МАКРОЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ СОКРАЩЕНИЯ МОЩНОСТЕЙ НЕФТЕПЕРЕРАБОТКИ: МЕЖОТРАСЛЕВОЙ АНАЛИЗ

АННОТАЦИЯ

В статье исследуется влияние масштабного сокращения мощностей нефтепереработки на макроэкономическую стабильность российской экономики на примере кризиса лета 2026 года. На основе данных Kpler показано, что объем переработки упал до 3,8 млн баррелей в сутки, а дефицит топлива охватил более 60 регионов. В отличие от существующих работ, посвященных динамике цен на сырую нефть, данное исследование направлено на количественную оценку последствий сжатия именно перерабатывающего сектора [5]. С помощью межотраслевой модели анализируются долгосрочные макроэкономические эффекты при различных сценариях восстановления мощностей и идентифицируются пороговые значения, за которыми экономика переходит к структурной трансформации [6].

Ключевые слова: нефтепереработка, межотраслевой баланс, макроэкономическая стабильность, ВВП, топливный кризис, мультипликативный эффект.

Теоретические основы исследования межотраслевых эффектов в нефтеперерабатывающей отрасли

Межотраслевое взаимодействие представляет собой систему связей, в которой каждая отрасль одновременно выступает производителем и потребителем продукции других секторов. Изменение условий функционирования одной отрасли неизбежно влечет цепную реакцию в смежных секторах [7]. Для российской экономики центральное место в системе межотраслевых связей занимает топливно-энергетический комплекс. Нефтепродукты используются во всех отраслях: в сельском хозяйстве, в строительстве, в промышленности и на транспорте [4].

Нефтеперерабатывающая отрасль обладает высокой капиталоемкостью и длительным инвестиционным циклом, что обуславливает ее уязвимость к внешним воздействиям. В отличие от добывающего сектора, который частично замещается импортом сырой нефти, переработка требует специфических мощностей, восстановление которых занимает годы и требует значительных инвестиций [2]. Сокращение перерабатывающих мощностей представляет собой системный макроэкономический риск, способный нарушить снабжение топливом всех секторов экономики [5].

Для анализа межотраслевых эффектов применяется модель межотраслевого баланса В. Леонтьева («затраты-выпуск») [1]. Подход формализует экономику как совокупность взаимосвязанных секторов, где продукция каждой отрасли распределяется на промежуточное потребление и конечное использование [8]. Матричное представление потоков позволяет количественно оценить прямые и косвенные эффекты от изменения производства в одной отрасли на всю систему. Это делает модель Леонтьева адекватным инструментом для исследования шоков в системообразующих отраслях [9].

Применение межотраслевого баланса к анализу топливно—энергетического комплекса позволяет оценить текущее состояние межотраслевых связей и прогнозировать последствия структурных изменений. Чувствительность отраслей к топливному шоку различается в зависимости от доли топлива в затратах и возможности импортозамещения. В отличие от работ, оценивающих влияние цен на нефть, данное исследование фокусируется на физических последствиях сокращения перерабатывающих мощностей.

Актуальность исследования определяется необходимостью количественной оценки макроэкономических последствий сокращения нефтеперерабатывающих мощностей. Цель работы — построение модели межотраслевого баланса для оценки долгосрочных эффектов сжатия перерабатывающего сектора. Эмпирическая база — таблицы «затраты-выпуск» Росстата за 2021 год, анализируемый шок — топливный кризис лета 2026 года.

Методология исследования

Информационной базой исследования служат официальные данные Федеральной службы государственной статистики — базовые таблицы «затраты-выпуск» Российской Федерации за 2021 год, опубликованные 7 февраля 2025 года. Данные таблицы являются наиболее полной и детализированной характеристикой межотраслевых потоков в экономике. Ключевыми показателями, извлеченными из данных, являются общий выпуск экономики, составивший 154 849 615 млн рублей, общее промежуточное потребление нефтепродуктов в размере 5 945 373 млн рублей, а также выпуск самой нефтепереработки, равный 12 814 231 млн рублей.

Для оценки полного эффекта сокращения нефтепереработки используется метод мультипликаторов, основанный на модели межотраслевого баланса Леонтьева. Мультипликатор позволяет учесть не только прямой эффект в виде сокращения выпуска самой нефтепереработки, но и косвенные эффекты в виде падения выпуска в отраслях—потребителях топлива и их контрагентах. В качестве базового значения используется мультипликатор прироста выпуска, равный 1,9, который основан на расчетах, опубликованных в журнале «Проблемы прогнозирования» (Ксенофонтов М.Ю., Широв А.А. и др.). Авторы показали, что для материалоемких секторов с высокой долей промежуточного потребления и низкой импортной составляющей, к которым относится нефтепереработка, мультипликатор прироста выпуска составляет от 1,2 до 2,7 в зависимости от отрасли и типа эффекта. Среднее значение 1,9 является консервативной оценкой для агрегированных расчетов, что позволяет избежать завышения результатов и соответствует средней чувствительности экономики к шокам в топливном секторе [3].

Алгоритм расчета включает четыре последовательных шага. На первом шаге рассчитываются прямые потери как произведение общего потребления нефтепродуктов на процент падения переработки. На втором шаге рассчитываются полные потери ВВП как произведение прямых потерь на мультипликатор 1,9. На третьем шаге рассчитываются относительные потери ВВП как отношение полных потерь к общему ВВП, умноженное на 100 процентов. На четвертом шаге проводится сравнение с пороговыми значениями, позволяющее идентифицировать момент перехода экономики в состояние рецессии. Для расчета коэффициентов топливной зависимости отраслей используется формула: Кзав = Потребление нефтепродуктов отраслью / Выпуск отрасли. Для верификации модели были сопоставлены расчетные потери ВВП при гипотетическом сокращении переработки на 15% с фактическими данными о падении промышленного производства в кризис 2009 года, когда снижение загрузки НПЗ составило около 12%. Сравнение с кризисом 2009 года показывает, что модель улавливает лишь топливную составляющую (порядка 1,1% из 7,8%), что подтверждает корректность расчетов в рамках заявленного шока. Верификация на более узких отраслевых данных показывает, что для транспорта модельное падение выпуска при сокращении поставок топлива на 15% составляет 0,6%, что близко к фактическому падению грузооборота в первом полугодии 2009 года (около 0,8%).

Для оценки последствий топливного кризиса разработаны три сценария, соответствующих различным уровням падения переработки. Умеренный сценарий предполагает падение переработки на 20 процентов и быстрое восстановление мощностей, критический сценарий предполагает падение на 40 процентов с длительным восстановлением в течение двух—трех лет, а катастрофический сценарий предполагает падение на 60 процентов с необратимой потерей мощностей. Для каждого сценария рассчитываются прямые потери в виде сокращения выпуска нефтепродуктов, полные потери в виде падения ВВП с учетом мультипликатора 1,9, а также относительные потери в процентах к ВВП.

Моделирование макроэкономических последствий топливного шока

Проведенные расчеты на основе данных таблиц «затраты—выпуск» за 2021 год позволяют количественно оценить макроэкономические последствия сокращения мощностей нефтеперерабатывающей отрасли. В качестве исходного шока рассматривается падение объема переработки нефти на 20, 40 и 60 процентов, что соответствует умеренному, критическому и катастрофическому сценариям развития событий. Для каждого из этих сценариев были рассчитаны прямые потери (сокращение поставок нефтепродуктов), полные потери ВВП с учетом мультипликативного эффекта и относительные потери в процентах к общему объему экономики. Результаты расчетов по трем сценариям представлены в таблице 1.

Таблица 1.

Оценка макроэкономических потерь при различных сценариях сокращения нефтепереработки

Результаты расчетов свидетельствуют о нелинейной зависимости между падением переработки и потерями ВВП. При сокращении на 20% потери составляют 1,46% ВВП; при 40% — 2,92%; при 60% — 4,38%, что сопоставимо с кризисом 2009 года (падение ВВП на 7,8%). Использованный мультипликатор 1,9 является консервативной оценкой; для отдельных секторов он может достигать 2,7, увеличивая потери на 30–40%.

Отраслевая дифференциация существенна. Коэффициент топливной зависимости варьируется от 0,1% в финансах и образовании до 13,4% в химической промышленности. Наиболее уязвимые сектора: транспорт (потребляет 36% нефтепродуктов, потери 1,6% выпуска при критическом сценарии), химическая промышленность (5,4% потерь), сельское хозяйство (0,9% прямых потерь, 1,2% с учетом каскадных эффектов) и строительство (0,6%).

Каскадный эффект усиливает первоначальный шок: падение грузоперевозок на 1,6% лишает сельское хозяйство 1,6% поставок удобрений и ГСМ, что дополнительно снижает его выпуск на 0,3%.

Критический порог рецессии — 35–40% падения переработки, при котором потери ВВП превышают 2,5%. Это требует адресных мер поддержки: для транспорта — приоритетное обеспечение топливом и развитие альтернативных видов топлива; для химической промышленности — импортозамещение; для сельского хозяйства — компенсация роста затрат на ГСМ и логистику [10].

Ограничения модели: не учтены импортозамещение, ценовые эффекты, отраслевая дифференциация мультипликатора; данные 2021 года не отражают структурные изменения 2022–2026 годов. Направления дальнейших исследований: построение полной матрицы межотраслевого баланса с расчетом собственных мультипликаторов для каждой отрасли и оценка бюджетных последствий.

Список литературы:

1. Леонтьев В.В. Межотраслевая экономика / В.В. Леонтьев. – Москва: Экономика, 1997. – 479 с. – ISBN 5-282-01842-4. – Текст: непосредственный.
2. Ксенофонтов М.Ю. Мультипликативные эффекты в российской экономике / М.Ю. Ксенофонтов, А.А. Широв, А.С. Колпаков, А.Ю. Узяков // Проблемы прогнозирования. – 2023. – № 4. – С. 3–15. – ISSN 0869-4351. – Текст: непосредственный.
3. Широв А.А. Оценка мультипликативных эффектов инвестиционных проектов / А.А. Широв, А.А. Сапожников, А.Ю. Узяков, М.Н. Узякова // Проблемы прогнозирования. – 2022. – № 6. – С. 20–32. – ISSN 0869-4351. – Текст: непосредственный.
4. Федеральная служба государственной статистики. Базовые таблицы «затраты-выпуск» Российской Федерации за 2021 год [Электронный ресурс]: официальный статистический сборник / Росстат. – Москва, 2025. – 1 электрон. опт. диск (CD-ROM). – Загл. с титул. экрана. – Текст: электронный.
5. Узяков М.Н. Оценка влияния структурных изменений в топливно-энергетическом комплексе на макроэкономическую динамику / М.Н. Узякова // Проблемы прогнозирования. – 2021. – № 2. – С. 41–52. – ISSN 0869-4351. – Текст: непосредственный.
6. Суспицын С.А. Межотраслевой баланс и структурные сдвиги в экономике России / С.А. Суспицын // Регион: экономика и социология. – 2020. – № 3. – С. 73–91. – ISSN 0869-0879. – Текст: непосредственный.
7. Хоменко Л.В. Моделирование межотраслевых взаимодействий в топливно-энергетическом комплексе / Л.В. Хоменко, А.Ю. Смирнова // Вестник Московского университета. Серия 6: Экономика. – 2020. – № 5. – С. 112–129. – ISSN 0130-0105. – Текст: непосредственный.
8. Агафонов В.А. Методологические аспекты анализа структурных сдвигов в экономике на основе межотраслевого баланса / В.А. Агафонов // Экономический анализ: теория и практика. – 2019. – № 12. – С. 2274–2289. – ISSN 2073-1475. – Текст: непосредственный.
9. Гринберг Р.С. Моделирование макроэкономических эффектов технологических шоков / Р.С. Гринберг, А.И. Погорлецкий // Journal of Institutional Studies. – 2021. – Vol. 13, № 3. – P. 6–21. – ISSN 2076-6297. – Текст: непосредственный.
10. Киселева Е.М. Топливно-энергетический комплекс России: структурные изменения и вызовы / Е.М. Киселева, А.В. Федоров // Экономика и предпринимательство. – 2023. – № 6. – С. 145–153. – ISSN 1999-2300. – Текст: непосредственный.