Телефон: +7 (383)-202-16-86

Статья опубликована в рамках: XLII Международной научно-практической конференции «Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ» (Россия, г. Новосибирск, 05 апреля 2018 г.)

Наука: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
Устинова А.В. «ПРИНУЖДЕНИЕ» КАК ПРИЗНАК ПРАВА // Научное сообщество студентов: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ: сб. ст. по мат. XLII междунар. студ. науч.-практ. конф. № 7(42). URL: https://sibac.info/archive/meghdis/7(42).pdf (дата обращения: 23.02.2020)
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

«ПРИНУЖДЕНИЕ» КАК ПРИЗНАК ПРАВА

Устинова Анжелика Владимировна

студент магистратуры, кафедра гражданского права ПГНИУ,

РФ, г. Пермь

Право представляет собой сложное и многогранное явление, затрагивающее интересы абсолютно всех членов общественных отношений. Несмотря на его такую значимость и популярность, остаются проблемные аспекты, привлекающие внимание представителей юридического сообщества. В этой связи мне бы хотелось обратиться к проблеме принуждения как сущностного признака права, положив в основу труд Ж. Карбонье «Юридическая социология».

Вопреки устоявшейся позиции признания государственного принуждения как одного из критерия для отличия права от иных социальных регуляторов, Ж. Карбонье отрицает обозначенный тезис и называет другой признак права - возможность обращения участников данного отношения к 3ему лицу. Положение последнего позволяет разобраться в существе спора и найти выход из сложившейся ситуации путем принятия решения [3, с. 16]. Приведём основные аргументы позиции Ж. Карбонье.

1. «Как только отношение меж­ду двумя лицами может стать объектом рассмотрения со стороны третьего лица, которое решает спорные вопросы, это означает, что данное отношение из области нравов перешло в несколько неопределенное царство права» [3, с. 168, 170]. В качестве третьего лица выступают государст­венный орган, в т.ч. суд, или частное лицо. Таким образом, возможность обращения участников данного отношения к 3ему лицу обозначен как основной критерий  разграничения правового и неправового явления.

2. С точки зрения Ж. Карбонье, утверждение о том, что в праве принуждение исходит от государства, а в иных социальных нормах - из самой социальной среды, от самого населения, не имеет оснований для признания принуждения сущностным признаком права. Учёный не ограничивает право только исходящим от государства законом, поскольку «...закон не единственная форма права. Имеется также обычай...» [3, с. 168].

3. Наделение нормы права определенной мерой принуждения не во всех случаях предполагает сознательное доведение нормы до исполнения. Так, при сознательном исполнении норма признается правовой, а в противном случае - оста­нется неправовой. В такой ситуации принуждение не может признаваться основным критерием разграничения права от иных социальных регуляторов.

4. Наконец, главное значение в праве имеет институт оспаривание правонарушающих действий, имеющий определённую процессуальную форму и направленный на принятие решения, а не собственно принуждение. Так, «процесс и решение - это такие психосоциологи­ческие феномены, - пишет Ж. Карбонье, -  которые столь чужды всем социальным неправовым явлениям и столь специфичны для права, что представляется наиболее правильным избрать именно их как критерии юридического» [3, с. 170].

5. Аналогичной позиции непризнания принуждения сущностным признаком права придерживаются некоторые юристы.

а) Так, А.С. Пучнин указал, что в праве заложен лишь потенциал принуждения, заключающийся в обязательных для исполнения правилах. «Если эти правила исполняются благодаря самопонуждению и самопринуждению, то воля субъекта права остается свободной от материального принуждения, то есть внешнего воздействия государства. Если потенциал принуждения права реализуется за счет внешней материальной силы, а такой силой является материальная организация - государство, принуждение, исходящее из права следует считать привнесенным, субсидированным» [6, с. 11-12].

б) И. Ребане считает, что принуждение само по себе «исключает решение человека из цепи детерминации», поскольку оно лишает выбора поведения, в т.ч. между исполнением и неисполнением обязанности. Вследствие этого возможность принуждения следует разграничивать с самим принуждением [7, с.181-182].

в) Немецкий цивилист Л. Эннекцерус заключает, что позиция об обязательности принуждения как признака права теряет свою актуальность [8, т. 1, с.115-116].

Ряд учёных придерживаются другой позиции, определяя в числе признаков права возможность применения принуждения со стороны государства.

1. С позиции Н.И. Матузова и А.В. Малько за правом в большинстве случаев стоит публичная власть, которая при необходимости побуждает соблюдать предписания. Следовательно, «...где есть право, есть и принуждение» [4, с. 142].

2. Рудольф Иеринг пытался дать развёрнутое определение права, остановившись на следующем «право есть система социальных целей, гарантируемых принуждением», «право есть совокупность жизненных условий общества в обширном смысле, обеспечиваемых внешним принуждением, т.е. государственной властью» [2, с. 316]. Таким образом, для осуществления принуждения как раз и существует право.

3. По мнению С.Н. Братуся, существенным признаком права является его нормативность, которая «неразрывно связана с возможностью государственного принуждения к исполнению его предписаний в случае их нарушения» [1, с. 44].

4. С точки зрения С.В. Моисеева, право представляет собой не что иное как механизм контроля общества. В свою очередь «принуждение — неотъемлемый элемент любой сис­темы права» [5, с. 12], так как именно законы зачастую вынуждают человека совершать то, что они не сделали бы по своему желанию.

На мой взгляд, признак принуждения относится к числу существенных, поскольку:

во-первых, служит своеобразным индикатором для разграничения права от иных социальных регуляторов, поддерживаемых в подавляющем большинстве случаев общественными санкциями (порицание, пренебрежение, отлучение от церкви, недоброжелательный отзыв и т.п.);

во-вторых, ряд правовых институтов, например, юридическая ответственность, невозможно представить без государственного принуждения. Ведь право теряет своё значение при отсутствии законного механизма, обеспечивающего общественный порядок и поддерживающего общественную безопасность;

наконец, этот вывод основывается на устоявшейся юридической позиции выделения в числе признаков права принуждения.

Таким образом, несмотря на полярность позиций учёных, ясно одно: государственное принуждение должно находиться в рамках правового поля, иначе  неминуемы произвол, беззаконие и насилие.

 

Список литературы:

  1. Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. - М.: Юридическая литература. 1976. - 216 с.
  2. История политических и правовых учений: учебник для вузов / под ред. О.Э. Лейста. - М.: Зерцало. 2006. - 568 с. 
  3. Карбонье Ж. Юридическая социология. - М.: Прогресс. 1980. - 352 с.
  4. Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права: учебник. - М.: Дело. 2013. - 528 с.
  5. Моисеев С.В. Философия права: курс лекций. - Новосибирск: Сиб. унив. изд-во. 2004. - 262 с.
  6. Пучнин. А. С. Принуждение и право: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М.: Издание, 2000. - 21 с.
  7. Ребане И. Труды по правоведению: Убеждение и принуждение в деле борьбы с посягательствами на советской правопорядок. 1966. Вып. 5. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/administrativno-prinuditelnye-mery-meditsinskogo-haraktera-ponyatie-priznaki-i-mesto-v-sisteme-administrativnogo-prinuzhdeniya (дата обращения: 29.03.2018).
  8. Эннекцерус Л. Курс германского гражданского права. Т. 1. Полутом 1. Введение и общая часть. - М.: Иностр. лит, 1949. - 483 с.
Проголосовать за статью
Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий