Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XLV Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ» (Россия, г. Новосибирск, 21 мая 2018 г.)

Наука: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Николаева А.В. ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ БЕССПОРНЫХ СУДЕБНЫХ ПРОИЗВОДСТВ // Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ: сб. ст. по мат. XLV междунар. студ. науч.-практ. конф. № 10(45). URL: https://sibac.info/archive/meghdis/10(45).pdf (дата обращения: 17.11.2019)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ БЕССПОРНЫХ СУДЕБНЫХ ПРОИЗВОДСТВ

Николаева Алена Вадимовна

магистрант 65 группы Крымского филиала ФГБОУВ «РГУП»

РФ, г. Симферополь

Научный руководитель Попов Сергей Викторович

д-р юрид. наук, доц. кафедры  гражданско-правовых дисциплин Крымского филиала ФГБОУВ «РГУП»

РФ, г. Симферополь

Аннотация. Бесспорное судебное производство (далее - особое производство) - традиционный вид производства в гражданском процессе наряду с исковым производством. Имея корни в римском праве, оно генетически «отпочковалось» от искового процесса, будучи вызванным необходимостью подтверждения неоспариваемых прав, фактов, состояний. Изучение истории возникновения бесспорных судебных производств имеет принципиальное значение, как в юридической теории, так и практике.

Ключевые слова: спор о факте; особое производство.

 

В современном мире нет единого мнения по поводу целесообразности использования в судебной практике признательных, установительных исков. В большинстве западноевропейских странах, а также в англо-саксонской правовой системе к преимуществам таких судебных исков относятся с явной иронией, скептически и, как следствие, не дальновидное поведение юристов вышеуказанных стран оказывает не благоприятное влияние на развитие их законодательной базы. В этих странах отсутствует малейшие теоретические наработки по развертыванию теории юридического факта. Однако в мире, в области развития и совершенствования категорий дел, относящихся к институту особого производства, выглядит не так всё плачевно, как кажется на первый взгляд. Большего успеха в этой области добилась Франция, а также страны, некогда входившие в Союз Советских Социалистических Республик, в великую державу, занимающую шестую часть суши – страны СНГ и бывшие страны народной демократии.

На основании письменных источников, дошедших до наших дней из далёкого прошлого, можно с уверенностью сказать, что в римском праве не было судебных дел, которые носили название «особое производство». Как в законодательстве римской империи, так и в нормативных правовых актах различных западноевропейских стран, не используется термин «особое производство».

Однако, о том, как назывались подобные дела в Древнем Риме, однозначного ответа нет. Среди ученых, изучающих римское право, высказываются различные мнения, данный вопрос по-прежнему остаётся дискуссионным. Спорным вопросом остаётся и предположение, что особое производство образовалось от преюдициальных исков.

А.В. Юдин придерживается такого мнения: «конечно же, оно [римское право] не употребляет термин “особое производство”, но тем не менее, достаточно точно передаёт суть дела данной категории». [4, с. 9]

Продолжая рассуждать о различных названиях, применяемой к одной категории судебных дел, А.В. Аргунов, основываясь на тот пласт научных трудов, который ему удалось изучить, придерживается мнения, что в римском праве существовали два типа судебных дел: добровольная юрисдикция (jurisdictio voluntario) и юрисдикция спорная (jurisdictio contentiosa). Вот как он сам об этом пишет: «… традиционно считается, что в римском праве jurisdictio voluntario противопоставлялась jurisdictio contentiosa».[1, с. 23] Однако, не все ученые-правоведы, изучающие римское право по сохранившимся, дошедшими до наших дней источникам, разделяют его мнение. До сих пор не решён вопрос «о самом существовании ее [добровольной юрисдикции] в римском праве. Авторы, вплотную подошедшие к данной проблеме, отмечают крайнюю бедность источников, в которых бы упоминался термин «добровольная юрисдикция».  

Среди тех, кто не согласен с существованием в римском праве подобного названия, относящегося к судебным делам, именуемым современным российским законодателем «особое производство», выступает А.В. Юдин.

Своё воззрение он основывает на научных трудах Е.В. Салогубовой, М.Х. Хутыз, И.А. Лисовского, К.О. Ревяко, Д.В. Дождева. Так, согласно их обоюдного мнения, судебные дела в римском праве по отдельным признакам напоминающие современное российское «особое производство» носили название «преюдициальные».

Доказывая свою точку зрения, цитируя в научной работе выдержки из римского права, А.В. Юдин упоминает о том, что не все ученые, признавшие существование в Древнем Риме «преюдициальных» судебных дел, усматривают в них «зачатки» современного «особого производства». И это утверждение действительно имеет реальную подоплёку, не является выдумкой автора.

Несмотря на существование различных мнений по указанному вопросу, А.В. Юдин последовательно доказывает правоту высказанной позиции, сопоставляя преюдициальные иски с современным институтом российского «особого производства» в гражданском и арбитражном процессе. Суть исков граждан Древнего Рима, процитированных А.В. Юдиным, заключались в том, что они в корне отличались от исков традиционных, в которых существовал спор о праве и присутствовал ответчик. Отсутствие ответчика в преюдициальных судебных делах, несомненно является сходством с представлениями современного российского законодателя об институте особого производства. Однако, как признаётся автор монографии, преюдициальные иски «понимались в Древнем Риме более широко». [4, с. 10]

Таким образом, преюдициальные иски римского права отличаются от современного российского особого производства в гражданском и арбитражном процессе тем, что в той трактовке, в какой он преподносился в римском суде и понимался римскими юристами, спор о праве все же присутствовал. Общими чертами преюдициальных исков и особого производства является отсутствие ответчика и сама цель судебного заседания: установление фактов, имеющих юридическое значение.

Римское право дало толчок дальнейшему развитию юриспруденции на территории всех стран. Но развитие это происходило не планомерно.

Надо сказать, что особое производство было издавна известно не только западноевропейским и англо-саксонским странам, но и царской России. Как правило, иски такого плана носили название «иск о признании» либо «установительного иска».

Убедиться в правильности изложенной мысли можно, например, исследуя научные труды русского юриста начала XX века Е.В. Васьковского. Примечателен тот факт, что он относил к категории таких дел, не только судебные дела, требующие установления конкретного юридического факта, имеющие в последствие юридическое значение для заявителя, например, «признания законности своего рождения», но и категории дел, которые всё же содержат спор о праве: «недействительности сделки, заключенной под влиянием принуждения или обмана; подтверждения обязанности собственника возобновить арендный контракт, срок которого истек» [2, с. 184]. Такие судебные дела в современном мире невозможно решить без приглашения в суд ответчика, а значит не могут в наше время относиться к институту «особого производства».

Дореволюционная Россия знала институт «особого производства», воспринимала его как иски установочные, иски о признании, как судебные дела, в которых необходимо установить факт, имеющий для заявителя в дальнейшем юридическое значение, как дела, в которых отсутствует ответчик; податель иска не высказывает каких-либо притязаний к иному лицу, а значит в большинстве судебных дел отсутствовал спор о праве. Однако слабая теоретическая разработка института установочных исков, допускала признавать некоторыми юристами начало XX века за отдельными категориями дел такие иски, которые всё же содержали спор о праве. Несмотря на вышеуказанную не стыковку, которая, по всей вероятности, связано со слабой теоретической разработкой в данном направлении, в недопонимании отдельных терминологий и понятий, институт «особого производства» советского государства, а затем и современной России, является несомненно правопреемником исков о признании царской дореволюционной Российской империи.

Несмотря на единое мнение юристов дореволюционной России начала XX века в необходимости существования двух типов судебных дел – спорных (исковых) и о признании (особого производства) – не всегда этот вопрос решался столь единодушно.

К сожалению, институт «особого производства» в российской истории развивался не планомерно, а скачкообразно: то отменялся, то снова возвращался в судебное производство дореволюционной России.

Из всего выше сказанного, следует сделать вывод о том, что при реформировании судопроизводства во второй половины XIX века, суд, применяя новый свод законов, столкнулся с определёнными трудностями, связанными с отсутствием законодательной базы по применению таких судебных дел, в которых бы отсутствовал спор о праве и единственной функцией суда было бы установление факта, имеющего в последствии для заявителя определенное юридическое значение. Вышеуказанный факт вынудил законодателя признать свою ошибку, заставив вернуть правоприменителем ту часть законодательной базы, которая была неправомерно изъята из судопроизводства.

В дальнейшем, после Октябрьской революции, судебная система подверглась многократному реформированию, в связи с чем, институт «особого производства» видоизменялся и далеко не сразу приобрел ту форму судопроизводства, которая существует в наши дни. Так, в ГПК РСФСР, принятом на второй сессии Всероссийского ЦИК X созыва 07.07.1923 года и введенном в действие с 01.09.1923 года постановлением ВЦИК от 10.07.1923 года, институт особого производства (этот термин стал уже легальным определением) был предусмотрен главами XX – XXVIII-а части 3 кодекса.

Таким образом, молодому советскому государству было известно такое понятие, как особое производство. Более того, именно с принятием ГПК РСФСР в 1923 году указанный термин, обозначающий отдельную категорию судебных дел получил легальное определение. Однако путь становления советской власти оказался труден и тернист. Законодатель лишь выделил особое производство как отдельную категорию и перечислил те судебные дела, которые вошли в её состав, не дав определение особому производству, разъяснение о том, что следует понимать под этим термином, а также не указал по каким отличительным признакам вышеуказанные дела стоит относить к особому производству.

ГПК РСФСР 1923 года был далёк от совершенства, так как не содержит «дела об установлении факта, имеющих юридическое значение».

Дальнейшее исследование истории института особого производство позволяет сделать также немало плачевных выводов.

Так, по мнению А.В. Юдина, специфика дел особого производства … [советского] периода заключается в том, что к ним были отнесены дела, имеющие совершенно другую материальную и процессуальную природу [4, с. 16].

Автор в своих работах, относящихся к периоду с 1923 по 1948 год приводит примеры, свидетельствующие о том, что государство в этот период беспокоило не наличие спора о праве, а «затыкания дыр в бюджете» страны и особым производством чаще всего называли дела, требующие, по мнению партии большевиков, советского правительства упрощённого производства и заключались в изъятии «излишков» имущества в пользу бедных, а также в пользу советского государства, нуждающегося «в провизии» для его нормального существования.

Приказом НКЮ СССР № 121 от 28.10.37 “О порядке рассмотрения дел об описи и изъятии имущества недоимщиков за неплатеж налогов, страховых платежей, штрафов и за невыполнение натуральных поставок, и о наложении штрафов по ним” устанавливалось, что производство дел о взыскании натурой невыполненных обязательств по поставкам, о наложении штрафа, об описи и изъятии имущества недоимщиков ведётся в порядке особого производства, применительно к правилам союзных республик, с изъятиями, указанными в законе от 11.04.1937, приказе НКЮ СССР № 50 и № 5219 и в настоящем приказе.

В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 9.07.48 № 13(12) “О порядке рассмотрения судами дел о взыскании недоимок по договорам контрактации, имеющие силу закона”, указывалось, что дела о взыскании недоимок и штрафов по договорам контрактации, имеющих силу закона, рассматриваются судами в порядке особого производства.

Примечательно, что и большинство другие страны того периода не всегда придерживались строгой теории бесспорного производства гражданского права, относя к данной категории дел такие, какие изначально в своей основе имели спорный характер.

Многие ученые считают, что вообще нельзя найти критерий разграничения между исковым и охранительным судопроизводством, поэтому разрешение вопроса о том, что отнести к исковому, и что к охранительному судопроизводству зависит от усмотрения законодателя и решается соображением целесообразности и практического удобства.

Вторым интересным фактом, который бросается в глаза при изучении истории особого производства, является различный подход создания нормативной базы между РСФСР и союзными республиками: союзные республики не стали бездумно копировать ГПК РСФСР, а на его основе создали свой ГПК, учитывая традиции, обычаи и потребности местного населения.

Так, в соответствии со ст. 191 ГПК УССР 1924 года к делам особого производства относились (помимо перечня дел, указанных в ГПК РСФСР) дела об исках о содержании и об установлении фамилии детей; об установлении обстоятельств, от наличия которых зависит возникновение публичных прав граждан. Дальнейшее совершенствование ГПК УССР расширила перечень дел, отнесенных к особому производству.

Так, согласно ст. 239 ГПК УССР от 01.12.1929 года к особому производству относились дела об установлении фамилии, имени, отчества, времени рождения и семейного положения лица, событий рождения, брака, смерти, безвестного отсутствия, признание безвестно отсутствующим, умершим; факта, что лицо, явившееся после судебного признания его умершим, было в отсутствии по непреодолимым для него причинам; жалобы на отказ органов ЗАГСа в регистрации события, подлежащего записи в книге ЗАГСа; факта нахождения на военной службе во время гражданской и империалистических войн.

Великая Отечественная война, унёсшая миллионы человеческих жизней, лишившая людей крова и документов потребовала от законодателя внесения изменений в действующее судопроизводство. Данную проблему необходимо было решить в кратчайшие сроки. Люди нуждались в подтверждении в судебном порядке факта, установление которого для них имело юридическое значение. Так, в связи с отсутствием документов, через суд необходимо было установить дату рождения, чтоб подтвердить, например, совершеннолетия субъекта для того, чтобы в последствии, можно было бы устроиться на работу или заключить брак. Факт установления личности также влиял на устройства на работу, получения образования, начисления пенсии. Установка через суд трудового стажа могла повлиять на размер пенсии либо на трудоустройство по специальности.

Потеря населением документов, потребовал от законодателя совершенствования законодательной базы, которое заключалось во включении в кодекс новых статей, появление норм, на основании которых суд мог решать дела в рамках особого производства об установлении личности, возраста и трудового стажа. [3, с. 165]

Смена политического курса, отказ от однопартийной политической системы, переход от плановой экономики к рыночной потребовала от законодателя полного пересмотра всех существующих на тот момент нормативных документов. Серьёзному реформированию подверглась и судебная система в целом. В 2002 году были приняты АПК и ГПК РФ.

Таким образом, как следует из всего исторического развития особого производства, данный институт прошёл трудный путь от возникновения более двух с половиной тысяч лет назад в римской империи, полной ликвидации и спустя короткое время восстановлении во времена судебных реформ в IXX веке, снова отмены, на этот раз всей судебной системы, после Октябрьской революции, нового восстановления в рамках ГПК РСФСР 1923 года до совершенствования и развития в наши дни.

Институт особого производства с самого начала зарождения законодательства молодого советского государства возник и развивался в рамках гражданского процессуального кодекса.

На сегодняшний день институту особого производства в гражданском процессе посвящен подраздел IV, раздела II ГПК РФ. Подраздел IV так и называется – «Особое производство». Он берет своё начало с главы 27 и заканчивается главой 38, в которых расположены 58 статей, с 262 по 319 включительно, где законодатель не только уточнил все признаки особого производства, отличающего его от искового, не только представил перечень, на сегодняшний день, десяти категорий дел, входящих в состав вышеуказанного самостоятельного вида гражданского судопроизводства, но и указал как следует вести процесс по каждому из этих категорий дел, какие документы, в какой последовательности, в каком количестве и при каких условиях следует предъявлять суду, а также при каких условиях суд обязан оставлять заявление без движения, а в каких отказывать решать вопрос по существу, предлагать решать заявленную проблему не в рамках особого производства, а по правилам общего искового производства.

Всё вышесказанное говорит о теоретической развитости, разработанности института особого производства в судах общей юрисдикции, об определенном, безусловно, совершенстве, которое достигла юридическая теория Российской Федерации по данному вопросу.

 

Список литературы:

  1. Аргунов А.В. Особое производство в гражданском процессуальном праве России и Франции. – М.: Проспект, 2015. – 232 с.
  2. Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса / Под ред. и с предисловием В.А. Томсинова. — М: Издательство «Зерцало», 2003. – 464 с.
  3. Жеруолис И. Сущность советского гражданского процесса. - Вильнюс: Минтис, 1969.– 205 с.
  4. Юдин А.В. Особое производство в арбитражном процессе. - Самара: Самарский университет, 2003. – 212 с.
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий