ФАКТОРЫ РИСКА РАЗВИТИЯ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ И НЕАДАПТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ У ВЗРОСЛЫХ ДЕТЕЙ АЛКОГОЛИКОВ

RISK FACTORS FOR THE DEVELOPMENT OF MENTAL DISORDERS AND MALADAPTIVE BEHAVIOR IN ADULT CHILDREN OF ALCOHOLICS

Semenets Ekaterina Sergeyevna

3rd‑year master’s student, Tyumen State Medical University,

Russia, Tyumen

АННОТАЦИЯ

Стратификация факторов риска (ФР) позволяет определить ассоциации класса I для ФР депрессивных расстройств: сексуальную дисфункцию, физическое насилие в детстве, напряжение на рабочем месте.

ABSTRACT

Stratification of risk factors (RFs) made it possible to identify class I associations for RFs of depressive disorders: sexual dysfunction, physical abuse in childhood, and workplace stress.

Ключевые слова: Взрослые дети алкоголиков; стратификация факторов риска; депрессивные расстройства.

Keywords: Adult children of alcoholics; risk factor stratification; depressive disorders.

Клиническая оценка значимости модифицируемых факторов риска (ФР) в исследовании PRISMA не даёт ответа на вопрос: «Сколько было бы предотвращено психических и поведенческих расстройств (ПиПР), если бы мы смогли изменить или полностью убрать влияние этих ФР на жизнь и здоровье человека?» [1]. Генетическая предрасположенность к возникновению ПиПР очевидна [2]. Две ассоциации класса II включают: употребление каннабиса (RR = 3,84, 95 % CI 2,34 – 6,29) и детские невзгоды (RR = 2,57, 95 % CI 1,94-3,40) оказались значимыми для предотвращения шизофрении с прогрессивным снижением риска развития заболевания при устранении этих ФР [3, 4].

Пять ассоциаций класса I для пяти ФР депрессивных расстройств включают: сексуальную дисфункцию (RR = 2,49, 95 % ДИ недоступно), четыре или пять метаболических ФР (RR = 1,98, 95 % ДИ 1,56–2,53), физическое насилие в детстве (RR = 1,89, 95 % ДИ 1,70–2,09), напряжение на рабочем месте (RR = 1,73, 95 % ДИ 1,44–2,06) и ожирение (RR = 1,33, 95 % ДИ 1,20–1,47). Три ассоциации II класса включали: сексуальное насилие в детстве (RR = 2,31, 95 % CI 1,72 – 3,10) и три метаболических ФР (RR = 1,93, 95 % CI 1,57 – 2,37) в качестве ФР депрессивных расстройств и нарушения сна как ФР депрессивных расстройств в пожилом возрасте (RR = 1,92, 95 % CI 1,59 – 2,33). PAF ассоциаций депрессивных расстройств составил 17,88 % (95 % ДИ = неисчислимо) с напряжением на рабочем месте, 13,40 % (95 % ДИ = 7,75–20,15) при сексуальном насилии в детстве, 10,0 % (95 % ДИ = 5,62–15,95) с тремя метаболическими факторами риска, 6,60 % (95 % ДИ = 5,30–8,01) при физическом насилии в детстве, 4,69 % (95 % ДИ = 2,26–9,24) с четырьмя или пятью факторами метаболического риска и 2,64 % (95 % ДИ = 1,63–3,74) при ожирении. Анализ GIF показал, что напряжение на работе должно быть уменьшено на 56 %, или сексуальное насилие в детстве на 75 % или наличие трех метаболических ФР на 100 % для предотвращения 10 % депрессивных расстройств. Не ассоциированы с ФР класса I-II невротические, связанные со стрессом и соматоформные расстройства, поведенческие синдромы, связанные с физиологическими нарушениями и физическими факторами, расстройства личности и поведения взрослого человека, умственная отсталость [4].

В отношении факторов риска развития психических расстройств и неадаптивного поведения у взрослых детей алкоголиков (ВДА) подобных исследований не проводилось, и, как нам показалось – все рассуждения были сведены к специфическим трудностям адаптации, cозависимому поведению, риску формированию алкогольной зависимости и тревожно-депрессивных расстройств у ВДА [5].

Именно развитию созависимых отношений при различных вариантах неадаптивного поведения у ВДА и лиц с алкогольной зависимостью посвящены работы последнего десятилетия [6, 7, 8].

Как считают авторы большинства исследований феномена созависимого поведения основным фактором развития этого состояния является физическое и эмоциональное насилие в дисфункциональной семье, в том числе у лиц с алкогольной зависимостью и ВДА [6, 9].

В ходе интегративной терапии у женщины 46, выросшей в дисфункциональной семье были определены факторы риска: по генетическим ФР обращает внимание наличие шизофрении (шизотипического расстройства) у бабушки по линии отца и пограничное расстройство личности (уточню какое по МКБ-10) у матери. При изучении анамнеза определены ассоциации класса I для ФР депрессивных расстройств: сексуальная дисфункция (RR = 2,49, 95 % ДИ недоступно), физическое насилие в детстве (RR = 1,89, 95 % ДИ 1,70–2,09), напряжение на рабочем месте (RR = 1,73, 95 % ДИ 1,44–2,06). Перспективным направлением реабилитации клиники и новыми терапевтическими мишенями должны стать: уменьшение напряжения на рабочем месте и сексуальная дисфункция. Первичный диагноз может быть рассмотрен как комплексное ПТСР, а не нарушение адаптации ВДА.

Список литературы:

1. E. Dragioti, J. Radua, M. Solmi et al. Global population attributable fraction of potentially modifiable risk factors for mental disorders: a meta-umbrella systematic review // Mol Psychiatry. – 2022. – Т. 27. – P. 3510⁠–⁠3519. – DOI: 10.1038/s41380-022-01586-8.
2. Gottesman, I.I. Family and twin strategies as a head start in defining prodromes and endophenotypes for hypothetical early-interventions in schizophrenia / I.I. Gottesman, L. Erlenmeyer-Kimling // Schizophr Res. – 2001. – Т. 51. – P. 93⁠–⁠102. – DOI: 10.1016/s0920-9964(01)00245-6.
3. M.T. Mc. Childhood trauma and adult mental disorder: A systematic review and meta-analysis of longitudinal cohort studies // Acta Psychiatr Scand. – 2021. – Т. 143. – P. 189⁠–⁠205. – DOI: 10.1111/acps.13268.
4. Rosenfield, P.J. Childhood adversity and psychotic disorders: Epidemiological evidence, theoretical models and clinical considerations / P.J. Rosenfield, D. Jiang, L. Pauselli // Schizophr Res. – 2021. – Т. 247. – P. 55⁠–⁠66. – DOI: 10.1016/j.schres.2021.06.005.
5. Larsen, A.K.K. «If I Don't Take Care of Him Then Who Will?» Caregiving Through the Eyes of Adult Offspring of Patients Hospitalized with Alcohol-Related Liver Disease / A.K. K. Larsen, G. Askgaard, J.C. Grew // Nordisk Alkohol Nark. – 2026. – Т. 43. – P. 181⁠–⁠197. – DOI: 10.1177/14550725251412684.
6. Ермаков, П.Н. Ретроспективный анализ феномена «созависимое поведение» / П.Н. Ермаков, А.М. Кукуляр, А.С. Коленова // Мир науки. – 2018. – Т. 6, № 5.
7. Стряпухина, Ю.В. Проблема созависимости в современных психологических исследованиях / Ю.В. Стряпухина, С.Т. Посохова // СибСкрипт. – 2025. – Т. 27, № 2 (108). – С. 247⁠–⁠266. – DOI: 10.21603/sibscript-2025-27-2-247-266.
8. Чернобровкина, Т.В. Созависимость – реактивное состояние или заболевание? Краткий анализ современных воззрений на феномен созависимости / Т.В. Чернобровкина // Психическое здоровье. – 2009. – Т. 7, № 4 (35). – С. 57⁠–⁠73.
9. Molina, E. Co-Dependency Revisited: An Integrative Review of Conceptualisations and Mental Health Outcomes / E. Molina, A. Taiwo, B. Grey // Clin. Psychol. Psychother. – 2026. – Т. 33. – DOI: 10.1002/cpp.70265.
10. Ершова, Р.В. К проблеме концептуализации феномена созависимости в психологии / Р.В. Ершова, А.В. Соколова // Вестник Вятского государственного университета. – 2023. – № 1 (147). – С. 110⁠–⁠119. – DOI: 10.25730/VSU.7606.23.011.