СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЕ ПРОСТРАНСТВО ОРГАНИЗАЦИЙ СФЕРЫ КУЛЬТУРЫ: СОДЕРЖАНИЕ, ФУНКЦИИ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ

SOCIO-CULTURAL SPACE OF CULTURE ORGANIZATIONS: CONTENT, FUNCTIONS, AND DEVELOPMENT TRENDS

Sapozhnikov Kirill Yurievich

2nd year student, Department of UESC, Kemerovo State Institute of Culture,

Russia, Kemerovo

Mukhamedieva Svetlana Anatolyevna

Scientific supervisor, Candidate of Economic Sciences, Associate Professor, Dean of the Faculty of Social and Cultural Technologies, Kemerovo State Institute of Culture,

Russia, Kemerovo

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена теоретическому осмыслению сущности и ключевых характеристик социально-культурного пространства как сложного, многоаспектного и динамичного явления. На основе междисциплинарного анализа и синтеза классических и современных социологических и культурологических концепций (Дюркгейм, Вебер, Бурдье, Лотман, Фуко) раскрывается его природа, образуемая взаимодействием социальных отношений, культурных кодов, институциональных структур и символических практик. В результате исследования определяются ключевые функции социально-культурного пространства (образовательная, коммуникативная, креативная, социально-адаптационная) и выявляются его современные тенденции развития, такие как цифровая трансформация, ориентация на инклюзивность и партисипаторность. Делается вывод о том, что социально-культурное пространство представляет собой динамичную экосистему, которая не только отражает общество, но и активно преобразует его, а его устойчивое развитие требует сбалансированного подхода, учитывающего как традиции, так и вызовы цифровой эпохи.

ABSTRACT

The article is devoted to a theoretical understanding of the essence and key characteristics of the socio-cultural space as a complex, multifaceted, and dynamic phenomenon. Through an interdisciplinary analysis and synthesis of classical and modern sociological and cultural concepts (Durkheim, Weber, Bourdieu, Lotman, Foucault), its nature, formed by the interaction of social relations, cultural codes, institutional structures, and symbolic practices, is revealed. The study defines the key functions of the socio-cultural space (educational, communicative, creative, social-adaptive) and identifies its current development trends, such as digital transformation, a focus on inclusivity and participatoriness. It is concluded that the socio-cultural space is a dynamic ecosystem that not only reflects society but also actively transforms it, and its sustainable development requires a balanced approach that considers both traditions and the challenges of the digital age.

Ключевые слова: социально-культурное пространство, культурные институты, функции культуры, цифровая трансформация, инклюзивность, идентичность, П. Бурдье, Ю.М. Лотман.

Keywords: socio-cultural space, cultural institutions, functions of culture, digital transformation, inclusivity, identity, P. Bourdieu, Yu.M. Lotman.

В настоящее время одной из важных задач сферы культуры является формирование социально-культурного пространства, которое представляет собой многоаспектное явление, в которой переплетаются социальные отношения, культурные коды, институциональные структуры и символические практики.

Сложность изучения социально-культурного пространства, с точки зрения теории и применения в практике, заключается в его неоднозначности. Однозначным является то, что социально-культурное пространство не является статичным, оно постоянно трансформируется под влиянием глобальных процессов, технологических инноваций и индивидуальных стратегий субъектов сферы культуры. Его изучение требует синтеза различных подходов, в том числе социологических, экономических и философских, позволяющих раскрыть диалектику, то есть противоречивость стабильности и изменчивости, локального и глобального, традиционного и инновационного.

Идея рассмотрения сущности социально-культурного пространства уходит корнями в классическую социологию. Эмиль Дюркгейм, анализируя механизмы солидарности, подчеркивал роль коллективных представлений, которые структурируют общество через ритуалы и разделение труда. Его концепция «социального факта» как внешней принудительной силы стала основой для понимания нормативных рамок, ограничивающих индивидуальные действия [5]. Макс Вебер, напротив, акцентировал субъективную интерпретацию социальной реальности, вводя понятие «социального действия», ориентированного на других [7]. Это противоречие между структурой и агентивностью, как предметом дискуссии, остается ключевым в современных исследованиях.

Пьер Бурдье в работе «Различение: социальная критика суждений» предложил синтетический подход, объединив понятия «поля», «габитуса» и «капитала». Социальное пространство, по Бурдье, – это иерархизированная система позиций, где агенты борются за ресурсы (экономические, культурные, символические) [17].

Следует заметить, что культурное пространство, в свою очередь, функционирует как арена производства и присвоения смыслов, где доминирующие группы навязывают свои ценности через институты сферы образования, политики, средств массовой информации.

Юрий Лотман, основатель московско-тартуской семиотической школы, рассматривал культуру как «семиосферу» – пространство знаков, где непрерывно генерируются новые тексты и коды [17]. Его идея «культурной границы», как зоны повышенной семиотической активности, помогает объяснить процессы гибридизации в мультикультурных обществах.

Мишель Фуко [17], анализируя дискурсы и властные отношения, показал, как социально-культурное пространство формируется через практики исключения и нормализации.

Современные исследователи, такие как Мануэль Кастельс и Арджун Аппадураи [2], фокусируются на глобальных трансформациях. Кастельс в концепции «пространства потоков» описывает, как цифровые технологии переопределяют социальные связи, создавая сетевые структуры, преодолевающие географические границы. Аппадураи, вводя термин «воображаемые миры», подчеркивает роль медиа в формировании коллективных идентичностей в условиях глобализации.

С точки зрения институциональной экономики, институты выступают «несущими конструкциями» социально-культурного пространства. Семья, образование, религия, государство и медиа задают правила игры, транслируя нормы и ценности. Например, система образования, по Бурдье [5], не только обучает, но и легитимирует социальное неравенство через механизмы культурного капитала. Ученики из привилегированных семей, обладающие знанием «высокой культуры», получают преимущества в академической среде.

Церковь, как институт, исторически формировала моральные ориентиры, но в секулярных обществах, где роль религии незначительна ее функции частично перехватывают медиа и цифровые платформы. Социальные сети становятся новыми агентами социализации, создавая «культуру инфлюенсеров», где ценностью обладают визуальная эстетика и способность привлекать внимание.

В основе понимания культурного пространства первоначально лежит понятие культуры как таковой. Данная категория наиболее часто и широко обсуждалась, описывалась и изучалась как философская величина. В трудах каждого философа отводилось место решению вопроса культуры. Но каждый из них вкладывал в этот термин свое понимание и видение этой проблемы. «Нет ничего менее определенного, чем это слово – «культура», и нет ничего более обманчивого, как прилагать его к целым векам и народам» – писал И. Г. Гердер в своей книге «Идеи к философии истории человечества» [9].

Ю. М. Лотман понимал культуру только как качество присущее образованному человеку: «…механизм культуры может быть описан в следующем виде: недостаточность информации, находящейся в распоряжении мыслящей индивидуальности, делает необходимым путь для нее к другой такой же единице» [16]. В своих работах он делает акцент на том, что только образованный человек может понимать культуру и сохранять ее.

Очень часто ученые рассматривают культуру уже с двух сторон. Для одних культура – научаемое поведение. Для других – не поведение как таковое, а его абстракция. Для одних антропологов каменные топоры и керамические сосуды – культура, для других ни один материальный предмет таковой не является. Одни полагают, что культура существует лишь в сознании людей, другие считают культурой лишь осязаемые предметы и явления внешнего мира.

При этом утверждается, что поведение людей является ничем иным, как функцией культуры. Следовательно, в этом контексте можно утверждать, что именно от поведения человека зависит окружающий его мир. Культура при этом выступает как константа, а поведение как переменная величина.

Многообразие философских, исторических, социологических и других научных взглядов на культуру делает неоспоримым существование культурного пространства.

М. С. Каган представляет культурное пространство как многоаспектное явление, включающее в себя природные условия в их первозданном виде («дикая природа»), природу преобразованную человеком для своего комфортного существования (изменение рельефа, насаждения, система коммуникаций, природные и исторические охранные зоны и т. п.), свидетельства исторической памяти (памятники, артефакты) и сферу межличностный и общественных отношений, объединяющую предыдущие аспекты в цельную, уникальную среду определенной местности [13].

Культурное пространство как жизненную и социокультурную сферу общества, «вместилище» культурных процессов, представляющую из себя территориальную протяженность с присущими ей национально-этническими языками общения и духовными ценностями, традиционным бытовым укладом и образом жизни. При этом М. С. Каган отмечает многомерность культурного пространства, его связь с географическим, этническим, экономическим и политическим положениями и зависимость от этих факторов.

А. С. Кармин при определении культурного пространства отрицает влияние физического пространства, измеряющегося километрами, годами. По его мнению, культурное пространство – это пространство, сложившееся из множества феноменов культуры. Культурное пространство включает в себя отдельные феномены культуры и их комплексы, национальные культуры и культурную политику, цивилизации и культурные конгломераты [14].

А. Н. Быстрова [6] ставит культурное пространство в прямую зависимость от географической среды, которая оказывает влияние на формы и способы еe воспроизводства этносами, сообществами, коллективами. Картина мира, влияющая на формирование и развитие определенной культуры, напрямую зависит от территориальных ресурсов и возможностей. В результате освоения физического пространства идет процесс складывания определенных традиций, ценностей, идеалов, социальных норм и т. д.

Как отмечалось выше, социально-культурное пространство находится в постоянном движении, обусловленном как внутренними противоречиями, так и внешними вызовами.

Особо следует отметить факт того, что социально-культурное пространство XXI века – это лабиринт, где старые и новые коды сосуществуют, конфликтуют и перерождаются. Его изучение требует междисциплинарных методов, этнографических исследований, гибридных идентичностей, критического переосмысления классических теорий.

Будущие вызовы, такие как развитие искусственного интеллекта потребуют пересмотра самих оснований социально-культурного порядка. Ответом может стать «открытая культура», где соавторство, инклюзия и адаптивность станут ключевыми принципами.

На наш взгляд, социально-культурное пространство не просто отражает общество, но и является инструментом его преобразования. Понимание его закономерностей открывает путь к более гармоничному диалогу между традицией и прогрессом, человеком и технологией, локальным и глобальным.

Социально-культурное пространство учреждений сферы культуры представляет собой сложную многоуровневую систему, которая играет ключевую роль в формировании общественного сознания и сохранении культурной идентичности.

Главной тенденцией, в аспекте изучения феномена социально-культурного пространства в современном мире, характеризующемся стремительной цифровизацией, значение этих учреждений многократно возрастает, так как они становятся важными центрами сохранения традиционных ценностей и одновременно площадками для инновационных культурных практик. Учреждения культуры, включая музеи, библиотеки, театры, концертные залы и дома культуры, создают особую среду, где пересекаются различные социальные группы, формируются новые идеи и происходит обмен культурным опытом. Это пространство выполняет множество функций, среди которых можно выделить образовательную, коммуникативную, креативную и социально-адаптационную.

Образовательная функция проявляется в том, что музеи и библиотеки становятся центрами просвещения, предлагая посетителям доступ к знаниям через экспозиции, лекции и интерактивные программы.

Коммуникативная функция заключается в создании условий для диалога между разными поколениями и социальными группами, что особенно важно в условиях современного общества, где часто наблюдается разобщенность и отсутствие взаимопонимания.

Креативная функция выражается в поддержке творческих инициатив и предоставлении возможностей для самореализации как профессиональных деятелей культуры, так и любителей.

Социально-адаптационная функция направлена на работу с уязвимыми группами населения, включая людей с ограниченными возможностями, пенсионеров и мигрантов, помогая им интегрироваться в общество через различные культурные программы и мероприятия.

В условиях цифровой эпохи учреждения культуры сталкиваются с новыми вызовами, которые требуют переосмысления их роли и поиска современных подходов к работе с аудиторией. Одним из таких вызовов является необходимость адаптации к новым технологиям и цифровым платформам, которые становятся все более популярными среди потребителей культурного контента. Виртуальные экскурсии, онлайн-лекции и цифровые архивы позволяют сделать культуру более доступной, но в то же время возникает вопрос о том, как сохранить уникальность «живого» взаимодействия и эмоционального опыта, который дают традиционные форматы.

Еще одной серьезной проблемой, на наш взгляд, является коммерциализация культуры, когда экономическая эффективность начинает преобладать над социальной значимостью проектов. Это может привести к тому, что многие социально ориентированные программы, не приносящие быстрой финансовой отдачи, окажутся на периферии внимания. Для решения этой проблемы необходимо искать баланс между коммерческими и некоммерческими инициативами, привлекать спонсоров и меценатов, а также развивать государственную поддержку культурных учреждений.

Важной тенденцией, на наш взгляд, является то, что современное социально-культурное пространство обладает способностью реагировать на запросы общества и вовлекать аудиторию в совместное творчество. Сегодня зрители и посетители хотят быть не просто пассивными потребителями культурного продукта, а быть активными участниками процесса его создания. Это проявляется в таких форматах, как краудсорсинговые выставки, когда экспонаты отбираются по результатам общественного голосования, или open call-проекты, где любой желающий может представить свои работы для участия в выставке. Подобные практики не только повышают вовлеченность аудитории, но и способствуют формированию чувства сопричастности и ответственности за культурное наследие. Кроме того, учреждения культуры все чаще становятся площадками для междисциплинарных проектов, где пересекаются искусство, наука и технологии. Это позволяет привлекать новую аудиторию и создавать уникальные культурные продукты, которые отвечают запросам современного общества.

Еще одной тенденцией развития социально-культурного пространства является его ориентация на инклюзивность и доступность. Сегодня многие учреждения культуры разрабатывают программы, направленные на работу с людьми с ограниченными возможностями, создавая безбарьерную среду и адаптируя свои мероприятия для разных категорий посетителей. Это включает в себя не только физическую доступность зданий, но и специальные экскурсии для слабовидящих, сурдоперевод на спектаклях и другие формы включения. Такие инициативы не только расширяют аудиторию, но и способствуют формированию более толерантного и открытого общества. Важную роль в этом процессе играют также образовательные программы, направленные на воспитание уважения к культурному разнообразию и понимание ценности каждого человека независимо от его физических или социальных особенностей.

В современном мире учреждения культуры переживают период глубокой трансформации, связанной с изменениями в обществе.

Социально-культурное пространство, формируемое музеями, библиотеками, театрами и другими институциями, сегодня представляет собой динамичную систему, которая не просто отражает культурные процессы, но и активно влияет на их развитие. Это пространство стало важнейшим инструментом формирования гражданского общества, площадкой для общественного диалога и лабораторией по созданию новых культурных практик.

Важно понимать, что современные учреждения культуры выполняют гораздо более сложные функции, чем просто хранение и демонстрация культурного наследия. Они превратились в многофункциональные центры, где пересекаются образовательные, коммуникационные и творческие процессы. Например, современная библиотека – это уже не просто книгохранилище, а настоящий культурный хаб, где проходят лекции, дискуссии, кинопоказы, работают коворкинги и творческие мастерские. Подобная трансформация происходит со всеми типами культурных институций, что свидетельствует о их адаптации к запросам нового времени.

Особое значение в современном социально-культурном пространстве приобретает его коммуникативная функция. В условиях нарастающей социальной разобщенности и цифровизации всех сфер жизни, учреждения культуры становятся одними из немногих мест, где сохраняется возможность живого, непосредственного общения. Они создают уникальную среду для межпоколенческого и межкультурного диалога, способствуя преодолению социальных барьеров и формированию новых форм общественной солидарности. При этом важно отметить, что эффективность этой функции во многом зависит от способности учреждений культуры создавать инклюзивную среду, доступную для всех категорий населения.

Креативный потенциал социально-культурного пространства сегодня раскрывается в полной мере. Современные культурные институции все чаще выступают не только как хранители традиций, но и как лаборатории инноваций. Они становятся площадками для экспериментов на стыке искусства, науки и технологий, способствуя рождению новых форм творческого выражения. Особенно показателен в этом отношении опыт арт-резиденций и экспериментальных площадок, где художники, ученые и технологи совместно работают над созданием принципиально новых культурных продуктов.

Креативность в современном мире не имеет конечной точки — она развивается вместе с прогрессом, непрерывно расширяя границы возможного и укрепляя свои позиции как ключевой драйвер культурных и социальных преобразований.

Одной из ключевых тенденций последних лет стало усиление социальной направленности деятельности учреждений культуры. Они все активнее включаются в решение актуальных общественных проблем, разрабатывая специальные программы для различных социальных групп. Это и проекты для людей с ограниченными возможностями, и программы социальной адаптации, и инициативы, направленные на работу с трудными подростками или пожилыми людьми. Такая социальная активность культурных институций значительно расширяет их влияние и укрепляет их позиции в общественном пространстве.

Цифровая трансформация представляет собой одновременно и вызов, и возможность для развития социально-культурного пространства. С одной стороны, цифровые технологии позволяют значительно расширить аудиторию, сделать культурные продукты более доступными, внедрить новые форматы взаимодействия. С другой стороны, существует риск потери уникальности "живого" культурного опыта, размывания границ между профессиональным и любительским творчеством. В этой связи особенно важной становится разработка сбалансированных стратегий цифрового развития, которые позволили бы использовать преимущества новых технологий, не теряя при этом специфики традиционных культурных практик.

Тенденции развития социально-культурного пространства связаны с несколькими ключевыми направлениями. Во-первых, это дальнейшая демократизация культурных институций, их открытость для различных социальных групп и сообществ. Во-вторых, углубление междисциплинарного подхода, интеграция культуры с образованием, наукой, технологиями. В-третьих, развитие партисипаторных практик, предполагающих активное вовлечение аудитории в культурные процессы. И наконец, формирование новых моделей устойчивого развития, которые позволят учреждениям культуры сохранять свою актуальность в условиях меняющейся социально-экономической реальности.

Современные учреждения культуры формируют сложное многослойное социально-культурное пространство, которое становится важнейшим элементом устойчивого развития городской среды. Это пространство сегодня выходит далеко за рамки традиционных функций сохранения и презентации культурного наследия, превращаясь в мощный инструмент преобразования городской ткани и общественных отношений. Особенно ярко это проявляется в процессах ревитализации промышленных зон, где бывшие заводские территории благодаря созданию культурных кластеров обретают новую жизнь.

Подобные преобразования имеют комплексный эффект: с одной стороны, они способствуют экономическому оживлению территорий через создание новых рабочих мест и привлечение инвестиций, с другой - формируют качественно новую социальную среду, где культурные практики становятся ядром общественных взаимодействий. При этом важно понимать, что современное социально-культурное пространство - это не статичная конструкция, а динамичная система, постоянно адаптирующаяся к изменяющимся условиям. Оно все чаще выступает в роли социального лифта, предоставляя возможности для самореализации представителям различных групп населения - от творческой молодежи до людей старшего поколения. Особую значимость приобретают практики соучаствующего проектирования, когда местные сообщества непосредственно вовлекаются в процесс создания и управления культурными институциями. Такой подход не только повышает эффективность культурных проектов, но и способствует формированию устойчивых локальных идентичностей. В условиях цифровой трансформации социально-культурное пространство обретает новые измерения, расширяясь в виртуальную среду, что создает уникальные возможности для преодоления географических и социальных барьеров. Однако при этом сохраняется важность физических культурных площадок как мест живого человеческого общения и совместного творчества.

Тенденции развития социально-культурного пространства связаны с его дальнейшей интеграцией в городскую среду через создание культурных коридоров, развитие общественных зон и формирование экосистемы взаимосвязанных культурных институций. При этом особое внимание уделяется экологическому аспекту, когда учреждения культуры становятся центрами продвижения принципов устойчивого развития.

Таким образом, современное социально-культурное пространство представляет собой сложную адаптивную систему, которая играет ключевую роль не только в сохранении культурного наследия, но и в формировании качественно новых моделей городского развития, основанных на принципах инклюзивности, устойчивости и творческой активности. Его развитие требует комплексного подхода, учитывающего как культурные традиции, так и вызовы цифровой эпохи, что делает его одним из наиболее перспективных направлений современной культурной политики и градостроительного планирования.

В заключение следует подчеркнуть, что социально-культурное пространство учреждений культуры сегодня представляет собой не просто совокупность организаций и мероприятий, а сложную, динамично развивающуюся экосистему, играющую ключевую роль в формировании современного общества. Его развитие требует комплексного подхода, учитывающего как традиционные ценности, так и новые вызовы времени. Будущее этого пространства видится в его способности оставаться открытым, инклюзивным и инновационным, сохраняя при этом свою гуманистическую миссию и культурную идентичность.

Список литературы:

1. Антология исследований культуры. – СПб.: Университет. кн., 1992. – Т. 1. – 727 с.
2. Аппадураи А. Современность как культурное измерение: Избранные эссе. – М.: Издательский дом Высшей школы экономики, 2018. – 424 с.
3. Брижатова С. Б. Современная социально-культурная среда региона: состояние, условия и факторы формирования // Кризис и культура: диалог регионов: мат-лы межрегион. науч.-практ. конф. / отв. ред. Г. Г. Волощенко, Л. В. Секретова, Н. А. Томилов, Н. Ф. Хилько. – Омск: Наука, 2009. – С. 5–6.
4. Бурдье П. Различение: социальная критика суждения / Пер. с фр. Н. Шматко. – М.: Изд-во "Ad Marginem", 2000. – 568 с.
5. Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики / П. Бурдье; пер. с фр. Н.А. Шматко. – М.: Институт экспериментальной социологии; СПб.: Алетейя, 2005. – 576 с.
6. Быстрова А. Н. Модель культурного пространства: граница и безграничность // Вестник ТГПУ. 2008. №1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/model-kulturnogo-prostranstva-granitsa-i-bezgranichnost (дата обращения: 30.06.2025).
7. Вебер М. Избранное. Образ общества: пер. с нем. – М.: Юристъ, 1994. – 704 с.
8. Вебер М. Основные социологические понятия / М. Вебер // Избранные произведения. – М.: Прогресс, 1990. – С. 602-706.
9. Гердер И. Г. Идеи к философии истории человечества. – М.: Наука, 1977. – 703 с.
10. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда / Э. Дюркгейм. – М.: Канон, 2018. – 512 с.
11. Дюркгейм Э. Социология и социальные науки // Дюркгейм Э. Социология. Ее предмет, метод, предназначение. – М.: Канон, 1995. – 350 с.
12. Естрина О. В., Дулина Н. В. Социокультурное пространство: определение понятия // Человек. Культура.Общество. – Волгоград, 2007. – Вып. 5. – С. 13–15.
13. Каган М. С. Введение в историю мировой культуры. – СПб., 2003. – Кн. 1. – 383 с.; кн. 2. – 320 с.
14. Кармин А. С. Культурология. Культура социальных отношений. – СПб.: Лань, 2000. – 128 с.
15. Лотман Ю.М. Семиосфера. – СПб.: Искусство-СПБ, 2000. – 704 с.
16. Тельманова А. С. Проблемы дефиниции социально-культурного пространства // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. – 2010. – № 3 (35).
17. Фуко М. Археология знания / М. Фуко. – М.: Гуманитарный университет, 1996. – 204 с.