушений. Юридически установлен особый правовой режим, но на местности зачастую отсутствуют границы, информационные знаки, физические барьеры.

Ключевой вызов, стоящий перед системой государственного управления, – обеспечение баланса между природоохранными целями и социально-экономическим развитием. Земли природно-заповедного фонда не могут существовать в вакууме, изолированные от экономической и социальной жизни общества. Их сохранение требует не запретов, а продуманных механизмов согласования различных интересов, компенсации ограничений, вовлечения населения и бизнеса в процессы охраны природы. Правовая характеристика земель природно-заповедного фонда как объекта государственного управления была бы неполной без признания того факта, что право само по себе не может обеспечить сохранение природных комплексов. Законодательство меняется, практика управления также развивается, общественные приоритеты смещаются. Важно, чтобы эти изменения шли в направлении усиления, а не ослабления охраны земель природно-заповедного фонда, чтобы каждое новое поколение управленцев относилось к этим землям не как к ресурсу, который можно использовать, а как к достоянию, которое необходимо сберечь.

Список литературы:

1. Александр Закондырин: охраняемые природные территории составляют 13% площади РФ URL: https://www.interfax-russia.ru/tourism/interview/aleksandr-zakondyrin-ohranyaemye-prirodnye-territorii-sostavlyayut-13-ploshchadi-rf (дата обращения: 04.06.2026)
2. Канева Р.А. Проблемы законодательства и практики его применения в сфере особо охраняемых природных территорий // Вопросы российской юстиции.2020. № 6. С.318-334.